Типовые договорыТиповые договоры



Активные юристыАктивные юристы

Телефон: +7 905 942-69-48
не в сети
Фото юриста
Лакоткина Юлия Анатольевна
г. Ужур Красноярский край ( СИБИРЬ)
ответов за неделю: 11
Телефон: 8 923 308 00 82
Телефон: 9060684949


Ответы юристовОтветы юристов

Дело № 49-О12-68

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 29 ноября 2012 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Ламинцева Светлана Александровна
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 49-О12-68

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 29 ноября 2012 г.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Борисова В.П.
судей Ламинцевой С.А. и Кондратова П.Е.
при секретаре Маркове О.Е.

рассмотрела в судебном заседании кассационное представление государственного обвинителя Карачуриной М.В. на приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 19 сентября 2012 г., по которому Карташев Д В несудимый, оправдан по ч. 6 ст. 290 УК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления.

Гималетдинов Ф А несудимый, оправдан по ч. 4 ст. 291.1 УК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления.

За Карташевым и Гималетдиновым признано право на реабилитацию.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ламинцевой С.А., объяснения осужденного Карташева Д.В. по доводам в его жалобе, объяснения адвокатов Сарватдинова Р.З. и Кобалия Л.А. в защиту интересов Карташева Д.В., объяснения адвоката Кутуева Р.Р. в защиту интересов Гималетдинова Ф.А., мнение прокурора Аверкиевой В.А., поддержавшей кассационное представление и полагавшей, что приговор подлежит отмене по доводам кассационного представления с направлением дела на новое судебное разбирательство, Судебная коллегия

установила:

органами предварительного расследования Карташев Д.В. обвиняется в том, что, работая в должности старшего следователя отдела Главного следственного управления при МВД по получил взятку за незаконные действия по службе в особо крупном размере.

Гималетдинов ФА. обвиняется в совершении посредничества во взяточничестве за совершение заведомо незаконных действий, в особо крупном размере.

Как указано выше, суд, рассмотрев настоящее уголовное дело, постановил оправдательный приговор в отношении Карташева и Гималетдинова.

При этом суд указал в приговоре, что предъявленное Карташеву обвинение в получении взятки, Гималетдинову - в посредничестве во взяточничестве, не подтверждается имеющимися по уголовному делу доказательствами.

По мнению суда, действия Карташева и Гималетдинова были связаны с возмещением вреда, причинённого преступлением, которое совершил Б .

Гималетдинов как представитель юридического лица требовал у Б возмещения причинённого преступлением ущерба.

Как указал суд в приговоре, Карташев, действуя в пределах «своих полномочий следователя», определённых процессуальным законом, правомерно содействовал представителю потерпевшего в истребовании от обвиняемого Б денежных средств в счёт возмещения причинённого преступлением вреда. Переданные Б деньги Карташев и Гималетдинов получили не в качестве взятки, а в счёт возмещения вреда, причинённого потерпевшему.

В итоге суд сделал вывод о том, что Карташев и Гималетдинов по предъявленному обвинению полежат оправданию за отсутствием в их действиях состава преступления.

На приговор принесено кассационное представление государственным обвинителем Карачуриной М.В., в котором ставится вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Автор представления, приводя конкретные доводы, считает, что приговор не может быть признан законным и обоснованным в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью приговора.

Анализируя доказательства по делу, государственный обвинитель считает, что суд дал неправильную оценку собранным по делу доказательствам, в частности результатам оперативно-розыскных мероприятий, имевших место в декабре 2010 г. и 12 января 2011 г.

На кассационное представление принесены возражения оправданным Карташевым Д.В., в которых он излагает своё несогласие с доводами государственного обвинителя.

Вопреки доводам автора представления, он считает, что суд обоснованно признал недопустимыми вещественные доказательства - СД-диски с результатами оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», добытые в декабре 2010 г.

Полагает, что его показания и показания Гималетдинова в судебном заседании проверены с помощью других доказательств и получили надлежащую оценку в приговоре.

Карташев не согласен с утверждениями государственного обвинителя относительно порочности постановления о признании Гималетдинова в декабре 2010 г. представителем потерпевшего.

Считает неубедительными доводы в кассационном представлении о незаконности требований Гималетдиновым возврата долга в сумме руб. с одного Б при наличии ещё одного обвиняемого - О Далее Карташев ссылается на то, что в кассационном представлении содержатся неверные суждения о направленности его, Карташева, умысла на получение взятки; о правдивости показаний свидетеля С , касающихся оснований для проведения в декабре 2010 г. оперативно-розыскных мероприятий.

Карташев рассматривает как несостоятельный довод в кассационном представлении о том, что отсутствие в деле письменных документов по факту проведения оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» в декабре 2010 г. свидетельствует о том, что соответствующее оперативно- техническое подразделение своё согласие на их рассекречивание не давало.

Карташев считает, что автор представления ошибочно указывает на то, что суд имел возможность по личной инициативе запросить в УФСБ оперативно- служебные материалы, свидетельствующие о проведении оперативно- розыскных мероприятий в декабре 2010 г.

Оправданный Гималетдинов ФА. также принёс возражения на кассационное представление, в которых просит приговор оставить без изменения, а кассационное представление - без удовлетворения.

Гималетдинов ссылается на то, что переданные Б денежные средства были получены им в счёт возмещения материального вреда, причинённого ООО « », представителем которого он являлся на основании доверенности и договора, что его действия были связаны с возмещением ущерба, причинённого преступными действиями самого Б , и это, как он считает, нашло своё подтверждение в судебном заседании.

Вопреки доводам в кассационном представлении, Гималетдинов считает обоснованным вывод суда о недопустимости результатов оперативно- розыскной деятельности за декабрь 2010 г.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационном представлении, и возражения на них, Судебная коллегия находит, что приговор подлежит отмене по доводам, изложенным в кассационном представлении, а дело - направлению на новое судебное разбирательство.

Согласно ст.305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, а также мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

Не допускается включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного.

Однако по настоящему делу эти требования закона судом надлежаще не выполнены.

Согласно выводам органов предварительного следствия преступления Карташевым и Гималетдиновым были совершены при следующих обстоятельствах: приказом первого заместителя министра внутренних дел по Республике Башкортостан № от 31 декабря 2009 г. Карташев назначен на должность Главного следственного управления при МВД .

9 марта 2010 г. следователь Карташев по имеющимся материалам проверки по факту хищения денежных средств, принадлежащих ООО « », возбудил уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, которое принял к своему производству и проводил предварительное расследование.

11 мая 2010 г. следователь Карташев вынес постановление о привлечении в качестве обвиняемого и предъявил обвинение Б в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ.

Представителем потерпевшего по делу был признан Гималетдинов ФА.

Имея умысел на получение взятки в особо крупном размере от обвиняемого Б за незаконное прекращение уголовного дела, Карташев в декабре 2010 г. предложил Гималетдинову выступить посредником в получении взятки. При этом Карташев планировал замаскировать свои незаконные действия по требованию и получению взятки у Бигаева под реализацию Гималетдиновым предоставленных тому ст. 42, 45 УПК РФ прав на получение возмещения ущерба, причинённого ООО « » совершением преступления.

На предложение Карташева выступить посредником в получении взятки от Б Гималетдинов согласился.

В декабре 2010 г. Карташев, зная об отсутствии у него законных оснований, предусмотренных ст. 24-28.1, 212 УПК РФ, для прекращения уголовного преследования в отношении Б из корыстных побуждений поручил Гималетдинову сообщить Б требование о передаче взятки в виде денег в сумме руб. через посредника за незаконное прекращение в отношении последнего уголовного преследования, то есть за совершение незаконных действий в пользу взяткодателя.

23 декабря 2010 г. на территории, прилегающей к административному зданию по адресу: Гималетдинов встретился с Б и, выполняя отведённую ему роль посредника во взяточничестве, действуя согласованно с Карташевым, сообщил Б требование Карташева о передаче ему взятки в виде денег в сумме руб.

С этим требованием Б согласился.

23 и 24 декабря 2010 г. на территории, прилегающей к административному зданию, расположенному по адресу: Карташев лично несколько раз встретился с Б в салоне автомашины последнего марки « ». На этих встречах Карташев подтвердил свои требования о передаче ему при посредничестве Гималетдинова взятки в виде денег в сумме руб. за совершение незаконных действий в пользу Б заключающихся в незаконном прекращении в отношении последнего уголовного преследования.

24 декабря 2010 г. в Карташев поручил Гималетдинову сообщить Б об увеличении суммы взятки до руб. за прекращение уголовного дела. Гималетдинов встретился с Б и получил согласие последнего, при этом была достигнута договорённость о передаче взятки по частям.

В тот же день позднее Гималетдинов по поручению Карташева передал Б требование Карташева о передаче через него следователю Карташеву первой части ранее затребованной взятки в сумме руб.

Б согласился с требованиями Карташева и Гималетдинова.

29 декабря 2010 г. Б и Гималетдинов встретились в ресторане « » в Гималетдинов подтвердил намерение Карташева на незаконное прекращение уголовного дела в отношении Б за взятку и уточнил у Б время и условия получения первой части этой взятки в сумме руб. Б подтвердил своё согласие на дачу взятки, поставив условие личного присутствия Карташева при передаче первой части взятки.

11 января 2011 г. в Гималетдинов и Б оговорили и уточнили время, место и условия передачи Б Карташеву части взятки в сумме руб.

12 января 2011 г. около 13 часов Карташев вместе с Гималетдиновым согласно ранее достигнутой с Бигаевым договорённости о времени и месте встречи, прибыли в ресторан »в где встретились с Б Карташев лично подтвердил Б своё намерение на незаконное прекращение уголовного преследования в отношении последнего за взятку и своё намерение получить при посредничестве Гималетдинова первую часть взятки в сумме руб.

После этого Гималетдинов, исполняя отведённую ему роль посредника во взяточничестве, действуя согласованно с Карташевым, выполняя поручение последнего, в его личном присутствии получил для непосредственной последующей передачи от Б выполнявшего в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» роль взяткодателя и оказавшего тем самым помощь должностным лицам Управления ФСБ России по Республике Башкортостан в достижении задач оперативно-розыскной деятельности, первую часть ранее оговорённой взятки в сумме руб.

После этого Карташев и Гималетдинов были задержаны сотрудниками УФСБ России по РБ с поличным.

Как следует из содержания приговора, суд признал установленным тот факт, что 12 января 2011 г. в ресторане « в Б передал «Гималетдинову в присутствии Карташева деньги в сумме руб.

Таким образом, суд в части установления этого факта согласился с органами следствия.

Относительно предназначения этих денег суд сделал вывод о том, что они не являются взяткой, а получены Гималетдиновым и следователем Карташевым в счёт возмещения ущерба, причинённого Гималетдинову как потерпевшему.

Обосновывая свои выводы в этой части, суд расценил как допустимые результаты оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», проведённого 12 января 2011 г. в ресторане « » Однако конкретные данные, составляющие содержание этих результатов, в приговоре не приведены и не получили оценки в приговоре, хотя суд правильно указал в приговоре, что в материалах дела имеются сведения о проведении мероприятия «оперативный эксперимент» с применением технических средств.

На результаты оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», проводившегося 12 января 2011 г. в указанном месте, сослались и органы предварительного следствия в обвинительном заключении, но при этом сторона обвинения представила их в качестве доказательства вины Карташева в получении взятки, а Гималетдинова - в посредничестве во взяточничестве.

Содержание результатов этого оперативно-розыскного мероприятия подробно приведено в обвинительном заключении.

Полно приведены в обвинительном заключении и результаты наблюдения с использованием технических средств, осуществлявшегося 12 января 2011 г.

Так, на аудиофайле с цифровым обозначением «1», размещённом на СД- диске № зафиксирован разговор, который состоялся 12 января 2011г.

между Б Карташевым Гималетдиновым в ресторане « ».

Это доказательство исследовалось судом, оно признано судом достоверным.

Органы следствия считают, что из содержания зафиксированного разговора следует, что деньги переданы Б и получены Гималетдиновым и следователем Карташевым в качестве взятки за прекращение уголовного дела в отношении Б а не в счёт возмещения ущерба, причинённого преступлением.

Следователь Карташев, как указывают органы следствия, в этом разговоре обсуждает возможные варианты и проблемы прекращения уголовного дела в отношении Б за взятку, которую он предлагает «называть как возмещение ущерба».

Суд же пришёл к иному выводу о характере переданной Б денежной суммы в размере руб.

Однако, мотив, по которому суд принял такое решение, не указан в приговоре.

Содержание зафиксированного разговора не проанализировано в приговоре, хотя это имеет важное значение по настоящему делу с учётом характера предъявленного Карташеву и Гималетдинову обвинения.

При таких условиях вывод суда в плане оценки оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» от 12 января 2011 г. и полученных в результате этого мероприятия сведений противоречив, и это противоречие могло повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности Карташева и Гималетдинова.

В подтверждение того, что деньги в сумме руб. переданы Бигаевым Карташеву при посредничестве Гималетдинова, органы следствия сослались не только на результаты оперативно-розыскных мероприятий, но и на другие доказательства, в частности на показания свидетеля Б Показания этого свидетеля подробно приведены в обвинительном заключении.

Имеется на них ссылка и в приговоре.

Согласно ст. 88 УПК РФ, это доказательство, как и каждое из тех доказательств, на которые сослалась сторона обвинения, подлежало оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности.

Суд указал в приговоре, что показания свидетеля Б о том, что деньги в сумме руб. являются взяткой следователю Карташеву за прекращение в отношении его, Б уголовного дела, вызывают сомнение.

Суд ограничился этим, полного и всестороннего анализа показаний этого свидетеля в приговоре нет.

Это доказательство не проверено судом с помощью других доказательств.

Фактически суд немотивированно отверг показания свидетеля Б являющиеся доказательством, представленным стороной обвинения.

Кроме того, суд указал в приговоре, что показания свидетеля Б «не полностью» находят подтверждение, то есть суд допустил включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданных, что нарушает требования ч. 2 ст. 305 УПК РФ.

В возражениях Карташева и Гималетдинова на кассационное представление содержатся доводы о несостоятельности показаний свидетеля Б касающиеся личности этого свидетеля, а не существа его показаний, хотя согласно закону при оценке показаний свидетеля необходимо учитывать и то, и другое в совокупности.

Из материалов дела усматривается, что в т.! на л.д. 168-169, 170-172, 173- 174 имеются следующие документы: постановление начальника Управления ФСБ России по Республике Башкортостан от 12 января 2011 г. о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей, постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности следователю, сообщение УФСБ РФ по РБ в отдел по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Республике Башкортостан.

К материалам дела также приложены перечисленные в постановлении документы и предметы, в том числе диски №№ с аудиозаписями переговоров с участием Б , Гималетдинова и Карташева в декабре 2010 г.

Соответствующие доказательства исследовались в судебном заседании.

По мнению органов предварительного следствия, содержание разговоров между этими лицами свидетельствует о том, что деньги в сумме руб. были переданы Б следователю Карташеву при посредничестве Гималетдинова за незаконное прекращение уголовного дела в отношении Б Суд признал, что указанные диски и имеющиеся на них аудио-, а также видеозаписи и протоколы осмотра и прослушивания фонограмм на этих дисках, являются недопустимыми доказательствами.

Суд обосновал такую оценку этих доказательств тем, что сторона обвинения не представила документы, «подтверждающие сведения о том, когда и при проведении каких именно оперативных мероприятий добыты имеющиеся на этих дисках записи».

Между тем органы предварительного следствия в обвинительном заключении сослались на показания свидетеля С - УФСБ России по , который пояснил, что с целью проверки оперативной информации в декабре 2010 г. в отношении следователя Карташева, а также в отношении Гималетдинова и Б были проведены негласные оперативно-розыскные мероприятия.

Как пояснил свидетель, проведение этих мероприятий было оформлено надлежащим образом; сведения же о лицах, проводивших эти мероприятия, а также о применённой аппаратуре составляют государственную тайну.

Однако суд не дал оценки показаниям этого свидетеля, а также другим доказательствам, на которые сторона обвинения сослалась в подтверждение показаний этого свидетеля.

Признавая недопустимыми указанные выше доказательства, суд, как правильно указывается в кассационном представлении, не учёл обстоятельства, названные этим свидетелем относительно оперативно- розыскных мероприятий, проведённых по настоящему делу в декабре 2010 г., то есть не учёл обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда при оценке названных доказательств.

Свидетель Саяхов уточнил, что фонограммы имевших место в декабре 2010 г. переговоров между Б , Гималетдиновым и Карташевым, представляющие собой результат оперативно-розыскной деятельности, в установленном порядке представлены органу следствия.

Ссылки суда в оправдательном приговоре неустановление принадлежности голосов на аудиозаписях за декабрь 2010 г. и на неясность причин создания некоторых файлов «с указанными записями» 3 марта 2011 г., свидетельствуют лишь о неисследованности этих вопросов судом, в силу чего они не получили оценки в приговоре, как того требует уголовно- процессуальный закон.

Постановив оправдательный приговор в отношении Карташева, суд пришёл к выводу о том, что следователь Карташев «правомерно» содействовал представителю потерпевшего «в истребовании от обвиняемого Б денежных средств».

Однако, в приговоре не приведены доказательства, подтверждающие этот вывод суда.

Рассматривая уголовное дело, по которому должностое лицо обвиняется в получении взятки за незаконные действия по службе, суд не исследовал вопрос о круге должностых обязанностей и полномочий должностного лица, каковым являлся следователь Карташев, и не исследовал вопрос о порядке оформления и осуществления добровольного возмещения ущерба потерпевшему по уголовному делу, находящемуся в производстве следователя.

Именно таким было дело Б в котором фигурировали значительные денежные суммы применительно к причинённому ущербу.

Установление и оценка этого порядка имеют важное значение с учётом характера предъявленного обвинения, то есть по настоящему делу суд не принял во внимание и эти обстоятельства, из числа тех, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

По мнению Судебной коллегии, суд по существу не изложил в приговоре доказательства, опровергающие выводы стороны обвинения о виновности Карташева и Гималетдинова в совершении инкриминированных им преступлений и подтверждающие оправдание названных лиц.

Норма уголовно-процессуального закона, которая дала основания для оправдания этих лиц, не указана судом ни в описательно-мотивировочной части, ни в резолютивной части приговора.

При таких данных Судебная коллегия находит убедительными доводы, изложенные в кассационном представлении государственного обвинителя о том, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, что в соответствии со ст. 379, 380 УПК РФ является основанием для отмены приговора в кассационном порядке, а по настоящему делу - для отмены оправдательного приговора по кассационному представлению прокурора.

Для проверки указанных выше обстоятельств, а также иных доводов, изложенных в кассационном представлении, дело подлежит направлению на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

При новом судебном рассмотрении дела суду следует создать необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, и решить вопрос о виновности или невиновности Карташева и Гималетдинова по предъявленным им обвинениям.

Меру пресечения в отношении Карташева Д.В. и Гималетдинова Ф.А. Судебная коллегия считает необходимым оставить прежнюю - подписку о невыезде.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 19 сентября 2012 г. в отношении Карташева Д В и Гималетдинова Ф А отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Меру пресечения в отношении Карташева Д В и Гималетдинова Ф А оставить прежнюю - подписку о невыезде.

Статьи законов по Делу № 49-О12-68

УК РФ Статья 159. Мошенничество
УК РФ Статья 290. Получение взятки
УК РФ Статья 291.1. Посредничество во взяточничестве
УПК РФ Статья 42. Потерпевший
УПК РФ Статья 45. Представители потерпевшего, гражданского истца и частного обвинителя
УПК РФ Статья 88. Правила оценки доказательств
УПК РФ Статья 305. Описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора

Производство по делу

Загрузка
Наверх