Дело № 3-О08-27

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 30 октября 2008 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Старков Андрей Владимирович
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 3-О08-27

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 30 октября 2008 г.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Магомедова М.М.
судей Старкова А.В. и Ворожцова С.А.

рассмотрела в судебном заседании от 30 октября 2008 года кассационное представление государственных обвинителей Овчинникова Ю.А. и Аиназарова А.А., кассационные жалобы потерпевших Б В , К , К ., К ., М ., М , Н ., П , П ., Р ., С , С , Т ., Т и Ш на приговор Верховного суда Республики Коми от 26 июня 2008 года, которым КОРОСТЕЛЕВ А А , и ПУЛЯЛИН А А оправданы по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 2 п.п. «а,е,ж,з», 111 ч. 3 п.п. «а,б», 112 ч. 2 п.п. «а,г», 115 ч.1, 115 ч. 1, 115 ч. 1, 115 ч. 1, 115 ч. 1, 115 ч. 1, 115 ч. 1, 167 ч. 2 УК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступлений. 2 Заслушав доклад судьи Старкова А.В., объяснения адвокатов Козлитина В.И. и Молчанова Л.В., полагавших оставить приговор без изменения, объяснения потерпевших Б , В ., Н ., П , С ., С , Т ., поддержавших доводы своих кассационных жалоб, мнения государственного обвинителя Овчинникова Ю.А. и прокурора Хомицкой Т.П., поддержавших доводы кассационного представления, судебная коллегия

установила:

В кассационном представлении и дополнениях к нему государственные обвинители Овчинников Ю.А. и Айназаров А.А. ставят вопрос об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное рассмотрение в связи с допущенными судом нарушениями уголовно-процессуального закона и несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Считают, что суд в нарушение принципа состязательности сторон вышел за отведенные ему законом рамки разрешения дела, выступил в качестве стороны защиты и в ходе судебного разбирательства неоднократно проявлял инициативу в собирании доказательств вне рамок судебного заседания.

Утверждают, что параллельно судебному следствию в нарушение требований закона, без поручения и ведома стороны обвинения, сотрудниками УФСБ РФ проводились оперативно-розыскные мероприятия, в том числе с санкции суда, со свидетелями обвинении, иными лицами и подсудимыми. Считают, что о проведении данных мероприятий суд был информирован и их результаты использовались судом в судебном заседании.

Так, в период судебного следствия, без ведома сторон, в нарушение требований ст. 13 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых», судья, принимавший участие в рассмотрении данного дела, до допроса подсудимых в судебном заседании санкционировал их вывод и этапирование в УФСБ для проведения оперативно-розыскных мероприятий с целью выявления возможной фальсификации по уголовному делу.

Кроме того, в УФСБ вызывались свидетели обвинения Х Я , Б , Б Б О К , М , Я , З , а также работники прокуратуры Ч и Н , осуществлявшие ранее расследование по данному уголовному делу.

Несмотря на это, все вопросы стороны обвинения указанным свидетелям по фактам вызова их в УФСБ судом отводились. Вместе с тем, именно после 3 проведения этих оперативно-розыскных мероприятий Ч дал в суде показания о фальсификации доказательств по уголовному делу, в частности записки Пулялина, изъятой в РОВД протоколов допроса свидетеля Х от 15 июля 2005 года и свидетеля И . от 13 июня 2006 года.

Обращают внимание на то, что при допросе свидетеля Ч судом в нарушение требований УПК РФ свидетелю представлялись для обозрения доказательства стороны обвинения, которые в судебном заседании не исследовались и стороной обвинения не представлялись, вопрос о возможности предъявления их Ч сторонами не обсуждался. Аналогичные же вопросы государственного обвинителя свидетелям Р и М об обстоятельствах допроса свидетеля И и ходатайство о предъявлении им этих протоколов допроса судом отклонялись на основании того, что данные материалы в судебном заседании не исследовались.

Указывают, что следователь прокуратуры Н был приглашен в судебное заседание для допроса в качестве дополнительного свидетеля также по инициативе суда и после проведения с ним оперативных мероприятий сотрудниками УФСБ. При его допросе председательствующий по своей инициативе задавал ему вопросы по фактам фальсификации материалов уголовного дела. Кроме того, Н был вызван и допрошен в судебном заседании в то время, когда стороной обвинения представлялись иные доказательства. Полагают, что таким образом суд нарушил требования УПК РФ о состязательности сторон и об очередности представления доказательств, а также принял меры к опорочению доказательств обвинения до их исследования в суде.

Считают, что данные факты свидетельствуют о заинтересованности суда, его подготовленности к допросу указанных свидетелей и владении информацией о фактах изложенных свидетелями вне рамок судебного рассмотрения.

Указывают, что по факту проведения сотрудниками УФСБ оперативно- розыскных мероприятий военным следственным отделом Следственного комитета при прокуратуре РФ была проведена проверка, по результатам которой установлено, что сотрудники УФСБ действовали в нарушение требований ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и ФЗ «О прокуратуре РФ». Поэтому считают, что сбор материалов по настоящему уголовному делу осуществлялся незаконно. Однако суд отклонил ходатайство стороны обвинения об истребовании материалов проверки, проведенной сотрудниками УФСБ, необоснованно указав в своем определении, что они не имеют отношения к делу.

Кроме того, указывают, что материалы о фальсификации уголовного дела, собранные в ходе оперативно-розыскных мероприятий УФСБ4 , были направлены для разрешения в следственный отдел Следственного Комитета при Генеральной прокуратуре РФ - . По результатам проведенной проверки принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников, входивших в состав оперативно-следственной группы, в связи с отсутствием события преступления. В истребовании материалов указанной проверки суд также необоснованно отказал.

В связи с этим считают, что доводы свидетеля Ч о фальсификации доказательств по данному делу не нашли своего подтверждения, однако его показания в судебном заседании и показания других лиц, с которыми предварительно проводились беседы сотрудниками УФСБ, судом были положены в основу оправдательного приговора.

При этом, как полагают государственные обвинители, суд в нарушение требований УПК РФ не создал стороне обвинения необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и для осуществления представленных прав, в том числе: по исследованию показаний Ч , Н и свидетелей обвинения в полном объеме, в том числе выяснению достоверности этих показаний; возможного допроса лиц, которые принимали участие в получении объяснений от свидетелей по данному делу; сопоставлению показаний свидетелей с материалами проведенной УФСБ поверки; установлению источников полученных в суде доказательств; сопоставлению показаний свидетелей, в том числе Ч и Н с другими доказательствами и проверки их в порядке ст. 87 УПК РФ, а также оценки их допустимости и объективности.

Считают, что проведение мероприятий сотрудниками УФСБ с ведома суда и в нарушение требований закона и получение судом информации вне рамок судебного рассмотрения могло повлиять на ход и результаты судебного следствия, на решение вопроса о виновности или невиновности подсудимых и на правильность применения уголовного закона.

Обращают внимание в представлении на то, что в связи с заинтересованным отношением суда в ходе судебного следствия стороной обвинения и потерпевшими были заявлены ходатайства об отводе конкретного судьи и всего состава суда в целом, которые судом были отклонены.

Кроме того, указывают, что судом в нарушение требований ст. ст. 85, 87 УПК РФ отклонены ходатайства стороны обвинения, направленные на собирание доказательств и проверку обстоятельств, подлежащих доказыванию, в том числе: о приобщении и исследовании в суде портретов подозреваемых лиц, выполненных со слов очевидцев художниками З и П ; о проведении повторной экспертизы обнаруженных на месте происшествия оплавленных фрагментов полимерного материала, вплавленных в сумку; о приобщении и проведении повторной экспертизы жесткого диска, имеющего 5 видеозапись, которая может быть предметом исследования в судебном заседании; о запросе тарификации телефонных соединений свидетелей М . и М . с Коростелевым с целью проверки их доводов в порядке ст. 87 УПК РФ; о запросе сведений о наличии номеров телефонов у Коростелева, Пулялина, М , М ., М тарификации телефонных соединений указанных лиц и их биллинговой информации; о запросе в ОАО «Северо-Западный Телеком» сведений о владельце телефона, номер которого установлен распечаткой телефонных соединений свидетеля Х ; о запросе всех номеров телефонов дежурной части МВД , тарификации телефонных соединений с указанных номеров и всех номеров телефонов, которыми мог пользоваться свидетель С .

Вместе с тем ходатайства стороны защиты о запросе тарификации телефонных соединений судом были удовлетворены.

Полагают, что суд необоснованно признал недопустимыми доказательствами исследования, проведенные специалистом С , справки, составленные специалистом Г , и признал допустимыми исследования, проведенные другими специалистами.

Считают, что о нарушении судом принципа состязательности сторон свидетельствует и то, что все вопросы стороны обвинения к свидетелям М и Р по обстоятельствам, ставшим им известными от свидетеля И , суд отводил и в то же время предоставлял такое право стороне защиты при допросе свидетеля По мнению государственных обвинителей о заинтересованности суда свидетельствует и приведенная в приговоре оценка доказательств.

Указывают при этом, что суд взял за основу показания свидетеля Ч о фальсификации доказательств, однако его показания в этой части опровергаются показаниями свидетелей А С М , Е Л В , Л и Т заключением почерковедческой экспертизы о том, что все подписи в протоколе допроса И выполнены самим свидетелем.

Выводы же суда о том, что показания свидетеля Ч подтверждаются другими доказательствами и в том числе заключением почерковедческой экспертизы по исследованию протокола допроса свидетеля Х являются необоснованными, так как экспертиза проведена с нарушением закона, заключение эксперта носит предположительный характер и опровергается показаниями свидетеля Х .

Необъективным считают и указание суда на то, что показания Ч подтверждаются показаниями свидетеля Б о том, что он в материалах оперативного дела видел копию протокола допроса Х в котором тот пояснял о невозможности разглядеть и опознать молодых людей, выбегавших 6 из торгового центра, поскольку в соответствии со справкой УУР МВД протокол допроса свидетеля Х в материалах оперативного дела не содержится.

Утверждение суда о том, что сторона обвинения исказила показания свидетеля Б , по мнению государственных обвинителей, также не соответствует действительности, так как стороной обвинения составлялся протокол судебного заседания и самостоятельно велась аудиозапись при допросе указанного свидетеля, поскольку ходатайство о применении аудиозаписи в ходе судебного заседании суд отклонил.

Указывают, что при обосновании вывода о противоречивости и непоследовательности показаний подсудимых, данных в ходе предварительного следствия, суд сослался также на протоколы их допроса в качестве свидетелей, которые являются недопустимыми доказательствами.

Считают, что противоречия в показаниях подсудимых о личностях заказчиков и об обстоятельствах заказа, на которые суд указал в приговоре, свидетельствуют лишь о стремлении подсудимых ввести следствие и суд в заблуждение, а доводы подсудимых о том, что такие показания они давали по требованию и под давлением сотрудников милиции, опровергаются показаниями этих работников милиции, которые были допрошены в судебном заседании в качестве свидетелей.

Кроме того, указывают, что из анализа всех показаний подсудимых следует, что давая показания об обстоятельствах совершения преступления в связи с исполнением заказа, они были не заинтересованы указывать данные о заказчиках и их количестве, а также подробные обстоятельства подготовки и совершения преступления, так как опасались за свою жизнь и близких родственников. Утверждение суда о наличии наводящих вопросов при даче подсудимыми показаний противоречит исследованным в судебном заседании протоколам этих допросов и видеозаписям, на которые они фиксировались.

Обращают внимание на то, что показания подсудимых на предварительном следствии об обстоятельствах подготовки к поджогу и нахождения их возле торгового центра полностью согласуются с показаниями допрошенных по данному делу свидетелей, а разногласия в некоторых деталях могут быть объяснимы тем фактом, что подсудимые, как они поясняли, пытались таким образом оставить себе возможность избежать наказания в полном объеме за совершенные преступления. Данные обстоятельства подтверждаются показаниями подсудимого Пулялина и видеозаписью этих показаний, а также показаниями свидетелей М В Л , Л и П Считают необоснованным признание судом недопустимым доказательством аудиозаписи беседы оперативных сотрудников милиции с 7 Пулялиным в ИВС , так как нарушения закона при этом допущено не было. Указание суда о том, что диск был кем-то переписан, также является необоснованным, поскольку в ходе судебного следствия данные обстоятельства не выяснялись.

Кроме того, полагают, что суд необоснованно признал достоверными показания Коростелева в судебном заседании о том, что он оговорил себя на следствии в результате оказанного на него психологического и физического воздействия со стороны сотрудников милиции, так как его показания в этой части опровергаются исследованными в судебном заседании видеозаписями следственных действий с его участием, заключениями экспертиз и справками из мест его содержания об отсутствии у него каких-либо телесных повреждений.

Недостоверными и необъективными считают утверждения суда о том, что по показаниям свидетелей Б , Б и Д подсудимые в одно и то же время находились в разных местах, поскольку свидетели в своих показаниях точное время не указывали и, кроме того, были допрошены спустя значительное время с момента совершения преступления.

Обращают при этом внимание на двойную трактовку судом признательных показаний подсудимых, поскольку суд указал в приговоре, что по их показаниям они в период времени с 11 час. до 12 час. 30 мин. находились около ресторана «Чибью» и в то же время признал эти показания в части заказа на совершение преступления недостоверными в связи с их противоречивостью.

Считают необоснованными выводы суда о противоречивости и явном несоответствии показаний свидетелей в части описания людей, которых они видели у торгового центра «Пассаж», с приметами подсудимых, так как, с учетом индивидуальных особенностей каждого человека воспринимать окружающую обстановку, незначительные расхождения в описании этих людей нельзя признать существенными и являющимися основанием не доверять показаниям указанных свидетелей.

Не основанным на законе считают и признание судом недопустимыми доказательствами явок с повинной Пулялина и Коростелева и показаний свидетелей М и Е , поскольку показания подсудимых об оказании на них давления подтверждения не нашли, а участие адвоката при проведении оперативно-розыскных мероприятий и получении явки с повинной не является обязательным.

Обращают внимание на то, что адвокат Молчанов, представлявший интересы Пулялина, ранее осуществлял защиту М , на которого Пулялин указал как на лицо, причастное к совершению поджога, однако суд отклонил ходатайство государственного обвинителя об отводе этого адвоката. 8 Указывают также, что утверждения суда о несоответствии показаний свидетеля Х действительности опровергаются совокупностью других исследованных судом доказательств, в том числе протоколами проведенных в ходе предварительного следствия следственного эксперимента и опознания, осмотра места происшествия, показаниями свидетелей Б Х , Х ., С , М и У Считают, что доводы суда о недопустимости следственного эксперимента и опознания по тем основаниям, что они проведены с одними и теми же понятыми, не могут быть приняты во внимание, так как в данном случае проводилось одно следственное действие.

Считают, что суд необоснованно поставил под сомнения показания Х в части опознания Пулялина по тем основаниям, что ранее он по видеотеке не опознал его, поскольку согласно представленных суду доказательств в данной видеотеке имелось только одна фотография Пулялина в возрасте 14 лет.

Необъективным считают вывод суда о недостоверности показаний свидетеля М , так как вопреки утверждению суда его показания не противоречат и не опровергаются показаниями свидетеля Ш .

По мнению государственных обвинителей, суд необоснованно поставил под сомнение показания свидетеля Я о нахождении на месте происшествия подсудимых Пулялина и Коростелева, поскольку её показания в этой части подтверждаются протоколом опознания ею Пулялина в ходе предварительного следствия, показаниями свидетелей П , З , В , Д , Ш и М а также протоколом осмотра места происшествия и выводами экспертиз.

Считают, что суд необоснованно признал недопустимыми доказательствами записки Пулялина, так как достоверность исполнения этих записок Пулялиным подтверждается заключением экспертизы, а также показаниями свидетелей С Т В , М , Л , С , Л и К .

Полагают, что с учетом приведенных выше обстоятельств, судом необоснованно взяты за основу при вынесении приговора недостаточно и необъективно проверенные доказательства, такие как показания свидетеля Ч , Б , К , заключения психофизиологических экспертиз и не была принята во внимание вся совокупность доказательств, представленных стороной обвинения.

В кассационных жалобах потерпевшие П ., М ., С , К ., Н ., Р Б М ., К Т ., К ., Т ., С ., В Ш и П . приводят 9 одинаковые доводы, по которым они не согласны с приговором, и ставят вопрос об отмене приговора.

Выражая несогласие с выводами суда о том, что стороной обвинения не было представлено доказательств, без сомнения подтверждающих причастность Коростелева и Пулялина к совершению поджога торгового центра «Пассаж», потерпевшие считают, что доказательная база, подтверждающая предъявленное подсудимым обвинение, была достаточной, однако, суд исказил многие свидетельские показания и отклонил практически все заявленные стороной обвинения и потерпевшими ходатайства.

Указывают при этом, что суд необоснованно отклонил ходатайства: о приобщении портретов, выполненных художниками художественной школы; об исследовании в судебном заседании диктофонной записи допроса свидетеля С следователем Ч ; о проведении дополнительной экспертизы записи видеонаблюдения в «Строймаркете»; о предоставлении полной информации о телефонных переговорах обвиняемых Пулялина и Коростылева; о тарификации телефонных переговоров с домашних телефонов обвиняемых, свидетелей Б , М и М за март 2005 года; об установлении личностей владельцев телефонных номеров, с которых поступали звонки на домашний телефон свидетеля Б ; о проведении дополнительной экспертизы вещественных доказательств (сумки); о дополнительном вызове свидетеля М ; о полной тарификации телефонных переговоров с телефона М которыми пользовались Коростелев и Пулялин, находясь в СИЗО.

Обращают внимание на то, что в ходе судебного разбирательства накануне дачи показаний в суде производился вызов свидетелей в отдел ФСБ, а подсудимые по разрешению суда вывозились за пределы мест содержания. Считают, что показания свидетеля Ч о фальсификации материалов уголовного дела вызывают сомнения.

Полагают, что все документы, на которые указал Ч были подделаны им самим и для подлога он выбрал протоколы допросов самых главных свидетелей обвинения Х Я Д и К Потерпевшие С , К , Н . и М в дополнительной жалобе указывают, что суд, отказывая в удовлетворении ходатайств стороны обвинение, вместе с тем удовлетворял аналогичные и другие ходатайства стороны защиты.

Считают, что таким образом судом были нарушены принципы состязательности и равноправия сторон. В связи с этим стороной обвинения было заявлено ходатайство об отводе суда, однако данное ходатайство было также отклонено. 10 Кроме того, указывают, что суд необоснованно исключил из числа доказательств показания свидетелей Х и Я а также явки с повинной Коростелева и Пулялина, поскольку показания указанных свидетелей подтверждаются показаниями других допрошенных по данному делу свидетелей и протоколами осмотра места происшествия, а явки с повинной от подсудимых были приняты с соблюдением требований закона и их показания в судебном заседании об оказании на них давления подтверждения не нашли.

В возражениях на кассационное представление государственных обвинителей и кассационные жалобы потерпевших оправданный Коростелев А.А., адвокаты Козлитин В.И. и Гурьев И.В. просят оставить представление и жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, кассационных жалоб и возражений на них, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты и создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Кроме того, согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным и обоснованным, а в соответствии со ст. 305 УПК РФ в описательно- мотивировочной части оправдательного приговора излагаются основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие.

Указанные положения закона по данному уголовному делу судом должным образом не выполнены.

Как видно из материалов дела, органами предварительного следствия Пулялину А.А. и Коростелеву А.А. предъявлено обвинение в том, что примерно в марте 2005 года между ними и неустановленными следствием лицами, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, произошел конфликт, в ходе которого неустановленные следствием лица, угрожая физической расправой, потребовали от Коростелева и Пулялина выплатить им крупную денежную сумму за нанесенные оскорбления.

После вышеуказанной ссоры неустановленные следствием лица, имея умысел на уничтожение путем поджога здания, в котором размещался торговый центр «Пассаж», не желая быть непосредственными исполнителями преступления, склонили к совершению поджога и вышеуказанного торгового центра Коростелева и Пулялина, пообещав им, что после совершения поджога торгового центра они будут освобождены от имущественных обязательств перед ними, а также пообещали выплатить им денежное вознаграждение, на что Коростелев и Пулялин, осознавая материальную выгоду, согласились.

После достигнутой договоренности в мае-июне 2005 года неустановленные следствием лица сообщили Коростелеву и Пулялину дату, когда необходимо совершить поджог торгового центра, а именно 11 июля 2005 года.

В назначенный день, в период времени с 11 часов до 13 часов 20 минут неустановленные следствием лица передали Коростелеву и Пулялину емкости с горючей легковоспламеняющейся жидкостью в количестве не менее 20 литров.

После этого Коростелев совместно с Пулялиным, реализуя преступный умысел, направленный на уничтожение путем поджога здания ТЦ «Пассаж», а также чужого имущества в виде товарно-материальных ценностей и денежных средств, находящихся в помещениях торгового центра, действуя совместно и согласованно, в период времени с 13 часов 20 минут до 13 часов 30 минут, через центральный вход вошли в здание ТЦ «Пассаж», разлили принесенную с собой горючую легковоспламеняющуюся жидкость в проходах, расположенных слева и справа от центрального лестничного марша, ведущих в коридор первого этажа указанного здания, и умышленно внесли открытый источник огня в разлитую ими горючую легковоспламеняющуюся жидкость, тем самым воспламенили ее, после чего с места преступления скрылись.

В результате преступных действий Коростелева и Пулялина произошло возгорание всего здания ТЦ «Пассаж», в ходе которого огнем было уничтожено чужое имущество, а именно здание ТЦ «Пассаж», принадлежащее на праве долевой собственности Г ., Г ., Г и В , общей стоимостью рублей, а также имущество, находившееся в павильонах торгового центра, принадлежащее предприятиям и частным предпринимателям: Б . на сумму рублей, С - рублей, С - рублей копейка, ООО «Аванти» - рублей, В - рублей копеек, С - рубля копеек, М - рублей, К - рубля, Р - рублей, Я и Я - рублей, Т - рублей копеек, М - рублей, К - рублей, С - рублей, К - рублей, З - рублей, П - рублей, К . - рублей, Ч - рублей, Д - рублей, ООО «АВАНТАЖ 2002» - рублей, ООО «СеверТорг» - рублей копеек, чем владельцам этого имущества был причинен значительный материальный ущерб. 12 Было уничтожено также имущество, принадлежавшее находившимся в момент пожара в здании ТЦ «Пассаж»: Л на общую сумму рублей, М - рублей, С - рублей, В - рублей, Аб - рублей, К - рублей, С - рублей, Б - рублей, М - рублей, Х - рублей, Б - рублей, М - рублей, П - рублей, Ю - рублей, С - рублей, К - рублей, А - рублей, З - рублей, Б - рублей, чем указанным потерпевшим также причинён значительный материальный ущерб.

В результате преступных действий Коростелева и Пулялина наступили тяжкие последствия, выразившиеся в нарушении нормального режима торговой деятельности частных предпринимателей и юридических лиц, имевших торговые точки в ТЦ «Пассаж», и прекращении деятельности торгового центра в целом, а также в том, что в результате пожара погибли двадцать пять человек, в том числе: М К Т Н Б Ш К ., Н М Р С К Ф Л М , Т С О Т М К Т Б Р , Б .

Кроме того, находившимся при пожаре в здании ТЦ «Пассаж» А и К был причинен тяжкий вред здоровью; С и С - средней тяжести вред здоровью; К К Ю В С , Б и С - легкий вред здоровью.

После совершения поджога ТЦ «Пассаж», Коростелев и Пулялин получили от неустановленных следствием лиц обещанное денежное вознаграждение, а также избавились от материальных затрат перед ними.

Предъявленное Коростелеву и Пулялину органами предварительного следствия обвинение основывалось на заявлениях, протоколах явок с повинной и допросов Коростелева и Пулялина в ходе предварительного следствия, проверки их показаний на месте, записках Пулялина, в которых они не отрицали своей причастности к совершению поджога торгового центра «Пассаж», протоколах допроса потерпевших и свидетелей, в том числе, протоколах допроса свидетелей Х , и опознания ими Пулялина, протоколах осмотра места происшествия, следственных 13 экспериментов и иных следственных действий, заключениях проведенных по делу экспертиз и других доказательствах, приведенных в обвинительном заключении.

Исследовав представленные стороной обвинения доказательства, суд признал часть из них недопустимыми или недостоверными и пришел к выводу, что стороной обвинения не представлено доказательств, без сомнения подтверждающих причастность Коростелева и Пулялина к совершению поджога торгового центра «Пассаж».

Между тем, как видно из материалов дела, признав часть представленных стороной обвинения доказательств недопустимыми и недостоверными, суд не дал оценки всей совокупности представленных сторонами и исследованных в судебном заседании доказательств.

Постановляя в отношении Коростелева и Пулялина оправдательный приговор, суд признал недопустимыми доказательствами явки с повинной Коростелева и Пулялина, а их показания, данные в ходе предварительного следствия, в которых они не отрицали своей причастности к совершенным преступлениям - недостоверными.

При этом суд указал в приговоре, что явки с повинной Коростелева и Пулялина и их показания в ходе предварительного следствия получены с нарушением закона и даны в результате оказанного на них давления со стороны следственных органов.

Однако, как видно из материалов дела, соответствующей проверки по заявлениям Коростелева и Пулялина о применении к ним недозволенных методов ведения следствия не проводилось и суд не привел в приговоре конкретных доказательств, свидетельствующих о применении к Коростелеву и Пулялину на предварительном следствии незаконного воздействия и не указал, в чем выразилось это воздействие и кем оно было применено.

Между тем, согласно исследованным в судебном заседании справкам из учреждений, где Коростелев и Пулялин содержались под стражей, они регулярно осматривались врачами этих учреждений, никаких телесных повреждений у них выявлено не было, с жалобами на состояние здоровья они не обращались.

В соответствии с заключениями проведенных в отношении Коростелева и Пулялина судебно-медицинских экспертиз, на момент их осмотра 2 мая 2006 года, телесных повреждений у них выявлено не было.

Кроме того, как видно из протоколов допросов Коростелева и Пулялина и проверки их показаний на месте, данные следственные действия проведены с соблюдением требований УПК РФ, с участием защитников. Перед допросами 14 Коростелеву и Пулялину разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ и они предупреждались о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при их последующем отказе от этих показаний. По окончании этих следственных действий Коростелев и Пулялин указывали в протоколах, что сведения в них с их слов записаны верно, показания даны ими добровольно, замечаний, заявлений и ходатайств по поводу ведения протоколов, их объективности от них и их защитников не поступало.

Из показаний допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей Л , Л , Е , А М и В следует, что никакого насилия к подсудимым в ходе предварительного следствия не применялось.

Эти обстоятельства суд оставил без внимания и не дал им оценки в совокупности с другими доказательствами.

Кроме того, обосновывая выводы о том, что на подсудимых в ходе предварительного следствия было оказано давление, суд сослался в приговоре на заключения психофизиологических экспертиз №№ и от 27 июля 2007 года, проведенных в отношении Коростелева и Пулялина экспертом К , в соответствии с которыми явка с повинной была написана Коростелёвым под давлением и информацией о частных признаках поджога ни Коростелев, ни Пулялин не располагают.

В тоже время суд признал недостоверными заключения психофизиологических экспертиз от 31 июля 2006 года и от 25 ноября 2006 года, проведенных экспертом П , согласно которым при даче Коростелёвым и Пулялиным показаний о совершении ими поджога ТЦ «Пассаж» данные, свидетельствующие о самооговоре, не обнаружены.

Вместе с тем заключения эксперта К постановлением следователя от 25 апреля 2007 года были признаны недопустимыми доказательствами в связи с тем, что согласно письму заместителя начальника института криминалистики ФСБ России срок действия имевшегося у К свидетельства на право проведения экспертиз с использованием полиграфа истек 31 декабря 2004 года, а нового свидетельства на право проведения подобных экспертиз она не получала.

Определением суда от 31 марта 2008 года данное постановление следователя признано незаконным, а указанные выше заключения эксперта К - допустимыми доказательствами. При этом суд указал в определении, что никаких данных, свидетельствующих о том, что К не имеет права на производство психофизиологических экспертиз и не прошла переаттестацию в АНО «ЦНЭКС», в материалах дела не имеется и стороной обвинения не представлено. 15 Однако, признавая указанное постановление следователя незаконным, суд, в нарушение положений ст. 87 УПК РФ, надлежащим образом не проверил и не привел в своем решении доказательств, опровергающих представленное стороной обвинения письмо заместителя начальника института криминалистики ФСБ России, ставящее под сомнение право эксперта К на проведение экспертиз с использованием полиграфа.

Кроме того, обосновывая выводы о признании заключений эксперта П недостоверными, суд указал в приговоре, что в заключениях не дано никакой оценки противоречиям в представленных эксперту показаниях Коростелева и Пулялина, не указано, какому следственному действию соответствуют выявленные экспертом внешние признаки, а выводы эксперта не основаны на произведенном исследовании и не подтверждены им.

Вместе с тем, утверждение суда о том, что выводы эксперта не основаны на произведенном исследовании и не подтверждены им, должным образом судом не мотивированы, а возникшие у суда сомнения в обоснованности заключений эксперта без надлежащей их проверки не являются основанием для признания заключений экспертиз недостоверными.

При таких обстоятельствах суду следовало в соответствии с требованиями ст. ст. 207, 282, 283 УПК РФ обсудить вопрос о допросе эксперта в судебном заседании для разъяснения данных им заключений, а с учетом наличия противоречий по одним и тем же вопросам в выводах проведенных по данному уголовному делу психофизиологических экспертиз, обсудить также и вопрос о назначении дополнительной или повторной экспертизы.

В представлении, кроме того, правильно указано, что признавая показания Коростелева и Пулялина, данные в ходе предварительного следствия, недостоверными, в связи с их непоследовательностью и противоречивостью, суд не дал никакой оценки их показаниям на предварительном следствии, в которых они, объясняя противоречия и разногласия в своих показаниях, поясняли, что пытались таким образом оставить себе возможность избежать наказания в полном объеме за совершенные преступления. Не дал суд оценки и тому обстоятельству, что показания Коростелева и Пулялина в этой части подтвердили в судебном заседании свидетели М , В , Л Л и П Заслуживают внимания также и доводы представления о том, что приведенные в приговоре основания, по которым суд признал недопустимыми доказательствами явки с повинной Пулялина и показаний свидетелей М и Е об обстоятельствах проводимых ими бесед с Коростелёвым, нельзя признать обоснованными. 16 Поскольку, как правильно указано в представлении, положения уголовно- процессуального закона не содержат указания об обязательном участии защитника при проведении оперативно-розыскных мероприятий и при получении явки с повинной, а также не предусматривают каких-либо ограничений и требований по содержанию, последовательности изложения и объему явки с повинной.

Кроме того суд признал недопустимыми доказательствами аудиозапись опроса Пулялина оперативными работниками Л и Л , а также протокол осмотра этой аудиозаписи, по тем основаниям, что указанное оперативное мероприятие было проведено без участия защитника и в материалах дела не содержится сведений о том, кем, когда, каким образом и откуда была переписана запись на компакт-диск.

Однако указанные судом обстоятельства в силу ст. 75 УПК РФ не могут являться основанием для признания данного доказательства недопустимым, а доказательств, свидетельствующих о том, что указанная аудиозапись и протокол её прослушивания получены с нарушением требований закона, суд в приговоре не привел.

Признавая недостоверными приобщенные к материалам дела записки Пулялина, суд также не привел доказательств, подтверждающих свои выводы о том, что указанные записки были написаны Пулялиным в результате оказанного на него давления с целью искусственного создания доказательств, подтверждающих признательные показания подсудимых.

Вместе с тем данные выводы суда, как и приведенные в приговоре сомнения суда в достоверности обстоятельств появления указанных записок, какими-либо доказательствами судом не подтверждены и основаны на предположениях, что в соответствии с требованиями закона является недопустимым.

Суд также признал недопустимым доказательством протокол допроса свидетеля Х и недостоверными доказательствами протоколы опознания им Пулялина, а также проведенного с участием указанного свидетеля следственного эксперимента.

При этом суд сослался на показания свидетеля Ч в судебном заседании о фальсификации протокола допроса свидетеля Х ; показания свидетеля Б о том, что он видел копию этого протокола и в нем было зафиксировано, что Х не может опознать лиц, о которых он давал показания; заключение почерковедческой экспертизы по исследованию данного протокола; протокол проверки показаний свидетеля К , согласно результатам которой с расстояния 42 метров черт лица не видно; на показания Коростелева и Пулялина в судебном заседании о том, что до того, 17 как Х опознал Пулялина, они встречались с ним, когда тот принимал участие в раскрытии совершенных ими краж.

Однако, как видно из материалов дела, ранее в своих показаниях свидетель Ч не пояснял о фальсификации материалов уголовного дела.

Из показаний свидетелей С М , Л , Л Е , Ц и М следует, что на оперативных совещаниях в ходе предварительного расследования по данному уголовному делу никаких предложений о фальсификации каких-либо доказательств не поступало и данные вопросы на совещаниях не обсуждались.

Как видно из заключения почерковедческой экспертизы по исследованию протокола допроса свидетеля Х , выводы эксперта о том, что подписи от имени Х в протоколе выполнены другим лицом, носят вероятностный характер.

Согласно справке МВД приобщенной к материалам уголовного дела, в материалах оперативного дела по факту поджога ТЦ «Пассаж», в которых, как пояснял Б , он видел протокол допроса свидетеля Х , протоколы допросов указанного свидетеля отсутствуют.

Из справки, составленной Х по результатам проведенных им оперативно-розыскных мероприятий в рамках уголовного дела № , на которую суд сослался как доказательство, подтверждающее показания подсудимых, не следует, что при проведении указанных мероприятий Х встречался с Коростелёвым и Пулялиным.

Все эти обстоятельства судом были исследованы, однако оценки в приговоре не получили.

Кроме того, как видно из материалов дела, стороной обвинения в ходе судебного следствия были заявлены ходатайства об истребовании для исследования в судебном заседании материалов прокурорских проверок по фактам проведения сотрудниками ФСБ оперативно-розыскных мероприятий в ходе судебного разбирательства и фальсификации материалов уголовного дела, а также материалов оперативного дела по факту поджога ТЦ «Пассаж».

Данные ходатайства судом оставлены без удовлетворения по тем основаниям, что указанные материалы не относятся к рассматриваемому уголовному делу.

Вместе с тем, как видно из материалов дела, указанные ходатайства стороны обвинения были заявлены с целью получения дополнительных материалов, подтверждающих достоверность представленных сторонами доказательств, в том числе и тех, которые впоследствии были признаны судом 18 недопустимыми или недостоверными, и поэтому могли повлиять на выводы суда при оценке этих доказательств.

Таким образом, отклонив указанные выше ходатайства, суд ограничил сторону обвинения в праве представления доказательств, подтверждающих предъявленное подсудимым обвинение, а также нарушил требования ст. 17 УПК РФ, по смыслу которой никакие доказательства не имеют заранее установленной силы и подлежат оценке в совокупности с другими имеющимися в уголовном деле доказательствами.

Кроме того, признавая показания свидетеля Хозяинова недостоверными, суд не дал оценки тому обстоятельству, что его показания о том, что он видел как непосредственно перед началом пожара из ТЦ «Пассаж» выбежали двое молодых парней, одного из которых он запомнил, являются последовательными, как в ходе предварительного, так и судебного следствия и подтверждаются показаниями свидетелей Х . , Х , М С и М Из протокола опознания видно, что при проведении указанного следственного действия Х уверенно указал на Пулялина как на одного из выбегавших из торгового центра молодых людей, которого он запомнил.

Возможность опознания человека с того расстояния, на котором находился свидетель Х подтверждается результатами проведенного с его участием следственного эксперимента.

Указанным обстоятельствам суд также не дал надлежащей оценки, не указал в приговоре, по каким основаниям он не доверяет показаниям свидетелей Х , Х , М С , М и не привел мотивов, по которым признал достоверными результаты проверки показаний свидетеля К , а данные протокола следственного эксперимента, проведенного с участием свидетеля Х недостоверными.

Суд, кроме того, признал недостоверными показания свидетеля Я и протокол опознания ею Пулялина по тем основаниям, что в судебном заседании Я попеременно указывала то на Пулялина, то на Коростелева, как на опознанное ею лицо, и не смогла объяснить противоречия в своих показаниях.

Вместе с тем, как видно из протокола судебного заседания, свидетель Я действительно в судебном заседании, отвечая на вопрос о том, знакомы ли ей подсудимые, пояснила, что знает одного из них и указала при этом на Коростелева. Однако, затем, отвечая на вопросы участников процесса, Я пояснила, что в ходе предварительного следствия она опознала Пулялина, как одного из двух молодых людей, находившихся у торгового 19 центра «Пассаж», которого она запомнила, а Коростелев похож на второго молодого человека. При этом Я пояснила также, что в ходе предварительного следствия при её допросе и производстве следственных действий произошедшие события она помнила лучше.

Как видно из материалов уголовного дела, в ходе предварительного следствия свидетель Я давала последовательные показания о том, что она видела у торгового центра «Пассаж» перед пожаром двух молодых людей, одного из которых запомнила, а при проведении опознания она уверенно указала на Пулялина как именно на того человека, которого она запомнила.

Показания свидетеля Я в этой части подтверждаются показаниями свидетеля П о том, что после трагедии Я рассказывала ей, что незадолго до пожара проходила в районе торгового центра и видела двух молодых людей, одного из которых запомнила, а затем опознала при проведении опознания.

Данным обстоятельствам в их совокупности суд также не дал надлежащей оценки.

С учетом приведенных выше обстоятельств судебная коллегия считает, что при рассмотрении данного уголовного дела и постановлении оправдательного приговора в отношении Коростелева и Пулялина судом допущены нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые выразились в том, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда об обоснованности или необоснованности предъявленного подсудимым обвинения и на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

В связи с изложенным приговор в отношении Коростелева и Пулялина нельзя признать законным и обоснованным, поэтому приговор в соответствии с п.п. 1 и 2 ч. 1 ст. 379, п.п. 1 и 2 ст. 380 и ч. 1 ст. 381 УПК РФ подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое судебное рассмотрение.

При новом разбирательстве дела суду необходимо рассмотреть его с соблюдением требований норм УПК РФ, создать установленные законом условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, дать надлежащую оценку всем доказательствам и в зависимости от полученных данных принять по делу соответствующее решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377 - 381, 385, 386, 388 УПК РФ, судебная коллегия 20

определила:

приговор Верховного суда Республики Коми от 26 июня 2008 года в отношении Коростелева А А и Пулялина А А отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей.

Статьи законов по Делу № 3-О08-27

УПК РФ Статья 15. Состязательность сторон
УПК РФ Статья 17. Свобода оценки доказательств
УПК РФ Статья 75. Недопустимые доказательства
УПК РФ Статья 85. Доказывание
УПК РФ Статья 87. Проверка доказательств
УПК РФ Статья 297. Законность, обоснованность и справедливость приговора
УПК РФ Статья 305. Описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Загрузка
Наверх