Типовые договорыТиповые договоры



Активные юристыАктивные юристы

Телефон: +7 905 942-69-48
не в сети
Фото юриста
Лакоткина Юлия Анатольевна
г. Ужур Красноярский край ( СИБИРЬ)
ответов за неделю: 11
Телефон: 8 923 308 00 82
Телефон: 9060684949


Ответы юристовОтветы юристов

Дело № 11-О11-92СП

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 27 октября 2011 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Ламинцева Светлана Александровна
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №11-О11-92СП

от 27 октября 2011 года

 

председательствующего Борисова В.П.,

при секретаре Белякове A.A.

рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осужденных Галиуллина И.М., Гимадеева Ф.З. и Габасова Н.Т., а также адвокатов Старовойтова СВ., Гусева СВ., , Шемаева О.Л., Хикматуллина А.И. на приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 29 марта 2011 г., по которому

Галиуллин [скрыто]

осуждён

по ч. 3, ст. 33, пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ в ред. Федерального закона от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ к лишению свободы на 10 (десять) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

Гимадеев [скрыто]

3

1

осужден

по ч. 4 ст. 33, пп.«ж,з» ч.2 ст. 105 УК РФ в ред. Федерального закона от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ к лишению свободы на 11 лет в исправительной колонии строгого режима;

Габасов Н

осуждён

по пп. «ж,з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 13 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Разрешён гражданский иск потерпевшей [скрыто]

Определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ламинцевой С.А., объяснения осуждённых Галиуллина И.М., Гимадеева Ф.З. и Габасова Н.Т. по доводам их жалоб, объяснения адвокатов Старовойтова СВ. и Гусева СВ. в защиту интересов осуждённого Галиуллина И.М., объяснения адвоката Хикматуллина А.И. в защиту интересов осуждённого Габасова Н.Т., объяснения адвоката Кабалоевой В.М. в защиту интересов осуждённого Гимадеева Ф.З., мнение прокурора Копалиной П.Л., полагавшей приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы-без удовлетворения, Судебная коллегия

 

установила:

 

на основании вердикта коллегии присяжных заседателей от 24 февраля 2011 г. Галиуллин И.М. признан виновным в организации убийства [скрыто] группой лиц по предварительному сговору, по

найму;

Гимадеев Ф.З. признан виновным в подстрекательстве к убийству [скрыто] группой лиц по предварительному сговору, по найму;

Габасов Н.Т. признан виновным в убийстве [скрыто]. группой лиц по предварительному сговору, по найму.

Преступление совершено 3 октября 2008 г. при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В кассационных жалобах (в основной и дополнительной)

просят:

адвокаты Старовойтов СВ. и Гусев СВ. в защиту интересов осуждённого Галиуллина И.М. - об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей со стадии предварительного слушания. По мнению адвокатов, по делу нарушены требования уголовно-процессуального закона, а именно требования ст. 341, 342, 344 УПК РФ, и их нарушение повлияло или могло повлиять на присяжных заседателей.

Авторы жалобы ссылаются на то, что в нарушение требований ч.2 ст.

341 УПК РФ во время вынесения вердикта присяжными заседателями 22 февраля 2011 г. в совещательную комнату неоднократно заходила и присутствовала при обсуждении вопросного листа помощник председательствующего судьи по работе с присяжными заседателями. Кроме того, как указывают адвокаты, в нарушение положений ст. 344 УПК РФ помощник председательствующего давала дополнительные разъяснения присяжным заседателям по содержанию вопросного листа.

Как полагают адвокаты, 22 февраля 2011. до окончания рабочего времени коллегия присяжных заседателей уже проголосовала по поставленным вопросам и приступила к оформлению вопросного листа. Но в нарушение требований ст. 341 УПК РФ, как пишут адвокаты, помощник председательствующего судьи сообщил присяжным заседателям, что рабочий день окончен и все должны покинуть здание. Таким образом, по мнению адвокатов, решение о прерывании совещания коллегии присяжных заседателей для отдыха было принято не председательствующим судьёй и не по просьбе коллегии присяжных заседателей, а помощником председательствующего по делу, что, как считают адвокаты, нарушает требования уголовно-процессуального закона. Далее адвокаты ссылаются на то, что 22 февраля 2011 г. председательствующий судья сообщил сторонам о том, что по имеющейся у него информации присяжные заседатели в этот день не успеют вынести вердикт. Кем была предоставлена такая информация, председательствующий сторонам не сообщил, а коллегия присяжных заседателей в судебное заседание в это время не приглашалась. Как полагают адвокаты, 24 февраля 2011 г., когда коллегия присяжных заседателей продолжила работу, в нарушение требований ст.

342 УПК РФ присяжные заседатели по просьбе председательствующего

судьи произвели «повторное» голосование по поставленным вопросам, и уже с другим результатом.

По мнению адвокатов, в нарушение требований ст. 345 УПК РФ после того, как присяжные заседатели возвратились в зал судебного заседания и старшина присяжных заседателей передал председательствующему вопросный лист, председательствующий судья удалил из зала судебного заседания коллегию присяжных заседателей в совещательную комнату, и сам удалился в совещательную комнату на 15 мин. с вопросным листом. После возвращения председательствующего в зал судебного заседания, как указывают адвокаты, вопросный лист был передан старшине присяжных заседателей, который и провозгласил вердикт. Эти действия председательствующего, как полагают адвокаты, противоречат требованиям закона.

Далее авторы жалобы ссылаются на то, что защита 24 марта 2011 г. подала ходатайство о роспуске коллегии присяжных заседателей в связи с нарушением тайны совещательной комнаты, при этом защита ходатайствовала о приобщении к делу газеты [скрыто]» от 24 марта

2011 г., где корреспондентом газеты была изложена информация, полученная со слов присяжных заседателей. Как считают адвокаты, суд, не проверяя доводов защиты о нарушении тайны совещательной комнаты, вынес необоснованное постановление об отказе в роспуске коллегии присяжных заседателей.

Указанные нарушения, по мнению адвокатов, влекут за собой нарушение права осуждённых на защиту и, соответственно, отмену приговора.

Как считают адвокаты, судебное следствие проведено с нарушением требований ст. 243, 335 УПК РФ. По мнению адвокатов, председательствующий судья не сохранял объективность и беспристрастность, не обеспечивал равенство прав сторон и соблюдение принципа равноправия сторон.

Авторы жалобы полагают, что председательствующий необоснованно отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о допросе эксперта-медика Федюнова в присутствии присяжных заседателей после того, как при допросе эксперта в отсутствие присяжных заседателей было выяснено, что экспертом не были установлены причины смерти Низамова. По мнению адвокатов, стороне защиты было необоснованно отказано и в оглашении в присутствии присяжных заседателей допросов указанного эксперта, проведённых на предварительном следствии, тем самым, как полагают адвокаты, сторона защиты была лишена возможности

участвовать в исследовании доказательств, имеющих существенное значение для дела, вследствие чего остался невыясненным вопрос о причине смерти [скрыто]. Имеющееся в деле заключение судебно-

медицинского эксперта [скрыто] о причинах смерти [скрыто] адвокаты

предлагают считать недопустимым доказательством.

По мнению адвокатов суд необоснованно отказал в исследовании в присутствии присяжных заседателей заключения специалистов о причине смерти Н( Щ, подготовленного для суда по ходатайству стороны защиты, и в допросе в присутствии присяжных заседателей одного из специалистов -

По мнению авторов жалобы, суд нарушил требования закона, а именно, ст. 338-339 УПК РФ при формировании вопросного листа, не поставив нужных вопросов о доказанности преступления при установленных судом обстоятельствах, а вопрос № 1, по мнению адвокатов, вообще не вытекал из обстоятельств дела.

В дополнительной жалобе адвокаты Старовойтов и Гусев приводят те же доводы о несогласии с приговором, предлагая свою оценку имеющихся доказательств.

Кроме того, они дополняют, что помощник председательствующего судьи в совещательной комнате давала самостоятельно во время вынесения вердикта дополнительные разъяснения в связи с возникшими у коллегии присяжных заседателей вопросами, изложенными в вопросном листе.

Адвокаты считают, что перед присяжными заседателями не был поставлен вопрос о совершении Галиуллиным убийства Н (группой лиц по предварительному сговору, по найму, то есть, как считают адвокаты, присяжные заседатели не устанавливали, что данное деяние имело место.

По мнению адвокатов, суд нарушил требования ч.1 ст. 88, ст. 334, 335 УПК РФ, что, по их мнению, выразилось в том, что свидетель [скрыто]., принимавший участие в проведении оперативно-розыскных

мероприятий, был допрошен в судебном заседании в присутствии присяжных заседателей, не являясь свидетелем фактических обстоятельств дела.

Далее адвокаты указывают, что при допросе свидетеля УЩ ш^Ш-были нарушены требования ч.2 ст.278 УПК РФ, поскольку со ссылкой на ст. 56 УПК РФ в судебном заседании он не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. При таких условиях, как считают адвокаты, ХИ I не может нести ответственности за оговор

Галиуллина в совершении преступления, что само по себе, как считают адвокаты, открывает возможности для оговора.

Авторы жалобы считают, что председательствующий грубо нарушал права стороны защиты в ходе судебного следствия, в частности, права стороны защиты на исследование доказательств, что, по мнению авторов жалоб, отражено на л.79 протокола судебного заседания. Адвокаты считают, что стремление защиты участвовать в исследовании доказательств всячески ограничивалось репликами и комментариями председательствующего по делу, а сторона обвинения, напротив, находилась в привилегированном положении. Свои соображения по этому вопросу адвокаты изложили применительно к процедуре допроса свидетелей [скрыто], [скрыто], [скрыто]. Адвокаты

утверждают, что суд ограничивал их права по защите, неуважительно к ним относился, в ряде случаев председательствующий брал на себя функции эксперта.

По мнению авторов жалоб, суд вообще оставил без внимания ряд ходатайств защиты, а допрос специалистов [скрыто], [скрыто] и

[скрыто] в качестве свидетелей в судебном заседании был проведён с нарушением уголовно-процессуального закона.

Анализируя доказательства по делу, адвокаты считают, что суд оставил невыясненным основной вопрос по делу - причину наступления смерти [скрыто].

Несоблюдение судом процедуры судопроизводства с участием присяжных заседателей, по мнению авторов жалобы, негативно повлияло на вердикт присяжных заседателей.

Адвокаты считают, что суд неправильно разрешил и гражданский иск потерпевшей [скрыто], поскольку, она вначале отказалась от своих

исковых требований, а потом повторила их в том же размере, что адвокаты именуют «повторным» заявлением иска, называя такую ситуацию недопустимой;

осуждённый Галиуллин И.М. (в основной и дополнительной жалобах) - об отмене приговора и направлении дела на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания. Он ссылается на то, что дело рассмотрено судом с грубым нарушением уголовно-процессуального закона, в качестве которых он приводит по существу те же доводы, которые указаны в кассационных жалобах адвокатов Старовойтова и Гусева. Анализируя доказательства по делу, считает, что он осуждён необоснованно, поскольку суд, по его мнению, проявив необъективность,

не установил подлинной причины смерти Н ¦. Указывает, что в установленном законом порядке не ознакомлен с протоколом судебного заседания, что нарушает его права;

адвокат Шемаев О.Л. в защиту осуждённого Гимадеева Ф.З. - об отмене приговора и направлении дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии предварительного слушания. Адвокат считает, что приговор подлежит отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, допущенными при рассмотрении дела судом первой инстанции.

Конкретно адвокат указывает на то, что председательствующим в судебном заседании не были приняты все предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон, и, более того, председательствующий в судебном заседании неоднократно препятствовал стороне защиты в реализации права на представление доказательств.

Адвокат полагает, что при рассмотрении этого дела были нарушены основные принципы уголовного судопроизводства в суде присяжных заседателей.

Автор жалобы ссылается на то, что 24 марта 2011 г. в средствах массовой информации Республики [скрыто] было распространено

сообщение, позволяющее утверждать, что при вынесении вердикта имело место нарушение тайны совещательной комнаты и незаконное вмешательство в деятельность суда в целях воспрепятствования осуществлению правосудия. Адвокат обращает внимание на то, что несмотря на заявления защиты о необходимости отложения судебного разбирательства в целях проверки этих фактов, председательствующий постановил перейти к обсуждению последствий вердикта.

В дополнительной жалобе адвокат Шемаев О.Л. указывает на то, что основаниями для отмены приговора он считает нарушения уголовно-процессуального закона, способные вызвать предубеждение у присяжных заседателей. В этой части адвокат обращает внимание на то, что согласно ч.2 ст. 335 УПК РФ во вступительном заявлении государственный обвинитель излагает существо предъявленного обвинения и предлагает порядок исследования представленных им доказательств. Адвокат считает, что по настоящему делу государственный обвинитель не просто изложил существо предъявленного обвинения, а заявил о совершённом Гимадеевым и другими подсудимыми преступлении как об установленном факте. В этой связи адвокат считает, что председательствующий должен был остановить государственного обвинителя и разъяснить присяжным заседателям принцип презумпции невиновности. По мнению адвоката

председательствующий должен был сделать замечание государственному обвинителю и по другим высказываниям последнего, не предусмотренным законом. Автор жалобы вновь обращает внимание на то, что председательствующий в суде с участием присяжных заседателей не обеспечил состязательности и равноправия сторон, препятствовал стороне защите в реализации права на представление доказательств.

Далее автор жалобы указывает на то, что в судебном заседании требовалось тщательно выяснить причину смерти [скрыто], но, несмотря на это, стороне защиты суд необоснованно отказал, в частности, в допросе

эксперта-медика [скрыто] в присутствии присяжных заседателей; в

допросе специалиста [скрыто]. в присутствии присяжных

заседателей; в доведении до присяжных заседателей приобщённого к уголовному делу заключения специалистов по причине смерти [скрыто]; в назначении повторной судебно-медицинской экспертизы; в назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы; в назначении комплексной судебно-медицинской экспертизы; в назначении ситуационной экспертизы; в повторном допросе эксперта [скрыто] в

отсутствие присяжных заседателей для разъяснения данного им заключения в свете суждений, высказанных специалистом-профессором [скрыто]. Отсюда адвокат делает вывод о том, что председательствующий в судебном заседании лишил строну защиты права и возможности представлять свои доказательства по одной из вероятных причин смерти

Далее адвокат указывает на то, что председательствующий судья ещё до окончания судебного следствия и постановления приговора высказал своё мнение о преимуществе одних доказательств перед другими, в частности, о преимущественной силе заключения эксперта-медика 1 перед другими, что адвокат называет недопустимым.

По мнению адвоката, суд необоснованно отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о назначении фоноскопической экспертизы по фонограммам, имеющимся на диктофоне, изъятом у потерпевшей [скрыто], при этом, как указывает адвокат, председательствующий судья

вновь дал оценку доказательствам в ходе судебного следствия. В этой части адвокат ссылается на л. 229 протокола судебного заседания).

Адвокат также считает, что суд необоснованно отказал стороне защиты в повторном допросе свидетелей обвинения [скрыто] К

Анализируя доказательства по делу, адвокат считает что, председательствующий судья необоснованно отказал и в признании

недопустимыми доказательствами протокола предъявления [скрыто] предметов для опознания от 12 декабря 2009 г., протокола следственного эксперимента, протокола осмотра предметов от 13 декабря 2008 г., постановления о признании и приобщении к делу вещественных доказательств от 14 августа 2008 г., протокола следственного эксперимента от 12 августа 2009 г., протокола допроса [скрыто] от 20 августа 2009 г.,

протокола допроса [скрыто] в качестве свидетеля от 22 января 2010 г.

Далее адвокат указывает на то, что председательствующий судья нарушил требования ст. 345 УПК РФ, поскольку, получив из рук старшины присяжных заседателей подписанный вопросный лист с ответами, председательствующий попросил присяжных заседателей вернуться в совещательную комнату, а сам тоже удалился в совещательную комнату для изучения вердикта в целях проверки правильности составления вердикта. Лишь через некоторое время, как указывает адвокат, председательствующий вернулся из совещательной комнаты и объявил, что вердикт является ясным и не содержит противоречий. Такое поведение председательствующего, по мнению адвоката, нарушает требования закона и даёт основания «догадываться», что могло происходить с вопросным листом за период отсутствия председательствующего.

Адвокат обращает внимание и на то, что председательствующий судья не принял мер по проверке сведений о нарушении тайны совещания присяжных заседателей. Как пишет адвокат, 24 марта 2011 г., то есть спустя месяц после вынесения присяжными заседателями вердикта, накануне обсуждения «последнего» вердикта в прессе была опубликована статья, из которой следовало, что имело место нарушение тайны совещательной комнаты и вмешательство в деятельность присяжных заседателей, то есть было сообщено о совершении преступления против правосудия, но председательствующий, как указывает адвокат, отказал в проведении соответствующей проверки и предложил перейти к обсуждению последствий вердикта. Адвокат подчёркивает, что именно 24 февраля 2011 г. в день возвращения присяжных заседателей с готовым вердиктом председательствующий не задал присяжным заседателям вопрос о том, не было ли оказано на них незаконное воздействие.

Постановленный вердикт адвокат находит неясным и непротиворечивым, приводя свой анализ доказательств и указывая на недоказанность мотива для совершения преступления Гимадеевым;

осуждённый Гимадеев Ф.З. - об отмене приговора и направлении дела на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания. Он приводит по существу те же доводы, что и адвокат Шемаев, указывая также на то, что суд неправильно установил степень его вины и

назначил ему слишком суровое наказание без учёта смягчающих наказание обстоятельств, таких, как наличие на его иждивении малолетнего ребёнка и престарелых родителей. Находит, что вопросный лист составлен председательствующим с нарушением закона; считает, что суд исследовал в присутствии присяжных заседателей недопустимые доказательства. Полагает, что суд нарушил процедуру судопроизводства с участием присяжных заседателей и необоснованно удовлетворил гражданский иск потерпевшей [скрыто].

В дополнительной жалобе он указывает на то, напутственное слово председательствующего не соответствует требованиям закона, в связи с чем сторона защиты приносила возражения по мотивам нарушения председательствующим принципа объективности и беспристрастности. Указанные нарушения процессуального закона адвокат рассматривает как основания для отмены приговора;

адвокат Хикматуллин А.И. в защиту интересов осуждённого Габасова Н.Т. - об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии предварительного слушания. Автор жалобы считает, что судом нарушены требования ст. 341, 342, 344 УПК РФ. Обосновывая эту позицию адвокат пишет о том, что из публикации в газете [скрыто]» защите стало известно о нарушении

тайны совещательной комнаты и о том, что под влиянием сотрудника суда присяжные заседатели изменили свои ответы на поставленные перед ними вопросы. Несмотря на эти нарушения, как пишет адвокат, председательствующий судья проигнорировал заявление защиты о роспуске коллегии присяжных заседателей и не проверил довод защиты о нарушении тайны совещательной комнаты.

Адвокат считает, что председательствующий судья необоснованно отказал стороне защиты в допросе эксперта-медика [скрыто] в присутствии присяжных заседателей, оставив без рассмотрения его, адвоката Хикматуллина, повторное ходатайство о том же.

Адвокат полагает, что суд нарушил требования процессуального закона при допросе в качестве свидетелей специалистов [скрыто], [скрыто] и [скрыто] Щ, не проверив их компетентность и уровень

образования в области сотовой связи. В допросе в присутствии присяжных заседателей в качестве специалиста [скрыто] суд, как считает адвокат,

необоснованно отказал, хотя компетентность этого специалиста в области медицины была удостоверена.

Статьи законов по Делу № 11-О11-92СП

УК РФ Статья 105. Убийство
УПК РФ Статья 56. Свидетель
УПК РФ Статья 243. Председательствующий
УПК РФ Статья 278. Допрос свидетелей
УПК РФ Статья 334. Полномочия судьи и присяжных заседателей
УПК РФ Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей
УПК РФ Статья 341. Тайна совещания присяжных заседателей
УПК РФ Статья 342. Порядок проведения совещания и голосования в совещательной комнате
УПК РФ Статья 344. Дополнительные разъяснения председательствующего. Уточнение поставленных вопросов. Возобновление судебного следствия
УПК РФ Статья 345. Провозглашение вердикта

Производство по делу

Загрузка
Наверх