Дело № 44-О11-70

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 9 августа 2011 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Ситников Юрий Васильевич
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №44-О11-70

от 9 августа 2011 года

 

председательствующего Бондаренко О.М.

при секретаре Ирошниковой Е.А.

рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осуждённых Галиева СО. и Билалова А.Н., адвокатов Истоминой X. и Фоминых В.Г. на приговор Пермского краевого суда от 20 мая 2011 года, которым

Билалов А i Н I ~ I

несудимыи,

осуждён к лишению свободы на срок: по ч. 2 ст. 162 УК РФ - 5 лет; по ч. 4 ст. 33, ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - 8 лет с указанным в приговоре ограничением свободы на 1 год. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, окончательно назначено 8 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком 1 год.

Галиев С О

[скрыто] судимый:

5 января 2003 года по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев;

14 апреля 2003 года по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы, а с применением ст. 70 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, освобождённый 5 апреля 2004 года условно-досрочно сроком 1 год 6 месяцев 8 дней;

28 января 2005 года по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 3 годам лишения свободы, а с применением ст. 70 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, наказание отбыто 14 мая 2008 года,

осуждён к лишению свободы на срок: по ч. 2 ст. 162 УК РФ - 5 лет; по ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - 8 лет с указанным в приговоре ограничением свободы на 1 год. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, окончательно назначено 8 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком 1 год.

Заслушав доклад судьи Ситникова Ю.В., выступление осуждённых Галиева СО. и Билалова А.Н., адвокатов Сачковской Е.А. и Пригодина В.В., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Химченковой М.М. о законности и обоснованности приговора, Судебная коллегия

 

установила:

 

приговором суда Галиев и Билалов признаны виновными и осуждены за разбой, совершённый группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, Галиев - за покушение на убийство [скрыто] сопряжённое с разбоем, а

Билалов - за подстрекательство к данному убийству. Преступления совершены в ночь с 10 на 11 апреля 2010 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Адвокат Фоминых В.Г. и осуждённый Галиев СО. в своих кассационных жалобах просят изменить приговор суда, прекратить уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, за отсутствием в деянии состава преступления, а также переквалифицировать действия с ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 2 ст. 116 УК РФ, по которой назначить наказание с применением правил ст. 64 УК РФ. Адвокат и осуждённый утверждают, что не доказана вина Галиева в совершение разбойного нападения и покушения на убийство, у него отсутствовал умысел на совершение данных преступлений, Галиев и Билалов не договаривались заранее о каких-либо преступных действиях, обстоятельств, препятствующих доведению умысла осуждённых на совершение преступлений до конца, не установлено. Галиевым был нанесён потерпевшему один удар ножом в область шеи, другие раны были причинены неосторожно.

Осуждённый Билалов А.Н. в кассационной жалобе просит проверить законность приговора, ссылаясь на то, что его вина в совершении преступлений не доказана, суд вышел за рамки предъявленного обвинения, поскольку он обвинялся в подстрекательстве к разбою. Отмечает необъективность суда.

Адвокат Истомина X. в кассационных жалобах просит отменить приговор суда в отношении Билалова и направить дело на новое судебное рассмотрение, одновременно ставит вопрос о прекращении производства по делу за отсутствием в деянии состава преступлений. Мотивирует это тем, что вина Билалова в совершении преступлений не доказана, а Галиев мог оговорить его из-за существующих между ними неприязненных отношений. В нарушение требований ст. 252 УПК РФ суд признал Билалова виновным в совершении разбоя, в то время как он обвинялся в подстрекательстве к разбойному нападению. В этом случае отсутствует квалифицирующий признак совершение разбоя группой лиц по предварительному сговору. Билалов не совершал каких-либо действий по лишению жизни потерпевшего [скрыто], поэтому не установлен прямой умысел на убийство, в то время

как покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом.

Авторы кассационных жалоб ссылаются на неправильную оценку доказательств. В основу обвинительного приговора положены показания Галиева в качестве подозреваемого, его явка с повинной, которые получены в результате применения физического и психологического давления со стороны свидетеля [скрыто] Данные показания противоречивы,

непоследовательны и не подтверждены в достаточной степени другими доказательствами. Галиев оговорил себя и Билалова, а свидетели [скрыто] и [скрыто] оговорили Билалова. Судом не устранены противоречия в показаниях потерпевшего [скрыто] о действиях Билалова.

Утверждается о том, что не исследованы объяснения потерпевшего [скрыто] протокол очной ставки меж;

" П

допрошены свидетели

Государственным обвинителем Ликановым СВ. принесены возражения на доводы кассационных жалоб, в которых утверждается о законности, обоснованности и справедливости приговора.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам кассационных жалоб, выводы суда о виновности Галиева и Билалова в совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на совокупности исследованных в судебном разбирательстве доказательств, которые изложены в приговоре.

Так, из показаний Галиева СО. в качестве подозреваемого видно, что Билалов предложил Галиеву убить водителя автомашины такси с целью хищения автомашины. Убедил Галиева в том, что при движении будет удерживать руль, и автомашина не перевернётся. Билалов занимался поиском автомашины, которая его устраивала. Выбор пал на автомашину [скрыто] под управлением [скрыто]. Перед нападением Билалов дал понять

Галиеву, чтобы он действовал. После этого, Галиев ударил ножом водителя в область шеи. Машину стало разворачивать, Билалов схватил руль руками. Когда автомашина остановилась поперёк дороги, потерпевший выскочил из

автомобиля. Они так же вышли на улицу и оказались с потерпевшим по разные стороны автомашины. Потерпевший сел обратно в автомашину и уехал в сторону г. [скрыто]

В явке с повинной осуждённый Галиев также сообщал о совершении по инициативе Билалова преступлений в отношении [скрыто].

Свидетель [скрыто] в ходе предварительного следствия

показывала, что после 2 часов 11 апреля 2010 года Галиев ушёл из дома по просьбе Билалова, взял с собой нож. Днём он рассказал о том, что Билалов надоумил его убить человека, продать его автомашину. Когда они ехали из [скрыто] в I, Галиев нанёс удар ножом таксисту в шею.

Свидетель [скрыто] в ходе предварительного следствия также

подтвердила со слов своего сына Галиева, что тот «подрезал» таксиста по указанию Билалова.

По показаниям потерпевшего [скрыто] осуждённые просили

довезти их до пос. [скрыто], затем - в г. [скрыто] (и обратно. Поведение

осуждённых, которые часто выходили из машины и о чем-то разговаривали, насторожило его. Когда он ехал по дороге из [скрыто] в пос. [скрыто] Галиев спросил у Билалова «сможешь удержать», Билалов ответил утвердительно. Опасаясь нападения, он разогнал автомашину до скорости более 100 км/час. В зеркало увидел, как Галиев подвинулся ближе к нему, занёс правую руку для удара, и затем почувствовал резкую боль в шее, в связи с чем прижал голову к шее. Полагает, что это способствовало избежать проникающего ранения. В это время Билалов схватил его за правую руку или взялся за руль. Он применил резкое торможение, остановил автомашину, открыл дверь и пытался выскочить из машины, но сразу не получилось, так как его удерживали за одежду. Когда оказался на улице, осуждённые тоже выскочили из автомашины, но только в правую сторону. Пользуясь тем, что его и подсудимых разделяет автомобиль, быстро сел в машину и поехал назад. Осуждённых откинуло от автомашины открытыми дверьми. Затем он уехал с места происшествия.

Показания потерпевшего подтверждаются показаниями свидетеля

Н узнавшего об обстоятельствах преступлений со слов

[скрыто] и согласуются с протоколом осмотра места

происшествия, которым зафиксированы следы торможения и заноса автомашины.

Длина лезвия ножа, с помощью которого было совершено нападение на потерпевшего, составляет 9,4 см., общая длина ножа - 18 см.

Судебно-медицинским экспертом установлены у [скрыто] телесные повреждения в виде линейных поверхностных ран размерами: 0,7 х 0,1 см на правой боковой поверхности шеи, 0,1 х 3,5 см и 0,1 х 4,5 см на задней поверхности шеи справа.

Этим и другим изложенным в приговоре доказательствам суд дал надлежащую оценку, указал причины, по которым приняты во внимание одни доказательства и отвергнуты другие, в частности, сведения о том, что

Галиев оговорил себя и Билалова в результате применённого свидетелем [скрыто] давления. Довод о недопустимости и недостоверности показаний

осуждённого Галиева СО., свидетелей [скрыто] и [скрыто] в ходе

предварительного следствия был проверен судом, и не нашёл своего подтверждения. Как следует из материалов дела, Галиев был допрошен с участием адвоката. Каких - либо замечаний по поводу вынужденности данных показаний от участников следственных действий не поступало. В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона были также допрошены Галиева и Зубова. Указанные показания соотносятся с другими доказательствами. Судебная коллегия не находит оснований для иной оценки исследованных судом доказательств.

Довод о том, что суд не устранил имеющиеся противоречия в показаниях потерпевшего [скрыто] является необоснованным. Так,

потерпевший заверил суд, что более точные показания об обстоятельствах преступлений он давал в первоначальных показаниях 19 апреля 2010 года. Данные показания были оглашены в судебном заседании. Показания о том, что в момент нападения Билалов то ли держал за руку, то ли пытался удержать руль, обусловлены особенностями восприятия экстремальной ситуации скоротечных событий преступления. Более точная информация потерпевшим не представлена. Однако Галиев показывал, что Билалов удерживал руль автомашины. Данные сведения суд правильно принял во внимание, учитывая принцип оценки доказательств в их совокупности.

Доводы о недоказанности прямого умысла осуждённых на совершение преступлений, об отсутствии препятствий для доведения до конца умысла на совершение преступлений, о неосторожном причинении потерпевшему двух ран, об отсутствии предварительного сговора на совершение преступлений, опровергаются показаниями потерпевшего [скрыто] сведениями,

которые сообщал Галиев об обстоятельствах совершения преступлений, а также заключением эксперта о характере телесных повреждений потерпевшего.

Осуждённые осознавали общественную опасность своих действий, предвидели возможность наступления общественно опасных последствий и желали их наступления, то есть действовали с прямым умыслом.

Активные действия потерпевшего по пресечению нападения опровергают довод об отсутствии препятствий для доведения до конца умысла на совершение преступлений.

Согласованностью преступных действий осуждённых подтверждаются показания Галиева о том, что они заранее договорились о совместном совершении разбоя, то есть совершении преступления группой лиц по предварительному сговору.

Насилие в отношении потерпевшего [скрыто], хотя и не

причинило вред здоровью, однако в момент применения создавало реальную

опасность для его жизни и здоровья, поэтому обоснованно признано опасным для жизни и здоровья.

Как видно из протокола судебного заседания, председательствующим по делу были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных прав и обязанностей. Необоснованных отказов в исследовании доказательств не имеется. Сторона защиты не заявляла ходатайств об исследовании объяснения потерпевшего [скрыто] протокола очной ставки между Галиевым и [скрыто] протоколов

дополнительных допросов [скрыто] и Галиева, о допросе свидетелей,

указанных в кассационных жалобах, однако выразила своё согласие на завершение судебного следствия в объёме исследованного. Руководствуясь требованиями ч. 3 ст. 281 УПК РФ, суд исследовал показания потерпевшего [скрыто] от 19.04.2010 г. в соответствии с заявленным

ходатайством и наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями в судебном заседании. При таких обстоятельствах несостоятельны доводы о неполноте судебного следствия.

Довод жалоб о допущенном нарушении требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства в отношении Билалова также несостоятелен.

Так, Билалов обвинялся в том, что в ночь с 10 на 11 апреля 2010 года, имел умысел на совершение разбойного нападения и хищение имущества водителя легкового автомобиля с применением насилия опасного для жизни и здоровья потерпевшего, с применением предметов, используемых в качестве оружия, и убийство водителя с целью завладения легковым автомобилем. Реализуя свой преступный умысел, с целью возбуждения у Галиева СО. желания и решимости совершить разбойное нападение и убийство, Билалов стал подстрекать Галиева к совершению преступления путём уговоров и предложений. Галиев на предложение Билалова согласился, тем самым вступил с Билаловым в преступный сговор на совершение разбойного нападения и убийство водителя. Для достижения преступной цели Галиев вооружился ножом. Билалов и Галиев распределили между собой роли, в соответствии с которыми Галиев должен наносить удары ножом по телу потерпевшего, Билалов подавить сопротивление, удержать руль управления машиной, чтобы она не перевернулась на ходу.

Таким образом, Билалову вменено подстрекательство к совершению разбоя как начальная стадия достигнутого предварительного сговора на его совершение, с последующим соисполнительством преступления. Поэтому отсутствовали основания для квалификации действий Билалова как подстрекательство к разбою.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, как ставится вопрос в кассационных жалобах, не допущено. Проявления необъективности суда из материалов дела не усматривается.

Правовая оценка содеянного Галиевым по ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, Билаловым - ч. 4 ст. 33, ч. 3 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, является верной.

Обоснованно квалифицированы также действия осуждённых по ч. 2 ст. 162 УК РФ. Однако редакция данного закона применена неверно. Как следует из материалов дела, действия Билалова и Галиева квалифицировались ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от от 27 декабря 2009 года № 377-ФЗ). При этом судом не учтено, что Федеральным законом от 7 марта 2011 г. № 26-ФЗ в ч. 2 ст. 162 УК РФ исключена нижняя граница наказания в виде лишения свободы, поэтому данный закон в силу ст. 10 УК РФ подлежит применению в отношении осуждённых, а назначенное наказание - снижению соразмерно всем установленным по делу обстоятельствам.

В остальном Галиеву и Билалову назначено справедливое наказание в виде лишения свободы, в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ, которое не подлежит смягчению. Судом приведены убедительные мотивы, по которым не применена ст. 64 УК РФ.

Таким образом, не имеется оснований для удовлетворения кассационных жалоб ввиду необоснованности изложенных в них доводов.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Пермского краевого суда от 20 мая 2011 года в отношении Билалова [скрыто] и Галиева [скрыто] изменить.

Переквалифицировать действия Билалова Ащ [скрыто] и

Галиева [скрыто] с ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального

закона от 27.12.2009 г. № 377-ФЗ) на ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 г. № 26-ФЗ), по которой назначить каждому 4 года 9 месяцев лишения свободы без ограничения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершённых преступлений окончательно назначить:

Билалову [скрыто] - 8 лет 3 месяца лишения свободы

в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком 1 год;

Галиеву [скрыто] - 8 лет 3 месяца лишения свободы в

исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком 1 год.

В остальном этот же приговор в отношении указанных осуждённых оставить без изменения, а кассационные жалобы осуждённых Галиева СО. и Билалова А.Н., адвокатов Истоминой X. и Фоминых В.Г. - без удовлетворения.

Председательствующий

Статьи законов по Делу № 44-О11-70

УК РФ Статья 105. Убийство
УК РФ Статья 111. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью
УК РФ Статья 116. Побои
УК РФ Статья 161. Грабеж
УК РФ Статья 162. Разбой
УПК РФ Статья 252. Пределы судебного разбирательства
УПК РФ Статья 281. Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля
УК РФ Статья 6. Принцип справедливости
УК РФ Статья 10. Обратная сила уголовного закона
УК РФ Статья 60. Общие начала назначения наказания
УК РФ Статья 64. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление
УК РФ Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений
УК РФ Статья 70. Назначение наказания по совокупности приговоров

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Загрузка
Наверх