Типовые договорыТиповые договоры



Активные юристыАктивные юристы

Телефон: 9060684949
Телефон: +7 905 942-69-48
не в сети
Фото юриста
Лакоткина Юлия Анатольевна
г. Ужур Красноярский край ( СИБИРЬ)
ответов за неделю: 11
Телефон: 8 923 308 00 82


Ответы юристовОтветы юристов

Дело № 29-АПУ15-1СП

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 27 марта 2015 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция
Категория Уголовные дела
Докладчик Климов Александр Николаевич
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 29-АПУ15-1СП

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 27 марта 2015 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Российской Федерс ш- составе и ИСТОМИНОЙ

председательствующегоГ.Н.,
судейКлимова А.Н. и Таратуты И.В.,
при секретареБарченковой М.А.,

рассмотрела в судебном заседании дело с апелляционными жалобами осужденных Бурмистрова И.И., Ермолаева А.С., Ефимюка А.С, Максименко СВ., Харчилина В.В., Шматко А.Н. и Хренова И.В., адвокатов Бравичева А.Е., Долгунова О.В., Крючковой И.Ф., Людинина В.А., Майорова Ю.Н., Симоновой Т.В. и Чешевой Г.В. на приговор Пензенского областного суда от 4 июля 2014 года с участием присяжных заседателей, которым Максименко С В не судимый, осужден по ч.1 ст.209, ч.1 ст.210, ч.З ст.ЗО и пп. «е», «ж», «з» ч.2 ст. 105, пп. «а», «ж», «з» ч.2 ст. 105, п. «а» ч.З ст.111, ч.4 ст.111 УК РФ, на основании ч 3 ст 69 УК РФ к 25 годам лишения свободы с отбыванием в не мопелыюй колонии строгого режима, с 4 ' > ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, с установлением соответствующих ограничений и возложением обязанностей; он же оправдан по чч. 3 и 5 ст.33 и п. «з» ч.2 ст. 105, п. «а» ч.З ст.111, ч.2 ст.213 (по двум эпизодам), ч.З ст.222 УК РФ; Бурмистров И И не судимый, осужден по ч.2 ст.209, ч.1 ст.210, ч.З ст.ЗО и пп. «е», «ж», «з» ч.2 ст. 105, пп. «а», «д», «е» ч.2 ст. 105, чЛ ст.222 УК РФ, на основании ч.З ст. 69 УК РФ к 21 году лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 3 месяца, с установлением соответствующих ограничений и обязанностей; он же оправдан по ч. 3 ст. 222 УК РФ; Хренов И В « не судимый, осужден по ч.2 ст.209, ч.2 ст.210, ч.З ст.ЗО и пп. «е», «ж», «з» ч.2 ст. 105, п. «а» ч.З ст.111, ч.1 ст.222 УК РФ, на основании ч.З ст.69 УК РФ к 13 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением соответствующих ограничений и обязанностей; он же оправдан по пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ; Шматко А Н , , судимый: - 30 мая 2003 года Пензенским областным судом по п. «а» ч.З ст. 162, ч.2 ст.240, ч.З ст.ЗО и ч.2 ст.240 УК РФ к 8 годам % ' л лишения свободы в колонии строгого режима, освобожден 26 декабря 2008 года условно-досрочно на 1 год 1 месяц 5 дней, осужден по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ к 13 годам лишения свободы с %к отбыванием в исправительной колонии строгого режима; Харчилин В В не судимый, осужден по ч.З ст.ЗО, пп. «е», «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; он же оправдан по ч.2 ст.209 УК РФ; Ефимюк А С не судимый, осужден по ч.2 ст.209, чЛ ст.210, пп. «ж», «з» ч.2 ст.Ю5, ч.З ст.ЗО, пп. «ж», «з» ч.2 ст.105, ч.З ст.222 УК РФ, на основании ч.З ст.69 УК РФ к 17 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 3 месяца, с установлением соответствующих ограничений и обязанностей; Ермолаев Ю А не судимый, * осужден по чЛ ст.210, ч.З ст.159, чЛ ст.222 УК РФ, на основании ч.З ст.69 УК РФ к 13 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением соответствующих ограничений и обязанностей, он же оправдан по ч.2 ст.213 УК РФ.

Постановлено взыскать с Бурмистрова И И в пользу Л компенсацию морального вреда в размере рублей, а также с Ермолаева Ю А в возмещение материального ущерба в пользу К рублей и С рублей.

Вещественное доказательство автомобиль государственный регистрационный знак находящийся на ответственном хранении У ( конфискован и обращен в возмещение ущерба потерпевшим К и С Постановлено конфисковать принадлежащие Бурмистрову И.И. ружье помповое гладкоствольное калибра 12 «ИЖ-81» № ружье охотничье гладкоствольное «МЦ 21-12» № ружье охотничье гладкоствольное двуствольное ИЖ-54 № карабин охотничий «Сайга МК-03» кал. 7,62x39мм № карабин охотничий «Тигр» 7,62x54мм № с оптическим прицелом, находящиеся на хранении в ОП № при УМВД России по г. и обращен в возмещение ущерба потерпевшей Л В соответствии с п.1 ч.З ст.81 УПК РФ конфискованы находящиеся на хранении в ОП № при УМВД России по г.

- охотничье ружье марки Сайга 410К-01 с номером К - охотничье ружье «Сайга 410» маркировочный номер со складным прикладом, ружье охотничье марки «МР-153» калибр 12x76, маркировочный номер карабин марки «ВКО\\ПЧГКО» маркировочный номер карабин марки «Беркут-2М1» маркировочный номер остальную часть номера не видно; пистолет травматический «Оса» с номером ; пистолет газовый «ИЖ-79-8» калибра 8мм с магазином снаряженным патронами в количестве 5 штук, изъятые в ходе обыска в жилище Максименко СВ.; - охотничье ружье № 12 калибра; пистолет самообороны «Лидер» № изъятые в ходе обыска в жилище Ефимюка А.С; - одноствольное охотничье ружье марки «МЦ-12» 12 калибра; двуствольное охотничье ружье марки «1Р. 8аиег & 8опп» в чехле бордового цвета; охотничий карабин «Тигр», калибра 7,62мм в чехле; изъятые в ходе обыска в жилище Хренова И.В.; - охотничье ружье ИЖ-27-ЕС1 12 калибра номер 92с091-1 в чехле, внутри которого имеется запасной ствол к нему номер 92с092-1; карабин «Тигр» к-7,62мм номер 03500342, в чехле; изъятые 26.04.2011, в ходе обыска в жилище Воробьева В.В.; Взысканы в доход государства процессуальные издержки: с Бурмистрова И И - рублей; с Хренова И В - рублей; с Ефимюка А С - рублей; с Харчилина В В - рублей; с Ермолаева Ю А - рублей; с Шматко А Н - рублей.

По этому же делу осуждены Борзов Д.С, Карамышев А.В., Воробьев В.В., Ермоленко А.В. и оправдан Иванов М.Ю., приговор в отношении которых в апелляционном порядке не оспаривается.

Заслушав доклад судьи Климова А.Н., выступления осужденных Бурмистрова И.И., Ермолаева А.С, Ефимюка А.С, Максименко СВ., Харчилина В.В., Шматко А.Н. и Хренова И.В., защитников Майорова Ю.Н., Масловой Ю.А., Людинина В.А., Долгунова О.В., Крючковой И.Ф., Бравичева А.Е. и Урсола А.Л., полагавших приговор отменить, оправдать осужденных, или дело направить на новое рассмотрение, мнение прокурора Гуровой В.Ю., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

Вердиктом коллегии присяжных заседателей Максименко СВ.

признан виновным в руководстве вооруженной группой « » в период с 1998 года до 26 апреля 2011 года, действовавшей в г.

и области, а Бурмистров И.И., Хренов И.В. и Ефимюк А.С признаны виновными в участии в вооружённой группе ».

Кроме того, вердиктом коллегии присяжных заседателей Максименко СВ. признан виновным в том, что в 2000 году он на основе вооруженной группы « создал для совершения противоправных действий преступное сообщество под таким же названием, состоявшее из структурных подразделений, до 26 апреля 2011 года руководил этим сообществом и участвовал в противоправных деяниях в его составе.

По предложению Максименко СВ. в состав преступного сообщества « в период её формирования добровольно вошли желающие участвовать в противоправной деятельности Бурмистров И.И., Хренов И.В., Ефимюк А.С, Воробьев В .В., Ермолаев Ю.А. и другие лица, которые до 26 апреля 2011 года принимали участие в деятельности сообщества, состоявшего из структурных подразделений, а Бурмистров И.И., Ефимюк А.С. и Ермолаев Ю.А., кроме того, руководили данными структурными подразделениями.

Преступная группа « существовала до 26 апреля 2011 года и за период её деятельности были совершены убийства Б и Б покушения на убийство М ., М в 2000 году, причинение тяжкого вреда здоровью И и Ц причинение тяжкого вреда здоровью Н повлекшего его смерть; хулиганство в отношении Н а также незаконные действия в отношении огнестрельного оружия, взрывного устройства и боеприпасов.

Кроме того, вердиктом присяжных заседателей Максименко СВ., Бурмистров И.И., Хренов И.В. и Харчилин В.В. признаны виновными в покушении 21.10.1999 года на убийство М .

Помимо этого, Максименко СВ. и Хренов И.В. признаны виновными в покушении на убийство М и причинении тяжкого вреда здоровью И , совершённым 26.04.2000 года.

Также Максименко СВ и Ермоленко А.В. признаны виновными в причинении 26 января 2001 года Н тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшего по неосторожности его смерть.

Вердиктом коллегии присяжных заседателей Максименко СВ., Ефимюк А.С и Шматко А.Н. признаны виновными в убийстве 11 августа 2001 года Б а Максименко СВ., помимо этого, в убийстве 5 февраля 2004 года Б Ефимюк А.С. признан виновным в покушении 16 марта 2003 года на убийство М Ефимюк А.С, кроме того, признан виновным в том, что он заранее объединившись с другими лицами для совершения противоправных деяний, в один из дней летнего периода 2001 года, действуя по указанию другого лица, не имея соответствующего разрешения, забрал из подвального помещения жилого дома расположенного по адресу: г.

пистолет-пулемёт неустановленного образца калибра 9мм, являющийся огнестрельным оружием, пригодным для производства выстрела и поражения цели, и 1 патрон к нему, которые на автомашине перевёз на квартиру по адресу: г. ул.

и передал их Шматко А.Н. и двум другим лицам. В один из дней, не позднее 16 марта 2003 года, Ефимюк А.С, получил пистолет марки ПМ калибра 9мм, являющийся огнестрельным оружием, пригодным для производства выстрела и поражения цели, и не менее 2 патронов к нему, перенес их к гаражно-строительному кооперативу « », расположенному по адресу: г.

Бурмистров И.И. признан виновным в убийстве в ночь на 15 января 2003 года Л и К Ермолаев Ю.А. признан виновным в совершении 11 февраля 2011 года хищения чужого имущества путём мошенничества, в крупном размере.

Бурмистров И.И., Хренов И.В. и Ермолаев Ю.А. вердиктом коллегии присяжных заседателей признаны виновными в незаконном хранении до 26 апреля 2011 года боеприпасов.

В апелляционных жалобах (с дополнениями): осужденный Максименко СВ. утверждает, что в ходе судебного заседания систематически нарушались принципы состязательности и равноправия сторон, что выражалось в отказе в удовлетворении ходатайств стороны зашиты, в том числе в запросе из СИЗО сведений о телесных повреждениях Т вызове свидетеля Ц , отказе в назначении судебных экспертиз; ряд доказательств исследовался в отсутствие присяжных; в напутственном слове судья нарушил принцип объективности и беспристрастности; председательствующий неправильно квалифицировал действия подсудимых по ст.ст. 209, 210 УК РФ; не доказана его вина по эпизоду убийства Б , не установлены обстоятельства совершения преступления и его причастность к убийству Б ; по эпизоду причинения тяжкого вреда здоровью И отсутствует квалифицирующий признак «общеопасным способом» и не доказан его умысел на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью; по эпизоду в отношении Н суд вышел за пределы предъявленного обвинения, поскольку его умыслом не охватывалось причинение этому потерпевшему тяжкого вреда здоровью; судья необоснованно ограничил его в сроках ознакомления с протоколом судебного заседания; по окончанию следствия его не ознакомили с томами №№65-67, и это обстоятельство могло повлиять на его уязвимую позицию в суде и на вердикт присяжных заседателей; на вопрос №2 присяжные заседатели дали отрицательный ответ, следовательно, возникло противоречие в ответах на вопросы №№ 8-20 по эпизоду покушения на жизнь М которое не устранено; утверждает, что потерпевший К оговорил его; судья незаконно отказал защите в постановке вопроса о том, что в 2009 году Максименко СВ. получил от С рублей за отказ от его прав на автомашину указывает, что он, Ермолаев и К являются совладельцами этого автомобиля; С по этому вопросу дал заведомо ложные показания, и суд также неверно оценил показания свидетеля .; цена автомобиля по заключению товароведческой экспертизы и показаниям эксперта С чрезмерно завышена, и необходимо было назначить повторную товароведческую экспертизу, или сделать запрос о цене автомобиля на завод- изготовитель; через СМИ на присяжных заседателей было оказано незаконное воздействие; на стадии прений сторон подсудимый Иванов М.Ю. отказался от услуг защитника Васильчиковой Л.А., но судья не произвёл замену адвоката; в приговоре отсутствуют указания об оправдании его по фактам покушения на убийство М , причинения тяжких телесных повреждений А и убийства Д чем нарушено его право на реабилитацию; показания К по эпизоду убийства Б опровергаются показаниями З , Ефимюка и Хренова; при таких обстоятельствах судья обязан был удовлетворить ходатайство адвоката Симоновой о вызове и допросе свидетеля Ц в квартире которой проживал Б , и которая видела пистолет- пулемёт у З еще за неделю до убийства Б не установлен подвал, где хранился пистолет-пулемёт, и его собственник; полагает, что убийство Б организовал К и суд не разобрался в деле; по эпизоду убийства Б его также оговорил К и оно не могло быть совершено по мотиву мести за Р , так как, согласно приговору от 6 октября 2004 года, это преступление совершил С по другим мотивам; ходатайство о рассмотрении дела судом присяжных заявил только Воробьев, и суд обязан был выделить материалы в отношении него в отдельное производство; присяжные заседатели через председательствующего задавали вопросы участникам судебного заседания, но они не приобщены к материалам дела, и эти вопросы не отражены в протоколе судебного заседания; суд обязан был исключить из числа допустимых доказательств показания свидетелей под псевдонимом П (М ) и Н (Т , поскольку они в суде одновременно имели двойной статус, что противоречит требованиям ст. ст. 42, 56, 249, 264 УПК РФ; в связи с показаниями этих свидетелей суд незаконно отказал в повторном вызове и допросе свидетеля Ф (т.93 л.д.86); уголовное дело по факту покушения на М от 21.10.1999 года не возбуждалось, в деле отсутствует прострелянная шапка и незаконно суд приобщил постановление прокуратуры от 15.03.12 года об отмене несуществовавшего постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по данному факту; потерпевший К систематически ссылался на обстоятельства, которые не относились к настоящему делу, но судья ему по этому поводу замечаний не делал; председательствующий ввёл в заблуждение участников судебного заседания, заявив, что производится аудиозапись судебного процесса, но затем он же отказал стороне защиты в предоставлении этой записи для проверки объективности протокола судебного заседания; председательствующий предоставил ему только три дня на ознакомление с томами 85-87 уголовного дела, чем было нарушено его право на защиту; напутственное слово председательствующего было необъективным, и он исказил обстоятельства покушения на М адвокат Кислова Н.А. в данном процессе представляла интересы потерпевшего К , а согласно приговору Пензенского областного суда от 4 марта 2009 года она защищала интересы М , а адвокат Чуркин Ю.Н. в 2009 году защищал Т а по настоящему делу защищал подсудимого Ермоленко, что могло повлиять на законность принятого по делу решения; присяжные заседатели составили и подписали вердикт 22 мая 2014 года, но судья незаконно вернул его, а затем в вердикт были внесены изменения, после чего провозгласили его только 26 мая 2014 года; просит приговор отменить, и дело направить на новое рассмотрение; адвокат Симонова Т.В. в интересах осуждённого Максименко СВ. указывает, что в суде были ограничены права защитников и нарушен принцип равноправия сторон; считает, что заключения судебно-медицинских экспертиз №1971 (по И ), №834 (по Ц ), №3458 (по К ), используемые при доказывании вины подсудимых, являются недопустимыми доказательствами; государственный обвинитель допрашивал свидетелей, не имеющих отношение к обвинению; защите было отказано в вызове и допросе свидетеля Ц которая подтверждала причастность З к убийству Б ; суд необоснованно отказал в проведении дополнительной экспертизы по определению раневого канала у К в истребовании из УФСИН России по П области медицинских документов на потерпевшего Т в допросе свидетеля Н (по поводу взаимоотношений Воробьёва и Борзова); считает незаконным проведённое в суде опознание М Бурмистрова; суд неправильно квалифицировал действия Максименко по ст.210 УК РФ, поскольку отсутствовал такой признак, как получение финансовой или иной материальной выгоды; не доказана вина Максименко в причинении тяжкого вреда здоровью И квалификация по преступлениям в отношении Н и Б выходит за пределы предъявленного Максименко обвинения; было нарушено право Максименко на защиту, поскольку в порядке ст. 217 УПК РФ ему были предоставлены для ознакомления только 64 тома, хотя он должен был ознакомиться с 67 томами; судья обязан был возвратить дело прокурору, а не восполнять пробел; обвинительное заключение в отношении Максименко составлено с противоречиями и при отсутствии конкретизации; средства массовой информации оказали на присяжных заседателей незаконное воздействие, и судья обязан был сформировать коллегию не из числа жителей области; ходатайство о рассмотрении данного дела с участием присяжных заявил только Воробьев, которого поддержал Ермоленко, и председательствующий обязан был выделить в отношении этих лиц дело в отдельное производство; полагает, что право Максименко и других подсудимых на выбор формы судопроизводства было нарушено; утверждает, что присяжные не разобрались с обвинением в отношении Максименко и других осуждённых; после возвращения из совещательной комнаты для исследования доказательств судья ввёл их в заблуждение и возвратил в совещательную комнату; дело рассматривалось длительное время, и присяжные в силу усталости вынесли по делу ошибочное решение; многочисленные ходатайства подсудимых и стороны защиты председательствующий необоснованно оставил без удовлетворения; вопросный лист составлен с нарушениями ст. ст. 338, 339 УПК РФ; напутственное слово председательствующего не соответствовало принципам беспристрастности и равноправия сторон; просит приговор отменить, и дело направить на новое рассмотрение; адвокат Долгунов О.В. в интересах осуждённого Максименко СВ. указывает, что ходатайство о суде присяжных заявил только один Воробьёв, а Максименко и другие обвиняемые возражали, в связи с чем суд обязан был выделить материалы в отношении Воробьёва в отдельное производство; в суде исследовались доказательства, не имеющие отношения к предъявленному обвинению, в частности, перед присяжными нельзя было исследовать период с 1993 по 1998 годы, поскольку Максименко, согласно обвинительному заключению, стал руководить бандой только с 1998 года; присяжные не смогли отличить группировку « », действующую до 1998 года, от банды и преступного сообщества; председательствующий 23 апреля 2013 года незаконно прерывал Максименко и его защитника в изложении позиции по делу, а затем лишил их слова, передав его защитнику Бурмистрова - адвокату Майорову; во вступительном заявлении государственный обвинитель ссылался на обстоятельства, которые не вменялись Максименко; в протоколе судебного заседания вступительное заявление государственного обвинителя отсутствует; потерпевший К с разрешения председательствующего судьи довёл до присяжных заседателей сведения об обстоятельствах, которые Максименко не вменялись, чем оказал на них незаконное воздействие; кроме того, К занимался дискредитацией свидетелей А Г Б Ш (т.90 л.д.71- 117); судья незаконно отклонил ходатайства защиты (т.84 л.д.220- 221, т. 92 л.д.112, 113, 196, 230) об исключении экспертизы трупа Б (т. 13 л.д.98-107), о назначении повторной экспертизы, о допросе в качестве свидетеля Ц по мотиву убийства Б в судебном заседании 24 апреля 2013 года председательствующий, в угоду стороне обвинения, изменил порядок представления доказательств и, при наличии возражений со стороны подсудимых и защиты, были допрошены секретные «М », «Н », «П », которые довели до присяжных заседателей информацию, не относящуюся к делу (т.92 л.д.234, т.93 л.д.5, 24, 28, 31); показания « противоречили показаниям потерпевшего М но судья незаконно отказал в ходатайстве защиты о повторном допросе М в прениях государственный обвинитель также ссылался на обстоятельства, которые Максименко не вменялись (по покушению на С - т.93 л.д.135); обвинитель систематически порочил показания свидетелей Т Б Н , А Г Б Ш (т.93 л.д.123, 137); привёл показания свидетеля под псевдонимом « » о противоправной деятельности Максименко до 1995 года, о конфликте с Ш о выполнении Воробьевым важного поручения; также незаконно обвинитель сослался на текст записки, изъятой в изоляторе у Ш , авторство которой не установлено; в прениях прокурор ссылался на предположение о поручении Максименко к А относительно убийства Б хотя А не являлся подсудимым по настоящему делу; напутственное слово председательствующего было необъективным, поскольку он навязывал присяжным заседателям своё мнение в пользу стороны обвинения; просит приговор отменить, и дело направить на новое рассмотрение; осужденный Ермолаев Ю.А. утверждает, что на присяжных было оказано негативное воздействие через средства массовой информации; председательствующий позволял государственному обвинителю обсуждать при присяжных заседателях процессуальные вопросы, что также повлияло на их выводы; суд необоснованно отклонял его ходатайства, а также замечания и возражения стороны защиты на действия председательствующего, дополнения стороны защиты к вопросам для присяжных заседателей, и, напротив, удовлетворял дополнения государственного обвинителя; в приговоре суд ошибочно указал, что определяет наказание ему по ч.2 ст.210 УК РФ, хотя он признан виновным по чЛ ст.210 УК РФ; в приговоре отсутствуют сведения о проведении в отношении него судебно-психиатрической экспертизы и не решён вопрос о его вменяемости; в приговоре не приведены доказательства о его виновности в совершенных преступлениях, отсутствует их анализ; не доказана его причастность к инкриминированным деяниям; дело рассмотрено с обвинительным уклоном, и судья незаконно ограничил его во времени при ознакомлении с протоколом судебного заседания; считает приговор незаконным ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства, допущенных в ходе рассмотрения дела, а также в связи с неправильным применением уголовного закона; квалифицируя совершенные им в 2000 году деяния по чЛ ст.210 УК РФ, суд в нарушение требований ст.ст. 9, 10 УК РФ применил закон, действующий с 2010 года; при этом судом не учтено, что ни в ходе предварительного расследования, ни в судебном заседании не установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию - место и способ совершения преступления; в приговоре имеется прямое указание на то, что после того, как в 2000 году он создал функционально обособленную группу, он сам не принимал участия в совершении преступлений в составе преступного сообщества в период с 2000 года по 26 апреля 2011 года; а совершение иных преступлений лицами, входящими в руководимое им структурное подразделение, органами предварительного расследования ему не вменялось; единственное деяние, которое, по мнению органов предварительного расследования, было совершено в 2004 году в интересах преступного сообщества « » с его участием - это хулиганство в отношении К однако суд исключил его из описания преступного деяния, предусмотренного чЛ ст.210 УК РФ; действия Карамышева А.В. по данному эпизоду судом также были переквалифицированы на п. «а» чЛ ст.213 УК РФ и п. «д» ч.2 ст.111 УК РФ, чем констатирована его непричастность к этим деяниям; при таких обстоятельствах применение судом норм уголовного права, регламентирующих ответственность за длящееся или продолжаемое преступление, не основано на законе; ссылаясь на положения ст. ст. 9, 10 УК РФ, в соответствии с которыми преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время его совершения, и только закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, считает, что квалификация его действий по ст.210 УК РФ в редакции, действующей с 2010 года, ухудшает его положение, поскольку как нижний, так и верхний пределы санкции в новом законе являются более высокими; в ходе судебного следствия председательствующий судья, нарушая принципы состязательности и равноправия сторон уголовного процесса, необоснованно отказывал в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств о вызове и допросе свидетелей, о назначении по делу экспертиз, об истребовании сведений о стоимости автомобиля в 2006 и в 2011 годах; отказав ему в судебном заседании 05 марта 2014 года в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе эксперта С 19 марта 2014 года председательствующий судья удовлетворил аналогичное ходатайство государственного обвинителя; о рассмотрении дела с обвинительным уклоном свидетельствует и то, что председательствующий судья в нарушение требований ст.338 УПК РФ немотивированно отказал в постановке на разрешение коллегии присяжных заседателей предложенных стороной защиты дополнительных вопросов; помимо основных вопросов обвинения, судом не было поставлено ни одного частного вопроса по позиции защиты об обстоятельствах инкриминируемых ему деяний, связанных с неправомерным завладением автомобилем и незаконными действиями с оружием и боеприпасами; председательствующий судья при обращении с напутственным словом, вопреки требованиям п.З ч.2 ст.340 УПК РФ, до сведения присяжных заседателей довёл показания свидетелей, данные ими при производстве предварительного расследования, и не исследованные в судебном заседании; протокол судебного заседания не соответствует требованиям ст.259 УПК РФ, что ограничивает его право на защиту и существенно затрудняет обжалование приговора по существу, а также лишает вышестоящую судебную инстанцию возможности изучения истинного хода рассмотрения уголовного дела; в протоколе судебного заседания показания свидетелей искажены в сторону обвинения либо вовсе не приведены; нарушая принцип беспристрастности, председательствующий судья в ходе всего судебного следствия, несмотря на возражения стороны защиты, оставлял без внимания то, что государственный обвинитель в ходе допросов свидетелей и потерпевших задавал в основном наводящие вопросы, содержащие практически полные ответы на них; кроме того, в протоколе судебного заседания отсутствуют сведения о целом дне слушаний - 26 июля 2013 года, поскольку согласно протоколу в период времени с 19 июля 2013 года по 03 сентября 2013 года судебные заседания не проводились; то обстоятельство, что судом велось аудиопротоколирование хода судебного заседания, не зафиксировано, хотя в удовлетворении ходатайства о ведении официальной аудио- и видеозаписи ему было отказано, секретарь судебного заседания О вела аудиозапись судебного заседания и при ознакомлении его с протоколом судебного заседания предоставила ему и другим осужденным возможность прослушать файл с аудиозаписью допроса свидетеля Ц в связи с чем он небезосновательно подал замечания на протокол судебного заседания, сославшись на прослушанную аудиозапись; однако председательствующий судья замечания на протокол судебного заседания отклонил, отрицая факт наличия официальной аудиозаписи; выражает несогласие с решением суда по результатам рассмотрения поданных им замечаний на протокол судебного заседания, поскольку оно ничем не мотивировано и не обосновано, а часть замечаний даже не рассмотрена; записки с вопросами присяжных заседателей, поступавшие председательствующему, к материалам дела не приложены, сведения об этих вопросах отсутствуют и в протоколе судебного заседания; в нарушение требований ч.ч.7,8 ст.259 УПК РФ он был необоснованно ограничен во времени ознакомления с протоколом судебного заседания; при составлении вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, председательствующий в нарушение требований чЛ ст.338 УПК РФ формулировал их на основании только обвинительного заключения, без учета результатов судебного следствия и прений сторон; в нарушение требований уголовно-процессуального закона, председательствующий, формулируя вопрос № 92 в вопросном листе, по существу исказил фактические обстоятельства совершенных в отношении К действий, проигнорировав факт нанесения К неустановленным лицом удара ножом в бок; при формулировке вопроса № 93 председательствующий судья не принял во внимание результаты судебного следствия, о чем свидетельствует указание на совершение инкриминируемого Ермолаеву Ю.А. деяния «...совместно с Карамышевым А.В...», «...с ведома и одобрения Максименко СВ....»; в судебном заседании государственный обвинитель отказался от поддержания предъявленного Максименко СВ. и ему обвинения по п. «а» ч.З ст.111 УК РФ в отношении К по причине отсутствия в их действиях состава указанного преступления и вердиктом присяжных заседателей он также был оправдан по обвинению в совершении ряда других инкриминируемых ему эпизодов преступной деятельности, что повлекло уменьшение объема обвинения; однако указанные обстоятельства какой-либо оценки в приговоре не получили и не были учтены при решении вопроса о виде и мере наказания; без учета результатов судебного следствия на разрешение коллегии присяжных поставлен вопрос № 168 по факту противоправного завладения имуществом К ; из показаний в судебном заседании свидетелей К , С из содержания видеозаписи с камер наблюдения следовало, что автомобиль со стоянки забирал К кроме того, ни органами предварительного расследования, ни государственным обвинителем не было представлено доказательств, подтверждающих факт принадлежности спорного автомобиля С и К а также стоимость указанного автомобиля, поскольку соответствующее заключение товароведческой экспертизы является недопустимым доказательством; суд также не принял во внимание отсутствие по делу каких-либо объективных доказательств, указывающих на его причастность к незаконным действиям с оружием и боеприпасами; доводы стороны защиты о недопустимости такого доказательства, как протокол обыска в его жилище по причине отсутствия разрешения суда и неучастия в обыске члена семьи собственника жилого помещения оставлены без внимания; в судебном решении не приведены мотивы назначения ему по чЛ ст.210 УК РФ наказания в виде лишения свободы сроком на 12 лет при том, что ни им самим, ни возглавляемым им структурным подразделением в составе преступного сообщества или в интересах последнего не совершались не только тяжкие и особо тяжкие, но и какие-либо преступления вообще; осужденный Ермолаев Ю.А. также считает, что постановленный приговор подлежит отмене ввиду нарушения тайны совещания присяжных заседателей; после того, как присяжные удалились в совещательную комнату, ответили на все поставленные перед ними вопросы, старшина присяжных 22 мая 2014 года подписал вердикт; однако 23 мая 2014 года председательствующий судья возвратил присяжных заседателей в совещательную комнату для устранения противоречивости вердикта; в совещательной комнате присяжные находились до 26 мая 2014 года, однако соответствующая дата в вердикте не указана; в приговоре суд не привёл, какие именно «активные действия, направленные на создание и функционирование структурного подразделения в составе сообщества» он совершил; преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 159 и ч. 1 ст. 222 УК РФ, он совершил вне преступного сообщества; преступное сообщество было создано в 2000 году, поэтому он на основании ст. 78 УК РФ подлежит освобождению от наказания за истечением сроков давности; кроме того, его действия по чЛ ст.210 УК РФ необходимо квалифицировать в редакции закона от 8 декабря 2003 года, но в приговоре суд редакцию закона не указал и назначил ему чрезмерно суровое наказание; просит отменить приговор, направить дело на новое судебное разбирательство; адвокат Чешева Г.В. в интересах осуждённого Ермолаева Ю.А. указывает, что подзащитный не причастен ни к одному из совершенных тяжких и особо тяжких преступлений в составе группы « », его вина в совершении преступления, предусмотренного чЛ ст.210 УК РФ, не доказана; никакого структурного подразделения, возглавляемого им, не было; также считает, что не доказана вина подзащитного в хранении боеприпасов; суд незаконно допросил без присяжных заседателей эксперта-товароведа по факту мошенничества; в порядке ст. 217 УПК РФ обвиняемые и защитники ознакомились только с 64 томами уголовного дела, но суд это дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не возвратил; кроме того, обвинительное заключение было составлено с нарушением закона и не конкретизировано; о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей ходатайствовал только обвиняемый Воробьев В.В., которого поддержал на предварительном слушании Ермоленко А.В., поэтому суд мог выделить уголовное в отношении этих лиц в отдельное производство и рассмотреть без ущерба для других обвиняемых; считает, что присяжные не смогли разобраться во вменённом Ермолаеву мошенничестве с автомобилем а также в таких понятиях, как «банда» и «преступное сообщество»; средства массовой информации сообщали об обстоятельствах данного дела, и судья обязан был удовлетворить ходатайство о формировании коллегии присяжных не из числа жителей области; дело рассмотрено с обвинительным уклоном, без учёта мнения стороны защиты (т.88 л.д.75, 94); в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ судья обязан был на предварительном слушании прекратить уголовное дело в отношении обвиняемых по некоторым эпизодам, но умышленно этого не сделал; незаконно было отказано защите в допросе свидетеля Ц по поводу конфликта между З и Б а также в истребовании медицинской карты в отношении Т для установления наличия или отсутствия у него рубца, полученного якобы от огнестрельного ранения в 1999 году; вопросный лист составлен с нарушениями ст. ст. 338, 339 УПК РФ, и напутственное слово председательствующего судьи было необъективным; просит приговор отменить; адвокат Майоров Ю.Н. в интересах осуждённого Бурмистрова И.И. указывает, что содержание вступительного заявления государственного обвинителя не соответствует требованиям ст.335 УПК РФ; в нём государственный обвинитель назвал лишь фамилии двоих подсудимых - Максименко СВ. и Бурмистрова И.И., сказав о других подсудимых лишь как об участниках преступного сообщества, чем изначально сформировал у присяжных заседателей негативное мнение о Максименко СВ. и Бурмистрове И.И.; с этой же целью государственный обвинитель, излагая существо предъявленного подсудимым обвинения, подробно перечислил, какие преступления, в частности поджоги транспорта и зданий, нанесение телесных повреждений гражданам, были совершены участниками преступного сообщества под руководством Максименко СВ. и Бурмистрова И.И., хотя в совершении указанных деяний обвинение им не предъявлялось; содержание краткого вступительного слова председательствующего в протоколе судебного заседания не приведено, что является нарушением требований ч.ч.2,3 ст.328 УПК РФ; председательствующий принял сторону обвинения, создавая препятствия стороне защиты в реализации прав на предоставление доказательств невиновности подсудимых, задавал наводящие вопросы, корректировал показания свидетелей обвинения, несмотря на возражения стороны защиты, разрешил государственному обвинителю допрашивать свидетелей по неотносящимся к компетенции присяжных заседателей вопросам, в частности о якобы совершённых подсудимыми преступлениях, не указанных в обвинении, обстоятельствах сбора оперативной информации в отношении преступной группировки « »; в ходе судебного следствия председательствующий судья позволил потерпевшему К довести до сведения присяжных обстоятельства покушения на убийство С Ш хотя обвинение в совершении данных преступлений никому из подсудимых не предъявлялось; озвученные в судебном заседании потерпевшим К высказывания о Максименко СВ., в частности, о том, что в С . нужно было стрелять, несмотря на то, что на руках у него был ребенок, несомненно, повлияли на формирование у присяжных заседателей предубеждения, способствовавшего вынесению обвинительного вердикта; аналогичным образом, подробно анализируя содержание показаний подсудимых Карамышева А.В., Ермоленко А.В., С Иванова М.Ю., Борзова Д.С, потерпевших М М свидетелей Б З Л С Ч К Ш М Л Р засекреченного свидетеля, использующего псевдоним «М », и обращая внимание на многочисленные предположения, а также данные об иных, якобы совершенных подсудимыми преступлениях, субъективные оценки о направленности умысла подсудимых, сведения о сборе доказательств в ходе предварительного расследования, которые, по его мнению, содержатся в показаниях перечисленных лиц, председательствующий судья, тем самым, незаконно допускал до сведения присяжных заседателей информацию, основанную на слухах, либо не относящуюся к обстоятельствам предъявленного подсудимым обвинения, что способствовало формированию у присяжных заседателей искажённого, негативного мнения о самих подсудимых, их виновности и о предъявленных стороной обвинения доказательствах; при этом председательствующий судья не обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать указанные обстоятельства во внимание при вынесении вердикта; вопросы же подсудимых Бурмистрова И.И., Хренова И.В. и других участников судебного разбирательства со стороны защиты потерпевшим, свидетелям и экспертам, напротив, председательствующим необоснованно снимались, в удовлетворении их ходатайств о возобновлении судебного следствия отказывалось, что лишало сторону защиты возможности представить доказательства невиновности осужденных; допросы засекреченных свидетелей в условиях, исключающих их визуальное наблюдение присяжными заседателями, также свидетельствует о нарушении положений ч.5 ст.278 УПК РФ; в целом изложенные доводы свидетельствуют о нарушении при производстве по делу положений ст.ст. 252, 334, 335 УПК РФ, регламентирующих пределы судебного разбирательства с участием присяжных заседателей, что повлекло постановление незаконного и необоснованного приговора; защитник также указывает на ряд допущенных нарушений требований уголовного процессуального закона при производстве предварительного расследования по делу; так, судом было необоснованно отказано защите в возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п.1 чЛ ст.237 УПК РФ, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключало возможность постановления судом приговора на основе данного заключения; нарушены положения чЛ ст.220 УПК РФ, согласно которым в обвинительном заключении наряду с другими данными должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия, а также другие подлежащие доказыванию и имеющие значение для уголовного дела обстоятельства, составленное по делу обвинительное заключение содержало противоречия в описании инкриминируемых Максименко СВ. деяний, не была установлена форма вины обвиняемых Шматко А.Н., Хренова И.В. по ряду преступлений, не был конкретизирован умысел Бурмистрова И.И. по эпизоду в отношении Н при таких обстоятельствах обвинение не могло быть признано конкретным и понятным, в связи с чем, обвиняемые были лишены возможности защищаться от него всеми законными способами и средствами; более того, ссылаясь на положения ст.156 УПК РФ, автор жалобы указывает на то, что предварительное расследование начинается с момента возбуждения уголовного дела, о чём следователь, дознаватель, орган дознания выносит соответствующее постановление; однако, из материалов уголовного дела следует, что в отношении Бурмистрова И.И. не возбуждались уголовные дела по ч.2 ст.209 УК РФ, ч.З ст.ЗО, п.п. «а», «д», «е», «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ (по эпизоду в отношении потерпевших Б и М а также по чЛ ст.222 УК РФ; и эти обстоятельства не получили какой-либо оценки в постановленном приговоре; кроме того, автор жалобы указывает, что его подзащитный и он сам были ознакомлены лишь с 64 томами уголовного дела, а при поступлении в суд первой инстанции материалы дела были в 67 томах, что выдвигалось стороной защиты в качестве основания возвращения уголовного дела прокурору при проведении предварительного слушания, однако безосновательно не было расценено судом как существенное нарушение уголовно- процессуального закона, препятствующее постановлению по делу законного и обоснованного решения; именно поэтому Бурмистров И.И. не имел возможности высказать своё мнение о форме судопроизводства; также указывается, что в нарушение положений, закрепленных ст.47 Конституции Российской Федерации, устанавливающих, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, председательствующий произвольно определил состав суда, который рассмотрел уголовное дело, поскольку лишь один из обвиняемых - Воробьев В.В. ходатайствовал о рассмотрении дела в составе судьи федерального суда общей юрисдикции и коллегии из двенадцати присяжных заседателей; данное ходатайство было поддержано лишь обвиняемым Ермоленко А.В., а остальные возражали против этого; при таких обстоятельствах председательствующий должен был принять решение о выделении уголовного дела в отношении Воробьева В.В. и Ермоленко А.В., поскольку это не препятствовало всесторонности и объективности разрешения как уголовного дела, выделенного в отдельное производство, так и уголовного дела, рассматриваемого судом с участием присяжных заседателей; с учетом изменений, внесенных в уголовно-процессуальный закон 23 июля 2013 года, Воробьев В.В. утратил право на рассмотрение уголовного дела в отношении него судом с участием присяжных заседателей; однако по итогам предварительного слушания судом было необоснованно отказано в выделении уголовного дела в отдельное производство, и оно в целом было рассмотрено судом с участием присяжных заседателей; в результате его подзащитный и другие осужденные были лишены права обжаловать вердикт присяжных заседателей и постановленный на его основе приговор по мотивам несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела; между тем, именно некомпетентность присяжных в юридических вопросах в области уголовного и гражданского права привела к необоснованному осуждению подсудимых при полном отсутствии доказательств их вины в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 209, 210, 159 УК РФ; также указывается, что коллегия присяжных заседателей, заявившая о необходимости повторного исследования ряда доказательств, была введена в заблуждение председательствующим судьей, разъяснившим им, что повторное исследование доказательств повлечет и повторное выступление сторон в прениях, что займет длительное время, из-за чего присяжные не стали настаивать на повторном исследовании доказательств; кроме того, до судебного слушания и во время него в средствах массовой информации сообщалось об обстоятельствах уголовного дела, чем оказывалось давление на присяжных заседателей, однако председательствующим каких-либо мер к пресечению незаконного воздействия на присяжных стороной обвинения предпринято не было; при отборе кандидатов в присяжные заседатели сторона защиты не могла проверить, каким образом были отобраны кандидаты в присяжные; суд незаконно признал и допрашивал в качестве потерпевшего Л присяжные заседатели не видели лиц засекреченных свидетелей, чем были нарушены положения ч.З ст. 11 УПК РФ; автор жалобы ставит под сомнение легитимность поддержания государственного обвинения по уголовному делу прокурорами Волошиным В.М и Ганюхиным Д.Ю. ввиду отсутствия в материалах дела поручения соответствующего прокурора, чем был нарушен п. 4 приказа Генерального прокурора от 25 декабря 2012 года № 465; во время прослушивания диска телефонных переговоров потерпевший К давал свои комментарии в роли эксперта, что могло повлиять на вердикт присяжных заседателей; в процессе рассмотрения дела производилась необоснованная замена присяжных, без документального обоснования причин их выбытия; все это в целом, по мнению защитника, свидетельствует о рассмотрении дела незаконным составом суда; утверждается, что судом первой инстанции при проведении предварительного слушания по делу, при наличии оснований для прекращения уголовного преследования подсудимых в связи с истечением сроков давности уголовное дело в отношении них прекращено не было, а впоследствии до сведения присяжных председательствующим была доведена информация обо всём объёме предъявленного подсудимым обвинения с доказательствами, его подтверждающими; кроме того, суд нарушил принципы состязательности и равноправия сторон, отказав в удовлетворении ходатайства стороны защиты о допросе в качестве свидетеля Ц которая могла подтвердить наличие у потерпевшего Б конфликтов не только с подсудимым, но и с другими лицами, которые могли быть причастны к убийству Б прямым нарушением положений ч.4 ст.271 УПК РФ являлся и отказ председательствующего допросить явившегося в судебное заседание свидетеля защиты Б по обстоятельствам инкриминируемого Бурмистрову И.И. незаконного хранения им патронов, которые находились ранее в свободной продаже, а также нахождения в его собственности охотничьего оружия, якобы имевшегося на вооружении банды; председательствующий не дал возможности и самому подсудимому Бурмистрову И.И. довести до сведения присяжных заседателей доводы о своей невиновности в совершении инкриминируемых ему незаконных действий в отношении оружия и боеприпасов, что нарушило право Бурмистрова И.И. на защиту; ряд же доказательств стороны обвинения был представлен присяжным, несмотря на их очевидную недопустимость; так, необоснованно были исследованы в судебном заседании показания свидетеля Р данные им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого, то есть, когда он не предупреждался об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, хотя впоследствии его процессуальный статус был изменен - он допрашивался в качестве свидетеля; вместе с тем, при аналогичных обстоятельствах стороне защиты председательствующим было отказано в оглашении показаний потерпевшего К данных им в качестве обвиняемого в ходе предварительного следствия; также автор жалобы указывает, что допрошенная в судебном заседании в отсутствие присяжных заседателей свидетель Т утверждала, что опознание с ее участием не проводилось, соответствующие протоколы ею не подписывались; однако после проведения почерковедческой экспертизы протоколы опознания были исследованы перед присяжными, но в ее допросе с участием присяжных заседателей стороне защиты было отказано; тем самым суд нарушил установленное п.«д» ч.З ст.6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод право подсудимых «...допрашивать показывающих против них свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены...», что в свою очередь свидетельствует о незаконности и необоснованности приговора; судом неправомерно были оставлены без удовлетворения и ходатайства защиты о предоставлении присяжным заседателям доказательств, подтверждающих алиби подсудимых Бурмистрова И.И. и Хренова И.В., в частности фотографий, подтверждающих нахождение указанных лиц в дни совершения инкриминируемых им деяний в других местах; выражается несогласие с представленным суду стороной обвинения в качестве доказательства виновности подсудимых по эпизоду покушения на причинение смерти М заключением судебной медицинской экспертизы в отношении Т выводы которой, по мнению автора жалобы, не носят категорический характер, нежели изложено в обвинительном заключении; в этой связи доводы подсудимых о получении Т телесных повреждений при иных, нежели было установлено судом обстоятельствах, остался непроверенным; безосновательно отказано в назначении и проведении по делу товароведческой экспертизы для определения стоимости автомобиля, обвинение в хищении которого путем мошенничества было предъявлено Ермолаеву Ю.А., поскольку представленное стороной обвинения соответствующее экспертное заключение было сделано специалистом, не имеющим права проведения таких экспертиз; по данному эпизоду вообще остались неустановленными ни собственник, которому противоправными действиями Ермолаева Ю.А. был причинен ущерб, ни размер этого ущерба; вопросный лист был сформулирован с обвинительным уклоном, изложенные в нём обстоятельства не подтверждены доказательствами; при обсуждении вопросного листа были безмотивно отклонены все предложения стороны защиты, предлагавшей иную формулировку вопросов и постановку дополнительных вопросов, что позволило бы конкретизировать направленность умысла и форму вины подсудимых по инкриминируемым им деяниям, установить причины, не позволившие подсудимым по ряду эпизодов довести до конца свой умысел; так, председательствующим незаконно не были уточнены поставленные на разрешение присяжных заседателей вопросы о том, что потерпевшая К случайно оказалась в доме Л в связи с чем требовал конкретизации вопрос о направленности умысла Бурмистрова И.И. на причинение смерти указанному лицу; не был поставлен вопрос и о том, что решение поджечь дом потерпевших И и Р приняли самостоятельно, что свидетельствовало бы о невиновности Бурмистрова И.И.; при обращении с напутственным словом председательствующий судья нарушил принцип беспристрастности и объективности, подробно раскрыв доказательства стороны обвинения, и лишь вскользь упомянув о доказательствах стороны защиты, реабилитирующих подсудимых; кроме того, содержание исследованных доказательств было приведено неполно и с искажением в сторону обвинения; сам же постановленный судом приговор содержит описание преступных деяний, существенно отличающееся от фактических обстоятельств, установленных вердиктом присяжных заседателей; в частности, это касается эпизода причинения смерти Л и К изменение же государственным обвинителем объема обвинения в прениях сторон являлось процессуальным вопросом, который не мог быть разрешен председательствующим в присутствии присяжных заседателей; однако данное требование закона по настоящему делу было судом проигнорировано, поскольку именно в прениях прокурор заявил о частичном отказе от предъявленного подсудимым обвинения; между тем, невыясненным осталось мнение других участников судебного разбирательства со стороны обвинения по данному вопросу; кроме того, изменяя объем предъявленного Бурмистрову И.И. обвинения, государственный обвинитель допустил ухудшение положения Бурмистрова И.И., исключив из него указание на совершение подсудимым покушения на убийство Л и квалифицировав в этой части действия Бурмистрова И.И. как оконченный состав преступления; действия Бурмистрова по эпизоду в отношении семьи Л квалифицированы как умышленное убийство вопреки вердикту присяжных заседателей; суд не дал оценку показаниям « » (т.93 л.д.10) о том, что «Бурмистров ругался на исполнителей, что не нужно было закрывать дверь на палку, так как люди должны были убежать»; патроны из жилища Бурмистрова изъяты с нарушением закона, поэтому их нельзя было предъявлять присяжным заседателям в качестве вещественных доказательств; судья систематически нарушал процедуру судопроизводства в пользу стороны обвинения; также указывается, что сторона защиты была ограничена в предоставлении доказательств и в суде исследовались обстоятельства, которые не вменялись подзащитному; подсудимый Карамышев по поводу роли Бурмистрова в своих показаниях основывался на предположения (т.91 л.д.51 об.), но судья по этому поводу ему замечаний не делал; подсудимый Ермоленко в присутствии присяжных заседателей рассказал о поджоге магазина , но это преступление подсудимым не вменялось (т.91 л.д.64); не вменённые обстоятельства и предположительные сведения сообщили присяжным заседателям подсудимые С . (т.91 л.д.84-95), Иванов М.Ю. (т.91 л.д.124-137), Борзов Д.С. (т.92 л.д.14-23), свидетели Л (т.93 л.д.107-111), под псевдонимом « » (т.93 л.д.1-24), что вызвало предубеждение к подсудимым и повлияло на вердикт присяжных заседателей; полагает, что с учётом вердикта присяжных по вопросу №165, Бурмистров должен быть оправдан по пп. «а», «д», «е» ч.2 ст.105 УК РФ; замены присяжных заседателей К , К , М , В К , В произведены без учета мнения сторон; в прениях государственный обвинитель оказал незаконное воздействие на присяжных заседателей, в их присутствии высказался по процессуальным вопросам (т.93 л.д.121- 145), на обстоятельства, которые не исследовались с участием присяжных заседателей; в прениях председательствующий незаконно прерывал его речь и речь подзащитного Бурмистрова; вопреки требованиям закона, судья не принял отказ подсудимого Иванова от защитника Васильчиковой (т.85 л.д.100); просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение; осужденный Бурмистров И.И. приводит доводы, аналогичные тем, которые изложены в жалобах осуждённых Максименко СВ., Ермолаева Ю.А., адвокатов Майорова Ю.Н., Долгунова О.В., а также указывает, что в суде он был лишён возможности представлять доказательства в свою защиту; в присутствии присяжных исследовались доказательства, не относящиеся к предъявленному обвинению, которые повлияли на их выводы; считает, что поскольку присяжные заседатели не признали его виновным в «лишении жизни Л », то нельзя было делать вывод о том, что он совершил их «убийство»; умысла на лишение жизни Л и К у него не было; он не причастен к поджогу дома Л ; он не знал, что в доме живут люди; в этот момент он находился в селе района области, и суд не разрешил предоставить ему фотографии, подтверждающие данное обстоятельство; суд необоснованно отказал в оглашении перед присяжными приговора в отношении М и Т ; не доказан факт нападения на потерпевшего Т ; изъятые при обыске патроны, по мнению осужденного, не являются припасами, запрещёнными к свободному обороту; председательствующий задавал наводящие вопросы эксперту Е (т.91 л.д.28, 29), и незаконно исследовались с участием присяжных заседателей коробка с патронами, которые у него в ходе обыска вообще не изымались (т.34 л.д.92-94), что повлияло на вердикт и незаконное его осуждение по ч. 1 ст. 222, ст. ст. 209, 210 УК РФ; судья незаконно отказал в ходатайстве о допросе с участием присяжных заседателей свидетеля защиты Б (т.93 л.д. ПО) и удовлетворил ходатайство государственного обвинителя о допросе в качестве свидетеля Л (т. 93 л.д. 110), чем был нарушен принцип состязательности процесса; также незаконно отклонялись его вопросы по изъятым в его доме патронам (т.91 л.д.31); потерпевший К давая оценку в прениях показаниям свидетелей Л и Ж оказал незаконное воздействие на присяжных заседателей; но председательствующий по этому поводу ему замечаний не сделал; свидетель Ш давал показания о кассе у « » в присутствии присяжных заседателей, основанные на слухах (т.88 л.д.221); свидетели « » и Н также не смогли назвать источники своей осведомлённости и их показания не должны были исследоваться с участием присяжных (т.88 л.д.65, 74); показания потерпевшего К о кухне, в которой разместились 20 человек, являются его «измышлением» (т.90 л.д.185); лодка, парик и шапка не приобщались к делу в качестве вещественных доказательств, и, следовательно, сведения о них не могли исследоваться в присутствии присяжных заседателей; незаконно, с нарушением ст. 281 УПК РФ, оглашались показания свидетеля К , данные им на предварительном следствии (т.90 л.д.63); просит приговор отменить, и дело направить на новое рассмотрение; осужденный Шматко А Н указывает, что суд нарушил уголовно-процессуальный закон при составлении вопроса №45, выйдя за пределы предъявленного обвинения; в суде не доказано, что именно он совершил убийство Б утверждает, что хотел лишь напугать Б ; выводы экспертов (заключение судебно-медицинской экспертизы №1883), положенные в основу обвинения, являются недопустимыми доказательствами; полагает, что смерть Б произошла от некачественной операции; суд необоснованно отказал в постановке альтернативных вопросов присяжным; его действия неправильно квалифицированы по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ; суд обязан был назначить наказание ему с учётом ч.2 ст.349 УПК РФ в редакции, предшествующей изменениям от 07.12.2011 года, и применить ст. 64 УК РФ; не учтены смягчающие наказание обстоятельства: положительная характеристика, ранее он к уголовной ответственности не привлекался, наличие заболевания, совершение преступления под принуждением; описание преступления в приговоре в отношении Б противоречит описанию, изложенному в вопросе для присяжных №52; в суде не были установлены цель, мотив, умысел и форма вины в его действиях; утверждает, что данное преступление совершил в состоянии крайней необходимости, поскольку реально опасался за свою жизнь и своих близких; суд не учел ответ присяжных на вопрос № 49 о наличии угроз в его адрес и его близких; это обстоятельство не учтено судом и при назначении ему наказания; суд необоснованно ограничил его в сроках ознакомления с протоколом судебного заседания и необоснованно взыскал с него рублей в качестве судебных издержек на оплату услуг адвоката; утверждает, что исследование доказательств в суде присяжных было неполным, просит в суде апелляционной инстанции дополнительно исследовать постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы трупа от 13 августа 2001 года (т. 13 л.д.81), заключение эксперта № 1883 (т. 13 л.д.98-112), акт судебно-медицинского исследования (т. 13 л.д. 108-109); протокол осмотра места происшествия и заключение эксперта № 1883 были оглашены прокурором без обсуждения сторон (т.88 л.д. 1-148); просит отменить постановление судьи об отказе в удовлетворении его ходатайства от 10 февраля 2014 года и признать недопустимым заключение эксперта № 1883; просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение; адвокат Маслова Ю.А. в интересах осуждённого Шматко А.Н. указывает, что до начала судебного разбирательства подзащитный не был ознакомлен с тремя томами уголовного дела, и суд обязан был возвратить дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ; перед отбором коллегии присяжных заседателей председательствующий не сообщил «о сущности рассматриваемого уголовного дела» (т.88 л.д.11-12); во вступительном заявлении государственный обвинитель сообщил сведения о подсудимых, которые имели юридический характер, но ничего не сказано о сущности предъявленного Шматко обвинения; дело рассмотрено с обвинительным уклоном; судья незаконно и безмотивно отклонил ходатайства защиты об исключении из числа доказательств протокол осмотра места происшествия от 10.08.2001, заключение экспертизы трупа Б (т.84 л.д.220-221, т.92 л.д.112, 196, 230), в назначении повторной экспертизы, в вызове и допросе свидетеля Ц для выяснения вопросов о наличии мотивов в убийстве Б и иных лиц (т.92 л.д.8); анонимная записка, изъятая у Шматко, незаконно использовалась государственным обвинителем в прениях в качестве доказательства (т.92 л.д.28, 198); судья выборочно позволил стороне обвинения огласить в присутствии присяжных заседателей постановление о прекращении уголовного дела по ст. 210 УК РФ в отношении Шматко (т. 91 л.д. 128); протокол осмотра места происшествия и заключение эксперта по трупу Б оглашались государственным обвинителем без учёта мнения стороны защиты (т.91 л.д. 147); в прениях государственный обвинитель ссылался на обстоятельства, которые не исследовались в суде, в частности, о расстоянии произведенного Шматко выстрела «в центр грудной клетки» потерпевшего; вопросный лист составлен с нарушением ст. ст. 338, 339 УПК РФ, и судья незаконно отказал защите в постановке дополнительных вопросов по позиции Шматко в суде; вопрос № 52 сформулирован без учёта мнения государственного обвинителя, который просил исключить один выстрел в Б ; ответы на вопросы № № 45-54 не давали право судье квалифицировать действия Шматко как совершенные в составе организованной группы с Максименко и Ефимюком; выводы суда относительно квалификации действий Шматко как умышленное убийство Б , в составе организованной группы - не основаны на вердикте присяжных заседателей напутственное слово председательствующего в отношении подсудимого Шматко было необъективным, поскольку судья в своей речи не сказал о доказательствах в пользу Шматко, в частности, показания свидетелей Ч К о том, что он не хотел убивать Б ; суд неверно квалифицировал действия Шматко и не обсуждал вопрос о применении к нему положений ст. ст. 39, 40, 61 ч. 1 п. «е», 64 УК РФ, по изменению категории совершенного преступления; просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение; осужденный Харчилин В.В. указывает, что обвинение его в причастности к покушению на убийство М основано на косвенных показаниях свидетеля К не подтверждённых показаниями подсудимого Хренова и другими доказательствами; вопросный лист по этому эпизоду (вопросы № № 8,9,12,15) составлен с нарушением ст. 338 УПК РФ, и вердикт в отношении него основан на предположении; судья в порядке ст. 348 ч. 5 УПК РФ обязан был исключить этот эпизод из его обвинения; в суде было исследовано недопустимое доказательство - постановление об отмене постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.03.2012 года, которое, по его мнению, является незаконным; полагает, что он подлежит освобождению от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности; или просит приговор отменить, и дело направить на новое рассмотрение; также просит освободить его от уплаты процессуальных издержек за участие адвоката; адвокат Людинин В.А. в интересах осужденного Харчилина В.В. указывает, что председательствующим судьей допущен обвинительный уклон, нарушены принципы состязательности и равноправия сторон, оказывалось незаконное воздействие на присяжных заседателей; оспаривая законность вердикта коллегии присяжных заседателей и постановленного в соответствии с вердиктом приговора, автор апелляционной жалобы утверждает, что в нарушение положений ч.8 ст.335 УПК РФ председательствующий судья неоднократно позволял стороне обвинения доводить до сведения присяжных информацию, отрицательно характеризующую Харчилина В.В., что сформировало негативное отношение к нему у присяжных заседателей; в ходе судебного заседания присяжным было необоснованно доведено, что Харчилин «был в бегах», так как причастен к убийству Б немотивированное отклонение председательствующим ходатайств стороны защиты об исследовании перед присяжными заседателями доказательств невиновности Харчилина В.В. в совершении инкриминируемых деяний не только повлекло нарушение права осужденного на защиту, но и не позволило установить обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ; так, невыясненным осталось наличие возле дачи потерпевшего М старого русла реки , через которое Харчилин В.В., якобы, переправил Бурмистрова И.И. и Хренова И.В. в день покушения на убийство М кроме того, оспаривая квалификацию действий Харчилина В.В. по ч.З ст.ЗО, п.п. «е», «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ, защитник полагает, с учетом вердикта коллегии присяжных заседателей, исключивших указание на участие Харчилина В.В. в банде, а также принимая во внимание, что сам он каких-либо действий, направленных на лишение потерпевшего жизни не совершал, был не осведомлен о совершении преступления членами банды с использованием автоматического оружия, суд необоснованно констатировал наличие в его действиях таких квалифицирующих признаков объективной стороны покушения на убийство, как его совершение организованной группой и общеопасным способом; с учетом изложенного, считает верной квалификацию действий Харчилина В.В. по ч.5 ст.ЗЗ, ч.З ст.ЗО, ч.1 ст. 105 УК РФ с назначением ему более мягкого наказания; однако, учитывая существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные в ходе судебного разбирательства, а также ввиду неправильного применения норм уголовного права, просит отменить приговор, направить дело на новое рассмотрение; осужденный Хренов И.В. указывает, что по эпизоду причинения тяжкого вреда здоровью И не доказана его вина в совершении преступления; полагает, что его действия по этому преступлению должны квалифицироваться по ч.2 ст. 111 УК РФ; считает, что присяжные не должны были учитывать показания свидетеля Ш , поскольку тот использовал сведения, полученные из средств массовой информации; уголовное дело по факту покушения на М не возбуждалось, и было незаконно отменено постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела по этому эпизоду от 15 марта 2012 года; судья и государственный обвинитель оказали на присяжных незаконное воздействие и не позволили ему довести до их сведения показания потерпевшего М о том, что он видел трёх лиц, стрелявших в него; утверждает, что этот эпизод ему вменён незаконно; охотничьим оружием они пользовались легально; К в банде не был, и он не мог свидетельствовать по этому делу; не устранено противоречие между количеством изъятых в его доме патронов и предъявленных прокуроров в суде; он не согласен с заключением эксперта Ш по изъятым в его доме патронам, но судья незаконно отказал в ходатайстве о вызове этого эксперта в суд; его адвокату Кондрашину А.В. было предоставлено мало времени для ознакомления с материалами дела, чем было нарушено его право на защиту; напутственное слово председательствующего было необъективным, и он не дал возможности поставить перед присяжными альтернативные вопросы по вооружённости и банде; полагает, что он дважды осужден за одни и те же действия по ст. ст. 209, 210 УК РФ; просит за покушение на М и за участием в банде (за 1999 год) его оправдать или освободить от наказания за истечением сроков давности, и смягчить наказание по совокупности преступлений; адвокат Крючкова И.Ф. в интересах осуждённого Хренова И.В. указывает на допущенные при его постановлении нарушения уголовно-процессуального закона, а также неправильное применение норм уголовного права при квалификации действий осужденного Хренова И.В. по факту причинения тяжкого вреда здоровью И защитник полагает, что в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом присяжных заседателей, направленные на причинение смерти М действия Хренова И.В., выразившиеся в исполнении отведенной ему Максименко СВ. роли по активизации взрывного устройства, установленного под автомобилем М в результате которых был причинен тяжкий вред здоровью И представляли собой идеальную совокупность преступлений; в то же время соответствующей договоренности и умысла на причинение вреда здоровью И который случайно оказался в автомобиле М ни у кого из соучастников покушения на убийство М не было, а потому суд необоснованно констатировал наличие в действиях Хренова И.В. такого квалифицирующего признака умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, как совершение преступления организованной группой; в этой связи, по мнению автора апелляционной жалобы, действия Хренова И.В. подлежат квалификации по п. «в» ч.2 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека и повлекшего за собой потерю органа, и вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, совершенное общеопасным способом; поскольку указанное преступление относится к категории тяжких, а срок давности привлечения к уголовной ответственности за него в соответствии с п. «в» ч.1 ст.78 УК РФ истек, Хренов И.В. подлежит освобождению от назначенного ему за совершение данного преступления наказания; назначенное же ему по совокупности преступлений наказание подлежит соразмерному смягчению; просит изменить постановленный приговор с учетом доводов апелляционной жалобы; осужденный Ефимюк АС. указывает, что приговор подлежит отмене ввиду допущенных судом существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона; по мнению автора апелляционных жалоб, судебное заседание проведено председательствующим с обвинительным уклоном; это выразилось не только в предоставлении государственному обвинителю возможности оказывать незаконное воздействие на присяжных заседателей, но в постановке вопросов на разрешение коллегии присяжных без учета результатов судебного следствия, в ходе которого стороной защиты были представлены доказательства его невиновности в совершении ряда инкриминируемых деяний; подробно анализируя показания свидетелей Ч З К , указывая на существенные противоречия между ними и показаниями потерпевшего К давая собственную оценку показаниям указанных лиц, осужденный Ефимюк А.С. утверждает, что убийство Б было спланировано и осуществлено по указанию К а его причастность к данному деянию не установлена; также не установлен факт создания им обособленного подразделения преступного сообщества и последующего руководства этим подразделением в целях финансового обеспечения сообщества, а потому председательствующий судья должен был принять решение об оправдании его по ч.1 ст.210 УК РФ; также в обоснование доводов жалоб осужденный указывает на то, что председательствующим судьей в нарушение положений ст.ЗЗ 9 УПК РФ было необоснованно отказано в постановке на разрешение присяжных заседателей вопросов в соответствии с его позицией защиты, а включенные в вопросный лист вопросы были сформулированы без учета результатов судебного следствия и представляли собой лишь компиляцию обвинительного заключения; при этом каких-либо доказательств лично его участия в вооруженной устойчивой группе, в совершенных ею нападениях или иных противоправных действиях стороной обвинения коллегии присяжных представлено не было; его участие в преступной группе сводилось лишь к исполнению функция водителя; наличие у него охотничьего ружья также было обусловлено увлечением охотой, а не членством в банде; кроме того, в напутственном слове председательствующий, доводя до сведения присяжных заседателей содержание исследованных с их участием доказательств, незаконно акцентировал внимание на доказательствах, представленных стороной обвинения, уличающих подсудимых в совершении инкриминируемых им деяний; более того, в напутственном слове председательствующий судья в нарушение требований ст.240 УПК РФ до сведения присяжных довел показания свидетеля З которые не исследовались в судебном заседании; оспаривая обоснованность квалификации его действий по ч.З ст.ЗО, ч.2 ст. 105 УК РФ и подробно анализируя обстоятельства дела, осужденный Ефимюк А.С. утверждает, что в соответствии с вердиктом присяжных заседателей его действия, выразившиеся в производстве выстрела в М необоснованно квалифицированы судом как покушение на убийство последнего, поскольку его умысел был направлен лишь на причинение вреда здоровью потерпевшего; утверждает, что при наличии у него умысла на лишение М жизни, он имел возможность довести его до конца; однако, несмотря на такую его позицию, соответствующий альтернативный вопрос о его виновности в совершении менее тяжкого преступления на разрешение коллегии присяжных председательствующим поставлен не был; осужденный Ефимюк А.С. считает, что даже при состоявшемся вердикте у председательствующего судьи имелись основания для квалификации его действий в соответствии с фактически наступившими последствиями; также считает, что не доказана его вина в убийстве Б автор жалобы выражает несогласие с принятым судом решением о конфискации принадлежащего ему на законных основаниях охотничьего и травматического оружия, которое не было орудиями преступлений; просит приговор в этой части изменить, передать оружие для реализации в специализированный магазин с последующей передачей вырученных денежных средств членам его семьи; не соглашается осужденный Ефимюк А.С. и с решением суда о взыскании с него процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокатам, осуществлявшим защиту его интересов в ходе предварительного расследования; просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение; адвокат Бравичев А.Е. в интересах осуждённого Ефимюка А.С. указывает, что суд при составлении вопросов присяжным не учёл предложения защиты, чем нарушил положения ст. 339 УПК РФ; председательствующим не было поставлено ни одного частного вопроса по позиции защиты о непричастности Ефимюка А.С к инкриминируемому ему покушению на убийство М кроме того, по данному эпизоду действия Ефимюка А.С. не могли быть квалифицированы, как совершенные в соучастии с неустановленным лицом, поскольку направленность умысла указанного лица не установлена; при таких обстоятельствах, по мнению защитника, действия Ефимюка А.С должны были быть квалифицированы не по ч.З ст.ЗО, пп. \"ж\ \"з\" ч.2 ст. 105 УК РФ, а по ч. 1 ст. 111 УК РФ; защитник также указывает, что неприведение в протоколе судебного заседания содержания вступительного заявления государственного обвинителя по существу лишает апелляционную инстанцию возможности констатировать факт нарушения государственным обвинителем требований ст.335 УПК РФ, оставленный без внимания председательствующим судьей; в то же время, председательствующий позволил государственному обвинителю в присутствии присяжных негативно отреагировать на заданный стороной защиты вопрос подсудимому Шматко А.Н. о том, какая кличка была у К что дискредитировало защиту в глазах коллегии присяжных заседателей; напутственное слово председательствующего, по мнению автора апелляционных жалоб, не соответствовало требованиям ст.340 УПК РФ, поскольку приведенное председательствующим судьей содержание доказательств стороны обвинения не соответствовало фактическому содержанию исследованных перед коллегией присяжных показаний свидетелей и подсудимых; допрошенный в судебном заседании свидетель З не пояснял, что Ефимюк А.С. угрожал ему расправой в случае неисполнения указания о лишении жизни Б а показания данные указанным свидетелем в ходе предварительного расследования в установленном законом порядке не оглашались; в исследованном протоколе явки с повинной Ефимюка А.С. также не содержалось сведений о том, что Ефимюку А.С. стало известно о причинах покушения на убийство М спустя день-два после случившегося; напротив, в нем было указано, что о мотивах нападения на потерпевшего М Ефимюку стало известно лишь спустя год-два после произошедшего; при таких обстоятельствах, автор апелляционных жалоб делает вывод, что умышленное искажение председательствующим в напутственном слове содержания исследованных в судебном заседании доказательств дезориентировало присяжных и вызвало у них необъективность при обсуждении поставленных вопросов; просит отменить приговор, направить дело на новое судебное разбирательство.

В возражении государственный обвинитель Волошин В.М. не согласен с доводами жалоб и просит оставить их без удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы жалоб, судебная коллегия оснований для отмены или изменения приговора не усматривает.

Так, формирование коллегии присяжных заседателей по настоящему делу проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 326-328 УПК РФ (т.88 л.д. 11-27).

Председательствующий судья обратился к кандидатам в присяжные заседатели с кратким вступительным словом, содержание которого приведено в протоколе. Причём, возражений и замечаний на эти действия председательствующего от участников процесса не поступило (т.88 л.д. 11-12).

Вопреки доводам адвоката Майорова Ю.Н., каких-либо данных о том, что список кандидатов в присяжные заседатели был составлен не методом случайной выборки, а иным образом, в материалах дела не имеется.

В частности, всем участникам судебного заседания были вручены списки кандидатов в присяжные заседатели, явившихся в суд (т.82 л.д.265- 267).

Кандидатам в присяжные заседатели были разъяснены их обязанности правдиво отвечать на вопросы, представить необходимую информацию о себе, об отношениях с другими участниками процесса, обстоятельствах, препятствующих их участию в коллегии присяжных заседателей, а также права на самоотвод, мотивированный отвод и немотивированный отвод.

Как следует из протокола судебного заседания, все участники процесса выяснили интересующие их сведения о том или ином кандидате в присяжные заседатели, задав им необходимые вопросы и получив ответы, которые могли повлиять на мнение сторон о возможности участия кандидатов в процедуре отбора и дальнейшем участии в качестве присяжных заседателей.

Заявление стороны защиты о тенденциозности состава коллегии присяжных заседателей председательствующим судьёй было рассмотрено в соответствии с положениями ст. 330 УПК РФ и правомерно отклонено с приведением в соответствующем постановлении необходимых мотивов (т.82 л.д.271, т.88 л.д.26 об.). Доводы адвоката Майорова Ю.Н. о том, что председательствующий незаконно, без установления причин, без выслушивания мнения сторон производил замену присяжных заседателей К В К М В К не основаны на материалах дела и признаются судебной коллегией несостоятельными.

В соответствии с положениями ст.329 УПК РФ, если в ходе судебного разбирательства, но до удаления присяжных заседателей в совещательную комнату для вынесения вердикта выяснится, что кто-либо из присяжных заседателей не может продолжать участие в судебном заседании или отстраняется судьёй, то он заменяется запасным присяжным заседателем в последовательности, указанной в списке при формировании коллегии присяжных заседателей по данному делу. При этом, согласно п.1 ч.2, ч.ч.З, 4 ст.ЗЗЗ УПК РФ, присяжные заседатели не вправе отлучаться из зала судебного заседания во время слушания уголовного дела, за неявку в суд без уважительной причины могут быть подвергнуты денежному взысканию. Председательствующий предупреждает присяжных заседателей о том, что в случае нарушения этих требований, они могут быть отстранены от дальнейшего участия в рассмотрении уголовного дела по инициативе судьи или по ходатайству сторон. В этом случае отстраненный присяжный заседатель заменяется запасным.

Из протокола судебного заседания следует, что все эти требования закона присяжным заседателям были разъяснены (т.88 л.д.27).

26 апреля 2013 года в судебном заседании был объявлен перерыв до 10 часов 30 минут 29 апреля 2013 года, но в указанное время и дату в судебное заседание не явился запасной присяжный заседатель К (№ 21 по списку), который по телефону сообщил помощнику судьи, что не может продолжать участвовать в судебном разбирательстве по семейным обстоятельствам.

Председательствующий довел до сведения сторон данное обстоятельство и постановил продолжить судебное разбирательство в отсутствие запасного присяжного заседателя К В судебном заседании 29 мая 2013 года, после допроса специалиста З председательствующий довел до сведения сторон о поступивших ему ходатайствах присяжного заседателя К (номер 3 по списку) и запасного присяжного заседателя М (номер 14 по списку) об освобождении их от дальнейшего участия в судебном заседании.

Указанные ходатайства председательствующим были удовлетворены, присяжный заседатель К (№ 3 по списку) была заменена запасным заседателем К (№ 13 по списку). При этом каких-либо возражений от участников уголовного судопроизводства не поступило.

19 июля 2013 года в судебном заседании был объявлен перерыв до 10 часов 30 минут 03 сентября 2013 года, но в указанное время и дату в судебное заседание не явились присяжные заседатели В (№ 10 по списку) и К (№ 7 по списку). Председательствующим было доведено до сведения сторон, что в суд поступило заявление присяжного заседателя В ., в котором она просит освободить ее от дальнейшего участия в судебном разбирательстве в связи с занятостью на работе, а присяжный заседатель К телефонограммой сообщила о невозможности в дальнейшем принимать участие в рассмотрении дела ввиду болезни близкого родственника. С учетом изложенного суд обоснованно освободил указанных присяжных заседателей от дальнейшего участия в судебном разбирательстве, произведя их замену запасными присяжными заседателями Т (№ 16 по списку) и П (№ 17 по списку).

21 октября 2013 года в судебном заседании был объявлен перерыв до 10 часов 30 минут 23 октября 2013 года, но в указанное время и дату в судебное заседание по причине болезни не явилась запасной присяжный заседатель В (№ 18 по списку).

Председательствующий довел до сведения сторон данное обстоятельство, и постановил продолжить судебное разбирательство в отсутствие запасного присяжного заседателя В В этом случае также каких-либо возражений от сторон не поступило.

Таким образом, каких-либо нарушений положений ст. 329 УПК РФ, определяющей порядок замены присяжного заседателя, при рассмотрении данного дела допущено не было. Выяснение председательствующим мнения сторон по вопросу замены присяжного заседателя действующим законодательством не предусмотрено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, существенных норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судебной коллегией не установлено.

Так, ходатайства обвиняемых Харчилина В.В., Бурмистрова И.И., Хренова И.В. и адвоката Людинина В.А. о возвращении дела прокурору судом рассмотрены и правомерно оставлены без удовлетворения (т.86 л.д.95-97).

На момент ознакомления Харчилина и других обвиняемых, их защитников с материалами уголовного дела их объем составлял 64 тома, с которыми они и были ознакомлены в порядке ст. 217 УПК РФ. В томах № 65,66,67 не содержались доказательства, а находились документы, связанные именно с ознакомлением обвиняемых и их защитников с материалами дела, с продлением срока содержания обвиняемых под стражей, из которых копии решений были своевременно направлены заинтересованным лицам в установленном законом порядке.

Кроме того, до начала разбирательства дела по существу всем подсудимым и их защитникам была предоставлена возможность ознакомиться с томами 65-67 уголовного дела без ограничения во времени, и при этом они не делали заявлении об ущемлении их процессуальных прав (т.82 л.д.143-150, 161-205).

Что касается вопроса изложения доказательств по инкриминированным деяниям, то они приведены в обвинительном заключении в соответствии с положениями ст. 220 УПК РФ.

Предъявленное Максименко, Бурмистрову, Хренову, Ефимюку, Харчилину, Ермолаеву и Шматко обвинение конкретизировано по отдельным составам преступления и права обвиняемых на защиту не нарушены.

Из представленных материалов следует, что постановлениями суда Максименко СВ., Бурмистрову НИ., Хренову И.В., Ермолаеву Ю.А. и их защитникам было установлено время для ознакомления с делом, но поскольку в установленный срок они с ним не ознакомились, то следователь, руководствуясь требованиями ч. 3 ст. 217 УПК РФ, обоснованно принял решение об окончании производства данного процессуального действия, о чём были вынесены соответствующие постановления и сделаны отметки в протоколах ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела (т.66 л.д.5-7,17-19,29-31, т.67 л.д.121,165,200,227).

Доводы апелляционных жалоб осуждённых и их защитников о том, что настоящее уголовное дело было незаконно рассмотрено судом с участием присяжных заседателей, и вопрос о возможности выделения уголовного дела в отношении обвиняемых Максименко СВ., Хренова И.В., Ефимюка А.С, Харчилина В.В. и Бурмистрова И.И. разрешен не верно, судебная коллегия находит несостоятельными.

Согласно протоколу судебного заседания в порядке предварительного слушания, ходатайство о рассмотрении дела судом присяжных было заявлено обвиняемым Воробьевым В.В. и поддержано обвиняемым Ермоленко А.В. Обвиняемые Ермолаев Ю.А., Иванов М.Ю., Шматко А.Н., Карамышев А.В., С Борзов Д.С. оставили решение вопроса о форме судопроизводства на усмотрение суда, а обвиняемые Максименко СВ., Хренов И.В., Ефимюк А.С и Харчилин В.В. возражали против рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей. Обвиняемый Бурмистров И.И. отказался высказать свое мнение относительно формы судопроизводства, несмотря на то, что председательствующим ему неоднократно предлагалось выразить свое мнение по этому вопросу.

Рассмотрев возможности выделения уголовного дела в отношении обвиняемых Максименко СВ., Хренова И.В., Ефимюка А.С, Харчилина В.В. и Бурмистрова И.И. в отдельное производство, суд обоснованно не нашел оснований для принятия соответствующего процессуального решения, поскольку это препятствовало бы всесторонности, объективности разрешения уголовного дела, выделенного в отдельное производство, и уголовного дела, рассматриваемого судом с участием присяжных заседателей.

Согласно положениям ч.ч.2,5 ст.325 УПК РФ уголовное дело, в котором участвует несколько подсудимых, рассматривается судом с участием присяжных заседателей в отношении всех подсудимых, если хотя бы один из них заявляет ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом в данном составе. Постановление судьи о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей является окончательным. Последующий отказ подсудимого от рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей не принимается.

При таких данных, принятое судом решение об удовлетворении ходатайства обвиняемого Воробьева В.В., назначение и проведение судебного заседания с участием присяжных заседателей полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона и не нарушает процессуальные права обвиняемых Максименко СВ., Хренова И.В., Ефимюка А.С, Харчилина В.В. и Бурмистрова И.И. Особенности рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, в том числе юридические последствия вердикта и порядок его обжалования, обвиняемым были разъяснены. Разногласия между обвиняемыми о форме судопроизводства, в соответствии с которой подлежало рассмотрению уголовное дело, возникли не из-за допущенных судом нарушений требований закона, а в связи с различиями в позициях защиты, занятой каждым из обвиняемых по настоящему делу. Интересы всех обвиняемых защищали профессиональные адвокаты, и они имели возможность консультироваться с защитниками, в том числе и по вопросу о форме судопроизводства по данному делу.

В ходе судебного заседания защитник Васильчикова Л.А. заявила ходатайство об отстранении в соответствии с ч.4 ст.ЗЗЗ УПК РФ от дальнейшего участия в рассмотрении уголовного дела всех присяжных заседателей, поскольку, по ее мнению, после публикации в газете интервью начальника СУ СК Российской Федерации по области Т в котором он высказался по настоящему делу, а также последующая ссылка на это интервью в телепередачах, свидетельствуют о собирании присяжными заседателями сведений вне зала судебного заседания.

Однако суд обоснованно указал, что данное ходатайство основано на предположении, а не на достоверных данных. Кроме того, после формирования коллегии присяжных заседателей до их сведения были доведены права и обязанности, сообщено о необходимости не принимать во внимание любую информацию по делу, полученную вне рамок судебного следствия, в том числе - опубликованную в печати либо показанную по телевидению.

Каких-либо фактических данных, свидетельствующих о нарушении присяжными заседателями указанных требований, представлено не было, и ходатайство защитника Васильчиковой суд правомерно оставил без удовлетворения.

Вопреки доводам жалоб, оснований для отводов председательствующего судьи и членов коллегии присяжных заседателей не было, и в представленных материалах отсутствуют данные, свидетельствующие о прямой или косвенной заинтересованности их в исходе дела.

Государственное обвинение в суде первой инстанции по настоящему делу поддерживали прокуроры Волошин В.М. и Ганюхин Д.Ю. на основании соответствующего поручения, данного им заместителем прокурора Пензенской области от 18 марта 2013 года.

Сведений о том, что во вступительном заявлении государственный обвинитель Волошин В.М. вышел за пределы предъявленного Максименко СВ., Бурмистрову И.И., Хренову И.В., Ефимюку А.С, Воробьеву В.В., Харчилину В.В., Ермолаеву Ю.А., Иванову М.Ю., Шматко А.Н., Ермоленко А.В., Карамышеву А.В., С Борзову Д.С обвинения, в деле не имеется, и возражений по этому поводу подсудимые и их защитники не заявляли (т.88 л.д.29).

В материалах уголовного дела имеется обвинительное заключение, где подробно изложены фактические обстоятельства преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, вменённого Максименко СВ., Бурмистрову НИ., Хренову И.В., Ефимюку А.С, Воробьеву В.В. и Ермолаеву Ю.А. Вопросы законности и обоснованности действий органов предварительного расследования по установлению объема обвинения и его обоснованности были рассмотрены в ходе судебного разбирательства настоящего дела по существу.

С доводами жалоб о том, что в суде с участием присяжных исследовались недопустимые доказательства, и что представителям стороны защиты было необоснованно отказано в исследовании допустимых доказательств, судебная коллегия согласиться не может.

Все заявленные ходатайства участников уголовного судопроизводства как со стороны обвинения, так и со стороны защиты многократно обсуждались в судебном заседании и были рассмотрены председательствующим судьей с соблюдением действующих норм УПК РФ. Принятые по ним решения отвечают требованиям законности, обоснованности и мотивированности, и недопустимые доказательства коллегии присяжных заседателей для исследования не представлялись.

Доводы апелляционных жалоб осуждённых и их защитников о том, что во время допросов свидетелей государственным обвинителем председательствующий не отклонял вопросы, не имеющие отношения к фактическим обстоятельствам дела, позволяя прокурору задавать некорректные вопросы, в то время как вопросы стороны защиты неправомерно снимались, судебная коллегия признаёт несостоятельными.

Председательствующий руководил процессом с учётом особенностей судебного следствия в суде с участием коллегии присяжных заседателей, положений ст. 252 УПК РФ, создав сторонам равные условия в представлении и исследовании доказательств.

В соответствии с предъявленным Максименко СВ., Бурмистрову И.И, Хренову И.В., Ефимюку А.С, Воробьеву В.В. и Ермолаеву Ю.А. обвинением, судья правомерно позволял исследовать доказательства, относящиеся, в том числе, к деятельности преступного сообщества, его созданию и функционированию, а также к преступным действиям лиц, входивших в это сообщество.

По этим вопросам с участием присяжных заседателей были правомерно допрошены подсудимые Карамышев А.В., Ермоленко А.В., С Иванов М.Ю., Борзов Д.С, потерпевшие К М М свидетели Б З Л С Ч , К Ш М Л Р засекреченные свидетели, использующие псевдонимы « », « ». Установление фактических обстоятельств дела входило в компетенцию присяжных заседателей в соответствии со ст.334 и ч.7 ст.335 УПК РФ, а потому председательствующий обоснованно отклонял возражения стороны защиты против исследования в присутствии присяжных заседателей показаний вышеуказанных подсудимых, потерпевших, свидетелей и других доказательств, на которые ссылаются авторы многочисленных апелляционных жалоб.

Согласно протоколу судебного заседания, при допросе свидетелей, потерпевших, председательствующий обоснованно принимал либо отклонял возражения государственного обвинителя, защитников и подсудимых, связанные с постановкой вопросов сторонами. Однако это обстоятельство не свидетельствует об ограничении их прав, в том числе и стороны защиты, на участие в допросе свидетелей, поскольку, как это усматривается из протокола судебного заседания, снимаемые председательствующим вопросы не направлены на установление фактических обстоятельств по делу, и могли способствовать выявлению личности свидетелей, данные о которых были сохранены в тайне, а также иных лиц, не причастных к инкриминируемым деяниям.

Кроме этого, председательствующий просил представителей сторон ряд вопросов конкретизировать, запрещал им давать пояснения при допросе свидетелей. В необходимых случаях председательствующий обращался к присяжным заседателям с разъяснениями, просил не принимать указанные обстоятельства во внимание при вынесении вердикта.

Допрос свидетелей под псевдонимами без оглашения подлинных данных об их личности в условиях, исключающих их визуальное наблюдение другими участниками судебного разбирательства, вопреки доводам апелляционных жалоб, проведен в соответствии с требованиями ч.5 ст.278 УПК РФ.

В частности, допросы свидетелей под псевдонимами « », « », « » были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и поступавшая от этих свидетелей недопустимая информация председательствующим регулярно исключалась из судебного разбирательства (т.93 л.д.2-24, 28-44, 46-67).

Отказывая в удовлетворении ходатайства адвоката Долгунова О.В. о повторном вызове и допросе в качестве свидетеля М а также ходатайства подсудимого Максименко СВ. о повторном вызове потерпевших М и Т , председательствующий в своих постановлениях обоснованно указал, что названные лица в суде присяжных допрошены полно, и оснований для их повторного вызова и допроса не имеется (т.93 л.д.82-83).

Ходатайство защитника Симоновой Т.В. о признании недопустимыми показаний свидетелей под псевдонимами « » и « » председательствующий правомерно оставил без удовлетворения, поскольку отсутствовали основания, предусмотренных ст. 7 5 УПК РФ, для их исключения из судебного разбирательства (т.93 л.д.91).

В суде подробно, при активном участии сторон, допрашивался потерпевший К (т.90 л.д.72-125, 140-164, 167-220, т.91 л.д.7-15). Перед его допросом председательствующий разъяснил участникам процесса, что в присутствии присяжных заседателей исследуются все обстоятельства, положенные в основу обвинения подсудимых, от которых не отказался государственный обвинитель. В связи с тем, что в обвинении указаны действия подсудимых в период с начала 1990 годов до создания банды в 1998 году, то он не вправе ограничивать сторону обвинения в исследовании доказательств, касающихся и данного периода (т.90 л.д.71).

Председательствующий разъяснил К что в суде нельзя свидетельствовать о преступлениях, которые не вменялись подсудимым, и периодически прерывал его, разъясняя присяжным заседателям, чтобы они не принимали во внимание озвученную потерпевшим информацию о том, что «Воробьёв В.В. ездил в и стрелял там в кого-то, что Харчилин В.В. сломал топором руку армянину, что Харчилин В.В. был причастен к убийству Б что Хренов И.В. причастен к нападению на « », о причастности Максименко к убийству В «вора в законе», «шнапака», поскольку перечисленные обстоятельства подсудимым не вменялись (т.90 л.д. 110, 166).

Вопреки доводам адвоката Бравичева А.Е., председательствующий правомерно снял его вопрос к потерпевшему К по поводу его «клички», как не относящегося к данному делу (т.90 л.д. 106).

Ходатайство адвоката Людинина В.А. об исключении из разбирательства показаний потерпевшего К председательствующим рассмотрено и обоснованно оставлено без удовлетворения по мотивам, приведенным в соответствующем постановлении (т.90 л.д.5). Отказывая в ходатайстве защиты о вызове и допросе в качестве свидетеля Ц председательствующий в своём постановлении правомерно сослался на то, что вопрос взаимоотношений между З и потерпевшим Б выходит за пределы настоящего судебного разбирательства и не относится к компетенции присяжных заседателей (т.91 л.д.4О).

Принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства о запросе из СИЗО копии судебно-медицинской экспертизы на Т З., председательствующий обоснованно указал, что в отношении него уже имеется заключение судебно-медицинской экспертизы и аналогичное исследование, проведенное по другому делу, не будет являться относимым доказательством по настоящему делу (т.92 л.д. 131).

Правомерно, с приведением в постановлении необходимых мотивов, было отказано в удовлетворении ходатайств защитника Людинина В.А. об исключении из числа допустимых доказательств заключения эксперта № 4732 от 25.10.2011 г. и об истребовании из СИЗО справки из личного дела Т . об имевшихся у него телесных повреждениях (т.93 л.д.87, 88).

Свидетели З Ш К давали показания при активном участии представителей сторон, и подсудимые, и их защитники не делали замечаний во время их допросов (т.88 л.д. 173-196, 216-229, т.90 л.д.63).

Причём, в напутственном слове председательствующий судья разъяснил присяжным заседателям, что показания потерпевших, свидетелей и подсудимых, основанные на предположениях и слухах, не являются доказательствами по делу и ими не следует руководствоваться при принятии решения по делу (т.85 л.д.270).

Вопреки доводам жалоб, соответствуют требованиям уголовно- процессуального закона и постановления председательствующего об отказе в удовлетворении ходатайств защитника Майорова Ю.Н. о признании недопустимыми и об исключении из числа доказательств двух металлических гильз, двух деформированных пуль, изъятых 17 мая 2004 года во время осмотра места происшествия, справки эксперта № 554 от 24 мая 2004 года, заключения баллистической экспертизы № 861 от 7 июля 2004 года, протоколов проверки на месте с участием подозреваемого Р от 26.05.2011 г., видеодиска данного следственного действия, показаний свидетеля Л в суде (т.93 л.д.85,86,118).

Правомерно суд отказал в ходатайстве подсудимого Бурмистрова И.И. об исключении из числа вещественных доказательств патронов в количестве 21 штук, изъятых в его доме во время обыска, как не основанного на требованиях ст. 75 УПК РФ (т.93 л.д.89).

По мотивам неотносимости к делу председательствующий обоснованно оставил без удовлетворения ходатайства адвоката Майорова Ю.Н., подсудимых Бурмистрова И.И. и Хренова И.В. о допросе в качестве свидетеля Б работавшей директором магазина по продажи оружия (т.93 л.д.90-91).

Указанный в жалобах защиты потерпевший Л допрашивался в суде по инициативе государственного обвинителя по фактическим обстоятельствам дела и другие участники процесса против этого не возражали (т.90 л.д.36-39).

Отказывая в ходатайстве подсудимого Максименко СВ. о вызове и допросе в качестве свидетелей Ф и П председательствующий в своём постановлении обоснованно указал, что свидетель Ф в суде допрошен полно, при активном участии сторон, а точные анкетные данные П в материалах дела не содержаться (т.93 л.д.88-89).

Председательствующий при участии сторон рассмотрел заявленные ходатайства защитника Майоровым Ю.Н. - об исключении из разбирательства заключения эксперта № 609-618 от 30.06.2011 г., защитника Чешевой Г.В. - о приобщении и исследовании в судебном заседании справки о рыночной стоимости нового автомобиля и подсудимого Ермолаева Ю.А. - о запросе в автозавод о стоимости нового автомобиля, и правомерно отказал в их удовлетворении, о чём подробно мотивировал свои выводы в соответствующих постановлениях (т.93 л.д.92-94, 100-101).

По вопросам о стоимости автомобиля в суде подробно допрашивался эксперт С (т.93 л.д.96-100), и оснований сомневаться в правильности принятых судьёй решений в этой части у судебной коллегии не имеется.

Что касается доводов жалоб о нарушении права Иванова М.Ю. на защиту в связи с непринятием судом его отказа от услуг адвоката Васильчиковой Л.А. (т.85 л.д.98, 100), то вердиктом коллегии присяжных заседателей Иванов М.Ю. был оправдан в инкриминированном ему деянии, и постановленный приговор ни он, ни его защитник в апелляционном порядке не обжаловали.

Адвокат Кислова Н.А. в суде первой инстанции по соглашению представляла интересы потерпевшего К и осуществлённая ею 4 марта 2009 года в Пензенском областном суде защита М не являлось препятствием для участия в настоящем деле.

_ Поскольку интересы осуждённого Ермоленко А.В. не V противоречили интересам потерпевшего Т которого адвокат Чуркин Ю.Н. защищал в 2009 году в другом судебном процессе, то и в данном случае положения ст. 49 УПК РФ не нарушены. Кроме того, осуждённый Ермоленко А.В. постановленный приговор в апелляционном порядке также не обжаловал и по этому поводу не делал заявлений о нарушении его прав на защиту.

Постановление об отмене постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 15 марта 2012 года исследовалось в отсутствии присяжных заседателей, и оглашение данного документа в суде не могло повлиять на вердикт присяжных заседателей (т. 94 л.д. 157).

Перед судебными прениями сторон председательствующий сообщил присяжным заседателям, что уголовное дело в отношении подсудимого Максименко СВ. по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст.222, ч. 3 ст.223, ч. 3 ст.222, ч. 2 ст. 167, ч. 3 ст.ЗО, ч. 2 ст. 167 УК РФ, прекращено за истечением сроков давности и разъяснил, что снятые обвинения не должны приниматься ими во внимание при обсуждении вердикта (т.93 л.д. 120).

С Во время выступления в прениях сторон государственный обвинитель уменьшил объём предъявленного подсудимым обвинения, чем улучшил их положение, и, следовательно, их право на защиту нарушено не было. Причём, все защитники и подсудимые, за исключением Ермолаева Ю.А., заявившего, что ему «непонятна позиция прокурора», против изменения обвинения не возражали (т.93 л.д.121-123, 145-146).

Вопреки доводам жалоб, председательствующий неоднократно прерывал речь государственного обвинителя в тех случаях, когда он касался процессуальных вопросов и обстоятельств, которые не исследовались в суде присяжных и не вменялись подсудимым (т.93 - л.д.124-145).

Вопросный лист составлен в соответствии с требованиями ст. ст. 338, 339 УПК РФ и при активном участии представителей сторон (т.94л.д.93-111).

Напутственное слово председательствующего судьи отвечает требованиям ст. 340 УПК РФ и доводы жалоб об его односторонности и необъективности судебная коллегия признаёт несостоятельными.

После возражений со стороны защиты на напутственное слово председательствующий судья довёл до сведения присяжных заседателей, что при вынесении вердикта они могут учитывать фотографии, схемы, заключения экспертиз, протоколы следственных действий и другие доказательства, которые он не отметил, но они были им представлены в ходе судебного следствия.

Также председательствующий разъяснил присяжным, что в случае, если они увидели даже намёк на обвинительный или оправдательный уклон в его напутственном слове, то они не должны принимать это во внимание при вынесении вердикта, поскольку только они устанавливают доказанность или недоказанность факта совершения преступления.

Председательствующий также разъяснил, что представители сторон во время своих выступлений в прениях имели возможность более полно изложить свою позицию и предъявляемые доказательства, которые должны учитываться присяжными заседателями при вынесении вердикта. При этом он обратил особое внимание присяжных заседателей на то, что предположения не являются доказательствами по делу и не должны ими учитываться (т.94л.д.120-124).

Нельзя согласиться с доводами жалоб и о том, что председательствующий оказал незаконное воздействие на коллегию присяжных заседателей во время принятия ими своего решения по делу.

Так, найдя вердикт неясным и противоречивым, председательствующий судья указал об этом присяжным заседателям, вернул им вопросный лист и в соответствии с положениями ч. 2 ст. 345 УПК РФ предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений.

23 мая 2014 года, в 15 часов 04 минуты коллегия присяжных заседателей вернулась из совещательной комнаты, старшина коллегии передал вердикт председательствующему, и тот, после его изучения, постановил признать его ясным и вернул старшине для провозглашения.

Поскольку вердикт являлся объёмным, то во время его провозглашения был объявлен перерыв до понедельника - 26 мая 2014 года, 10 часов. Причём, возражений или замечаний от участников процесса и представителей сторон на эти действия председательствующего не было (т.94 л.д. 125).

Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и к обстоятельствам, как они были им установлены, уголовный закон применён правильно.

Утверждения о том, что осуждённые Максименко, Бурмистров, Хренов и Ефимюк не причастны к устойчивой вооружённой группе (банде), и что они, а также и Ермолаев, не входили в состав преступного сообщества, опровергаются вердиктом коллегии присяжных заседателей (т.86 л.д.27-43) и признаются судебной коллегией несостоятельными.

Так, из вердикта (ответы на вопросы №№ 151,152) следует, что Ермолаев Ю.А. с 2000 г. по 26 апреля 2011 года руководил структурным подразделением группы « », выполнял организационные функции, занимался распределением доходов, полученных от его противоправной деятельности, контролировал деятельность подчинённых участников группы по организации систематического занятия проституцией привлекаемыми для этой цели женщинами.

Выводы суда относительно квалификации действий Максименко, Бурмистров, Ефимюк и Ермолаева Ю.А. по ч. 1 ст. 210 УК РФ подробно мотивированы в приговоре, и оснований для их переквалификации на закон о менее тяжком преступлении и освобождении их от наказания за истечением сроков давности, как это утверждается в апелляционных жалобах, судебная коллегия не усматривает.

В мотивировочной части приговора суд действительно обсуждал назначение Ермолаеву наказания по ч. 2 ст. 210 УК РФ, однако данное обстоятельство оценивается судебной коллегией как техническая ошибка, не влияющая на содержание постановленного в отношении него приговора. Согласно резолютивной части приговора, Ермолаев признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 210 УК РФ, и именно за это преступление ему было назначено наказание.

Квалифицируя действия Максименко, Бурмистрова, Хренова и Ефимюка по ст. ст. 209, 210 УК РФ, суд, вопреки доводам жалоб, не нарушил требований ч. 2 ст. 6 УК РФ. Обосновывая свои выводы решением коллегии присяжных заседателей, суд в приговоре подробно описал обстоятельства преступных деяний, совершённых ими как в составе банды, так и преступного сообщества.

Из вердикта (ответы №№ 75-77) усматривается, что Максименко организовал лишение жизни Б с целью устранения его как конкурента в криминальной среде, и это поручение было исполнено членами организованной группы. При таких данных оправдание присяжными заседателями Иванова М.Ю. во вменённом ему исполнении данного преступления, не свидетельствует о недоказанности вины Максименко в убийстве Б и не является основанием для отмены или изменения постановленного в этой части приговора.

С учетом вердикта присяжных заседателей (ответы №№ 8-10, 12-13, 15-16, 21-23, 25-26), действия Максименко СВ. и Хренова И.В. по двум фактам покушений на убийство М и действия Бурмистрова И.И. по факту покушения на убийство М 21.10.1999 г. суд правомерно квалифицировал по ч.З ст.ЗО, пп. «е,ж,з» ч.2 ст. 105 УК РФ как покушение на умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное общеопасным способом, организованной группой, сопряженное с бандитизмом.

Действия Харчилина В.В. по факту покушения на убийство М 21.10.1999 г. суд обоснованно квалифицировал по ч.З ст.ЗО, пп. «е,ж» ч.2 ст. 105 УК РФ. Данная квалификация действий Харчилина согласуется с вердиктом присяжных заседателей (ответы №№ 18-19), выводы суда в этой части подробно мотивированы в приговоре, и оснований сомневаться в их правильности у судебной коллегии не имеется.

Как обоснованно указал суд в приговоре, оба покушения на убийство М были совершены общеопасным способом, поскольку 21.10.1999 г. в него производились выстрелы из двух автоматов, когда рядом с потерпевшим находились люди, а 26.04.2000 г. покушение на убийство было совершено путем подрыва автомашины, в результате которого находившемуся с М в автомашине, был причинен тяжкий вред здоровью.

Поскольку в результате примененного в отношении М общеопасного способа убийства был причинен тяжкий вред здоровью И то Максименко и Хренов, с учетом вердикта присяжных заседателей (ответы №№ 21-23, 25-26), обоснованно привлечены к уголовной ответственности не только за покушение на убийство М , но и за причинение тяжкого вреда здоровью И Выбранный ими способ (взрывное устройство осколочного типа) и место убийства (в городе у бара « ») заведомо представляли опасность для жизни не только потерпевшего М , но и находящихся рядом с ним людей.

Из ответов на вопросы № № 45-47, 49-50 следует, что именно Максименко поручил Ефимюку организовать силами возглавляемой им группы лишение жизни Б и, согласно ответам на вопросы № № 52-53, это поручение 9 августа 2001 года исполнил Шматко. Следовательно, юридическая оценка, данная действиям Максименко, Ефимюка и Шматко, основана на обстоятельствах, установленных вердиктом присяжных заседателей.

Действия Ефимюка А.С., являющегося членом банды и преступного сообщества, получившего от Максименко СВ.

указание об организации убийства Б и передавшего это указание группе лиц с предоставлением пистолета-пулемета (ответы №№49-50), суд обоснованно квалифицировал по пп. «ж,з» ч.2 ст. 105 УК РФ как убийство, совершенное организованной группой, сопряженное с бандитизмом.

Действия Шматко А.Н., получившего через Ефимюка А.С. указание Максименко СВ. о лишении жизни Б и исполнившего его путем производства в потерпевшего выстрела (ответы №№ 52-53), суд правомерно квалифицировал по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ как убийство, совершенное организованной группой.

Действия Ефимюка А.С, совершившего совместно с другим лицом в интересах банды и преступного сообщества покушение на убийство М (ответы №№ 62-63), несмотря на исключение из обвинения в этом преступлении Максименко СВ., суд обоснованно квалифицировал по ч.З ст.ЗО, пп. «ж,з» ч.2 ст. 105 УК РФ как покушение на умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное организованной группой, сопряженное с бандитизмом.

По факту совершения Ефимюком А.С незаконной передачи члену группы пистолета-пулемёта калибра 9мм и одного патрона, с помощью которых был убит Б , и по факту переноса им к месту покушения на убийство М пистолета марки ПМ калибра 9мм и не менее 2 патронов к нему (ответы №№ 110-111), суд обоснованно квалифицировал его действия по ч.З ст.222 УК РФ как незаконные передача и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенные организованной группой.

С утверждениями осуждённого Максименко СВ. о том, что суд вышел за пределы предъявленного обвинения, квалифицировав его действия в отношении Н по ч.4 ст. 111 УК РФ, согласиться нельзя, поскольку из текста предъявленного Максименко СВ. обвинения следует, что именно по его (Максименко) указанию Ермоленко А.В. нанес Н ножевое ранение, причинившее тяжкий вред здоровью последнего и повлекшее по неосторожности его смерть.

Содержание поставленных на разрешение присяжных заседателей вопросов № 28-30 по факту нападения на Н , доказанности участия в совершении этого преступления Максименко СВ. и его виновности, не свидетельствуют об изменении обстоятельств, изложенных в предъявленном ему обвинении, и, следовательно, о нарушении его права на защиту.

Выводы суда о виновности Максименко СВ. в содеянном основаны на вердикте присяжных заседателей, и уголовно-правовая оценка его действиям по ч.4 ст. 111 УК РФ дана правильно, в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Из вердикта следует (ответы №№ 164-166), что Бурмистров с целью получения земельного участка решил поджечь дом Л «в ночное время, когда они будут находиться внутри».

Достоверно зная о том, что Л проживают в доме по адресу: он привлёк к совершению поджога людей, которым поручил поджечь дом Л пояснив, «что необходимо сжечь сарай, расположенный по указанному адресу». В ночь на 15 января 2003 года в результате совершённого по поручении Бурмистрова И.И. поджога дома, находившиеся в нём Л и К погибли, а Л получив ожоги лица и рук, выбрался из дома, и ему была своевременно оказана медицинская помощь.

При таких данных, несмотря на исключение из обвинения - «решил лишить жизни Л » и «тогда, как сам преследовал цель лишить жизни супружескую пару», суд обоснованно пришёл к выводу о том, что Бурмистров осознавал опасность своих действий для жизни жильцов дома Л предвидел возможность их гибели (поджог дома в ночное время с помощью бензина), не желал наступления таких последствий, но сознательно допускал их и относился к ним безразлично. То есть совершил умышленное убийство двух лиц, посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности за это преступление.

При этом суд, основываясь на вердикте присяжных заседателей, обоснованно пришёл к выводу, что данное убийство было совершено Бурмистровым путём поджога, то есть общеопасным способом, в результате которого погибла не только хозяйка дома Л но и находившаяся у нее в гостях К Выбранный Бурмистровым способ убийства (поджог дома с людьми) суд обоснованно расценил как проявлении им особой жестокости.

С доводами адвоката Майорова Ю.Н. о нарушении судом требований ст. 252 УПК РФ и о переквалификации действий Бурмистрова И.И. по этому эпизоду на закон о менее тяжком преступлении судебная коллегия согласиться не может, поскольку они противоречат вердикту присяжных заседателей и опровергаются выводами суда первой инстанции.

В соответствии с решением коллегии присяжных заседателей (ответы №№ 168-169) действия Ермолаева Ю.А. по факту хищения автомашины и находившегося в ней имущества с причинением потерпевшим К и С материального ущерба на общую сумму рублей, суд обоснованно квалифицировал по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Ссылки жалоб на то, что круг собственников этого автомобиля установлен неверно, и что сумма ущерба завышена, не основаны на вердикте присяжных заседателей и признаются судебной коллегией несостоятельными.

Действия Бурмистрова И.И., Хренова И.В. и Ермолаева Ю.А. по фактам совершения ими незаконного хранения патронов правомерно квалифицированы по ч.1 ст.222 УК РФ как незаконное хранение боеприпасов.

Выводы суда относительно квалификации действий осуждённых подробно мотивированы в приговоре, и оснований сомневаться в их правильности у судебной коллегии не имеется.

Все заявления осуждённых об их невиновности, о наличии у них алиби, об оговоре их потерпевшими и свидетелями тщательно проверялись в суде первой инстанции и получили соответствующую оценку в вердикте присяжных заседателей.

Согласно положениям ст. 389.27 и п. п. 2-4 ст.389 УПК РФ, основаниями для отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение материального закона и несправедливость приговора. Следовательно, приговоры, постановленные с участием присяжных заседателей, не подлежат пересмотру в суде апелляционной инстанции в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

При таких данных доводы жалоб о недоказанности вины осуждённых в инкриминированных деяниях, о неполноте предварительного и судебного следствий признаются судебной коллегией безосновательными.

Учитывая, что вердиктом присяжных заседателей признано недоказанным участие Максименко СВ. в покушениях на убийство А и М , а также участие Бурмистрова И.И. в покушениях на убийство Л и М , то суд правомерно исключил из их обвинения по ч.З ст.30, пп. «е,ж,з» ч.2 ст. 105 УК РФ перечисленные выше эпизоды, поскольку как отдельные составы преступления они Максименко и Бурмистрову не вменялись.

С доводами жалоб о необходимости освобождения Максименко, Бурмистрова, Хренова и Харчилина от уголовной ответственности по первому эпизоду покушения на М от 21.10.1999 года в связи с истечением сроков давности судебная коллегия согласиться не может.

Исходя из положений ч. 4 ст. 78 УК РФ вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, за которое предусмотрено наказание в виде пожизненного лишения свободы, разрешается только судом и в отношении субъектов независимо от того, может ли это наказание быть назначено лицу с учётом правил ч. 2 ст. 57, ч. 2 ст. 59, ч. 4 ст. 62 и ч. 4 ст. 66 УК РФ. Освобождение от уголовной ответственности за такие преступления является правом, а не обязанностью суда.

Поскольку Максименко, Бурмистров, Хренов и Харчилин совершили указанное преступление в составе организованной группы и общеопасным способом, а затем Максименко и Хренов также в составе организованной группы повторили посягательство на жизнь М в апреле 2000 года, то при таких данных судебная коллегия не находит оснований для освобождения их за это деяние от уголовной ответственности за истечением сроков давности.

В деле имеется постановление о возбуждении уголовного дела № от 26 апреля 2000 года по признакам преступления, предусмотренного ч.З ст.30, п. «е» ч.2 ст. 105 УК РФ по факту покушения на убийство М от 26 апреля 2000 года (том 2, л.д.35). В таком случае, вопреки доводам жалоб, дополнительного возбуждения уголовного дела по аналогичному эпизоду от 21.10.1999 года не требовалось.

Психическое состояние Максименко СВ., Бурмистрова И.И., Хренова И.В., Харчилина В .В., Ефимюка А.С, Шматко А.Н., Ермоленко А.В. проверено полно, выводы проведённых в отношении каждого из них комплексной психолого- психиатрической экспертизы не вызвали сомнений у суда первой инстанции, в связи с чем они обоснованно были признаны вменяемыми.

Что касается Ермолаева Ю.А., то он ранее работал в милиции, во время разбирательства дела в судах первой и апелляционной инстанций вёл себя адекватно и в представленных материалах отсутствуют данные, которые могли бы свидетельствовать о наличии признаков болезненного состояния его психики.

Оснований сомневаться во вменяемости Еромолаева Ю.А. нет и у судебной коллегии.

Наказание осуждённым индивидуализировано и назначено каждому из них с учётом конкретной вины в содеянном, данных об их личности, вердикта коллегии присяжных заседателей о признании их заслуживающими снисхождения за конкретные деяния, обстоятельств, смягчающих ответственность, в том числе и перечисленных в апелляционных жалобах. Других обстоятельств, которые могли бы смягчить назначенное осуждённым наказание, судебная коллегия не усматривает.

Выводы суда первой инстанции в части назначенного осуждённым наказания подробно мотивированы в приговоре, и они не вызывают сомнений у судебной коллегии.

В связи с тем, что вердиктом присяжных заседателей оружие, изъятое у Максименко, Бурмистрова, Хренова и Ефимюка признано оружием банды, то суд в соответствии с положением п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ правомерно конфисковал его в доход государства.

Гражданские иски потерпевших Л (о компенсации морального вреда), К и С (о возмещении материального ущерба) разрешены с соблюдением положений ст. ст. 151, 1064, 1080, 1099-1101 ГК РФ, и решение суда в части постановленных взысканий с Бурмистрова И.И. и Ермолаева Ю.А. согласуется с вердиктом коллегии присяжных заседателей и материалами дела.

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ, и поданные осуждёнными и их защитниками на него замечания рассмотрены председательствующим судьёй в установленном законом порядке (т.98 л.д.83,87,90,106,128- 130,143,156,163, # /. *. В соответствии с ч. 7 ст. 259 УПК РФ председательствующий после изготовления протокола судебного заседания обеспечивает «, сторонам возможность ознакомления с ним. Время ознакомления с V протоколом судебного заседания устанавливается председательствующим в зависимости от объёма указанного протокола, однако оно не может быть менее 5 суток с момента начала ознакомления. В исключительных случаях председательствующий по ходатайству лица, знакомящегося с протоколом, может продлить установленное время.

Руководствуясь положениями данного закона, председательствующий судья удовлетворил ходатайства осуждённых и их защитников, и с учётом объёма протокола судебного заседания установил им реальное время ознакомления с ним, которое затем по ходатайству заинтересованных лиц было соответственно увеличено (т.95 л.д.124, 155, 219, 266, т.97 л.д.171, # 174, 175, 180, 189, 191, 197). При таких данных, права осуждённых на защиту не нарушены.

Требования авторов апелляционных жалоб о предоставлении им аудио-видеозаписи протокола судебного заседания не основано на законе, и правомерно было оставлено председательствующим судьёй без удовлетворения.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда ^ адвокатов, взысканы с осуждённых с соблюдением положений ст. ст. 131, 132 УПК РФ. Выводы суда в этой части подробно мотивированы в приговоре, и оснований сомневаться в их правильности у судебной коллегии не имеется.

Таким образом, приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. ст. 303, 304, 307 УПК РФ, и оснований для его отмены или изменения, как это утверждается в апелляционных жалобах, судебная коллегия не усматривает.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст. 389 ' 389 , 28 33 389 , 389 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

I приговор Пензенского областного суда от 4 июля 2014 года с участием присяжных заседателей в отношении Максименко С В Бурмистрова И И Хренова И В Ефимюка А С Харчилина В В Ермолаева Ю А Шматко А Н оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий:

Статьи законов по Делу № 29-АПУ15-1СП

УК РФ Статья 9. Действие уголовного закона во времени
УК РФ Статья 105. Убийство
УК РФ Статья 111. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью
УК РФ Статья 159. Мошенничество
УК РФ Статья 167. Умышленные уничтожение или повреждение имущества
УК РФ Статья 209. Бандитизм
УК РФ Статья 213. Хулиганство
УК РФ Статья 222. Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов
УК РФ Статья 240. Вовлечение в занятие проституцией
УПК РФ Статья 11. Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве
УПК РФ Статья 24. Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела
УПК РФ Статья 42. Потерпевший
УПК РФ Статья 49. Защитник
УПК РФ Статья 56. Свидетель
УПК РФ Статья 73. Обстоятельства, подлежащие доказыванию
УПК РФ Статья 75. Недопустимые доказательства
УПК РФ Статья 81. Вещественные доказательства
УПК РФ Статья 156. Начало производства предварительного расследования
УПК РФ Статья 217. Ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела
УПК РФ Статья 220. Обвинительное заключение
УПК РФ Статья 237. Возвращение уголовного дела прокурору
УПК РФ Статья 240. Непосредственность и устность
УПК РФ Статья 249. Участие потерпевшего
УПК РФ Статья 252. Пределы судебного разбирательства
УПК РФ Статья 259. Протокол судебного заседания
УПК РФ Статья 264. Удаление свидетелей из зала судебного заседания
УПК РФ Статья 271. Заявление и разрешение ходатайств
УПК РФ Статья 278. Допрос свидетелей
УПК РФ Статья 281. Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля
УПК РФ Статья 303. Составление приговора
УПК РФ Статья 304. Вводная часть приговора
УПК РФ Статья 307. Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора
УПК РФ Статья 325. Особенности проведения предварительного слушания
УПК РФ Статья 328. Формирование коллегии присяжных заседателей
УПК РФ Статья 329. Замена присяжного заседателя запасным
УПК РФ Статья 330. Роспуск коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности ее состава
УПК РФ Статья 334. Полномочия судьи и присяжных заседателей
УПК РФ Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей
УПК РФ Статья 338. Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями
УПК РФ Статья 339. Содержание вопросов присяжным заседателям
УПК РФ Статья 340. Напутственное слово председательствующего
УПК РФ Статья 345. Провозглашение вердикта
УПК РФ Статья 348. Обязательность вердикта
УПК РФ Статья 349. Правовые последствия признания подсудимого заслуживающим снисхождения
УК РФ Статья 6. Принцип справедливости
УК РФ Статья 10. Обратная сила уголовного закона
УК РФ Статья 64. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление
УК РФ Статья 66. Назначение наказания за неоконченное преступление
УК РФ Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений
УК РФ Статья 78. Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности
УК РФ Статья 210. Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)

Производство по делу

Загрузка
Наверх