Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Дело № 23-АПУ14-10

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 7 ноября 2014 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция
Категория Уголовные дела
Докладчик Романова Татьяна Анатольевна
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 23-АПУ14-10

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 7 ноября 2014 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующегосудьи Ботина А.Г.,
судейРомановой Т.А., Лаврова Н.Г.
при секретареБеликовой ОД.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Мурадова СР., апелляционной жалобе защитника осуждённого Эдигова С.С. - адвоката Юсупова С.-А.С.-А. на приговор Верховного Суда Чеченской Республики от 23 мая 2014 г., по которому Эдигов С С , осуждён к лишению свободы: -по ч.2 ст.222 УК РФ на года; 3 -по ст.317 УК РФ на 13 лет с ограничением свободы сроком на 1 год, с установлением в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничений: не выезжать за пределы г. и районов Республики, не менять место жительства без соответствующего разрешения специализированного государственного органа, дважды в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган по месту постоянного проживания.

В соответствии с ч.З ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно Эдигову С.С. назначено 14 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 1 год с установлением в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничений: не выезжать за пределы г.

и районов Республики, не менять место жительства без соответствующего разрешения специализированного государственного органа, дважды в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган по месту постоянного проживания.

Постановлено исчислять срок отбытия наказания с 12 сентября 2012 г.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовой Т.А. о содержании приговора, существе апелляционной жалобы и представления, выступление осуждённого Эдигова С.С. в режиме видеоконференц-связи, адвокатов Юсупова С.-А. С.-А., Костанова Ю.А., поддержавших изложенные в апелляционной жалобе доводы, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Титова Н.П., полагавшего необходимым приговор изменить по доводам апелляционного представления, Судебная коллегия

установила:

Эдигов признан виновным в незаконных действиях по обороту оружия и боеприпасов группой лиц по предварительному сговору, а также в посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности указанного лица по охране общественного порядка обеспечению общественной и безопасности.

Преступления совершены в период с конца января по 23 февраля 2012 г. в г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Юсупов С.-А. С.-А. просит приговор отменить, Эдигова оправдать. В обоснование указывает, что в связи с оказываемым давлением со стороны официальных лиц на судью, взявшего самоотвод, уголовное дело не могло быть рассмотрено объективно Верховным Судом Чеченской Республики, но стороне защиты необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства об отводе всему составу этого суда; при повторном разбирательстве дела суд отклонил все существенные ходатайства стороны защиты, допускал нарушения уголовно-процессуального закона в угоду обвинению, а именно: без согласия стороны защиты огласил показания свидетелей А и В которые не помнили обстоятельств дела за давностью времени, показания свидетелей У и Э полученные незаконным способом под угрозами и путём обмана; отказал в назначении по делу дополнительной судебно-медицинской экспертизы на предмет выяснения механизма образования телесных повреждений у Эдигова, в вызове в судебное заседание ряда специалистов, экспертов и свидетелей, которые допрашивались судьёй, взявшим самоотвод, что вынудило сторону защиты исследовать их показания путём оглашения протокола судебного заседания; интерпретировал и исказил в приговоре содержание показаний допрошенных свидетелей защиты; не учёл неестественность признательных показаний Эдигова относительно личностей заказчиков убийства, обстоятельств получения им оружия, упоминание им о себе в протоколах допроса от другого лица, то есть под диктовку, фальсификацию сведений в книге регистрации преступлений в части обращения с заявлением У о похищении Эдигова; отказался признать, что показания Эдиговым были даны в результате пыток во время похищения, обещаний со стороны правоохранительных органов ему и родственникам об обеспечении принятия явки с повинной, заключения досудебного соглашения, переквалификации его действий на ст. 105 УК РФ и назначении наказания не свыше 7 лет лишения свободы в обмен на признание своей вины, а родственникам - на отказ от поданных заявлений по поводу его похищения; отказал в признании недопустимыми доказательствами протоколов допроса Эдигова, его показаний на первоначальном этапе судебного разбирательства, показаний родственников Эдигова и протоколов следственных действий с их участием, в частности проверки показаний Эдигова на месте, из видеозаписи которой видно присутствие не поименованных в протоколе оперативных сотрудников, вмешивающихся в ход следственного действия; суд оставил без внимания, что на пакетах с гильзами и пулями, изъятыми с места происшествия, отсутствует подпись одного из понятых; не дал оценки несовпадению количеству гильз, обнаруженных на месте убийства, количеству боеприпасов находящихся, согласно версии следствия, у Эдигова при себе при совершении убийства; не устранил противоречия между заключениями фоновидеоскопической и фототехнической экспертиз; не выяснил, почему были изменены видеозаписи с камер наружного наблюдения, о чём сообщено оперативными сотрудниками при представлении следователю диска с фотографиями, в результате каких оперативных мероприятий получена видеозапись, обозначенная как «мой фильм»; не отнёсся критически к показаниям свидетеля Б не проанализировал причины, в силу которых этому свидетелю необходимо было предстать в качестве засекреченного, учёл результаты состоявшегося с его участием опознания Эдигова, которое было проведено с нарушением ч.4 ст. 193 УПК РФ, имеющиеся в его показаниях противоречия не истолковал в пользу подсудимого; все следственные действия в период с 12 по 21 сентября были проведены незаконно, так как следователь Т без законных оснований принял дело к своему производству; проверка сделанного Эдиговым заявления в суде, назначенная постановлением судьи, проводилась ненадлежащим образом, с нарушениями, и суд должен был критически подойти к оценке её результатов; приговор суда нельзя признать законным, так как изложенные в нём выводы не подтверждаются исследованными доказательствами; не опровергнуты доводы Эдигова о том, что он не знал потерпевшего и у него не было мотива его убивать; обвинение Эдигова явилось следствием того, что его «подставил» И , вербовавший его в члены незаконного вооружённого формирования; при наличии выводов экспертов о невозможности идентификации зафиксированного видеосъёмкой лица сомнительна достоверность показаний И , опознавшего Эдигова на видеозаписях в телефонах неизвестных лиц; несмотря на совокупность доказательств, суд безосновательно не поверил тому, что до своего официального задержания Эдигов, будучи похищенным из г в течение 40 дней удерживался, вывозился на место происшествия с целью подготовки к даче признательных показаний об обстоятельствах совершённого убийства, подвергался физическому и психологическому насилию; в опровержение признательных показаний Эдигова следовало рассматривать показания свидетеля Э изложившего иную версию поступления Эдигову заказа на убийство Ю показания свидетеля В об обстоятельствах явки Эдигова с повинной опровергаются рядом иных доказательств; дача Эдиговым признательных показаний в суде в начале слушания дела вызвана боязнью расправы; органы дознания и следствия пришли к различным выводам об обстоятельствах причинения Эдигову телесных повреждений; суд уклонился от всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, в резолютивной части приговора признал Эдигова виновным по ч.2 ст.208 УК РФ, а затем допустил нарушение уголовно-процессуального закона при устранении этой технической ошибки.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Мурадов Р.С. просит приговор изменить. Указывает, что при назначении дополнительного наказания Эдигову суд, в нарушение ч.1 ст.53 УК РФ, установил запрет на его выезд без согласия специализированного органа не только за пределы г. , где он проживает, но и иных муниципальных образований; исчислил срок отбывания им наказания со дня задержания, хотя в силу ч.7 ст.302, п.9 чЛ ст. 308 УПК РФ срок наказания лицу, содержащемуся до постановления приговора под стражей, надлежит исчислять со дня постановления приговора с зачётом в этот срок времени содержания его под стражей до дня постановления приговора.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Расследование уголовного дела в отношении Эдигова С.С. проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями глав 3 6 - 3 9 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, процедуру рассмотрения уголовного дела.

Выводы суда о виновности Эдигова С.С. в совершении преступлений, изложенных в приговоре, основаны на совокупности доказательств, исследованных судом полно, всесторонне и объективно, включая показания самого осуждённого, данные как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, показания потерпевшей и свидетелей, протоколы следственных действий, заключения экспертов и другие доказательства.

Судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и верно квалифицировал содеянное Эдиговым С.С. В судебном заседании Эдигов С.С. виновным себя не признал, пояснив, что в очередной раз приехал в для передачи покупателю автомобиля из , на несколько дней решил остановиться у родственников.

3 августа 2012 г. находился в доме матери в Вечером ему позвонил брат Э и попросил выйти на улицу. На улице к нему подошли, как он узнал позднее, сотрудники полиции которые, применив силу, поместили его в багажник автомашины и доставили в РОВД, где незаконно удерживали до 12 сентября 2012 г. После доставления в РОВД сотрудники полиции М , Л , Х В , Х и другие стали применять к нему психическое и физическое насилие с целью получения признания в совершении преступления, которого он не совершал, - убийстве 23 февраля 2012 г. сотрудника полиции Ю . Его избивали, пытали током, обматывая пальцы оголёнными электрическими проводами, следы пыток остались на руках. Угрожая расправой с родственниками, сотрудники полиции убеждали признаться в совершении преступления, обещая квалификацию действий как обычного убийства, оформление досудебного соглашения со следствием и наказания, не превышающего семи лет лишения свободы с последующим условно- досрочным освобождением. Опасаясь за свою жизнь и жизнь родственников, он согласился на предложения сотрудников полиции, выучил предложенную версию преступления, изложив её в ходе предварительного следствия, а затем в суде, в ходе рассмотрения дела судьёй А Полагает, что длительное время содержался в РОВД, чтобы зажили раны. После задержания в установленном законом порядке насилия к нему не применяли, показания он давал признательные, раны на пальцах он объяснил взрывом электрической лампы ещё в и другими обстоятельствами. В судебном заседании после выступления прокурора в прениях понял, что его обманули, и дал правдивые показания о том, что убийства не совершал.

В судебном заседании в соответствии с положениями п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были исследованы показания Эдигова С.С, которые он давал в ходе предварительного расследования при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого. В присутствии адвоката Эдигов С.С. неоднократно подробно пояснял обстоятельства произошедшего, указывая конкретные детали преступлений, в том числе те, которые не могли быть известны из других источников.

В явке с повинной Эдигов С.С. указал, что в феврале по указанию малоизвестного мужчины по имени А прибыл в г. с целью совершения убийства сотрудника ГИБДД. А сказал, где проживает сотрудник, которого следует убить, на какой машине ездит, график его возвращения домой, а также где и когда получить оружие и боеприпасы.

Получив оружие - пистолет ПМ с глушителем и АПС, через несколько дней совершил убийство сотрудника ГИБДД в подъезде, выстрелив из ПМ все патроны по объекту. После совершения убийства сумку с оружием вернул в том же порядке и выехал в Кроме того, будучи допрошенным в качестве подозреваемого 13 сентября 2012 г. с участием адвоката, подробно описав события, предшествовавшие преступлению, собственно преступление и последующие события, дал показания, в том числе о том, что сообщил о наличии в Интернете съемки, где сотрудник ГИБДД, которого следует убить, участвует в конфликте, держит в руках пистолет, т.е «вредит» религии ислама.

Аналогичные показания, также в присутствии адвоката, даны Эдиговым при допросе в качестве обвиняемого.

Исходя из полученных показаний органом предварительного расследования 18 октября 2012 г. в адрес УУР МВД по направлено поручение о производстве отдельных следственных действий и оперативно- розыскных мероприятий, в частности, о производстве мониторинга социальных сетей на предмет наличия видеозаписи с участием Ю в конфликте на одной из улиц г. , где он держит в руках пистолет.

По результатам исполнения поручения в адрес следователя направлена видеозапись с участием Ю в конфликте на пр.

полученная в результате мониторинга сайта « ». Поступивший диск осмотрен, составлен протокол, он признан вещественным доказательством и приобщён к материалам дела.

При просмотре указанной видеозаписи с участием Эдигова последний пояснил, что именно её он просматривал в сети Интернет во время проживания в г. ) по просьбе лиц, называемых им заказчиками убийства Ю .

Таким образом, действия органа предварительного следствия по изысканию видеоматериалов явились следствием признательных показаний Эдигова, полученных при допросе последнего в качестве подозреваемого и обвиняемого. Данное обстоятельство опровергает доводы Эдигова о том, что он повторял на допросах версию преступления, предложенную сотрудниками полиции.

Свидетель В показал, что после задержания и доставления Эдигова в расположение УУР МВД по Эдигов сознался в убийстве Ю и сам изъявил желание написать явку с повинной. О причинах убийства пояснил, что видел в Интернете видеоролик, где Ю и несколько полицейских с кем-то дерутся. Заказчики убийства считали Ю вероотступником.

Кроме того, показания, данные Эдиговым об обстоятельствах преступления, подтверждены им в ходе проверки показаний на месте 15 сентября 2012 г. в присутствии защитника и понятых.

На основании показаний осуждённого и свидетелей судом установлено, что Эдигов и потерпевший ранее знакомы не были, никаких личных взаимоотношений у них не имелось, сам Эдигов в ходе предварительного следствия подробно рассказал о совершённом им убийстве, сообщал при этом такие детали и обстоятельства, которые на тот момент не были известны органу предварительного расследования. Так, в частности, объясняя причины нахождения именно на третьем этаже дома во время ожидания прибытия потерпевшего, Эдигов указывал на то, что оттуда удобно было наблюдать за двором, поскольку между третьим и вторым этажом было большое окно и балкон, что нашло своё подтверждение при проверке его показаний на месте; его показания о том, что, заметив, как в подъезд зашла женщина, он стал оттуда выходить, чтобы она ничего не заподозрила, подтверждаются показаниями Д которая действительно встретила в подъезде дома спускавшегося по лестнице мужчину; по результатам проверки сообщённых Эдиговым данных о произошедшей в подъезде его встрече с одетым в форму сотрудником полиции, который зашёл в квартиру на 4 этаже, а затем выходил оттуда с детьми, был установлен свидетель Б В свою очередь, на основании показаний названного свидетеля в суде был с достоверностью установлен факт ношения Эдиговым очков для зрения.

Суд обоснованно признал данные показания допустимыми доказательствами, полученными в соответствии с нормами уголовно- процессуального закона и объективно подтверждёнными иными доказательствами.

Судом проверялись доводы Эдигова о том, что до возбуждения уголовного дела в отношении его сотрудниками полиции применялись пытки, в результате чего он был вынужден дать признательные показания, а в дальнейшем в суде - в период с 15 мая 2013 г. до 6 сентября 2013 г. - он, совершая самооговор, придерживался этих же показаний, действуя под влиянием данных ему обещаний о заключении с ним досудебного соглашения, переквалификации его действий на ст. 105 УК РФ, наказания на срок не свыше 7 лет условно-досрочное и освобождение.

По итогам обсуждения вопроса о допустимости доказательств суд, исследовав материалы дела, пришёл к обоснованному выводу о том, что все следственные действия с участием Эдигова проводились в присутствии его защитников, то есть в условиях, исключающих незаконное воздействие, с надлежащим разъяснением всех процессуальных прав и отсутствием каких- либо препятствий для реализации указанных прав, в том числе в выборе желаемой позиции защиты от предъявленного обвинения. В судебном заседании были допрошены сотрудники органов внутренних дел, непосредственно принимавшие участие в задержании и проведении первоначальных оперативно-розыскных мероприятий с Эдиговым, которые показали, что какого-либо давления в отношении его не применялось. Более того, сам Эдигов в судебном заседании показал, что после возбуждения в отношении его дела насилие к нему не применялось. Относительно повреждений на пальцах давал объяснения, не связанные с деятельностью полиции и ведением следствия.

Как следует из протоколов допроса Эдигова С.С. в качестве подозреваемого и обвиняемого, он допрашивался в присутствии своего защитника, что лишало следователя возможности внести в протоколы какие- либо данные, о которых не говорил Эдигов.

Ни в ходе проведения следственных действий, ни при ознакомлении с их протоколами от лиц, принимавших в них участие, заявлений и ходатайств о неправомерных действиях сотрудников правоохранительных органов не поступало, в том числе от Эдигова и его защитников Джамалдинова либо Юсупова. Не поступало таких заявлений как на протяжении всего предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства под председательством судьи А до стадии последнего слова.

При этом, как обоснованно указал суд, Эдигов в течение длительного периода времени не обращал внимания на телесные повреждения, не ставил вопроса об оказании ему медицинской помощи и освидетельствовании. Более того, с момента его задержания 12 сентября 2012 г. ни одно из следственных с Эдиговым не проводилось в отсутствие защитника. Как видно из дела, изначально его защиту осуществлял адвокат Джамалдинов, а начиная с 19 октября 2012 г. - Юсупов, с которым было заключено соглашение на осуществление защиты.

Из дела усматривается, что первые показания Эдигова зафиксированы 13 сентября 2012 г., когда он был допрошен в качестве подозреваемого в присутствии адвоката. Впоследствии продолжал давать последовательные признательные показания, не заявляя о применении к нему недозволенных методов ведения следствия. Более того, как указано выше, Эдигов дал показания, что претензий по содержанию его в условиях СИЗО не имеет, насилия после задержания в порядке ст. 91 УПК РФ к нему не применялось.

Из акта медицинского осмотра лица, доставленного в ИВС, от 12 сентября 2012 г. следует, что у Эдигова побоев нет, жалоб нет. Из актов медицинского освидетельствования от 20 декабря 2012 г. и 27 июня 2013 г. следует, что жалобы на здоровье Эдиговым не заявлялись, телесных повреждений у него нет.

В копии медицинской карты Эдигова указано, что 21 сентября 2012 г.

при поступлении его в СИЗО на обеих конечностях в области мизинцев у него обнаружены рубцы от ожогов. Из заключения судебно-медицинского эксперта от 22 января 2013 г. относительно Эдигова следует, что у последнего обнаружены рубцы 4 и 5 пальцев обеих кистей, которые образовались более чем за 3 месяца до момента освидетельствования. В отношении Эдигова, как следует из материалов дела, неоднократно проводились экспертизы, допрошены специалист и эксперты, но установить механизм образования травм не представилось возможным.

Судом исследовались показания допрошенного по ходатайству стороны защиты свидетеля Э - начальника РОВД, данные им в ходе судебного заседания 27 сентября 2013 г., который отрицал задержание Эдигова сотрудниками вверенного ему отдела и содержание последнего в расположении РОВД, а равно какую-либо свою осведомленность о применении к Эдигову недозволенных методов ведения следстви. Ссылка защиты на показания свидетеля Э , изложившего, по мнению автора апелляционной жалобы, иную версию поступления Эдигову заказа на убийство Ю как опровергающие признательные показания Эдигова является несостоятельной.

Показания Э о том, что задания в Эдигову давал А - родственник и представитель Д - вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе защитника, никоим образом не опровергают признательные показания Эдигова, в которых сам осуждённый в ходе предварительного следствия и в судебном заседании показал, что к нему в обратились мужчины - А и Р , которые говорили, что они пришли от представителя Д .

Что касается ссылки адвоката в апелляционной жалобе на то, что вина Эдиговым признана в обмен на заключение досудебного соглашения, изменение квалификации его действий на ст. 105 УК РФ, назначение наказания до 7 лет лишения свободы с последующим условно-досрочным освобождением, то она также является несостоятельной.

Уголовно-процессуальный закон предусматривает определённый порядок заключения досудебного соглашения. В соответствии со ст.317 УПК РФ ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве подается подозреваемым или обвиняемым в письменном виде на имя прокурора. Это ходатайство подписывается также защитником.

Подозреваемый или обвиняемый вправе заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве с момента начала уголовного преследования до объявления об окончании предварительного следствия.

Ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве представляется прокурору подозреваемым или обвиняемым, его защитником через следователя. Следователь, получив указанное ходатайство, в течение трёх суток с момента его поступления либо направляет его прокурору вместе с согласованным с руководителем следственного органа мотивированным постановлением о возбуждении перед прокурором ходатайства о заключении с подозреваемым или обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве, либо выносит постановление об отказе в удовлетворении этого ходатайства, которое может быть обжаловано.

Таким образом, инициатива заключения досудебного соглашения исходит не от органов следствия, а от подозреваемого (обвиняемого). Защиту интересов Эдигова в ходе предварительного расследования осуществляли профессиональные адвокаты, которые не могут не знать о порядке заключения досудебного соглашения, если согласиться с тем, что такие намерения действительно высказывались ещё на начальной стадии предварительного расследования. Между тем в материалах дела не содержится ходатайства, поданного в порядке ст.317 УПК РФ, не заявляли об обращении с подобным ходатайством ни сам Эдигов, ни его защитники.

Обвинение Эдигову органами следствия предъявлено по ст.317 УК РФ, ч.2 ст.222 УК РФ, обвинительное заключение в отношении его составлено следователем и утверждено прокурором также по ст.317 УК РФ, ч.2 ст.222 УК РФ. Таким образом, на момент направления уголовного дела в суд Эдигову, его родственникам и защите было также известно, в совершении каких преступлений обвиняется Эдигов и о том, что переквалификации действий последнего органами предварительного следствия не произведена, тем не менее в судебном заседании и Эдигов, и его родственники - свидетели по делу - давали показания, уличающие Эдигова в совершении инкриминируемых преступлений.

Очевидным для указанных лиц как в ходе расследования дела, так и в период его рассмотрения в суде являлся тот факт, что назначение наказания, его вид, размер, а тем более вопрос об условно-досрочном освобождении от наказания не относился к компетенции следственных органов или иных правоохранительных структур.

Эти обстоятельства, а также данные о том, что заявление Эдигова о самооговоре последовало ранее стадии судебных прений, когда ему могла стать известна позиция государственного обвинителя относительно меры наказания, опровергают его версию о самооговоре на условиях назначения ему наказания не свыше определённого срока.

Впоследствии, после изменения Эдиговым показаний, его заявления о незаконных методах следствия в отношении его, похищении, были предметом проверки, по фактам, указанным в жалобах, в возбуждении уголовного дела отказано. Оснований согласиться с доводами осуждённого и его защиты о том, что проверки были проведены неполно и поверхностно, не имеется.

Данных о том, что предшествовавшие задержанию Эдигова 12 сентября 2012 г. события, связанные с его похищением 3 августа 2012 г. неизвестными лицами, сопряжены с рассматриваемым делом, судом установлено не было.

Вопреки доводам жалоб о том, что суд не принял во внимание показания осуждённого Эдигова о фактических обстоятельствах дела, где он говорит о непричастности к убийству Ю , в приговоре приведён подробный анализ его показаний на различных стадиях уголовного судопроизводства в совокупности с другими доказательствами и обоснованно указано, что они направлены на избежание ответственности за содеянное, на выработку наиболее выгодной позиции защиты.

В противовес доводам автора апелляционной жалобы о том, что суд не учёл «неестественность» признательных показаний Эдигова относительно личности заказчиков, обстоятельств получения им оружия, следует отметить, что «неестественность» не является юридической категорией, а упоминание в протоколе следственных действий единожды на протяжении всего предварительного следствия не личного местоимения не может свидетельствовать о даче Эдиговым показаний под диктовку.

Несостоятельными являются доводы защиты о том, что показания свидетелей У , Э опровергают причастность осуждённого к преступлениям, а также то, что показания данных свидетелей получены с нарушением требований УПК РФ и оглашены судом без достаточных оснований, то есть с нарушением ст.281 УПК РФ.

Свидетель У , мать Эдигова, показала в судебном заседании, что 3 августа 2012 г. её сына похитили, запихнув в багажник автомашины, неизвестные лица, некоторые из них были в военной форме, а другие - в гражданской. Слышала, что сына увезли в РОВД. Её и членов семьи запугивали, в связи с чем она не обращалась в полицию по факту похищения сына. Впоследствии она обратилась с заявлением, но её вынудили его забрать. Во время свидания с сыном видела, что он бледен, руки синие, пальцы согнуты, сын сказал, что его пытали электрическим током. На следствии и в суде она давала показания такие, как ей говорил сын.

Когда стало известно, что статью обвинения не поменяют, досудебного соглашения не будет, поняла, что их обманули, и стала говорить правду.

Свидетель Э показал, что 3 августа 2012 г. двое людей, одного из которых звали И , спрашивали про С , говоря о проблемах с машинами, которые тот перегонял. Он находился с этими людьми, пока ему не позвонил брат, после этого он вместе с людьми, удерживающими его, приехал к дому, где находился брат и вызвал последнего на улицу. Как только тот вышел, его избили, усадили в машину и увезли. Утром его позвали в помещение, где находился начальник РОВД Э . Ему сообщили, что брат убил человека, после чего его отвезли в и отпустили. Он сообщил обо всём матери - У . На следствии подписал заполненный бланк протокола, так как было обещано досудебное соглашение и небольшой срок для брата.

В соответствии со ст. 281 УПК РФ показания свидетеля, данные в ходе предварительного расследования либо ранее в суде, могут быть оглашены в судебном следствии лишь при наличии указанных в УПК РФ оснований.

Если в ходе судебного разбирательства обнаружатся существенные противоречия в показаниях свидетеля с ранее данными им показаниями при производстве предварительного расследования либо в суде, суд вправе огласить такие показания по ходатайству стороны (ч. 3 ст. 281 УПК РФ). В этом случае согласие другой стороны не требуется.

Как следует из протокола судебного заседания, после допроса свидетеля У государственным обвинителем было заявлено ходатайство об оглашении показаний свидетеля, данных в ходе предварительного расследовании в связи с существенными противоречиями.

Аналогичная процессуальная ситуация сложилась и в ходе допроса свидетеля Э Показания свидетелей У и оглашены судебном заседании, несмотря на наличие возражений со стороны защиты, поскольку суд руководствовался положениями ч.З ст. 281 УПК РФ, что не предполагает обязательного согласия на это каждой из сторон.

Ссылка в приговоре на показания свидетеля, данные при производстве предварительного расследования, допустима при исследовании этих показаний в случаях, предусмотренных ст. 281 УПК РФ.

Любые оглашённые в судебном заседании показания, полученные в ходе предварительного расследования, могут быть положены в основу обвинительного приговора вне зависимости от того, какие показания давал свидетель в суде в присутствии подсудимого и что он отвечал на вопросы стороны защиты или обвинения.

Показания специалистов Ч , К , , экспертов Т Я , свидетелей Х Я и других, данные ранее в суде, оглашены по ходатайству защитника Юсупова при отсутствии возражений со стороны других участников судопроизводства. Таким образом, отказ суда в повторном вызове этих участников в судебное заседание не лишил сторону защиты исследовать их показания, которые содержались в протоколе судебного заседания. О необходимости вызова этих лиц с целью допроса на предмет выяснения у них каких-то новых обстоятельств, имеющих значение для дела, адвокатом не заявлялось.

Что же касается свидетелей А и В , Судебная коллегия находит, что при оглашении их показаний, данных в ходе предварительного расследования, нарушения уголовно-процессуального закона также не допущены.

В судебном заседании свидетели А и В отвечали на вопросы сторон, их показания, данные в ходе предварительного расследования оглашены по ходатайству государственного обвинителя при отсутствии согласия защитника и подсудимого. Поскольку оглашение их показаний, данных на следствии, было направлено на устранение противоречий, возникших в том числе по причине запамятования ими событий, суд принял обоснованное решение об этом только на основе ходатайства государственного обвинителя и в отсутствие согласия защитника и подсудимого.

Вопреки доводам жалоб все заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства ходатайства, в том числе и о проведении экспертиз, были рассмотрены и разрешены судом в точном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, по каждому из заявленных ходатайств вынесено мотивированное решение, а несогласие стороны защиты с решением суда не свидетельствует о его незаконности и необоснованности.

В соответствии со ст. 207 УПК РФ дополнительная экспертиза назначается при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела. Поскольку указанных обстоятельств не установлено, суд обоснованно отказал стороне защиты в назначении и проведении по делу очередной дополнительной экспертизы на предмет выяснения механизма образования телесных повреждений у Эдигова, а также в вызове специалистов и экспертов, мотивировав принятые решения.

О необоснованности доводов апелляционной жалобы относительно отсутствия подписи одного из понятых на пакетах с гильзами и пулями, представленных эксперту для проведения баллистической экспертизы, как обстоятельства, порочащего заключение эксперта, свидетельствует следующее.

В соответствии со ст. 7 5 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Как усматривается из протокола осмотра места происшествия от 23 февраля 2012 г., осмотр произведён следователем с участием понятых В и Б . В ходе осмотра с места происшествия изъяты 9 гильз и 8 пуль, 3 окурка от сигарет.

Протокол осмотра был составлен в соответствии с требованиями ст. 180 УПК РФ и подписан всеми участниками. Таким образом, источник доказательств определён, действия по его получению, фиксации, изъятию соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.

В п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» чётко определён круг нарушений, являющихся основаниями для признания доказательства недопустимыми: нарушение при их собирании и закреплении гарантированных Конституцией Российской Федерации прав человека и гражданина или установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка собирания и закрепления доказательств, а также осуществление их собирания и закрепления ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Таким образом, отсутствие указания на подпись одного из понятых (Б ) на пакетах с изъятыми с места происшествия пулями и гильзами не влечёт исключения протокола осмотра места происшествия, фототаблиц, схемы к нему; признания гильз, пуль и окурков вещественными доказательствами и приобщения их к делу; а также всех процессуальных действий, связанных с назначением и проведением экспертиз, из процесса доказывания.

Проверены также доводы защитника о несовпадении количества гильз, обнаруженных на месте происшествия, с объёмом находившихся у Эдигова при себе боеприпасов на момент совершения преступления. Как следует из показаний Эдигова на следствии и в суде, он получил оружие - пистолет ПМ с глушителем и АПС с полной обоймой. При этом один патрон находился в патроннике пистолета ПМ. При стрельбе в Ю расстрелял всю обойму, произведя всего 9 выстрелов. Согласно протоколу осмотра мест происшествия на месте были изъяты 9 гильз и 8 пуль. Согласно акту судебно- баллистической экспертизы 9 гильз и 8 патронов, изъятых с места происшествия, выстреляны из одного экземпляра оружия, предназначенного для использования в том числе в пистолете ПМ. Отстрел их из пистолета конструкции Макарова ПМ за № закреплённого за Ю , исключено.

Повреждения на трупе потерпевшего, его одежде образовались вследствие огнестрельных ранений, в результат попадания пуль калибра 9 мм. При этом в заключении судебно-медицинского эксперта, исследовавшего труп потерпевшего, указано, что одно из причинённых ему огнестрельных ранений является слепым.

15 сентября 2012 г. проведена проверка показаний на месте с участием Эдигова, последний на местности дал показания об обстоятельствах совершения причинения им смерти 23 февраля 2012 г. Ю и его показания полностью согласуются с показаниями, данными в ходе его допроса в качестве подозреваемого. Ссылка защиты на то, что по время проверки показаний на месте присутствовали не указанные в протоколе лица, оперативные сотрудники, вмешивающиеся в ход следственных действий, проверена судом и признана несостоятельной.

Протокол от 15 сентября 2012 г. соответствует требованиям уголовно- процессуального закона, в нём указаны лица, принимавшие участие в проводимом следственном действии, в том числе адвокат Эдигова, который не делал каких-либо заявлений, замечаний относительно проводимого мероприятия, участия посторонних лиц либо их вмешательства.

Кроме того, судом по инициативе стороны защиты был допрошен в качестве свидетеля Т который показал, что в ходе проверки показаний Эдигова на месте участие в следственном действии принимали только лица, указанные в протоколе. Суд обоснованно пришёл к выводу о том, что появление в кадре посторонних лиц не может свидетельствовать об их участии в следственном действии.

Не имеется также оснований усомниться в законности состоявшегося опознания Эдиговым оружия, когда ему в числе прочих пистолетов были представлены пистолеты системы Макарова и Стечкина, похожие на те, которые использовалось им в ходе совершения убийства потерпевшего.

Сделанные Эдиговым в ходе опознания уточнения относительно некоторых имевшихся различий во внешних признаках оружия, представленного на опознание и фактически использовавшегося им в процессе преступной деятельности, позволяет судить о достоверности результатов указанного следственного действия.

Не соглашается Судебная коллегия и с доводами защиты в части противоречий между заключениями фоновидеоскопической и фототехнической экспертиз. Как следует из приговора в отношении Эдигова, суд признал недопустимыми доказательствами шесть фотографий, представленных суду государственным обвинителем, поскольку стороной обвинения не указан источник получения фотографий, в связи с чем суд лишён возможности проверить данное доказательство. Вследствие признания фотографий недопустимыми доказательствами недопустимым признано и заключение эксперта от 29 января 2013 г. № 25/с по результатам фототехнической экспертизы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы данное заключение не указывалось судом в качестве доказательства виновности Эдигова. В соответствии со ст. 8 8 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности. Исследовав заключение эксперта от 29 января 2013 г. № 25/с по результатам фототехнической экспертизы, суд привёл основания, по которым считает данное доказательство недопустимо. Приведение доказательства в приговоре, с последующей его оценкой и выводом о недопустимости, не свидетельствует о том, что данное доказательство принято в обоснование выводов о виновности Эдигова. А поскольку доказательство признано недопустимым, необходимости устранения противоречий между ним и заключением эксперта, проводившего фоновидеоскопическую экспертизу, у суда не возникло.

Судебная коллегия находит несостоятельными и доводы о нарушении требований ч.4 ст. 193 УПК РФ при производстве опознания Эдигова свидетелем Б . В соответствии со ст. 193 УПК РФ в целях обеспечения безопасности опознающего предъявление лица для опознания по решению следователя может быть проведено в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым. В этом случае понятые находятся в месте нахождения опознающего. По окончании опознания составляется протокол в соответствии со ст. 166, 167 УПК РФ. В протоколе указываются условия, результаты опознания и по возможности дословно излагаются объяснения опознающего. Если предъявление лица для опознания проводилось в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознаваемым опознающего, то это также отмечается в протоколе.

Находящийся в материалах дела протокол опознания полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, присутствовавший при проведении данного процессуального действия адвокат Юсупов каких-либо замечаний, заявлений не делал.

Судебная коллегия в совещательной комнате убедилась в наличии оснований для применения положений ч. 9 ст. 166 УПК РФ, предусматривающей право следователя не приводить в протоколе следственного действия данные о личности свидетеля в целях обеспечения его безопасности, безопасности его родственников и близких лиц, где под безопасностью понимается, в частности, состояние защищённости не только его жизни и здоровья, но и других жизненно важных интересов личности от потенциально и реально существующих угроз.

Процедура принятия следователем указанного решения соблюдена.

Показания свидетеля Б о причастности Эдигова к преступлению суд с участием сторон всесторонне проверил и признал достоверными, подтверждающимися другими, приведёнными в приговоре доказательствами. Оснований для оговора осуждённого свидетелем в совершении тяжкого преступления не выявлено. Неточности, допущенные свидетелем в этажности дома и внешности Эдигова, суд обоснованно посчитал результатом значительного промежутка времени, прошедшего с момента событий, и несущественными.

Доводы апелляционной жалобы защитника о том, что Эдигова «подставил» И , вербовавший его в члены незаконного вооружённого формирования, противоречат обстоятельствам дела и исследованным доказательствам. Свидетель И допрошен судом по инициативе стороны защиты и показал, что его называют «И », он знаком с Эдиговым, с которым ходил в одну мечеть и который распространял идеи убийства вероотступников. Близкий друг Эдигова совершил подрыв около драмтеатра и умер. Отрицал, что видел Эдигова в РОВД, не знает об избиении, в задержании не участвовал. Показал, что видел съёмку с убегающим человеком после убийства полицейского и опознал в бегущем Эдигова по походке и по росту. При этом дал объяснения, почему походка узнаваема, а рост определяем.

Виновность Эдигова, помимо упомянутых выше доказательств, подтверждается также протоколом осмотра трупа потерпевшего, заключениями экспертов от 26 марта 2012 г. № 56, от 21 декабря 2012 г. № 17-к, от 26 апреля 2012 г. № 296, показаниями свидетелей Д ., М П и другими, исследованными судом и приведёнными в приговоре.

На основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, подробный анализ и оценка которых приведены в приговоре, суд пришёл к правильному выводу о виновности осуждённого в инкриминируемых преступлениях, при этом в приговоре, как того и требует закон, судом приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, всем исследованным доказательствам дан подробный анализ.

Доводы жалобы защитника о том, что председательствующим судьи оставлено без рассмотрения ходатайство об отводе всем судьям Верховного Суда Чеченской Республики, являются надуманными. Как следует из материалов дела, указанное ходатайство председательствующим судьёй рассмотрено и с приведением в постановлении мотивов принятого решения обоснованно было отклонено.

Согласно ч. 1 ст. 47 Конституции РФ никто не может быть лишён права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьёй, к подсудности которых оно отнесено законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 32 УПК РФ уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления, за исключением случаев, предусмотренных ст. 35 УПК РФ.

Статьёй 65 УПК РФ предусмотрен порядок рассмотрения заявления об отводе судьи или судей, участвующих в рассмотрении определённого уголовного дела. В ней, в частности, установлено, что отвод, заявленный судье, разрешается остальными судьями, если уголовное дело рассматривается судом коллегиально. Отвод, заявленный нескольким судьям или всему составу суда, разрешается тем же судом в полном составе большинством голосов. В случае удовлетворения заявления об отводе судьи, нескольких судей или всего состава суда, рассматривающего уголовное дело, оно передается в производство соответственно другого судьи или другого состава суда в порядке, установленном законом.

Таким образом, речь идёт об отводе составу суда, рассматривающему конкретное дело, а не всем судьям многосоставного суда. Состав суда, рассматривающий дело в соответствии с действующим законом, не вправе решать вопрос об отводе других судей этого же суда, в рассмотрении дела участия не принимающих. Поэтому отвод всему составу соответствующего суда, в соответствии со ст. 65 УПК РФ, по смыслу закона, означает отвод составу суда, рассматривающему дело коллегиально (в составе трёх судей), если весь состав суда состоит из этих трёх судей, или поочередно удовлетворенный отвод всем судьям данного суда.

Не имеют под собой оснований и доводы о незаконности производства по делу в связи с нарушением порядка его принятия следователем Т .

Уголовное дело возбуждено 24 февраля 2012 г., о чём следователем межрайонного отдела г. следственного управления СК РФ по Т вынесено постановление, и им же дело принято к производству. 24 февраля 2012 г. руководителем межрайонного отдела г. следственного управления СК РФ по А вынесено постановление о производстве предварительного следствия следственной группой, в состав которой вошел и Т 5 мая 2012 г.

уголовное дело изъято из производства следователя Т в связи с отпуском последнего и передано следователю В с вынесением соответствующих постановлений об изъятии и принятии к производству.

Впоследствии производство по делу было приостановлено на основании ч.1 ст.208 УПК РФ следователем В .

Постановлением от 12 сентября 2012 г., вынесенным следователем Т , производство по делу возобновлено, установлен срок следствия, что согласовано с первым заместителем руководителя СУ СК РФ по С , о чём свидетельствует подпись последнего на указанном процессуальном документе. Постановлением от этой же даты следователь Т , являясь членом следственной группы, принял дело к своему производству и продолжил предварительное расследование.

Выводы суда о виновности Эдигова в инкриминируемых преступлениях основаны на совокупности исследованных доказательств, оценка которым дана в приговоре надлежащим образом.

О наличии у Эдигова прямого умысла на лишение жизни Ю свидетельствует характер и механизм образования телесных повреждений у потерпевшего, их локализация, тяжесть, опасность для жизни в момент причинения; место и способ убийства; орудие преступления - огнестрельное оружие, количество патронов, множественность произведённых друг за другом выстрелов в одном направлении в быстрой последовательности.

Действия Эдигова и наступившие последствия в виде смерти Ю находятся в прямой причинной связи.

Установленные судом фактические обстоятельства с бесспорностью указывают на совершение Эдиговым посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности указанного лица по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а также на незаконные им приобретение, хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов в составе группы лиц по предварительному сговору.

На основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, подробный анализ и оценка которых приведены в приговоре, суд пришел к правильному выводу о виновности осуждённого в инкриминируемых преступлениях, при этом в приговоре, как того и требует закон, судом приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, всем исследованным доказательствам дан подробный анализ.

В должной степени проверено и психическое состояние Эдигова.

Согласно протоколу судебного заседания судебное следствие окончено при отсутствии возражений участников судопроизводства.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом допущено не было.

Установив с достаточной полнотой фактические обстоятельства дела и придя к выводу о виновности Эдигова, суд верно квалифицировал его действия ч.2 ст.222 УК РФ, а также по ст.317 УК РФ, но излишне указал при этом о совершении Эдиговым посягательства на жизнь военнослужащего, в чём Эдигов не обвинялся. Поэтому такое указание суда подлежит исключению из приговора.

Наказание Эдигову назначено в пределах санкции статей уголовного закона, по которым он осуждён, с учётом требований, предусмотренных ст. 6, 60 УК РФ. Назначая наказание, суд исходил из всех обстоятельств дела, общественной опасности совершённых преступлений и личности осуждённого, а также наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств по делу, влияния назначенного наказания на его исправление.

Доводы апелляционного представления в части неверного определения муниципального образования, пределы которого Эдигову запрещено покидать при исполнении дополнительного наказания в виде ограничения свободы, заслуживают внимания. Действительно, в приговоре, назначая наказание в порядке ст. 53 УК РФ, суд установил запрет Эдигову выезжать за пределы г. , и районов Республики. Между тем, в соответствии со ст.53 УК РФ суд, назначая наказание в виде ограничения свободы, налагает на осуждённого запрет не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования.

Поскольку местом жительства осуждённого установлен г. , где он имеет регистрацию, запрет должен касаться выезда за пределы именно этого муниципального образования.

В резолютивной части приговора суд признал Эдигова виновным по ч.2 ст. 208 УК РФ, назначив при этом наказание по ч.2 ст.222 УК РФ.

С учётом того, что осуждённому было предъявлено обвинение по ч.2 ст.222 УК РФ, во всех документах следствия и суда указана именно эта квалификация, соответствующая фактическим обстоятельствам дела, в апелляционной жалобе адвокат указывает на осуждение Эдигова именно по ч.2 ст. 222 УК РФ, Судебная коллегия приходит к выводу о том, что при составлении приговора суд допустил опечатку, ошибочно указав иную статью уголовного закона, чем та, что была установлена и обоснована в тексте приговора.

Тот обсоятельство, что указанная неточность носит технический характер, не оспаривается по существу в доводах апелляционной жалобы адвоката.

Как следует из материалов дела, установив факт наличия в приговоре опечатки в указанной части, суд с участием сторон в судебном заседании вынес постановление о её исправлении. Против исправления технической ошибки таким способом, как видно из соответствующего протокола, стороны не возражали. Поскольку имеющиеся неясности в этой части были устранены судом, то Судебная коллегия не усматривает необходимости в каких-то иных решениях на этот счёт.

Судебная коллегия не находит оснований для внесения в приговор изменений, связанных с исчислением срока отбывания наказания осуждённым. Суд указал в приговоре о начале исчисления указанного срока с 12 сентября 2012 г., то есть с момента фактического задержания Эдигова, что свидетельствует о зачёте в срок отбытия им наказания всего срока нахождения его под стражей в виде меры пресечения. Поэтому изменения, о которых просит прокурор в апелляционном представлении, носят формальный характер и не затрагивают существа дела.

20 28 На основании изложенного, руководствуясь ст. 389, 389 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Чеченской Республики от 23 мая 2014 г. в отношении Эдигова С С изменить: - исключить из описательно-мотивировочной части приговора при квалификации действий Эдигова С С по ст.317 УК РФ указание о совершении им посягательства на жизнь военнослужащего; - исключить из назначенного ему по ст. 317 УК РФ дополнительного наказания ограничения в виде запрета на выезд за пределы и районов Республики.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу и апелляционное представление^ без удовлетворения.

Председательствующий судья Судьи

Статьи законов по Делу № 23-АПУ14-10

УК РФ Статья 105. Убийство
УК РФ Статья 208. Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем
УК РФ Статья 222. Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов
УК РФ Статья 317. Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа
УПК РФ Статья 32. Территориальная подсудность уголовного дела
УПК РФ Статья 35. Изменение территориальной подсудности уголовного дела
УПК РФ Статья 65. Порядок рассмотрения заявления об отводе судьи
УПК РФ Статья 91. Основания задержания подозреваемого
УПК РФ Статья 166. Протокол следственного действия
УПК РФ Статья 180. Протоколы осмотра и освидетельствования
УПК РФ Статья 193. Предъявление для опознания
УПК РФ Статья 207. Дополнительная и повторная судебные экспертизы
УПК РФ Статья 208. Основания, порядок и сроки приостановления предварительного следствия
УПК РФ Статья 271. Заявление и разрешение ходатайств
УПК РФ Статья 276. Оглашение показаний подсудимого
УПК РФ Статья 281. Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля
УПК РФ Статья 308. Резолютивная часть обвинительного приговора
УПК РФ Статья 317. Пределы обжалования приговора
УК РФ Статья 6. Принцип справедливости
УК РФ Статья 53. Ограничение свободы
УК РФ Статья 60. Общие начала назначения наказания
УК РФ Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений

Производство по делу

Загрузка
Наверх