Типовые договорыТиповые договоры



Активные юристыАктивные юристы

Телефон: +7 905 942-69-48
не в сети
Фото юриста
Лакоткина Юлия Анатольевна
г. Ужур Красноярский край ( СИБИРЬ)
ответов за неделю: 11
Телефон: 8 923 308 00 82
Телефон: 9060684949


Ответы юристовОтветы юристов

Дело № 5-О11-266СП

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 19 декабря 2011 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Степалин Валерий Петрович
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 5-О11-266СП

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 19 декабря 2011 г.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Степалина В.П.
судей Иванова Г.П. и Шамова А.В.
при секретаре Кочкине Я.В.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе потерпевшего К кассационному представлению государственных обвинителей Чумичева А.В. и Суховой Е.Ю. на приговор Московского городского суда с участием присяжных заседателей от 23 сентября 2011 года, которым ЛУРЬЕ О А , ранее судимый 10 марта 2009 года по приговору Тверского районного суда города Москвы по ст. ст. 159 ч. 3 , 163 ч. 3 п. «б» УК РФ на 4 года лишения свободы, оправдан по ст. 298 ч. 3 УК РФ на основании ст. 302 ч. 2 п. п. 3, 4 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей.

За оправданным Лурье О.А. признано право на реабилитацию.

Решён вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Степалина В.П., выступления прокурора Башмакова А.М., потерпевшего К и его представителя адвоката Кевреля АС, полагавших приговор суда отменить, а уголовное дело прекратить в соответствии с Федеральным законом от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ, признавшим ст. 298 УК РФ утратившей силу, оправданного Лурье О.А. и адвоката Артёменко Л.Н., полагавших приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

при изложенных в обвинении обстоятельствах, Лурье О.А. обвинялся в том, что в городе в период с 20 мая по 3 июня 2008 года совершил клевету в отношении следователя по особо важным делам Следственного комитета при МВД России подполковника К в связи с производством предварительного расследования, соединённую с обвинением в совершении тяжких преступлений.

На основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей по делу в отношении Лурье О.А. постановлен оправдательный приговор.

В кассационной жалобе потерпевший К просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии отбора коллегии присяжных заседателей. Указывает, что подсудимый Лурье в ходе судебного следствия в нарушение ст. ст. 252, 335 ч. 7 УПК РФ многократно доводил до присяжных заседателей информацию, которая не подлежала исследованию с их участием, задавал наводящие вопросы, выкрикивал с места, порочил доказательства стороны обвинения, в прениях допускал некорректное поведение, высказывал не относящиеся к делу сведения, но председательствующий в нарушение ст. 258 УПК РФ не объявил замечание подсудимому и не удалил его из зала судебного заседания, а также не принял решения по ходатайству стороны обвинения об оглашении постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, не удалил присяжных заседателей в совещательную комнату, нарушил ст. ст. 15, 274 ч. 1, 335 ч. 2 УПК РФ, поскольку изменил порядок исследования доказательств, представляемых стороной обвинения. Данные нарушения закона повлияли на присяжных заседателей и их ответы на поставленные перед ними вопросы.

В совместном кассационном представлении и дополнении государственные обвинители Чумичев А.В. и Сухова Е.Ю. просят приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии отбора коллегии присяжных заседателей. По мнению авторов представления, в судебном заседании нарушались требования ст. ст. 244, 252, 335 УПК РФ, а председательствующий не принял всех мер, предусмотренных ст. 258 УПК РФ. Во вступительном заявлении адвокат Карпухин СВ. допускал порочащие обвинение высказывания, в частности, что обвинение является несущественным, оно не конкретизировано, противоречивое, что вещественные доказательства получены с нарушением закона, а председательствующий остановил адвоката только после возражений государственного обвинителя, но не обратился к присяжным заседателям с разъяснением не принимать во внимание данные обстоятельства. В ходе вступительного заявления председательствующий неоднократно останавливал государственного обвинителя, делал замечания о нарушениях ч. 2 ст. 335 УПК РФ, при том, что государственный обвинитель излагал факты, приведённые в обвинительном заключении, что факт прежней судимости Лурье имел прямое отношение к мотиву рассматриваемого преступления. В ходе судебного следствия стороной защиты поднимались вопросы о возбуждении, о выделении уголовного дела в отношении подсудимого и его бывшей жены, не имеющие отношения к делу. Подсудимый Лурье умышленно оказывал воздействие на присяжных заседателей, делал заявления, не имеющие отношения к делу, но могущие вызвать предубеждение, в частности, при допросе потерпевшего К о том, осведомлён ли он, что у обвиняемого при нахожде иальном блоке для опасных преступников появилась бронхиальная астма. Сторона обвинения заявила возражение, но председательствующий не принял всех мер, не удалил подсудимого из зала, что позволило ему продолжить нарушение порядка и закона. При допросе свидетеля Кильдюшкина А.И. подсудимый Лурье задавал вопросы по обстоят жащим установлению присяжными заседателями, оказывая воздействие на них, пытаясь вызвать предубеждение и жалость к себе, в частности, о том, огорожены ли окна камеры колючей проволокой, где содержался маньяк, находился ли он в «воровском продоле», о смерти М Председательствующий снял ряд вопросов, но не принял мер к подсудимому, и не обратился к присяжным заседателям с разъяснением. При допросе потерпевшего К председательствующий необоснованно снимал вопросы государственного обвинителя по обстоятельства расследования потерпевшим дела в отношении подсудимого с формулировкой, как не имеющие отношения к делу, а также неоднократно вмешивался в процесс представления стороной обвинения доказательств, ограничивал сторону обвинения. В ходе допроса свидетеля обвинения Л председательствующий необоснованно удовлетворил ходатайство подсудимого о приобщении к материалам дела 3-х писем, чем изменил порядок исследования доказательств, поскольку сторона защиты могла заявить такое ходатайство при предоставлении своих доказательств, при этом председательствующий утратил объективность, занял позицию стороны защиты, принял участие в предоставлении доказательств, огласив эти письма. В нарушение ст. ст. 73, 74 УПК РФ председательствующий допустил к исследованию с участием присяжных заседателей представленные стороной защиты, не отвечающие требованиям, предъявляемым к доказательствам, копии материалов из уголовного дела № . В ходе дачи показаний подсудимый Лурье доводил до сведения присяжных заседателей не имеющие отношения к делу сведения, порочил доказательства стороны обвинения, личность потерпевшего, говорил о том, что материалы дела были выделены в отношении жены, поскольку она сдавала квартиру, что к нему приходил следователь и говорил, чтобы он признал вину иначе будет возбуждено второе уголовное дело, о том, известна ли смерть М , что в тюрьме его поместили в так называе каны», ч через месяц пришёл так называемый « . Подобные нарушения допускались подсудим ениях, но председательствующий не принял всех должных мер, что вызвало жалость и предубеждение к подсудимому со стороны присяжных заседателей. В прениях председательствующий неоднократно останавливал государственных обвинителей, указывал, что вопросы фальсификации доказательств не имеют отношения к делу, хотя фактические обстоятельства дела включали в себя и оценку такого факта, как обвинение следователя в фальсификации доказательств, чем существенно дискредитировалась позиция стороны обвинения перед присяжными заседателями. Данные нарушения закона повлияли на формирования мнения присяжных заседателей и на содержание ответов на поставленные перед ними вопросы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалобы и представления, судебная коллегия не находит оснований к отмене оправдательного приговора суда.

В соответствии с ч. 2 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.

Таких нарушений уголовно-процессуального закона в кассационных жалобе и представлении не указано и по делу не установлено.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами потерпевшего в кассационной жалобе и государственных обвинителей в кассационном представлении о нарушении при судебном разбирательстве требований ст. ст. 15, 73, 74, 244, 252, 258, 274, 335 УПК РФ.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено с учетом требований ст. ст. 15, 244 УПК РФ о состязательности и равенстве прав сторон, ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, ст. ст. 274, 335 УПК РФ, определяющих порядок исследований доказательств и особенности в суде с участием присяжных заседателей, их полномочиями, установленными ст. 334 УПК РФ.

В судебном заседании с участием присяжных заседателей были исследованы все представленные сторонами доказательства, а заявленные сторонами ходатайства разрешены председательствующим в установленном законом порядке. В соответствии с требованиями ст. 258 УПК РФ в необходимых случаях председательствующий останавливал участников судебного разбирательства, принимал меры в соответствии с указанным уголовно-процессуальным законом. Председательствующий объявил об окончании судебного следствия лишь после того, как от сторон дополнений к судебному следствию не было, участники судебного разбирательства, в том числе со стороны обвинения, считали возможным окончить судебное следствие и перейти к прениям сторон (т. 7, л.д. 110).

Доводы в представлении государственных обвинителей о необходимости отмены оправдательного приговора в связи с тем, что в ходе вступительного заявления председательствующий неоднократно необоснованно останавливал государственного обвинителя, что во вступительном заявлении адвокат Карпухин СВ. допускал порочащие обвинение высказывания, что председательствующий остановил адвоката только после возражений государственного обвинителя, но не обратился к присяжным заседателям с разъяснением не принимать во внимание данные обстоятельства, являются несостоятельными, так как не основаны на законе и противоречат материалам дела.

Согласно ч. ч. 2, 3 ст. 335 УПК РФ, во вступительном заявлении государственный обвинитель излагает существо предъявленного обвинения и предлагает порядок исследования представленных им доказательств. Защитник высказывает согласованную с подсудимым позицию по предъявленному обвинению и мнение о порядке исследования представленных им доказательств. В соответствии с ч. 8 ст. 335 УПК РФ данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвиняется, запрещается исследовать факты прежней судимости, иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого.

Из протокола судебного заседания следует, что требования данного уголовно-процессуального закона председательствующим не нарушены.

Председательствующий правильно останавливал государственного обвинителя, когда его речь во вступительном заявлении не соответствовала требованиям ч. 2 ст. 335 УПК РФ. Первый раз, когда государственный обвинитель сказал о том, что подсудимый Лурье был осужден по другому делу, второй раз, когда сказал о нахождении подсудимого Лурье под стражей по другому делу, третий раз, когда сказал, что подсудимый Лурье использовал навыки, которые у него были, поскольку является журналистом.

Лурье О.А. обвинялся в совершении клеветы в отношении следователя К и указанные обстоятельства не имели отношения к рассматриваемому делу.

При этом, председательствующий обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание высказывания государственного обвинителя, как не имеющих отношения к рассматриваемому уголовному делу (т. 6, л.д. 208-209).

Заявление адвоката Карпухина СВ. во вступительном заявлении о том, что обвинение является несущественным, что оно не конкретизировано и противоречивое, является выражением стороны защиты к предъявленному Лурье обвинению и такое заявление нельзя признать порочащим обвинение. Что касается мнения адвоката Карпухина СВ. о том, что вещественные доказательства получены с нарушением закона, то председательствующий сразу же остановил адвоката, и вопреки доводам в кассационном представлении, не после возражений государственного обвинителя, а по своей инициативе, а также обратился к присяжным заседателям с разъяснением не принимать во внимание данные обстоятельства (т. 6, л.д. 210-211).

Данных о том, что с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства или сторонам было отказано в исследовании допустимых доказательств, не имеется.

Доводы в кассационных жалобе потерпевшего и представлении государственных обвинителей о необходимости отмены оправдательного приговора в связи с нарушением закона стороной защиты при допросах потерпевшего К свидетелей обвинения К Л подсудимого Лурье, а также необоснованном снятии председательствующим вопросов стороны обвинения, являются несостоятельными, так как противоречат материалам дела.

Из протокола судебного заседания следует, что потерпевший К свидетели обвинения К и Л были допрошены в судебном заседании в соответствии с требованиями ст. ст. 252, 277, 278, 335 УПК РФ. Председательствующий правильно снимал вопросы сторон, когда они не соответствовали требованиям закона, в необходимых случаях обращался к присяжным заседателям с соответствующими разъяснениями не принимать во внимание при вынесении вердикта услышанные сведения о каких-либо обстоятельствах.

Так, при допросе потерпевшего К государственный обвинитель задал 52 вопроса. Председательствующий снял всего 2 вопроса государственного обвинителя, как не имеющих отношения к делу, о том, какой был род занятия подсудимого Лурье на момент его привлечения к ответственности о присутствии защитника при допросе. Подсудимый Лурье задал 26 вопросов, из которых председательствующий снял 1 вопрос, как повторный, о времени обращения потерпевшего с заявлением в правоохранительные органы, 2 вопроса, как не имеющих отношения к делу о том, является ли выделение дела поводом для возбуждения дела, об осведомлённости потерпевшего о состоянии здоровья подсудимого, о согласии пройти проверку на детекторе лжи. Адвокаты Карпухин СВ. и Мошанский А.А. задали 31 вопрос, из которых председательствующий снял 2 вопроса адвоката Карпухина СВ., как не имеющих отношения к делу, о том, возвращалось ли уголовное дело прокурору, и знает ли потерпевший о других уголовных делах, и 1 вопрос адвоката Мошанского А.А., как не имеющий отношения к делу, о том, каким образом публикация в СМИ может оказать давление на следователя.

На с. 74-75 протокола судебного заседания, на которые имеется ссылка в кассационном представлении, отражены обстоятельства исследования имеющихся в материалах дела доказательств, представляемых стороной обвинения. При предоставлении государственным обвинителем на обозрение присяжным заседателям копии рукописного письма Лурье О.Ю., председательствующий правильно снял 2 вопроса государственного обвинителя к потерпевшему К о том, участвовал ли потерпевший в получении доказательств виновности Лурье, лично ли делал запись, как брали деньги, поскольку данные вопросы не имели отношения к рассматриваемому делу, и предложил государственному обвинителю высказываться только по фактическим обстоятельствам рассматриваемого дела, а также обратился к присяжным заседателям с просьбой не принимать указанные обстоятельства во внимание (т. 6, л.д. 214-234, 248-249, т. 7, л.д. 1-7,86-91).

При допросе свидетеля обвинения сотрудника следственного изолятора К государственный обвинитель задал 38 вопроса, из которых председательствующий снял всего 1 вопрос, как не имеющий отношения к делу, о том, где свидетель рискует оказаться, если будет нарушать закон и не подчиняться начальнику. Потерпевший К вопросов не задавал. Подсудимый Лурье задал 28 вопросов, из которых председательствующий снял 2 вопроса, как не имеющие отношения к делу, о том, где содержатся «воры в законе», где содержался « маньяк». Кроме этого, после того, как свидетель К пояснил, что в изоляторе маломестные камеры считаются «воровскими продолами» и что подсудимый Лурье содержался в камерах № и № , подсудимый Лурье задал свидетелю вопрос о том, показывает ли это, что он находился в «воровском продоле», председательствующий данный вопрос снял, как не имеющий отношения к делу. Также председательствующий остановил подсудимого Лурье и не дал ему задать вопрос, как не имеющий отношения к делу, относительно гибели арестованного М Адвокаты Карпухин СВ. и Мошанский А.А. задали всего 21 вопросов, из которых председательствующий снял 2 вопроса адвоката Карпухина СВ. о том, изымались ли у подсудимого Лурье запрещённые предметы, и изымались ли запрещённые предметы у адвоката. При этом председательствующий обратился к присяжным заседателям с просьбой не принимать указанные обстоятельства во внимание (т. 7, л.д. 26-42).

С учётом изложенного судебная коллегия находит, что нет каких-либо данных, на что имеется ссылка в кассационном представлении, о том, что при допросе свидетеля К подсудимый Лурье задавал вопросы для оказания воздействия на присяжных заседателей, пытаясь вызвать предубеждение и жалость к себе.

При допросе бывшей жены подсудимого Лурье свидетеля Л государственный обвинитель задал всего 57 вопросов. Председательствующий снял 1 вопрос государственного обвинителя, как не соответствующий ч. 8 ст. 335 УПК РФ, о том, характерны ли такие черты характера для подсудимого Лурье, как мстительность, при этом председательствующий предложил государственному обвинителю переформулировать вопрос не нарушая указанный закон, 3 вопроса, как не имеющие отношения к делу, о том, способен ли подсудимый Лурье из мести и из-за своих амбиций оболгать человека, что мешало подсудимому Лурье дома довести суицид до конца, было ли это демонстративным поведением, какой уровень дохода подсудимого Лурье. Потерпевший К задал всего 5 вопросов, из которых председательствующий снял 2 вопроса, как не имеющих отношения к делу, о причине развода свидетеля с подсудимым и наличии имущественного спора, о том, что предшествовало вскрытию вен подсудимым. Подсудимый Лурье задал всего 20 вопросов, из которых председательствующий снял 1 вопрос, как не имеющий отношения к делу, о том, знает ли свидетели кого-то кто берёт долларов за вход в свой собственный блот и размещение там информации. Адвокаты Карпухин СВ. и Мошанский А.А. задали всего 23 вопросов, при этом председательствующий снял 2 вопроса адвоката Мошанского А.А., как не имеющие отношения к делу, о том, часто ли свидетеля запугивают, что свидетель не помнит кто это делал, и известно ли свидетелю, кто передавал деньги (т. 7, л.д. 42-55, 59-65).

Судебная коллегия не может согласиться с доводами в кассационной жалобе потерпевшего и кассационном представлении государственных обвинителей о том, что в ходе допроса свидетеля обвинения Л председательствующий в нарушение требований ст. 244 УПК РФ удовлетворил ходатайство подсудимого о приобщении к материалам дела 3-х писем свидетеля Л чем изменил порядок исследования доказательств, так как сторона защиты могла заявить такое ходатайство при предоставлении своих доказательств, а также о том, что председательствующий утратил объективность, занял позицию стороны защиты, принял участие в предоставлении доказательств, огласив эти письма.

Данные доводы являются несостоятельными, так как они не основаны на законе и противоречат материалам дела.

Согласно ст. 244 УПК РФ в судебном заседании стороны обвинения и защиты имеют равные права, в том числе, на заявление ходатайств, предоставление доказательств, и в соответствии со ст. 274 УПК РФ, очерёдность исследования доказательств определяется стороной, представляющей доказательства суду. Указанные требования уголовно-процессуального закона не нарушены.

Из протокола судебного заседания следует, что первой доказательства представляла суду сторона обвинения, и очерёдность исследования доказательств в судебном заседании не нарушалась. В ходе допроса свидетель обвинения Л на вопросы государственного обвинителя пояснила, что она общалась с находящимся в следственном изоляторе подсудимым Лурье, в том числе с помощью писем, и рассказала о содержании таких писем. В частности о том, что часть писем получала по почте и часть передавалась через адвоката, что в ряде писем, как в руководстве, ей указывалось как себя вести, если вызовут на допрос, как отвечать на вопросы, что говорить, а также сообщила о том, что на предварительном следствии она выдала добровольно следователю 25 писем. После того, как сторона обвинения, заявила, что вопросов к свидетелю Л нет, подсудимый Лурье задал свидетелю 1 вопрос, заявил о наличии у него ходатайства, и когда по просьбе председательствующего присяжные заседатели удалились в совещательную комнату, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела и исследовании 3-х писем от свидетеля обвинения Л со штампом следственного изолятора за февраль-март 2008 года. Свидетель обвинения Л пояснила, что эти письма написала она. Председательствующий данное ходатайство рассмотрел в установленном законом порядке и обоснованно удовлетворил. С соблюдением требований ст. ст. 252, 335 ч. ч. 7, 8 УПК РФ письма в части фактических обстоятельств были исследованы с участием присяжных заседателей, после чего допрос свидетеля обвинения Л . был продолжен сторонами, в том числе государственный обвинитель после исследования писем задал свидетелю Л ещё 14 вопросов. Против оглашения председательствующим указанных писем никто из участников судебного разбирательства, в том числе со стороны обвинения, возражений не заявляли (т. 6, л.д. 213, т. 7, л.д. 44-49, 51, 55-56).

Подсудимый Лурье был допрошен в судебном заседании в соответствии с требованиями ст. ст. 252, 275, 276, 335 УПК РФ. Председательствующий правильно снимал вопросы сторон, когда они не соответствовали требованиям закона, в необходимых случаях обращался к присяжным заседателям с соответствующими разъяснениями не принимать во внимание при вынесении вердикта услышанные обстоятельства. Так, при допросе подсудимого Лурье адвокат Князева ЕЛ. задала всего 1 вопрос.

Государственный обвинитель задал 26 вопросов. Председательствующий снял 2 вопроса государственного обвинителя, как не имеющих отношения к делу, о том, часто ли подсудимый Лурье отказывается перед судом от своих слов и об управлении кем-либо настоящим судебным процессом. Председательствующий также обращался к государственному обвинителю с просьбой при постановке вопросов не давать оценку доказательствам по делу. Потерпевший К задал 7 вопросов, из которых председательствующий снял 1 вопрос, как не имеющий отношения к делу, о том, может ли подсудимый Лурье нарисовать телефон, с которым к нему приходили.

Также председательствующий правильно останавливал подсудимого Лурье при даче им показания, когда он начинал говорить об обстоятельствах, не имеющих отношения к делу, и предлагал подсудимому давать показания по существу дела, в частности, об отсутствии родственников, о возможности возбуждения уголовного дела в отношении жены, о его предположении информированности присяжных заседателей о смерти М , о помещении в изоляторе в «стакан», об обращении к врачам том. В необходимых случаях, обращался к присяжным заседателям с соответствующими разъяснениями не принимать во внимание при вынесении вердикта услышанные обстоятельства (т. 7, л.д. 94-109).

Вопреки доводам в кассационном представлении государственных обвинителей, председательствующий требований ст. ст. 73, 74 УПК РФ не нарушил, обоснованно частично удовлетворил ходатайство стороны защиты, с которым частично была согласна и сторона обвинения, разрешил исследовать ряд копий документов из материалов уголовного дела № 376524, относящихся к фактическим обстоятельствам дела. Выводы председательствующего мотивированы в постановлении (т. 7, л.д. 81-83).

Несостоятельными также являются доводы в кассационной жалобе потерпевшего К о том, что председательствующий не принял решения по ходатайству стороны обвинения об оглашении постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, при этом не удалил присяжных заседателей в совещательную комнату, поскольку эти доводы противоречат материалам дела. Из протокола судебного заседания следует, что при допросе стороной защиты подсудимый Лурье сказал, что ему не ясно, почему Г и Е не его соучастники. Государственный обвинитель, в нарушение очередности допроса, сказал, что в таком случае он просит огласить постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении указанных лиц. Председательствующий правильно остановил их, попросил высказываться по существу дела, не доводить до сведения присяжных заседателей процессуальные вопросы, не относящиеся к их полномочиям. Одновременно председательствующий обратился к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание высказывания подсудимого Лурье и государственного обвинителя, поскольку сообщённые ими сведения не относятся к фактическим обстоятельствам дела и не подлежат установлению присяжными заседателями (т. 7, л.д. 97-98).

Из изложенного следует, что государственный обвинитель ходатайства не заявлял, и оснований для удаления присяжных заседателей в совещательную комнату у председательствующего не было.

Прения сторон, последнее слово подсудимого Лурье соответствуют требованиям ст. ст. 292, 336, 337 УПК РФ (т. 7, л.д. 112-132).

Доводы в кассационной жалобе потерпевшего и в кассационном представлении государственных обвинителей, о том, что в прениях председательствующий неоднократно необоснованно останавливал государственных обвинителей, чем дискредитировал позицию стороны обвинения перед присяжными заседателями, что председательствующий не принял всех должных мер воздействия к подсудимому, что вызвало жалость и предубеждение к нему со стороны присяжных заседателей, являются несостоятельными, поскольку противоречат материалам дела. Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий правильно останавливал государственного обвинителя, когда он говорил об обстоятельствах, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, в частности о том, что приговором по другому делу Лурье признан вором, что в Московском городском суде очень часто рассматриваются дела в отношении следователей, прокуроров, которые также, как и Лурье под камерой получают денежные средства и пересчитывают их, что материалы по другому уголовному делу были неопровержимыми доказательствами того, что Лурье совершил. При этом, председательствующий разъяснял, что в этой части речь государственного обвинителя в прениях не соответствует ст. 336 УПК РФ, обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание указанные обстоятельства. Председательствующий правильно останавливал и потерпевшего К когда его речь не соответствовала требованиям закона, в частности, когда потерпевший говорил, что у него нет адвоката, что Лурье является журналистом и ему будет проще говорить перед присяжными заседателями, что присяжным заседателям надо дать оценку и подсудимого и потерпевшего. Также председательствующий обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание указанные обстоятельства. Правильно председательствующий останавливал подсудимого Лурье, когда тот в своей речи в прениях говорил об обстоятельствах, не имеющих отношения к делу, в частности, о результатах раздела вещей с бывшей женой, о предполагаемой цели его оговора бывшей женой, о протоколах оперативных совещаний следственного комитета, о практике допроса имеющих состояние потерпевших, о поездках в Америку, о публикации статей о коррупции, о голодовке, о других журналистах. Председательствующий обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание указанные обстоятельства.

Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствует требованиям ст. ст. 338, 339, 341-345 УПК РФ (т. 6, л.д. 168-172).

Напутственное слово председательствующего следует, что оно соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ. Возражений по напутственному слову участники судебного разбирательства, в том числе от стороны обвинения не заявляли (т. 6, л.д. 156-167, т. 7, л.д. 135).

Приговор в отношении оправданного Лурье постановлен председательствующим в соответствии с требованиями ст. 351 УПК РФ, определяющей особенности постановления приговора в суде с участием присяжных заседателей.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Московского городского суда с участием присяжных заседателей от 23 сентября 2011 года в отношении Лурье О А оставить без изменения, а кассационные жалобу и представление - без удовлетворения.

Статьи законов по Делу № 5-О11-266СП

УК РФ Статья 298. Утратила силу
УПК РФ Статья 15. Состязательность сторон
УПК РФ Статья 73. Обстоятельства, подлежащие доказыванию
УПК РФ Статья 74. Доказательства
УПК РФ Статья 244. Равенство прав сторон
УПК РФ Статья 252. Пределы судебного разбирательства
УПК РФ Статья 258. Меры воздействия за нарушение порядка в судебном заседании
УПК РФ Статья 274. Порядок исследования доказательств
УПК РФ Статья 275. Допрос подсудимого
УПК РФ Статья 276. Оглашение показаний подсудимого
УПК РФ Статья 277. Допрос потерпевшего
УПК РФ Статья 278. Допрос свидетелей
УПК РФ Статья 292. Содержание и порядок прений сторон
УПК РФ Статья 334. Полномочия судьи и присяжных заседателей
УПК РФ Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей
УПК РФ Статья 336. Прения сторон
УПК РФ Статья 337. Реплики сторон и последнее слово подсудимого
УПК РФ Статья 340. Напутственное слово председательствующего
УПК РФ Статья 351. Постановление приговора

Производство по делу

Загрузка
Наверх