Дело № 53-О07-88СП

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 27 декабря 2007 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Фролова Людмила Георгиевна
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №53-О07-88СП

от 27 декабря 2007 года

 

Председательствующего Коннова B.C. Судей Фроловой Л.Г. и Русакова В.В.

- 24 апреля 1996 года по ст. ст. 144 ч. 2, 15, 144 ч. 2 УК РСФСР, к 4 годам лишения свободы, условно, с испытательным сроком на 3 года;

- 29 января 1998 года по ст. 158 ч. 2 п.п. «а, в, г» на основании ст. 41 УК РСФСР к 5 годам лишения свободы, освобожден 2 ноября 2001 года, условно досрочно на 1 месяц 24 дня;

осужден по ст. 105 ч. 2 п. «д» УК РФ к 18 годам лишения свободы, по ст. 167 ч. 2 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно, по совокупности преступлений назначено Артемьеву Е.В. наказание в виде лишения свободы сроком на 20 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Заслушав доклад судьи Фроловой Л.Г., объяснения осужденного Артемьева Е.В., адвоката Карпухина СВ., в поддержание доводов кассационных жалоб, мнение прокурора Шаруевой М.В., полагавшей, приговор изменить по основаниям, приведенным в кассационном представлении государственного обвинителя, в остальном приговор оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения, судебная коллегия,

 

установила:

 

вердиктом коллегии присяжных заседателей от 15 мая 2006 года Артемьев признан виновным в том, что 3 июня 2002 года, около 15 часов он, находясь в нетрезвом состоянии, пришел к соседу [скрыто],

проживавшему в г. I, чтобы выяснить, кто

из друзей С [скрыто] в дневное время мог похитить деньги в сумме

рублей у его отца, [скрыто] щ. В указанной квартире [скрыто] оказалось, а находившийся там его отец - потерпевший [скрыто] предложил Артемьеву Е.В. выйти из квартиры, на этой почве между ними произошла ссора, в ходе которой Артемьев Е.В. нанес множественные удары руками и ногами по груди [скрыто] повлекшие причинение закрытой

тупой травмы груди с переломом грудины и 13 ребер, а также ссадины и кровоподтеки; затем 24 удара пилой-ножовкой с причинением ран в области головы, лица, плеч, предплечья, с переломами локтевой и пястной кости; и 17 ударов двумя ножами, с причинением резаных ран в области лица, заушной области, шеи, грудной клетки, поясничной области, правой и левой кистей с травматической ампутацией 2-го пальца левой кисти, а также обширной резаной раны шеи с повреждением правой внутренней сонной артерии и яремной вены, миндалин, большого рожка подъязычной кости и глотки,

повлекшей массивное кровотечение, которое и явилось причиной смерти

с I-1

Совершив убийство, после 15 часов, 3 июня 2002 года, Артемьев, с целью скрыть следы преступления, имеющимися спичками поджег квартиру [скрыто] где находился труп и скрылся с места происшествия. Пожаром

было уничтожено имущество [скрыто] на общую сумму [скрыто] рублей.

В кассационном представлении государственный обвинитель Ткаченко H.A., не оспаривая правильности выводов суда о виновности Артемьева, квалификации его действий и назначенного осужденному наказания просит приговор изменить. Вместо особо опасного рецидива признать в действиях Артемьева опасный рецидив, вместо исправительной колонии особого режима определить местом отбывания Артемьевым наказания исправительную колонию строгого режима. В остальном приговор оставить без изменения.

В кассационных жалобах осужденный Артемьев Е.В. и адвокат Главатских A.B. в его интересах просят приговор отменить, дело производством прекратить. Считают, что приговор в суде с участием присяжных заседателей постановлен с грубым нарушением уголовно-процессуального закона. Артемьев утверждает, что двое из кандидатов в присяжные заседатели, фамилий которых он не знает, скрыли от сторон информацию о том, что уже участвовали в рассмотрении уголовных дел в качестве присяжных заседателей, чем ограничили права Артемьева заявить им отводы мотивированные и немотивированные. Ссылаются на личное знакомство председательствующего по делу судьи с одним из присяжных заседателей. Считают, что государственный обвинитель систематически оказывал на присяжных заседателей незаконное воздействие, доводил до их сведения информацию процессуального характера, сообщил в их присутствии о прежней судимости Артемьева, в перерывах между судебными заседаниями наедине общался со старшиной присяжных заседателей, убеждая его в обоснованности предъявленного Артемьеву обвинения. Ссылаются на то, что с указанным присяжным заседателем по обстоятельствам дела разговаривала также стажер прокуратуры, присутствовавшая в зале судебного заседания. Утверждают также, что в присутствии присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства. Ходатайства стороны защиты об исключении этих доказательств их числа допустимых необоснованно отклонены председательствующим судьей, также как и отводы государственному обвинителю и председательствующему по делу судье, заявленные по мотивам необъективности и нарушения процедуры рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей. Артемьев также считает, что не проведение в ходе предварительного следствия ряда следственных действий и экспертиз, утрата к моменту рассмотрения дела ряда вещественных

доказательств, лишили его возможности представить присяжным заседателям доказательства его невиновности. Артемьев ссылается также, на нарушение тайны совещания присяжных заседателей, выразившейся в том, что присяжные заседатели взяли с собой в совещательную комнату телефоны сотовой связи и в том, что секретарь судебного заседания находилась в зале, примыкающем к совещательной комнате, а запасной присяжный заседатель уезжала из здания суда на время совещания присяжных заседателей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор в отношении Артемьева подлежащим изменению в части признанного судом рецидива преступлений и назначенного Артемьеву вида исправительного учреждения.

Проверка и анализ обвинительного заключения по делу позволили судебной коллегии прийти к выводу об отсутствии нарушений закона при его составлении. Обвинительное заключение по данному делу составлено в строгом соответствии с законом, утверждено в сроки и в порядке установленном законом, надлежащим прокурором.

Подсудность настоящего дела определена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Данное дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей при наличии к тому законных оснований, а именно, в связи с ходатайством об этом самого осужденного.

При этом из дела видно, что Артемьеву разъяснялись особенности рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей, права обвиняемого в судебном разбирательстве и порядок обжалования судебного решения.

Коллегия присяжных заседателей сформирована с соблюдением положений ст. 328 УПК РФ.

При формировании коллегии присяжных заседателей не было установлено причин, препятствующих исполнению кандидатами в присяжные заседатели обязанностей присяжного заседателя, не усматривается таковых и в дальнейшем, при исполнении ими указанных обязанностей.

Помимо этого, проведенной проверкой установлено, что в течение календарных 2005-2006 годов никто из присяжных заседателей, участвовавших в рассмотрении данного дела, не участвовал в рассмотрении других уголовных дел, а также уголовных дел в отношении Артемьева.

Доводы жалоб о близком знакомстве председательствующего по делу и присяжного заседателя [скрыто] опровергаются данными, содержащимися

в объяснениях указанных лиц, из которых усматривается, что дочь председательствующего по делу судьи действительно посещала детское учреждение, в котором воспитателем работала С I. Однако в силу занятости судьи ребенка отводил в детский сад и забирал из него ее супруг. Председательствующий судья и присяжный заседатель [скрыто] знакомы не были, не общались, обстоятельств, препятствующих их участию в деле, не имеется (т.6 л.д. 15-16).

Как видно из дела, оснований к роспуску коллегии присяжных заседателей, в том числе по мотиву незаконного воздействия на присяжных заседателей со стороны государственного обвинителя, не имелось.

Из протокола судебного заседания усматривается, что государственный обвинитель в ходе судебного разбирательства выполнял, согласно процессуальному положению предусмотренные уголовно-процессуальным законом функции, что нельзя отнести к незаконному воздействию на коллегию присяжных заседателей.

Заявленные стороной защиты отводы государственному обвинителю, председательствующему судье, разрешены в порядке, предусмотренном законом, с приведением убедительных мотивов принятого решения в соответствующих постановлениях.

Опровергаются содержащимися в деле данными утверждения в жалобах о том, что государственный обвинитель и стажер прокуратуры беседовали наедине, при закрытых дверях со старшиной присяжных заседателей об обстоятельствах данного уголовного дела.

Из объяснений государственного обвинителя Буяновского, старшины присяжных заседателей [скрыто], студентки к [скрыто] усматривается, что

старшина присяжных заседателей увидев в зале судебного заседания [скрыто] решил с ней познакомиться и, не зная о том, что она находится в

помещении, отведенном в суде для прокуроров, подошел к ней, в перерыве между судебными заседаниями, чтобы познакомиться, заговорил с ней и еще одной студенткой на отвлеченные темы, не касающиеся рассматриваемого уголовного дела, вошедший в помещение государственный обвинитель произнес несколько фраз, касающихся обсуждаемой темы (содержание приведено в объяснениях). При этом старшина присяжных заседателей стоял на пороге комнаты, дверь которой была открыта.

Приведенные обстоятельства нельзя отнести к незаконному воздействию со стороны обвинения на коллегию присяжных заседателей.

Помимо этого, как видно из протокола судебного заседания, приглашенные в зал судебного заседания присяжные заседатели (после перерывов и удаления из зала для обсуждения процессуальных вопросов) на вопросы председательствующего в каждом случае пояснили, что на них не оказывалось незаконного воздействия, в целях вызвать предубеждение по рассматриваемому делу, сообщить негативную информацию об осужденном.

Из протокола судебного заседания также следует, что всеми присяжными заседателями соблюдались правила поведения, перечисленные председательствующим по делу судьей. Решение коллегия присяжных заседателей принимала самостоятельно, никакого давления со стороны посторонних лиц на присяжных заседателей не оказывалось, никакой личной заинтересованности не было.

Судебное следствие по данному делу проведено в соответствии со ст. ст. 334-335 УПК РФ.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующим судьей и государственным обвинителем не задавалось допрашиваемым лицам вопросов, носящих предположительный характер, содержащих личные комментарии.

Доводы кассационных жалоб о том, что государственный обвинитель способствовал формированию у присяжных заседателей негативного отношения к осужденному, имел место обвинительный уклон со стороны председательствующего, материалами дела не подтверждены и признаются судебной коллегией надуманными.

Из дела видно, что председательствующим судьей создавались необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, принимались все предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон.

В том числе из дела усматривается, что все заявленные сторонами ходатайства разрешены председательствующим судьей в порядке, установленном законом, с приведением мотивов принятого решения в соответствующих постановлениях.

Доводы жалоб об исследовании в присутствии присяжных заседателей недопустимых доказательств, являются необоснованными.

Как видно из дела, в судебном заседании, в присутствии присяжных заседателей исследовались только допустимые доказательства.

Ходатайства стороны защиты об исключении доказательств из числа допустимых и ходатайства сторон процессуального характера были рассмотрены судом в соответствии с требованиями закона, в отсутствии коллегии присяжных заседателей. Доводы стороны защиты (о недопустимости доказательств), как это усматривается из протокола судебного заседания, тщательно проверялись. Суд частично удовлетворил заявленные ходатайства, в другой части оставил их без удовлетворения с приведением в постановлениях убедительных мотивов принятого решения.

Так из материалов дела видно, что 7 июня 2002 года Артемьев заявил прокурору [скрыто] о совершенном им убийстве [скрыто],

обстоятельства которого изложил в явке с повинной (т. 1 л.д. 203). Явка с повинной написана им собственноручно.

При этом положения ст. 51 Конституции РФ о том, что он вправе не свидетельствовать против самого себя, Атремьеву разъяснялись.

В связи с явкой с повинной Артемьева, начальником отделения ОУР [скрыто], с соблюдением требований ст. 111 УПК РСФСР,

составлен протокол явки с повинной от 7 июня 2002 года (т. 1 л.д. 202).

По смыслу закона явка с повинной - это добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, следственным действием не является, присутствия адвоката не требует. Артемьев об участии адвоката ходатайства не заявлял.

Принятие явки с повинной в период административного задержания Артемьева также не нарушает требования уголовно-процессуального закона.

Согласно протоколу следственного эксперимента от 7 июня 2002 года (т. 1 л.д. 209-216), усматривается, что данное следственное действие было проведено следователем, в рамках уголовного дела, находящегося у него в производстве, с соблюдением требований ст. 183 УПК РСФСР, в том числе с участием Артемьева и понятых.

Допрос Артемьева в качестве обвиняемого 18 июня 2002 года (т. 1 л.д. 223-224) также проведен в соответствии с требованиями закона, с участием избранного Артемьевым адвоката, предоставившего ордер (т. 1 л.д. 220).

Утверждения в жалобах о том, что следователь был обязан вынести постановление о допуске к участию в деле данного адвоката, не основано на законе.

Идентичность содержания данного протокола допроса Артемьева с содержанием других протоколов его допроса не может свидетельствовать о нарушении закона при проведении допросов.

Из дела также усматривается, что в ходе предварительного следствия были назначены и проведены ряд судебных экспертиз.

Постановления о назначении указанных экспертиз вынесены следователем в июне-июле 2002 года, а ознакомлен с ними Артемьев 11 и 15 октября 2002 года. Однако данное обстоятельство обоснованно признано судом не дающим основания к признанию перечисленных доказательств недопустимыми, поскольку при ознакомлении с постановлениями о назначении экспертиз, Артемьеву были разъяснены права подозреваемого и обвиняемого, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, в том числе право заявлять отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном учреждении, ходатайствовать о постановке дополнительных вопросов эксперту и другие. Ознакомившись с постановлениями о назначении экспертиз, Артемьев заявил ходатайство только о постановке дополнительного вопроса судебному эксперту, проводившему судебно-медицинскую экспертизу трупа с [скрыто] (т. 1 л.д.

167), которое было разрешено следователем в установленном законом порядке. Ходатайств о постановке дополнительных вопросов другим экспертам Артемьев не заявлял (т. 1 л.д. 133, 146, 152, 158, 190). С экспертными заключениями Атремьев также ознакомлен.

Согласно протоколу обыска (т.1 л.д. 120-123), 5 июня 2002 года в квартире Артемьева, по письменному поручению следователя и с санкции прокурора, сотрудником уголовного розыска [скрыто] ГОВД, был

проведен обыск с участием понятых [скрыто] и [скрыто] и в присутствии

отца осужденного [скрыто]

Судом выяснялись обстоятельства способности [скрыто] в силу

состояния здоровья участвовать в качестве понятой в проведении следственного действия, и не установлено препятствий к этому.

Из показаний [скрыто] на предварительном следствии, медицинских

документов, показаний дочери [скрыто] - свидетеля [скрыто]

усматривается, что П I имеет вторую группу инвалидности по общему заболеванию не связанному с психическим расстройством, на момент проведения следственного действия ее состояние здоровья было удовлетворительным, она могла адекватно реагировать на ситуацию.

С учетом установления с достоверностью обстоятельств применения в ходе обыска специального фонаря, для обнаружения следов крови, а также обстоятельств упаковывания, изъятых в ходе обыска предметов, судом

обоснованно не признано существенным нарушением закона не указание об этом в протоколе обыска.

При таких обстоятельствах суд обоснованно оставил без удовлетворения заявленное стороной защиты ходатайство о признании перечисленных доказательств недопустимыми.

Утеря вещественных доказательств по делу, по мнению судебной коллегии, не повлияла на выводы коллегии присяжных заседателей.

При этом в кассационных жалобах не указывается, каким образом вещественные доказательства по делу (и какие), могли повлиять на мнение присяжных заседателей, подтвердить доводы Артемьева о непричастности к преступлениям.

Из протокола судебного заседания следует, что сторона обвинения, как и сторона защиты в прениях давали исследованным в судебном заседании доказательствам оценку, в соответствии с их процессуальным положением, что не противоречит требованиям закона.

Из протокола судебного заседания также усматривается, что председательствующий судья в соответствии с требованиями закона прерывал участников процесса, в случае, когда ними затрагивались обстоятельства, не подлежащие исследованию в присутствии присяжных заседателей, и разъяснял присяжным заседателям, что они не должны принимать озвученную информацию к сведению.

В том числе, государственный обвинитель, косвенно затронув вопрос, дающий основание сделать вывод о том, что Артемьев ранее был судим, принес извинения, а председательствующий судья сделал соответствующее разъяснение присяжным заседателям.

В напутственном слове, председательствующий судья также напомнил присяжным заседателям о том, что они не должны при вынесении вердикта учитывать доведенные до их сведения обстоятельства, не имеющие отношения к существу рассматриваемого дела, а именно, о порядке ведения предварительного следствия, о доказательствах, которые не были предметом исследования, о личности подсудимого.

То, что председательствующий судья в напутственном слове не привел в присутствии присяжных заседателей дословно все высказывания сторон, нарушающих процедуру рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей, свидетельствует о соблюдении председательствующим требований закона, запрещающего незаконное воздействие на присяжных заседателей.

Нарушений закона при формулировании вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, не допущено.

Вопреки доводам жалоб вопросный лист соответствует требованиям ст. 339 УПК РФ, сформулированные вопросы соответствуют объему предъявленного обвинения и не выходят за его рамки.

Вопросный лист сформулирован председательствующим судьей с учетом предложений сторон.

Замечаний по поводу содержания и формулировки вопросов защита не высказывала.

Напутственное слово председательствующего, текст которого приобщен к материалам дела, соответствует положениям ст. 340 УПК РФ. Содержание напутственного слова не дает оснований для вывода о нарушении председательствующим принципа объективности и беспристрастности. Возражений в связи с содержанием напутственного слова защитой заявлено не было.

В том числе не нарушен председательствующим судьей закон при разъяснении присяжным заседателям юридических терминов.

Председательствующим судьей, как того требует закон, разъяснены присяжным заседателям также правила оценки доказательств.

Вердикт коллегии присяжных заседателей постановлен с соблюдением положений ст. 343 УПК РФ, он является ясным и непротиворечивым.

Приговор постановлен в соответствии с вердиктом.

В том числе председательствующим правильно, в соответствии с обвинительным вердиктом, а также установленными судом обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки, квалифицированы действия осужденного Артемьева.

Доводы кассационных жалоб, связанные с доказанностью обвинения, о том, что «обвинительный вердикт вынесен в отношении невиновного», не могут рассматриваться как кассационный повод, поскольку разрешение вопроса о доказанности обвинения и оценка исследованных судом доказательств, является в силу ст. 334 УПК РФ исключительной компетенцией коллегии присяжных заседателей.

Статьи законов по Делу № 53-О07-88СП

УК РФ Статья 167. Умышленные уничтожение или повреждение имущества
УПК РФ Статья 198. Права подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля при назначении и производстве судебной экспертизы
УПК РФ Статья 328. Формирование коллегии присяжных заседателей
УПК РФ Статья 334. Полномочия судьи и присяжных заседателей
УПК РФ Статья 339. Содержание вопросов присяжным заседателям
УПК РФ Статья 340. Напутственное слово председательствующего
УПК РФ Статья 343. Вынесение вердикта
УК РФ Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Загрузка
Наверх