Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Дело № 4-О09-147СП

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 22 декабря 2009 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Иванов Геннадий Петрович
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №4-О09-147СП

от 22 декабря 2009 года

 

председательствующего - Шурыгина А. П. судей - Иванова Г. П. и Каменева Н. Д.

участием присяжных заседателей от 2 ноября 2009 года, которым

КАНТЕМИРОВ [скрыто]

судимый: [скрыто]

1) 26 января 2004 года по ст. 228 ч. 4 УК РФ с учетом внесенных изменений к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, освобождавшийся 5 мая 2006 года по отбытии срока,

оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 2 п. п. «а, е, з», 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п. п. «а, е, з» УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления и вынесением

коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта, ст. 222 ч. 1 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления и вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта.

За оправданным Кантемировым М. В. признано право на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Иванова Г. П. и выступления прокурора Курочкиной Л. А., просившей приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, и возражения оправданного Кантемирова М. В. и адвоката Фомина М. А. против отмены приговора, судебная коллегия

 

установила:

 

органами предварительного следствия Кантемиров обвинялся в совершении умышленного убийства двух лиц общеопасным способом из корыстных побуждений, в покушении на убийство нескольких лиц, совершенном общеопасным способом из корыстных побуждений и в незаконном хранении, ношении и перевозке огнестрельного оружия и боеприпасов.

Судья на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей постановил оправдательный приговор по этому обвинению.

В кассационном представлении ставится вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение в связи с нарушениями уголовно-процессуального закона.

Утверждается, что вердикт присяжных заседателей является неясным и противоречивым. Исключение ими из первого вопроса вопросного листа указания на производство Кантемировым дополнительных 6 выстрелов делает непонятным, отчего тогда наступила смерть [скрыто], и противоречит утвердительному ответу

присяжных о том, что смерть С " I причинил Кантемиров.

Отрицательный ответ присяжных заседателей на вопрос о виновности Кантемирова в незаконном хранении, ношении и перевозке оружия противоречит их отрицательному ответу на его причастность к совершению данного преступления.

Указывается, что в перерыве судебного заседания трое присяжных общались с сестрой Кантемирова, однако председательствующий, несмотря на ходатайство государственного обвинителя, отстранил от участия в деле только одного из них.

В ходе судебного разбирательства адвокат доводил до присяжных заседателей информацию, не соответствующую

действительности, утверждая во вступительном слове, что потерпевшие приехали к Кантемирову с оружием, которое он отнял в ходе драки, защищая себя и своих родственников. Он же неоднократно искажал показания свидетелей, потерпевших и заключения экспертов, задавал свидетелям наводящие вопросы, допускал реплики во время допроса Кантемирова, сообщал о доказательствах, которые были признаны не относящимися к делу, ставил под сомнение допустимость показаний свидетеля [скрыто] показаний Кантемирова и протокола осмотра

места происшествия с участием Кантемирова, ставил под сомнение беспристрастность председательствующего, недостоверно оглашал материалы дела, заявлял об общении государственного обвинителя со свидетелями, которого на самом деле не было.

Также и Кантемиров, отрицая свои первоначальные показания, сообщал присяжным заседателям о незаконных действиях сотрудников милиции.

Председательствующий неоднократно снимал вопросы государственного обвинителя, которые имели непосредственное отношение к предъявленному обвинению и задавались свидетелям и самому Кантемирову, чем был нарушен принцип состязательности сторон.

Кроме того, в ходе судебного следствия Кантемиров неоднократно нарушал порядок в зале судебного заседания, в прениях перебивал обвинительную речь прокурора, однако председательствующий отказался удалить его, чем также нарушил принцип равноправия и состязательности сторон.

Председательствующий по делу давал присяжным заседателям разъяснения, принимал меры по пресечению нарушений закона, однако, как считает государственный обвинитель, они были недостаточными, а все вышеперечисленные нарушения уголовно-процессуального закона повлияли на ответы присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы.

В кассационных жалобах потерпевшие [скрыто]

и [скрыто] просят приговор отменить и дело направить на новое

рассмотрение, ссылаясь на то, что отбор присяжных заседателей был проведен без их участия. О каждом дне слушания дела они надлежащим образом не извещались, а у потерпевшей [скрыто] не выяснялся

вопрос о согласии закончить судебное следствие в ее отсутствие. Сторона защиты искажала показания свидетелей и довела до сведения присяжных заседателей, что убитый [скрыто] являлся криминальным авторитетом, хотя на самом деле он никогда не привлекался к уголовной ответственности. Судья необоснованно отказал в отводе троих присяжных заседателей, которые в перерыве судебного заседания общались с сестрой Кантемирова, отведя только одного из них. Также

необоснованно отказал в удалении из зала суда Кантемирова, который своим поведением оказывал незаконное воздействие на присяжных заседателей. В то же время без достаточных оснований удалял неоднократно потерпевших, лишив их возможности участвовать в допросе свидетелей, заявлять ходатайства по ходу судебного разбирательства, чем нарушил принцип состязательности сторон. Кроме того, сторона защиты всячески намекала присяжным заседателям на незаконность получения на предварительном следствии показаний Кантемирова и свидетелей, искажала содержание предъявленного обвинения, доказательства по делу и допускала нарушения порядка в судебном заседании.

В возражениях на кассационное представление и кассационные жалобы адвокат Фомин просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационного представления, кассационных жалоб и возражений, судебная коллегия считает, что оснований для отмены приговора не имеется.

Согласно ч. 2 ст. 385 УПК РФ, оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.

Таких нарушений норм уголовно-процессуального закона, вопреки утверждениям авторов кассационного представления и кассационных жалоб при рассмотрении дела судом не допущено.

Доводы кассационных жалоб о том, что судом были нарушены права потерпевших при рассмотрении дела, являются несостоятельными.

Как обоснованно указывается в возражениях адвоката Фомина, потерпевшие [скрыто] и [скрыто] надлежащим

образом извещались о каждом дне слушания дела, о чем в материалах дела имеются ксерокопии телеграмм и сведения об их вручении.

В связи с неявкой в судебные заседания потерпевшей М [скрыто] - суд признал потерпевшей по делу родную сестру М

[скрыто] (т. 4 л. д. 194). То есть, в суде интересы убитого [скрыто]

представляли двое потерпевших.

Впоследствии потерпевшая [скрыто] во время допроса в суде

заявила, что она доверяет представление своих интересов в суде дочери [скрыто] в связи с плохим самочувствием (т. 4 л. д. 242).

Все потерпевшие в судебном заседании дали свои показания (т. 4 л. д. 196-197, 198-216, 236-254, т. 5 л. д. 247-248). Потерпевшая [скрыто] отказалась от дальнейшего участия в деле, обратившись с

письменным заявлением об этом к председательствующему (т. 5 л. д. 3).

Процессуальные права им были разъяснены надлежащим образом, о чем свидетельствуют данные протокола судебного заседания (т. 4 л. д. 193-194, 194-195, 234-235, т. 5 л. д. 241-242).

Потерпевшие [скрыто] и [скрыто]

воспользовались своим правом и выступили в прениях (т. 5 л. д. 344345).

Что касается неучастия потерпевших в отборе присяжных заседателей, то каждый из потерпевших в суде заявил, что у него нет возражений, что формирование коллегии присяжных заседателей провели в его отсутствие, и избранной коллегии они доверяют рассматривать дело (т. 4 л. д. 194, 195, 196, 234, 236, 242).

С вопросами, которые задавались сторонами в процессе отбора, списком присяжных заседателей потерпевшие, явившись в суд, имели возможность ознакомиться, так как протокол судебного заседания от 17 августа 2009 года был изготовлен на третий день, однако они об этом не просили.

Кроме того, в судебном заседании при отборе присяжных заседателей интересы потерпевших представлял государственный обвинитель, который не только не возражал, а настаивал на проведении судебного заседания в отсутствии потерпевших (т. 4 л. д. 66).

Несостоятельными являются также доводы кассационных жалоб и кассационного представления о том, что председательствующий необоснованно отказал потерпевшей [скрыто] в удовлетворении ее

ходатайства об отводе присяжных заседателей, которая, как она утверждала, общались в перерыве судебного заседания с сестрой Кантемирова.

Из протокола судебного заседания следует, что при проверке этих обстоятельств было установлено, что к сестре Кантемирова, из-за которой был объявлен перерыв, с предложением о медицинской помощи обращался только один присяжный заседатель под № 4.

Этого присяжного заседателя председательствующий отстранил от дальнейшего участия в деле, поскольку существовала угроза утраты им своей объективности, для отвода двух других заседателей, названных потерпевшей [скрыто] оснований не было (т. 5 л. д. 256-257).

Доводы кассационного представления и кассационных жалоб о том, что в ходе судебного разбирательства стороной защиты было оказано незаконное воздействие на коллегию присяжных заседателей, также являются необоснованными, поскольку председательствующий во всех случаях, за исключением одного, указанных государственным обвинителем и потерпевшими, останавливал Кантемирова и его адвоката и давал необходимые разъяснения присяжным заседателям.

Так, заявление адвоката Фомина во вступительном слове о вооруженности людей, приехавших в дом Кантемирова, было прервано председательствующим, а присяжным разъяснено, что они не должны принимать эти высказывания адвоката (т. 4 л. д. 135).

В дальнейшем в ходе судебного разбирательства эти обстоятельства проверялись путем допроса свидетелей.

Вопросы адвоката Фомина к свидетелям [скрыто]

и потерпевшему [скрыто]» которые, по мнению государственного обвинителя, касались допустимости доказательств, носили наводящий или некорректный характер, председательствующим были сняты в связи с возражениями стороны обвинения, о чем указано в самом кассационном представлении (т. 4 л. д. 170, 216, т. 5 л. д. 89).

В тех случаях, когда адвокат Фомин искажал показания свидетелей, потерпевших и выводы экспертов, председательствующий останавливал его, напоминал действительное содержание исследованных доказательств и разъяснял присяжным заседателям, что они не должны принимать во внимание высказывания адвоката (т. 4 л. д. 249, т. 6 л. д. 22, 29).

Председательствующий также удовлетворил возражения государственного обвинителя о том, что адвокат необоснованно выборочно оглашал некоторые материалы уголовного дела и позволил государственному обвинителю высказать в присутствии присяжных

заседателей свои замечания по исследованным доказательствам (т. 5 л. д. 130,306-307).

Также председательствующий останавливал адвоката Фомина и самого Кантемирова, когда они пытались заявить о недопустимости показаний, данных на предварительном следствии, и о том, что адвокату не дали возможности допросить в качестве свидетеля [скрыто] и давал присяжным заседателям надлежащие разъяснения (т. 5 л. д. 209, 216, т. 6 л. д. 24).

Что касается единственного случая, который приводится в кассационном представлении, когда председательствующий не дал, по мнению государственного обвинителя, необходимых разъяснений присяжным заседателям, то Кантемиров не заявлял о применении к нему недозволенных методов ведения следствия (т. 5 л. д. 206).

Кроме того, в напутственном слове председательствующий напомнил присяжным заседателям о том, что при вынесении вердикта они не должны принимать во внимание попытки стороны защиты опорочить исследованные в судебном заседании доказательства (т. 6 л. Д. 51).

Нельзя согласиться и с доводами кассационного представления о том, что председательствующий необоснованно снимал вопросы государственного обвинителя.

Так, вопросы, заданные государственным обвинителем Алешкиной, требовали от нее оценки предъявленного обвинения и исследованных доказательств, тогда как свидетель должен давать в суде только показания по фактическим обстоятельствам дела, а не высказывать свое мнение.

Оценку же показаниям свидетеля стороны дают в своих выступлениях в прениях и в этой части права государственного обвинителя не были ограничены председательствующим.

Обстоятельства, связанные с навыками владения Кантемировым огнестрельным оружием, были выяснены государственным обвинителем путем постановки ему вопроса о службе в армии, на который он ответил, что знаком с оружием в рамках школьной программы по начальной военной подготовке (т. 5 л. д. 203).

В связи с этим, председательствующий правильно снял следующий вопрос государственного обвинителя о том, закончил ли Кантемиров школу.

Что касается вопроса о прозвище Кантемирова, то в представлении не указано, как могло прозвище Кантемирова, которое все же было озвучено в ходе судебного следствия свидетелем [скрыто] а в прениях государственным обвинителем и адвокатом,

повлиять на исход дела.

Вопрос, заданный свидетелю [скрыто] о месте нахождения его кавказской овчарки, не имел отношения к рассматриваемому делу, поскольку в то время [скрыто], как он сам пояснил в суде, не проживал в доме Кантемирова.

Необоснованными являются также доводы кассационного представления и кассационных жалоб о том, что нарушение Кантемировым порядка судебного заседания, повлияло на вынесение присяжными заседателями вердикта.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий своевременно принимал предусмотренные законом меры по соблюдению порядка в зале судебного заседания, предупредил Кантемирова, когда тот прервал речь государственного обвинителя в прениях, после чего Кантемиров порядок в зале суда не нарушал (т. 6 л. д. 12).

Поэтому оснований для его удаления из зала суда у председательствующего не имелось.

Что касается удаления потерпевшей [скрыто] то оно было

связано с нарушением ею порядка в зале судебного заседания во время допроса Кантемирова в качестве подсудимого, однако после перерыва [скрыто] была допущена в зал суда и имела возможность принимать

участие в дальнейшем допросе Кантемирова (т. 5 л. д. 200 и 205).

Несостоятельными являются также доводы кассационной жалобы потерпевших о том, что стороной защиты до присяжных заседателей было доведено, что убитый [скрыто] являлся криминальным

авторитетом, поскольку в протоколе судебного заседания таких сведений не содержится, а замечания на него в этой части председательствующим рассмотрены и отклонены в установленном законом порядке (т. 6 л. д. 99).

Таким образом, нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом, которые бы ограничили сторону обвинения в представлении доказательств либо повлияли на ответы присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы, допущено не было.

Вердикт присяжных заседателей, вопреки утверждению государственного обвинителя в кассационном представлении, является ясным и непротиворечивым.

Из него однозначно следует, что присяжные заседатели признали доказанным, что смерть не только [скрыто] но и [скрыто]

причинил Кантемиров путем производства выстрелов из огнестрельного оружия (ответы на вопросы № 1 и 2).

Исключение же ими из первого вопроса слов «выстрелов в

[скрыто] после чего оружие заклинило» не означает, что они исключили производство 6 выстрелов, поскольку в этом вопросе остались не исключенными ими такие фактические обстоятельства, как попадание

одной из пуль, произведенных в сторону М , в С располагавшуюся у калитки дома

Вместе с тем, присяжные заседатели признали Кантемирова невиновным в совершении этого деяния, ответив утвердительно на вопрос по позиции защиты о том, что Кантемиров совершил изложенные в первом вопросе действия после того, как отобрал у [скрыто] пистолет-пулемет, которым [скрыто] угрожал ему в случае не

возврата карточного долга и нанес стволом удар в область лица (ответ на 4 вопрос).

Обвинение Кантемирова в том, что [скрыто] и [скрыто] он убил

Статьи законов по Делу № 4-О09-147СП

УК РФ Статья 222. Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов
УК РФ Статья 228. Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконные приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества

Производство по делу

Загрузка
Наверх