Дело № 45-О10-3

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 10 февраля 2010 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Ворожцов Сергей Алексеевич
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №45-О10-3

от 10 февраля 2010 года

 

Председательствующего - Лутова В.Н.

при секретаре - Алиеве А.И.

рассмотрела в судебном заседании от 10 февраля 2010 года кассационное представление государственного обвинителя Киселева Р.Н. на приговор Свердловского областного суда от 23 ноября 2009 года, которым

Сабиров [скрыто],

[скрыто], судимый

28 декабря 2000 года по ч. 1 ст. 105 УК РФ с учетом постановления Копейского районного суда Челябинской области от 19 октября 2004 года к 11 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденного условно - досрочно 6 мая 2008 года на 3 года 4 месяца 15 суток -

оправдан за непричастностью к совершению преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Сабиров обвинялся в убийстве неустановленного мужчины, [скрыто] и [скрыто]., а также в покушении на убийство

[скрыто]., которые, по мнению органов предварительного следствия,

были совершены 15 июня 2008 года в г. [скрыто].

Заслушав доклад судьи Ворожцова С.А., мнение прокурора Кокориной Т.Ю., полагавшей отменить приговор по доводам кассационного представления,

судебная коллегия

 

установила:

 

в кассационном представлении государственный обвинитель Киселев Р.Н. просит отменить приговор и уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.

Автор представления находит приговор незаконным и не обоснованным и полагает, что выводы суда о непричастности Сабирова к совершению преступлений не соответствует фактическим обстоятельствам дела и опровергаются исследованными доказательствами.

Потерпевший [скрыто] в судебном заседании достоверно показал на Сабирова как на человека, который был с ними в компании в тот день. Государственный обвинитель полагает, что в приговоре показания [скрыто] в данной части судом отражены неверно.

В представлении подробно анализируются показания потерпевшего, а также содержание протоколов других следственных действий с его участием и делается вывод о том, что эти показания непротиворечивые, суд же их оценил не надлежащим образом, а протоколы опознания - относятся к допустимым доказательствам. [скрыто] не имелось какой - либо заинтересованности в оговоре Сабирова.

Суд ошибочно пришел к выводу о принадлежности крови с обивки ткани с кресла, находившегося на месте происшествия в сарае, потерпевшему [скрыто] на основании установления и сравнения лишь ее групповой принадлежности.

Автор представления считает ошибочными выводы суда о невозможности причинения [скрыто] ножевого ранения в другом месте. Показания [скрыто] о нанесении ему удара ножом в установленном следствием месте косвенно подтверждается также показаниями свидетеля [скрыто]. Показаниям указанного свидетеля оценки судом не дано.

В представлении также подробно анализируются показания свидетеля А Щ. При этом автор представления полагает, что показания этого

свидетеля на предварительном следствии наиболее правдивы, но необоснованно не приняты судом во внимание. Изменение им показаний в судебном заседании, обусловлено его нахождением под стражей и возможным воздействием на него со стороны подсудимого.

Ссылки в приговоре на незаконность опознания и иных следственных

действий с участием

несостоятельны. Опознание

[скрыто] Сабирова проведено надлежащим лицом в соответствии с

требованиями УПК РФ. Суд необоснованно исключил из числа допустимых доказательств, протокол опознания и протокол очной ставки между ними.

Подробно проанализировав показания [скрыто], государственный обвинитель в представлении указывает, что они являются логичными, последовательными и согласуются с другими материалами дела, поэтому сомневаться в достоверности показаний [скрыто] у суда оснований не имелось.

Показания засекреченного свидетеля У Щ о том, что Сабиров признался ему в совершении тройного убийства, также необоснованно расценены судом как не соответствующие действительности.

Необоснованно суд отверг и признал недопустимой явку с повинной Сабирова. Заявление Сабирова о том, что явка с повинной написана под психологическим и физическим воздействием своего подтверждения не нашло.

Не подтверждено заявленное Сабировым алиби. Показания [скрыто] в судебном заседании неверно интерпретированы в пользу Сабирова.

В возражениях на кассационное представление адвокат Каташвили В.М. просит оставить приговор без изменения, а доводы представления - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Показания потерпевшего [скрыто] и свидетеля [скрыто], как в части обстоятельств совершенного преступления, так и совершения его Сабировым суд обоснованно признал недостоверными.

При этом суд привел в приговоре подробный анализ показаний указанных лиц, а также других имеющихся в деле доказательств.

В частности в приговоре имеются обоснованные ссылки на протокол осмотра одежды потерпевшего [скрыто], изъятой из городской больницы, и заключение судебно-медицинского эксперта о том, что на его рубашке обнаружена кровь человека А-бета группы, которая могла произойти от неустановленного мужчины, либо другого человека с указанной группой. Обнаруженная на майке кровь человека В-альфа группы, которая могла

произойти от [скрыто], (том 1 л.д. 190-192 п.п. 3 и 4, 163-166 и том 4 л.д. 118124, 138-140).

Как это видно из протокола осмотра места происшествия от 15 июня 2008 года, в деревянном сарае справа от входа стоит кресло, ткань сиденья которого пропитана веществом бурого цвета.

По заключению эксперта на фрагменте ткани, обивки с кресла, обнаружена кровь человека и выявлены антигены В и Н. Если кровь произошла от одного человека, он должен принадлежать к В-альфа группе (группа крови [скрыто]). Не исключается и смешение крови людей, в частности с кровью мужчин [скрыто] и [скрыто]), но лишь в качестве

примеси, (т. 1 л.д.100-103, 186- 189, т. 4. л.д. 98- 104).

При таких данных, как правильно указано в приговоре, наличие крови погибшего неустановленного мужчины на одежде [скрыто] и крови [скрыто] на обивке кресла, стоявшего в сарае, исключает нанесение ножевого ранения [скрыто] в месте отдаленном от сарая, как он сам об этом утверждал. Наличие крови неустановленного погибшего мужчины на одежде [скрыто]

исключает

нанесение ему ударов ножом в момент нахождения [скрыто] в другом

отдаленном месте, как об этом заявлял свидетель Б , говоря, что в момент нанесения ударов ножом этому мужчине и В Щ, они оба

находились возле сарая, а по получению повреждений сразу же побежали. Потерпевшего же [скрыто], по словам свидетеля [скрыто], при этом не было, поскольку он ушел «стрелять» сигареты.

Таким образом, как правильно установил суд, факт обнаружения раненого [скрыто] в месте отдаленном от сарая, не свидетельствует о причинении ему телесных повреждений именно в этом месте.

В приговоре суд сделал обоснованную ссылку на положения ч. ч. 2 и 3 статьи 193 УПК Российской Федерации о том, что опознающие предварительно допрашиваются об обстоятельствах, при которых они видели предъявленное для опознания лицо, а также о приметах и особенностях, по которым они могут его опознать, повторное опознание по тем же признакам не допускается.

Судебная коллегия считает правильным вывод суда о том, что это требование закона было нарушено при предъявлении потерпевшему [скрыто] для опознания подсудимого Сабирова сначала по фотографиям, 26 июня 2008 года, а затем 2 августа 2008 года в числе других лиц.

Из материалов дела видно, что [скрыто], будучи допрошенным 26 июня 2008 года (т. 2 л.д. 3-5), не указал примет либо особенностей, по которым он сможет опознать человека, описав его лишь, что это лицо было нерусской национальности, ростом около [скрыто] см, среднего телосложения, и его одежду, указав также, что запомнил его плохо.

В связи с этим вывод суда, о том, что указанные [скрыто] признаки, вследствие своей неопределенности, недостаточны для установления личности, являются правильными.

По результатам опознания потерпевший [скрыто] заявил, что опознанный им человек, сильно похож на человека поранившего его.

В судебном заседании потерпевший [скрыто] также пояснил, что под нерусским типом лица, он имел в виду метиса, ближе к кавказскому типу лица, тогда как лицо Сабирова к названному потерпевшим типу лица, отнести нельзя. Потому суд высказал обоснованные сомнения в правильности выводов опознающего [скрыто].

Более того, в судебном заседании потерпевший [скрыто] заявил, что перед опознанием следователь показывал ему фотографию Сабирова, запечатленную на телефоне, на что он сказал следователю, что не уверен, что это он. Повторное проведение опознания потерпевшим [скрыто] подсудимого Сабирова, было проведено по тем же признакам, при допросе [скрыто] скорректировал лишь рост, указал возраст (т. 2 л.д. 14-15).

При таких данных, опознания потерпевшим [скрыто] Сабирова, как

правильно отмечено в приговоре, следует признать произведенным с существенным нарушением порядка предъявления для опознания, установленного уголовно-процессуальным законом, а протоколы следственных действий об этом от 26 июня и 2 августа 2008 года (т. 2 л.д. 913 и т. 5 л.д. 177-179) признать недопустимыми доказательствами.

Кроме того, суд обоснованно признал не достоверными, как показания потерпевшего [скрыто], так и свидетеля [скрыто], в том числе, данные им в ходе опознаний, очных ставок (т. 3 л.д. 108-111, 122-136, 116-118, 119-121, т. 5 л.д. 188-190, т. 6 л.д. 54-55 и 61-65), в части нахождения [скрыто] в сарае 15 июня 2008 года и распития им спиртного в компании с другими лицами в день убийства.

Из материалов дела видно, что потерпевший [скрыто] до 10 февраля 2009 года, во всех его допросах и других следственных действиях (т. 2 л.д. 3-5, 913, 14-15, т. 5 л.д. 177-179. 188-190) никогда не упоминал о нахождении [скрыто] 15 июня 2008 года в сарае и употреблении спиртного в их компании,

перечисляя всех, находившихся там лиц. А с 10 февраля 2009 года, после появления в деле свидетеля [скрыто], вспомнил о его присутствии (т. 2 л.д. 16-19, 20-25, т. 3 л.д. 116-118, 119-121). Это обстоятельство потерпевший [скрыто] в суде объяснял забывчивостью, тем, что перепутал [скрыто] с [скрыто], чему суд обоснованно не поверил, поскольку из его показаний

видно, что [скрыто] он знал хорошо, а о [скрыто] при его допросе об этом сказал: «Туда же подошел какой-то четвертый мужчина, с которым я в основном общался, но о нем сейчас уже ничего не помню ...» (т. 2 л.д. 17).

В судебном заседании потерпевший [скрыто] показал, что когда они 15 июня распивали спиртное у сарая, были трое погибших, сибиряк [скрыто]) и был еще вроде бы тот, указав на находившегося в зале [скрыто], как зовут которого, не знает.

Однако, как это следует из обращения к суду адвоката Каташвили В.М., подтвержденного потерпевшим [скрыто], до начала судебного заседа-

ния, в день привода [скрыто] для допроса, в зал заходил следователь и, обра-

щаясь к [скрыто] сказал и показал на подсудимого и свидетеля [скрыто], что этот тебя ударил ножом, а это тот, с кем ты пил.

Потерпевший [скрыто] и свидетель [скрыто] показывали на наличие конфликта, произошедшего между лицами, находившимися в сарае, у сарая и Сабировым, и в последствии видевших Сабирова непосредственно перед совершением преступления и в момент его, не указывали на наличие у последнего синяка под глазом, что противоречит показаниям [скрыто] о наличии синяка под глазом у мужчины, подходившего к нему до и после совершения преступления.

Не указали на нахождение в сарае и месте совершения преступления и свидетели Ф I., 3 I., [скрыто]., Б I.,

[скрыто]., чьи показания также подробно приведены в приговоре.

Показания свидетеля [скрыто] в той их части, что она видела Саби-

рова на вокзале, и что [скрыто] называл фамилию Сабирова, как лица под-

ходившего к кострищу и рассчитавшегося с кем-то, в машине при доставлении их в отдел милиции, суд обоснованно признал недостоверными, поскольку источник ее осведомленности об этом, данный факт отрицает.

Кроме того, не подтверждают это и свидетели [скрыто],

находившиеся в одной машине с [скрыто] I и [скрыто] I при

доставлении их в милицию. В ходе предварительного следствия свидетель [скрыто] не только никогда не говорила о якобы имевшем месте этом

факте, а поясняла, что .А I говорил, что проходил мужчина по

прозвищу «Б I», у которого выпали ножи и потом он потребовал от I говорить, что не видел его. В ходе допроса ей предъявлялась

фотография Сабирова, на что она ответила, что этого мужчину она не знает, (т. 3 л.д. 72-75).

Свидетель [скрыто] ства, он, [скрыто]

[скрыто] показал, что в день произошедшего убий находились на улице с

[скрыто] в районе

[скрыто] ушли, и он остался у костра

[скрыто] и [скрыто]

автостанции. Когда один, к нему подошел человек, не похожий на подсудимого, шел он по направлению автовокзала, назвал его по имени, попросил покурить, одет он был в спортивный коричневый костюм с полосками красного цвета. Поговорили, потом пошел в сторону барака, но возвратился, наклонился и поднял ножи, видимо, они ранее выпали у него, сунул их в рукава и пошел в сторону барака, автовокзала. А минут через 15-20, вприпрыжку, шел обратно, было видно, что с ним что-то не то. Остановившись около него, сказал: «Ты меня не видел», под глазом у него был синяк, сказал, что рассчитался за него, и ушел по улице в сторону, откуда пришел сначала. На рукаве

было красное пятно и на руке, видимо кровь. Вернулись с [скрыто], он им сказал об этом человеке, а вечером их забрали в милицию, где он и узнал о случившемся. Доставленных в милицию было человек 100,

Ф

и Б

отпустили, а его нет, в милиции он пробыл 3 дня.

После анализа всех показаний А

суд

обоснованно указал, что ее доверять показаниям свидетеля А1 судебном заседании не имелось.

приговоре в

О том, что [скрыто] был доставлен в милицию и не был сразу

оттуда отпущен, говорила и свидетель Б

Статьи законов по Делу № 45-О10-3

УК РФ Статья 105. Убийство

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры





Загрузка
Наверх