Дело № 26-В09-4

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 4 июня 2009 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по административным делам, надзор
Категория Административные дела
Докладчик Колычева Галина Алексеевна
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №26-В09-4

от 4 июня 2009 года

 

председательствующего Горохова Б.А., судей Колычевой Г.А., Гуляевой Г.А.

дополнительных гарантий и компенсаций за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте по надзорной жалобе прокуратуры Республики Ингушетия на решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 2 августа 2007 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 24 января 2008года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Колычевой Г.А., объяснения представителя прокуратуры Республики Ингушетия Агафонова И.Е., поддержавшего доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

Хидаев М.Э., обратившись в суд с указанным иском, ссылался на то, что с 20 января 1992 года по 27 ноября 2000 года проходил службу в органах прокуратуры Республики Ингушетия, работал в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте, в числе других работников прокуратуры выполнял задачи по нормализации обстановки, восстановлению законности и правопорядка на территории Республики Ингушетия, а поэтому в

соответствии с действующим законодательством за работу в указанных условиях имеет право на получение дополнительных гарантий и компенсаций.

Поскольку ответчик не предоставил ему гарантии и компенсации в полном объеме, просил суд обязать прокуратуру Республики Ингушетия засчитать в трудовой стаж и выслугу лет 1 месяц службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах за 3 месяца службы, взыскать за время фактической работы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах с учетом индексации задолженность по дополнительным гарантиям и компенсациям согласно представленному им расчету.

Ответчик иск не признал.

Решением Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 2 августа 2007 года иск удовлетворен. Постановлено взыскать с прокуратуры Республики Ингушетия в пользу Хидаева М.Э. задолженность по денежному содержанию за выполнение задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте с учетом индексации в размере [скрыто] руб. [скрыто]

коп.; взыскать с прокуратуры Республики Ингушетия госпошлину в доход государства в размере [скрыто]. руб.; обязать прокуратуру Республики Ингушетия засчитать Хидаеву М.Э. в выслугу лет для назначения пенсии время его службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах из расчета 1 месяц службы за 3 месяца.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 24 января 2008 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением президиума Верховного суда Республики Ингушетия от 18 апреля 2008 года прекращено надзорное производство по надзорной жалобе прокуратуры Республики Ингушетия на вышеуказанные судебные постановления ввиду отсутствия кворума в президиуме данного суда.

В надзорной жалобе представитель прокуратуры Республики Ингушетия Цароев И.Х. просит отменить состоявшиеся по делу судебные постановления, как вынесенные с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, и принять новое судебное постановление об отказе Хидаеву М.Э. в удовлетворении иска, не передавая дело для нового рассмотрения.

По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации от 8 октября 2008 года дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.

Учитывая отсутствие кворума в президиуме Верховного суда Республики Ингушетия, определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2009 года надзорная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Лицам, участвующим в деле, были направлены копии определения о передаче надзорной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании

суда надзорной инстанции и копии надзорной жалобы. Они были также извещены о времени и месте рассмотрения дела.

Представитель прокуратуры Республики Ингушетия в судебное заседание Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации явился. Хидаев М.Э. в судебное заседание не явился.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 385 ГПК РФ, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие Хидаева М.А., учитывая, что о времени и месте рассмотрения дела он извещен и о причине своей неявки не сообщил.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы прокуратуры Республики Ингушетия, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит надзорную жалобу подлежащей удовлетворению, а решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 2 августа 2007 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 24 января 20008 года подлежащими отмене.

В соответствии со статьей 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судами первой и кассационной инстанции были допущены такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права, выразившиеся в следующем.

Принимая решение об удовлетворении заявленных требований, районный суд исходил из того, что время действия на территории Республики Ингушетия режима чрезвычайного положения и отнесения данной территории к зоне вооруженного конфликта, за которое прокурорским работникам предоставляются дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные Законом Российской Федерации от 21 января 1999 года № 4328-1 «О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территориях государств Закавказья, Прибалтики, Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах», охватывает период с 1 октября 1992 года по 26 декабря 2001 года. Поскольку Хидаев М.Э проходил службу в органах прокуратуры Республики Ингушетия с 20 января

1992 года по 27 ноября 2000 года, т.е. в период действия режима чрезвычайного положения и зоны вооруженного конфликта, данный период службы подлежит зачету Хидаеву М.Э. в выслугу лет для назначения пенсии из расчета 1 месяц службы за 3 месяца. Кроме того, за указанный период в пользу Хидаева М.Э. подлежит взысканию денежное содержание, размер которого удвоен на основании Закона Российской Федерации от 21 января

1993 года №4328-1.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия согласилась с выводами суда первой инстанции о праве истца на дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные вышеназванным законом.

Между тем, такие выводы судебных инстанций основаны на неправильном толковании и применении норм законодательства, которыми регулируется порядок предоставления названных гарантий и компенсаций.

Так, постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2005 года № 649 дополнен раздел 1 Положения об исчислении выслуги лет, назначении и выплате пенсий и пособий прокурорам и следователям, научным и педагогическим работникам органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации, имеющим классные чины, и их семьям, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года № 942, согласно части 1 которого, в выслугу лет (трудовой стаж) для начисления пенсии прокурорским работникам, уволенным со службы в соответствии с пунктом «а» статьи 13 Закона Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» засчитывается на льготных условиях период службы (в том числе время нахождения в командировке) в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах из расчета 1 месяц службы (работы) за 3 месяца, в том числе в органах прокуратуры РФ, действовавших на территории СевероОсетинской ССР и Ингушской Республики, но не ранее чем со 2 ноября 1992 года и не позднее дня отмены чрезвычайного положения на территории этих республик.

Следовательно, период службы подлежит зачету на льготных условиях только в том случае, если такой период относился к фактическому выполнению задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах.

В соответствии с Законом РСФСР «О чрезвычайном положении» и Законом Российской Федерации «О безопасности» Указом Президента Российской Федерации от 2 ноября 1992 года № 1327 «О введении чрезвычайного положения на территории Северо-Осетинской ССР и Ингушской Республики» на территории Республики Ингушетия со 2 ноября 1992 года было введено чрезвычайное положение.

Указом Президента Российской Федерации от 27 марта 1993 года № 407 режим чрезвычайного положения с 31 марта 1993 года был отменен и чрезвычайное положение распространено лишь на отдельные территории Пригородного района и прилегающие к нему местности Республики Северная Осетия-Алания, а также Назрановского района Республики Ингушетия. Этот режим чрезвычайного положения продлевался на основании соответствующих

Указов Президента Российской Федерации и с 15 февраля 1995 года был отменен.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд необоснованно взыскал в пользу Хидааева М.Э. задолженность по денежному содержанию, а также засчитал истцу на льготных условиях из расчета 1 месяц службы за 3 месяца период с 15 февраля 1995 года по 27 ноября 2000 года, т.е. после отмены чрезвычайного положения.

Вывод суда об удовлетворении заявленных требований в части взыскания дополнительных денежных выплат за весь спорный период с 20 января 1992 года по 27 ноября 2000 года, не может быть признан правильным и в виду следующего.

В соответствии со статьей 1 Закона РФ от 21 января 1993 года № 4328-1 «О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах» военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, а также военнослужащим-офицерам, прапорщикам, мичманам, военнослужащим сверхсрочной службы, проходящим военную службу и не заключившим контракта о прохождении военной службы, постоянно или временно выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, на период выполнения этих задач устанавливаются оклады по воинским должностям и оклады по воинским званиям в двойном размере.

Постановлением Правительства РФ от 31 марта 1994 года № 280 «О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций», принятым в соответствии со статьей 7 вышеуказанного закона, предусмотрено, что военнослужащие и сотрудники органов внутренних дел, выполняющие задачи по установлению мира, законности и правопорядка, нормализации обстановки на территории Республики Северная Осетия и Ингушской Республики находятся в условиях чрезвычайного положения, в связи с чем, им предоставляются соответствующие дополнительные гарантии и компенсации.

Пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 года № 280 «О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций» установлено предоставлять военнослужащим и сотрудникам дополнительные гарантии и компенсации только за время фактического выполнения ими задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо в местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта (но не ранее дня введения на соответствующей территории чрезвычайного положения или отнесения местности к зоне вооруженного конфликта и не позднее дня отмены чрезвычайного положения

или решения об отнесении к зоне вооруженного конфликта, определенных Правительством Российской Федерации) и предусмотрено, что периоды выполнения военнослужащими и сотрудниками задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах оформляются приказами командиров воинских частей, начальников штабов, оперативных и иных групп.

Действие приведенного пункта распространено на прокурорских работников пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 29 октября 2005 года № 649 «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года № 942».

Постановление Правительства Российской Федерации от 29 октября 2005 года № 649 вступило в силу 11 ноября 2005 года.

В связи с этим установление дополнительных денежных компенсаций прокурорским работникам в соответствии с пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 года № 280 может осуществляться не ранее, чем с 11 ноября 2005 года.

В данном случае, суд в нарушение Указа Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 года № 763 «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти» придал обратную силу постановлению Правительства Российской Федерации от 29 октября 2005 года № 649 (п.2), в связи с чем, неправомерно удовлетворил требования в указанной части за периоды до вступления в силу постановления Правительства Российской Федерации от 29 октября 2005 года № 649.

Кроме того, учитывая вышеприведенные нормы, дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные Законом Российской Федерации от 21 января 1993 года № 4328-1, предоставляются только за время фактического выполнения задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта. Само по себе нахождение в период прохождения службы на территории, на которой объявлено чрезвычайное положение или отнесенной к зоне вооруженного конфликта, не означает фактического участия в выполнении соответствующих задач. Фактическое участие должно быть доказано по делу в соответствии с требованиями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ч.1 ст.56).

Однако суд в нарушение требования процессуального законодательства и при отсутствии доказательств, подтверждающих фактическое выполнение истцом задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо в местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта, удовлетворил исковые требования. При этом приказов руководителя прокуратуры Республики Ингушетия либо Генерального прокурора Российской Федерации, свидетельствующих о выполнении прокурорскими работниками Республики Ингушетия соответствующих задач в условиях чрезвычайного положения и

при вооруженных конфликтах, не имелось.

Помимо этого, суд произвел расчет задолженности по дополнительным денежным выплатам исходя из полного денежного содержания истца (должностной оклад, доплата за классные чин, выслугу лет, особые условия службы, доплата за сложность, напряженность и высокие достижения в труде), тогда как Законом Российской Федерации от 21 января 1993 года № 4328-1 установлено увеличение исключительно окладов по должности и воинским званиям, а не всего денежного содержания при выполнении задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах.

При таких обстоятельствах вынесенные по делу судебные постановления нельзя признать законными, они подлежат отмене.

Принимая во внимание, что обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены, Судебная коллегия находит возможным, отменяя судебные постановления, принять по делу новое решение, не передавая дело на новое рассмотрение, с целью исправления судебной ошибки, допущенной судебными инстанциями в применении и толковании норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 2 августа 2007 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 24 января 2008 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым Хидаеву М.Э. в удовлетворении иска к прокуратуре Республики Ингушетия о взыскании дополнительных гарантий и компенсаций за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженно^конфликте отказать.

Статьи законов по Делу № 26-В09-4

ГПК РФ Статья 385. Извещение лиц, участвующих в деле, о передаче кассационных жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции
ГПК РФ Статья 387. Основания для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Загрузка
Наверх