Дело № 88-О13-8

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 19 июня 2013 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Эрдыниев Эдуард Борисович
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №88-О13-8

от 19 июня 2013 года

 

председательствующего Коваля B.C.

при секретаре Цепалиной Л.И.

с участием переводчика [скрыто] рассмотрела в судебном

заседании кассационные жалобы осужденного Темирова У.У. и адвоката Кулешова СВ. на приговор Томского областного суда от 19 ноября 2012 года, которым

Темиров

^ не судимый,

- осужден к лишению свободы: по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона №73-Ф3 от 21.07.2004 г.) на 10 лет, по п. «в» ч.2 ст.126 УК РФ на 6 лет без ограничения свободы.

На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 12 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Эрдыниева Э.Б., объяснение осужденного Темирова У.У., выступление адвоката Баранова A.A., мнение прокурора Филимоновой СР. об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

Темиров У.У. признан виновным в убийстве лиц по предварительному сговору, а также в похищении угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

Преступления совершены, соответственно, в ночь на 17 июля 2006 года в с. [скрыто] района [скрыто] области и 6 февраля 2012 года в г.

[скрыто] е при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационных жалобах:

- осужденный Темиров У.У. выражает несогласие с приговором, считая, что не доказано наличие у него умысла на убийство потерпевшего и не установлено, что когда он закапывал потерпевшего, он осознавал, что последний еще жив. Также полагает, что не доказана его вина в похищении потерпевшей, которая его не опознала, поскольку дала описание нападавшего, которое не совпадает с описанием его внешности. Просит отменить приговор как незаконный, необоснованный и несправедливый-,

- адвокат Кулешов СВ. в интересах осужденного Темирова У.У. считает, что приговор подлежит изменению. Указывает, что судом не приняты доводы Темирова о выкапывании им ямы, перенесении с [скрыто] и [скрыто] в яму потерпевшего и его закапывании под физическим и психологическим воздействием со стороны [скрыто] при этом ссылается на показания Темирова, свидетелей [скрыто] заключение судебно-медицинской экспертизы в отношении Темирова, в связи с чем полагает, что данное воздействие должно быть учтено в качестве смягчающего обстоятельства, а наказание, назначенное по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ, подлежит снижению с применением ст. 64 УК РФ с учетом смягчающих обстоятельств. Также считает, что Темиров подлежит оправданию по п. «в»

ч.2 ст. 126 УК РФ, полагая, что потерпевшая К при опознании

Темирова как лица ее похитившего, могла ошибиться, при этом ссылаясь на показания свидетелей [скрыто] АЩ [скрыто]

[скрыто], [скрыто] показания самого осужденного Темирова, которым

адвокатом дается своя собственная оценка, полагает, что Темиров У.У. в период с 6 по 9 февраля 2012 года находился в с^^^^^Н совершить преступление в отношении потерпевшей К

и не мог

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Логвин О.В. считает доводы жалоб необоснованными и просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит, что выводы суда о виновности Темирова У.У. в совершении преступлений, при установленных судом обстоятельствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются

совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства.

Доводы Темирова У.У. о том, что выкопать яму, куда затем закопать

его заставил [скрыто] что потерпевший был мертв, когда его положили в яму, судом обоснованно признаны несостоятельными, как опровергающиеся исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, из показаний свидетеля [скрыто] данных им на

предварительном следствии и в судебном заседании, следует, что в ходе распития спиртного, на почве того, что [скрыто] избил узбеков, [скрыто]

нанес сильный удар [скрыто] кулаком правой руки по левой скуле, от чего

последний упал на спину, на землю и не вставал, но при этом дышал, это видели все. После этого [скрыто] сказал, что так дело не закончится, что [скрыто] побежит в деревню за парнями и им придет конец, и предложил им

закопать [скрыто] в землю, а всем сказать, что он ушел. Темиров и

[скрыто] с ним согласились, и [скрыто] сказал Темирову взять лопату и

идти копать яму для К ' I и показал в сторону леса. Темиров, взяв лопату, ушел в указанном [скрыто] направлении. Он видел, что в отдалении

Темиров стал копать яму. К этом времени [скрыто] I стал приходить в сознание и слегка двигать руками. Когда пришел Темиров, [скрыто] I с

Темировым взяли [скрыто] за руки, Iза ноги, и они понесли его

к яме. В это время [скрыто] был жив, так как пошевеливался, дышал, это

было видно всем. Он видел, что они втроем положили К в яму и

Темиров стал лопатой подваливать туда землю, после этого он зашел в вагончик. Минут через 10 они вернулись, кто-то сказал, что они закопали его, и в [скрыто] сказал, что теперь они должны молчать, иначе всем сидеть, а кто

будет говорить, тот ляжет рядом с КИ _ Ш Затем В ¦ ходил к месту, где они закопали его, и вернувшись, сказал, что земля вроде шевелилась и тогда он ее утрамбовал лопатой. Темирова копать яму никто не заставлял, также ему никто ничем не угрожал.

Свои показания [скрыто] подтвердил в ходе проверки показаний на месте, а также на очных ставках с осужденными. Кроме того,

подтвердил свои показания и в судебном заседании, пояснив, что Темирова никто не заставлял копать яму, он все делал добровольно и все трое закапывали яму.

Из показаний свидетеля [скрыто] данных в судебном

заседании, следует, что когда они втроем, то есть он, Темиров, [скрыто] перенесли [скрыто] в яму, то последний был живой, так как дышал.

Из протокола осмотра места происшествия от 13.09.2007 г. следует, что в месте, указанном [скрыто] в результате раскопок земли,

обнаружен труп [скрыто] лежащий лицом вниз, рот открыт, язык за

линией зубов, в полости рта влажная земля.

Из заключений первоначальной и дополнительной судебно-медицинских экспертиз следует, что смерть [скрыто] могла наступить 17.07.2006 г. в результате закрытия ротовой полости и отверстий рыхлым грунтом. Каких-либо повреждений мягких тканей и костей головы, грудной клетки не обнаружено, язык прикушен между зубами. С учетом показаний врача [скрыто] на 17.07.2006 г. у [скрыто] не было выявлено каких-либо заболеваний, которые могли бы привести к его смерти.

Из показаний эксперта [скрыто] следует, что от удара

кулаком в голову потерпевший [скрыто] мог получить сотрясение

головного мозга, что и вызвало у него потерю сознания. Длительность промежутка потери сознания зависит от тяжести черепно-мозговой травмы, полученной потерпевшим. В данном случае длительность промежутка потери сознания [скрыто] (20 минут) могла быть

обусловлена как тяжестью самой полученной травмы, так и наличием алкогольного опьянения, на фоне которого эта травма была получена. В период потери сознания признаки жизни проявляются в дыхании, и, следовательно, в движениях грудной клетки, сердцебиении, наличии пульса. Когда человек приходит в себя и его сознание восстанавливается, двигательная активность как правило восстанавливается постепенно, в течение некоторого промежутка — появляются сначала незначительные движения в конечностях, в пальцах рук, затем объем движений увеличивается, человек может приподняться, сесть, что соответствует предъявленным ему показаниям

свидетеля ПИ I. Из протокола осмотра места происшествия и приложенных к нему фототаблиц, иллюстрирующих положение трупа на момент его обнаружения, видно, что руки потерпевшего были отведены вверх, а предплечья и кисти касаются головы в лицевой части. Такая поза нехарактерна для положения тела человека при сбрасывании его в яму как в бессознательном состоянии, так и в качестве трупа. Такое положение рук могло быть либо при искусственном их укладывании посторонним лицом после сбрасывания тела, либо достигнуто самим потерпевшим, если таковой был жив в момент захоронения и пытался таким образом освободить органы дыхания.

Кроме того, показания самого Темирова, а также других соучастников [скрыто] и [скрыто] относительно вышеуказанных

доводов Темирова являются противоречивыми и непоследовательными.

Так, показания о том, что [скрыто] заставил его закапывать потерпевшего, ударив его палкой, Темировым были даны только в судебном заседании и только после допроса [скрыто] давшего такие

показания. Однако на предварительном следствии Темиров об этом не пояснял, а пояснял лишь о том, что [скрыто] высказал угрозу разрубить

его топором, хотя в суде Темиров пояснил, что [скрыто] угрожал ему тем, что закопает вместе с потерпевшим.

Между тем, В Щ в суде отрицал угрозы убийством в адрес Темирова, а пояснил, что только ударил Темирова «символически, для острастки» палкой, когда тот оказывался закапывать потерпевшего.

В то же время [скрыто] в суде пояснил, что [скрыто] ударил

Темирова палкой, когда тот отказался идти копать яму, а не при

закапывании потерпевшего, при этом [скрыто] не смог пояснить,

куда и чем [скрыто] ударил Темирова и угрожал ли [скрыто] Темирову. А

на предварительном следствии [скрыто] вообще не пояснял, что

[скрыто] наносил удары Темирову или иным способом принуждал его копать яму.

Не установлены данные обстоятельства и приговором Томского областного суда от 27 октября 2008 года, постановленного в отношении

[скрыто] и [скрыто], которым они осуждены за убийство

[скрыто], то есть из их показаний следует, что [скрыто] не принуждал

Темирова к совершению действий, направленных па захоронение

Также являются противоречивыми показания Темирова, данные им в качестве подозреваемого, обвиняемого, в судебном заседании, об обстоятельствах закапывания [скрыто] Данные противоречия судом

подробно приведены в приговоре.

Таким образом, оценив исследованные по делу доказательства, суд обоснованно дал критическую оценку показаниям Темирова, [скрыто], [скрыто] о совершении Темировым действий,

направленных на лишение жизни потерпевшего под принуждением со стороны [скрыто] а также доводам Темирова о том, что потерпевший

был мертв, когда его положили в яму и закопали, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Вместе с тем, суд обоснованно принял за основу приговора показания Темирова, данные на предварительном следствии и в суде в той части, где он признает, что видел и понимал, что [скрыто] был жив,

когда его закапывали он, [скрыто] и [скрыто] поскольку эти показания

согласуются с другими исследованными по делу доказательствами, то есть вышеприведенными показаниями свидетеля [скрыто] который

последовательно утверждал, что когда [скрыто] и Темиров

понесли [скрыто] к яме, то последний явно для окружающих проявлял

признаки жизни, и закапывали его все трое живым; с показаниями [скрыто] который в судебном заседании также утверждал, что

закапывали потерпевшего живым, что объективно подтверждается и выводами судебно-медицинских экспертиз, из которых следует, что смерть [скрыто] I наступила в результате закрытия ротовой полости и отверстий

носа рыхлым грунтом, при этом язык им был прикушен между зубами; данными протокола осмотра места происшествия и показаниями эксперта [скрыто] о том, что поза К " I зафиксированная при его обнаружении в земле, нехарактерна для положения тела человека при сбрасывании его в яму как в бессознательном состоянии, так и в качестве трупа, что такое положение рук могло быть либо при искусственном их укладывании посторонним лицом после сбрасывания тела, либо достигнуто самим потерпевшим, если таковой был жив в момент захоронения и пытался таким образом освободить органы дыхания.

Таким образом, действия Темирова У.У., которые выразились в том, что по договоренности с [скрыто] и [скрыто] они втроем перенесли

[скрыто], находившегося в бессознательном состоянии, с места конфликта

к яме, выкопанной Темировым, и бросили его туда, после чего засыпали его землей, что повлекло смерть [скрыто] от удушья, свидетельствуют о

наличии у Темирова умысла на лишение жизни потерпевшего.

Юридическая оценка действиям Темирова У.У. по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ судом дана правильно.

Обоснованными являются и выводы суда о виновности Темирова У.У. в похищении [скрыто] которые подтверждаются совокупностью

исследованных по делу доказательств.

Так, из показаний потерпевшей [скрыто] следует, что когда

она на трассе около 15 часов 6 февраля 2012 г. села в микроавтобус, идущий в г. [скрыто], там находились незнакомые ей Темиров У.У. и водитель. Затем Темиров спросил о том, откуда она, на что она ответила, что в с. [скрыто] она переехала два года назад. Во время разговора Темиров рассказал, что шесть лет назад они в с. [скрыто] «одного чувачка замочили, потом

Статьи законов по Делу № 88-О13-8

УК РФ Статья 105. Убийство
УК РФ Статья 126. Похищение человека
УК РФ Статья 64. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление
УК РФ Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Загрузка
Наверх