Типовые договорыТиповые договоры



Активные юристыАктивные юристы

Телефон: +7 905 942-69-48
Телефон: 9060684949
не в сети
Фото юриста
Лакоткина Юлия Анатольевна
г. Ужур Красноярский край ( СИБИРЬ)
ответов за неделю: 11
Телефон: 8 923 308 00 82


Ответы юристовОтветы юристов

Дело № 4-АПУ14-54СП

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 7 октября 2014 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция
Категория Уголовные дела
Докладчик Романова Татьяна Анатольевна
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 4-АПУ14-54СП

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 7 октября 2014 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующегосудьи Абрамова С.Н.,
судейРомановой Т.А., Лаврова Н.Г.
при секретареБелякове А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осуждённого Шишкина Л.А. и адвоката Чумака В.В. в его защиту, адвоката Зыковой И.Э. в защиту осуждённой Хоффманн Г.Л., апелляционное представление государственного обвинителя на приговор Московского областного суда с участием присяжных заседателей от 14 апреля 2014 г., по которому Хоффманн Г Т ранее не судимая, осуждена по ч.З ст.ЗЗ и пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ к 14 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима; Шишкин Л А ранее судимый 19 июля 2011 г. Измайловским районным судом г.Москвы по ч.З ст.ЗО и ч.4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 г. № 26-ФЗ) к 1 году 9 месяцам лишения свободы, осуждён по пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ с учётом требований ст.65 УК РФ к 11 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Тимофеев М Б ранее не судимый, оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, в соответствии с пп. 2, 4 (в приговоре ошибочно пп.З, 4) ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с вынесением в отношении его коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта.

Постановлено признать за Тимофеевым М.Б. право на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовой Т.А. о содержании приговора, существе апелляционных жалоб и представления, выступление осуждённых Хоффманн Г.Т., Шишкина Л.А. в режиме видеоконференц-связи, адвокатов Чумака В.В., Кабалоевой В.М., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах, адвоката Бицаева В.М. в защиту оправданного Тимофеева М.Б., считавшего апелляционное представление не подлежащим удовлетворению, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Потапова И.Е., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

установила:

Шишкин признан виновным в убийстве потерпевшего Д группой лиц по предварительному сговору, по найму, Хоффманн - в организации данного преступления. Тимофеев на основании вердикта коллегии присяжных заседателей оправдан в связи с непричастностью к совершению этого же преступления.

Преступление совершено в период с 13 по 18 июня 2006 г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах: осуждённый Шишкин просит приговор отменить и дело направить на новое судебное разбирательство. Указывает, что в судебном заседании был допрошен журналист « » К который давал подсудимым негативные оценки, сообщал порочащие их сведения, что могло повлиять на беспристрастность присяжных заседателей при вынесении вердикта; названный журналист неоднократно писал о данном уголовном деле статьи, в которых негативно характеризовал подсудимых, тем самым формируя предубеждение у своих читателей, которыми могли являться присяжные заседатели; одна из таких статей была опубликована за день до вынесения вердикта; председательствующий судья необоснованно отказал в допросе в присутствии присяжных специалиста, который должен был дать оценку проведённым по делу судебно-медицинским экспертизам относительно причин смерти потерпевшего, и таким образом ограничил сторону защиты в праве представления доказательств по делу и присяжных заседателей в праве участвовать в их исследовании; во время прений одна из присяжных заседателей допустила высказывания относительно обстоятельств дела; в поступивших дополнениях к апелляционной жалобе осужденный утверждает, что изложил лишь незначительную часть из допущенных судом нарушений. Осуждённый просит также зачесть в срок наказания нахождение его под стражей с 2010 г.; адвокат Чумак в защиту интересов осуждённого Шишкина просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение. Указывает, что председательствующий судья необоснованно отказал стороне защиты в исследовании ряда доказательств: в допросе в присутствии присяжных приглашённого в судебное заседание по инициативе стороны защиты специалиста в области судебной медицины, лишив его тем самым возможности опровергнуть показания экспертов по поводу причин смерти потерпевшего, а после допроса этого специалиста в отсутствие присяжных отклонил ходатайство о назначении и проведении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы на предмет установления смерти потерпевшего; в исследовании ответа, поступившего на адвокатский запрос из администрации кладбища, относительно порядка захоронения тел неопознанных граждан, где содержались сведения о том, что лицо, чьё тело эксгумировалось, было захоронено 20 июня 2006 г., а поэтому не могло являться Д ; в исследовании телефонограммы из бюро СМЭ, из которой усматривается, что причиной смерти неустановленного мужчины, впоследствии идентифицированного как Д , было алкогольное отравление. По утверждению автора жалобы, суд незаконно отклонил ходатайства о признании недопустимыми доказательствами ряда протоколов следственных действий и актов судебно- медицинских экспертиз; допросил по делу работающего в « » журналиста К , который свидетелем фактически не являлся, ранее проводил «журналистское расследование» причин исчезновения и смерти Д а в судебном заседании сообщал присяжным данные, характеризующие подсудимых с негативной стороны, утверждал, что они являются членами организованной банды, в состав которой входят, осуждённый судом сын Х и коррумпированные сотрудники правоохранительных органов, и Д был убит ими с целью завладения его имуществом; показания данного свидетеля и опубликованная им накануне вынесения вердикта статья в газете произвели «неизгладимое» впечатление на присяжных; присяжные, в нарушение требований закона собирали информацию об обстоятельствах дела посредством сети интернет, один из них, представившийся как О на сайте газеты разместил комментарий по поводу рассмотрения дела в суде; председательствующий судья без согласия стороны защиты и без достаточных оснований принял решение об оглашении показаний свидетелей Б и К , что лишило сторону защиты возможности устранить имеющиеся противоречия в данных ими ранее показаниях; сформулировал вопросы в вопросном листе таким образом, чтобы у присяжных возникали трудности при ответах и они не смогли отрицательно ответить на 1 вопрос, в котором указывались также обстоятельства, не оспариваемые стороной защиты, при этом отклонил предложенный стороной защиты вариант вопросов в более понятной формулировке; обратился к присяжным заседателям с напутственным словом, носящим обвинительный уклон; адвокат Зыкова в защиту интересов осуждённой Хоффманн просит приговор отменить и возвратить дело на новое рассмотрение. Указывает, что вся конструкция обвинения её подзащитной построена на противоречивых показаниях свидетелей Г и Б последняя не была допрошена в судебном заседании, а у защиты к ней имелась масса вопросов; суд допросил свидетеля К , который не являлся очевидцем случившегося, а проводил собственное журналистское расследование, в своих высказываниях и выводах указанный свидетель «облил грязью» Хоффманн, оговорил ее, публиковал статьи в газетах и разместил в интернете материалы относительно дела, с учётом чего присяжные вынесли обвинительный вердикт; постановленный судом приговор в части наказания к тому же является суровым, без учета данных о личности Хоффманн и её роли; осуждённая Хоффманн, выступив в судебном заседании с дополнениями к апелляционной жалобе адвоката Зыковой, обращает внимание на публикацию К ряда статей, которые содержали не соответствующую действительности информацию и порочащие её сведения, что могло повлиять на беспристрастность присяжных заседателей при вынесении вердикта; в связи с теми же нарушениями, на которые обращает внимание в своей жалобе адвокат, просит отменить приговор.

В апелляционном представлении (основном и дополнительном) государственный обвинитель Тихомиров Б.Л. просит приговор в полном объёме отменить и направить дело на новое судебное разбирательство.

Указывает, что в ходе судебного разбирательства Тимофеев довёл до сведения присяжных информацию о наличии у него на иждивении детей, сослался на не исследованный в суде протокол опознания; Шишкин, отвечая на вопросы председательствующего, пытался опорочить признанный допустимым доказательством протокол очной ставки между ним и свидетелем Г , заявив, что он таких показаний не давал и протокол фактически сфабрикован следователем; он же в своём последнем слове исказил протокол эксгумации трупа; адвокат Чумак в ходе выступления в прениях подвергал сомнению исследованные в судебном заседании заключения судебно-медицинских экспертов, цитировал руководство для врачей «Досудебная медицинская экспертиза механической асфиксии» в части описания характерных признаков удушения; осуждённый в особом порядке Г на вопрос о причинах изменения показаний заявил о том, что говорил при допросе то, что диктовал ему следователь; ссылаясь на протоколы судебных заседаний от 29 ноября 2013 г., 15 и 21 января 2014 г., автор апелляционного представления утверждает, что в ходе судебного разбирательства стороной защиты искажалось содержание исследованных доказательств, предпринимались попытки ввести присяжных в заблуждение относительно их достоверности и допустимости; несмотря на принятые судом меры по пресечению этих действий участников процесса, присяжные заседатели не были ограждены от незаконного на них воздействия, что могло повлиять на их выводы при голосовании; кроме того, как полагает государственный обвинитель, вердикт был вынесен незаконным составом суда, так как при вступлении его в процесс ему, как другим и участникам, за исключением потерпевшей Д , не разъяснялось право отвода, предусмотренное главой 9 УПК РФ, а вопрос о праве потерпевшей Д и адвоката Чумака заявить ходатайство о роспуске коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности состава выяснялся без приглашения в зал самой коллегии присяжных заседателей; обращает внимание на поступившее по окончании рассмотрения дела в прокуратуру обращение присяжного заседателя С , в котором приводятся данные о нарушениях уголовно-процессуального законодательства при вынесении вердикта в совещательной комнате.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и представлении, Судебная коллегия не находит оснований к отмене приговора суда.

Как видно из материалов дела, судебное разбирательство проведено с учётом требований уголовно-процессуального закона, определяющих его особенности в суде с участием присяжных заседателей.

Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с требованиями ст.328 УПК РФ.

На стадии формирования коллегии присяжных заседателей суд предоставил право каждой из сторон заявить о её тенденциозности, но таковых заявлений от сторон не поступило. Разъяснение указанного права сторонам на последующих стадиях судопроизводства закон не предусматривает, поскольку в силу ст.ЗЗО УПК РФ роспуск коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности её состава возможен только до приведения присяжных заседателей к присяге.

Несмотря на указание в протоколе судебного заседания на объявление председательствующим состава суда и разъяснение права отвода только для потерпевшей, следует признать, что этого вполне достаточно для того, чтобы государственный обвинитель также мог использовать это право, которое законодательно закреплено и хорошо было ему известно в силу профессиональной деятельности.

Не чинилось судом препятствий государственному обвинителю либо другим участникам процесса в реализации права отвода составу суда на всех последующих стадиях. В связи с этим доводы государственного обвинителя о незаконном составе суда являются несостоятельными.

В судебном заседании были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

В присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст.334 УПК РФ.

Упоминание Тимофеевым о проживающем в ребёнке последовало на вопрос самого же государственного обвинителя, касалось объяснения Тимофеевым частоты его поездок в и явно не выходило за пределы тех сведений, которые у него в ходе допроса выяснялись. В его последнем слове упоминание о детях, по существу, являлось косвенным и имело место во взаимосвязи с обстоятельствами, при которых ему стало известно о выдвинутом против него обвинении. При таком положении Судебная коллегия считает, что сообщённые Тимофеевым сведения относительно наличия у него детей нельзя рассматривать как направленные на оказание на присяжных заседателей незаконного воздействия, тем более что в своем напутственном слове председательствующий судья просил присяжных заседателей при вынесении вердикта не учитывать какие бы то ни было характеризующие личность подсудимых данные.

\ Из протокола судебного заседания видно, что при обсуждении вопроса об установлении очерёдности исследования доказательств, представляемых стороной обвинения, с перечислением лиц, подлежащих допросу в качестве свидетелей, сторона защиты не возражала против допроса свидетеля К чьи показания ей были известны из содержания обвинительного заключения.

Не было установлено судом также оснований для отказа в допросе названного свидетеля в присутствии присяжных заседателей.

Поставленные сторонами и судом перед свидетелем вопросы были направлены на выяснение известных ему обстоятельств дела и источников его осведомлённости об этих обстоятельствах. Не отвечающие эти требованиям вопросы снимались председательствующим судьёй. При доведении до сведения присяжных заседателей фактов, не подлежащих исследованию с их участием, председательствующий обоснованно останавливал свидетеля, обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание при вынесении вердикта сообщённые им данные, в своём напутственном слове вновь указал на недопустимость при вынесении вердикта учитывать не относящиеся к делу сведения, характеризующие личности подсудимых.

Соответствующим образом председательствующий судья действовал в случае, когда Шишкин пытался поставить под сомнение доказательственное значение протокола очной ставки между ним и Г В напутственном слове председательствующий судья разъяснил присяжным заседателям, что все исследуемые в их присутствии доказательства: и показания подсудимых и показания свидетелей, в качестве одного из которых допрашивался Г были получены в соответствии с законом и услышанная ими информация, ставящая под сомнение допустимость некоторых из этих показаний, не должна ими учитываться при вынесении вердикта.

Должное реагирование со стороны председательствующего последовало при искажении участниками процесса содержания доказательств, в частности Тимофеевым - акта судебно-медицинской экспертизы в своих вопросах эксперту Д Шишкиным - протокола эксгумации трупа в своем последнем слове. Обратив внимание на допущенное искажение доказательств, председательствующий судья тут же, а затем в напутственном слове напомнил присяжным заседателям содержание исследованного доказательства в том виде, как оно изложено в материалах дела. Попытки стороны защиты, направленные на выяснение у допрашиваемых лиц, в частности у свидетеля О , обстоятельств, не подлежащих исследованию в присутствии присяжных заседателей, председательствующим судьёй правильно пресекались, вопросы, не отвечающие требованиям ст.334 УПК РФ, снимались, а присяжным заседателям давались разъяснения о том, что они не должны предполагать, какие ответы могли быть даны на такие вопросы.

На основе изложенных в протоколе судебного заседания от 6 февраля 2014 г. показаний Тимофеева не представляется возможным судить о том, что последний в обоснование своей позиции ссылался на неисследованный протокол опознания. При выступлении с последним словом и ссылке в нём на состоявшееся опознание его по фотографии сыном погибшего его речь была незамедлительно прервана председательствующим судьёй, а присяжным дано необходимое разъяснение.

Таким образом, действия председательствующего судьи в полной мере обеспечивали соблюдение сторонами требований об особенностях судопроизводства в суде с участием присяжных заседателей, а отступления от этих требований, на которые обращается внимание в апелляционных жалобах и представлении, устранялись путём принятия председательствующим надлежащих мер, заключающихся в отклонении не отвечающих закону вопросов, прерывании выступающего либо отвечающего на вопросы участника с вынесением замечания, обращении к коллегии присяжных с указаниями и разъяснениями относительно информации, не имеющей для них значения. Указанные сторонами и зафиксированные в протоколе судебного заседания нарушения нельзя признать носящими системный характер и столь существенными, что требовало бы иных мер процессуального реагирования со стороны председательствующего, свидетельствовало бы о предубеждённости в результате их присяжных заседателей относительно виновности осужденных Хоффманн и Шишкина и невиновности Тимофеева.

Доводы о том, что изложенные К в его статьях сведения о деле могли повлиять на беспристрастность и объективность присяжных заседателей носят исключительно предположительный характер. Из протокола судебного заседания следует, что при формировании коллегии присяжных заседателей председательствующим судьёй выяснялся у кандидатов вопрос об информированности их об обстоятельствах дела из средств массовой информации. Никем из вошедших в коллегию присяжных заседателей о таких обстоятельствах заявлено не было ни в указанной стадии, ни по ходу рассмотрения дела. Не инициировалось также сторонами обсуждение вопроса об отводах присяжных либо об отстранении их от исполнения своих обязанностей по указанным основаниям. Более того, из протокола видно, что в начале каждого судебного заседания присяжные заседатели после приглашения в зал докладывали о том, что незаконное воздействие на них не оказывалось, объективность ими не утрачена и препятствия для продолжения исполнения ими своих обязанностей отсутствуют.

Утверждения осуждённого Шишкина о допущенном в ходе разбирательства дела высказывании присяжного заседателя №11 по поводу обстоятельств дела не основаны на содержании протокола судебного заседания, замечаний на который осужденным не подавалось.

Данные о том, что присяжные заседатели в нарушение требований закона, собирали информацию об обстоятельствах дела, объективно не подтверждаются. Не может об этом свидетельствовать приводимая защитником переписка из сети интернет, где лицо, обозначенное как О представившееся присяжным заседателем, участвующим в вынесении вердикта, комментирует статью журналиста К Сведений о том, что указанное лицо действительно являлось присяжным заседателем, Судебной коллегии не представлено. Не позволяют судить об этом также данные о присяжных заседателях, содержащиеся в материалах дела. Согласно списку лиц, вошедших в состав коллегии присяжных заседателей, никто из них не имел анкетных данных, которые соответствовали бы указанным в переписке.

Единственный присяжный заседатель, носящий имя О , являлся запасным и в вынесении вердикта участия не принимал. К тому же начальные буквы его фамилии и отчества не соответствуют начальной букве, обозначенной в комментарии.

Вопросы допустимости доказательств, перечисленных стороной защиты в жалобе, в частности протоколов допросов, очных ставок, осмотра, опознания, заключений экспертов, были исследованы судом в соответствии с требованиями главы 10 УПК РФ и в порядке, определяемом ч.2 ст.334 УПК РФ. По каждому из ходатайств об исключении доказательств из перечня доказательств, представляемых для рассмотрения, судом приняты мотивированные решения, не согласиться с правильностью которых Судебная коллегия оснований не усматривает.

Суд проверил законность экспертных заключений, имеющихся в материалах дела, в том числе в свете соблюдения процессуальных прав обвиняемых при назначении и проведении экспертиз, обоснованно допустил указанные заключения к исследованию в качестве доказательства по делу.

Отказывая стороне защиты в допросе в присутствии присяжных заседателей специалиста в области судебной медицины, суд правильно указал, что в компетенцию специалиста не входит дача разъяснений и дополнений по проведённым экспертизам, а равно их оценка.

Допросив в отсутствие присяжных специалиста К суд правомерно не установил предусмотренных ст.207 УПК РФ оснований для назначения и проведения по делу повторной либо дополнительной судебно- медицинской экспертизы.

Не основаны на материалах дела и доводы жалоб об ограничении председательствующим по делу судьёй стороны защиты в праве на представление иных письменных доказательств - ответа на запрос адвоката из администрации кладбища и телефонограммы из Х бюро СМЭ. Процедура рассмотрения указанных ходатайств соответствовала той, что установлена законом. Принятые по ходатайствам решения судом были убедительно аргументированы, а интересующие сторону защиты сведения относительно обстоятельств, изложенных в указанных документах, тщательно проверялись иным допустимым законом способом.

Вопрос об исследовании показаний свидетелей Б и К неоднократно обсуждался в судебном заседании. К обеспечению явки указанных лиц в судебное заседание принимались все необходимые меры.

Когда таковые меры были исчерпаны, суд, основываясь на поступившем из больницы документе о нахождении Б на излечении и не рекомендации врачей о её допросе в суде, а также рапортах службы судебных приставов и иных данных о неизвестности местонахождения К , принял решение об исследовании показаний названных лиц путём их оглашения, признав наличие обстоятельств, исключающих явку этих свидетелей в судебное заседание. В подобных случаях уголовно- процессуальный закон допускает возможность исследования показаний свидетелей таким способом и в отсутствие на это согласия одной из сторон.

Речь адвоката Чумака в прениях не выходит за рамки требований, предъявляемых ст.336 УПК РФ, поскольку он был вправе давать собственную оценку исследованным заключениям экспертов. Его намерение в репликах процитировать известную ему медицинскую литературу, председательствующим было пресечено, а внимание присяжных правильно обращено на необходимость оценки самих доказательств по делу, и в частности заключения судебно-медицинских экспертов. Аналогичное по смыслу разъяснение дано было председательствующим в напутственном слове.

Вопросный лист, составленный председательствующим, соответствует требованиям закона. Вопросы в нём поставлены перед коллегией присяжных заседателей с учётом положений ст. 252, 339 УПК РФ, изложены в понятных присяжным заседателям формулировках, и последние, как видно, за дополнительными разъяснениями к председательствующему на этот счёт не обращались.

Доводы адвоката Чумака об изложении председательствующим судьёй вопросов в непонятной формулировке с целью исключения дачи присяжными заседателями отрицательного ответа на вопрос о событии преступления при доказанности лишь некоторых, не оспариваемых стороной защиты обстоятельств Судебная коллегия считает несостоятельными.

При недоказанности каких-либо обстоятельств, имеющих отношение к событию преступления либо причастности к преступлению конкретного подсудимого, присяжные заседатели имели возможность ответить утвердительно на вопрос, за исключением ими обстоятельств, не нашедших своего подтверждения. Это право присяжным заседателям надлежаще разъяснялось председательствующим в напутственном слове, и они воспользовались им, как видно из вердикта, при решении вопросов в отношении Тимофеева.

Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст.340 УПК РФ. В пользу этого свидетельствует также отсутствие на него возражений сторон по мотиву нарушения принципа объективности и беспристрастности.

Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий судья, в соответствии с требованиями закона, изложил в нём содержание обвинения, разъяснил содержание уголовного закона, применённого обвинением для квалификации действий подсудимых, напомнил исследованные в суде доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимых, разъяснил основные правила оценки доказательств в их совокупности, напомнил присяжным заседателям о необходимости соблюдения тайны совещательной комнаты и принятой ими присяги.

В пользу объективности и беспристрастности произнесённого напутственного слова свидетельствует также отсутствие на него возражений сторон по мотиву нарушения этих принципов.

Вердикт присяжных заседателей вынесен в соответствии со ст. 343, 345 УПК РФ.

Поступившее в прокуратуру после рассмотрения дела заявление одной из присяжных заседателей, где она сообщает об обстоятельствах обсуждения вопросов в совещательной комнате не ставит под сомнение законность вынесенного вердикта. Сообщённые ею факты не могут являться предметом проверки Судебной коллегии в силу требований ст.341 УПК РФ.

Приговор постановлен председательствующим в соответствии с требованиями ст.351 УПК РФ, определяющей особенности в суде с участием присяжных.

На основе установленных вердиктом коллегии присяжных заседателей фактических обстоятельств дела Тимофеев обоснованно оправдан в связи с непричастностью к преступлению, а действия Хоффманн и Шишкина правильно квалифицированы по ч.З ст.ЗЗ, пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 и пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ соответственно, так как Хоффманн организовала убийство Д которое за денежное вознаграждение совершили Шишкин и осуждённый ранее по приговору суда Г Доводы в жалобе Зыковой об осуждении Хоффманн на основании противоречивых показаний Б и Г не могут быть приняты во внимание, исходя из существующих особенностей обжалования и оснований отмены и изменения приговора суда, постановленного при данной форме судопроизводства по делу, с чем все осуждённые были ознакомлены.

При назначении наказания осуждённым Хоффманн и Шишкину были учтены все обстоятельства, влияющие на его вид и срок, в том числе решение коллегии присяжных заседателей о признании Шишкина заслуживающим снисхождения. Оснований для смягчения им наказания Судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия не усматривает оснований для зачёта в окончательное наказание Шишкину отбытое им наказание по приговору 19 июля 2011 г., поскольку наказание по правилам ч.5 ст.69 УК РФ ему не назначалось.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389, 389 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Московского областного суда от 14 апреля 2014 г. в отношении Хоффманн Г Т Шишкина Л А Тимофеева М Б оставить без изменения, а апелляционные жалобы и представление без удовлетворения.

Председательствующий судья Судьи

Статьи законов по Делу № 4-АПУ14-54СП

УК РФ Статья 105. Убийство
УК РФ Статья 159. Мошенничество
УПК РФ Статья 207. Дополнительная и повторная судебные экспертизы
УПК РФ Статья 252. Пределы судебного разбирательства
УПК РФ Статья 302. Виды приговоров
УПК РФ Статья 328. Формирование коллегии присяжных заседателей
УПК РФ Статья 334. Полномочия судьи и присяжных заседателей
УПК РФ Статья 336. Прения сторон
УПК РФ Статья 339. Содержание вопросов присяжным заседателям
УПК РФ Статья 340. Напутственное слово председательствующего
УПК РФ Статья 341. Тайна совещания присяжных заседателей
УПК РФ Статья 343. Вынесение вердикта
УПК РФ Статья 345. Провозглашение вердикта
УПК РФ Статья 351. Постановление приговора
УК РФ Статья 65. Назначение наказания при вердикте присяжных заседателей о снисхождении
УК РФ Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений

Производство по делу

Загрузка
Наверх