Типовые договорыТиповые договоры





Дело № 44-АПУ13-46

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 5 декабря 2013 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция
Категория Уголовные дела
Докладчик Земсков Евгений Юрьевич
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 44-АПУ13-46

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 5 декабря 2013 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующегоКоваля ВС,
судейЗемсковаЕЮ., Колышницына А.С.
при секретареЦепалиной Л.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Иванова М.А., Нестерова Д.Ю., Калашникова СО., Кашина С.Н., адвокатов Пахомова О.В., Попова ЕС, Горошенкиной Г.М., Федоровцева В.Н. на приговор Пермского краевого суда от 1 августа 2013 года, по которому Иванов М А судимый: 3 июня 2011 года по ч.1 ст.306 УК РФ к штрафу в размере 10 000 рублей (приговор исполнен 5 июля 2012 года), осужден по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 15 лет в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года; Калашников С О , несудимый, осужден по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 14 лет 6 месяцев в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года; Нестеров Д Ю несудимый, осужден по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 15 лет в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года; Кашин С Н , , судимый: 6 апреля 2010 года по ч.1 ст. 166 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей; 25 октября 2011 года по пп. «а», «б» ч.2 ст. 158 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, условно с испытательным сроком в 1 год; приговор от 6 апреля 2010 года исполняется самостоятельно; 7 августа 2012 года (с учётом определения суда кассационной инстанции от 2 октября 2012 года) по п. «г» ч.2 ст. 161, 70 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы; приговор от 6 апреля 2010 года исполняется самостоятельно, осужден по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 15 лет с ограничением свободы на 2 года; на основании ч.5 ст. 69 УК РФ окончательно назначено Кашину по совокупности преступлений наказание в виде лишения свободы на 17 лет в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года; в соответствии с ч.2 ст.71 УК РФ приговор от 6 апреля 2010 года в отношении Кашина С.Н. постановлено исполнять самостоятельно; на основании ст. 53 УК РФ осужденным Иванову, Нестерову, Калашникову и Кашину установлены ограничения, указанные в приговоре.

Заслушав доклад судьи Земскова Е.Ю., выступление осужденных Иванова М.А., Калашникова СО., Нестерова Д.Ю., Кашина С.Н., адвокатов Килина Л.М., Баранова А.А., Шаповаловой Н.Ю., Анпилоговой Р.Н. в поддержание доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Саночкиной Е.А. об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционных жалоб,

установила:

Иванов, Калашников, Нестеров и Кашин признаны виновными в убийстве М , то есть в умышленном причинении смерти другому человеку, группой лиц, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Преступление совершено 9 марта 2012 года в вечернее время в пос.

района После ознакомления с протоколом судебного заседания осужденные Иванов и Калашников подали на него замечания, которые частично удостоверены постановлением Пермского краевого суда от 9 сентября 2013 года.

В апелляционных жалобах на приговор: осужденный Нестеров оспаривает выводы суда о наличии у него умысла на убийство М удары последнему он наносил без намерения лишить жизни за неправомерные действия М просит переквалифицировать его действия на ч.4 ст. 111 УК РФ, по которой назначить наказание с применением ст. 64 УК РФ, ссылаясь на наличие у него бронхиальной астмы, на отсутствие у его жены и малолетнего ребенка других родственников, которые бы могли оказать им материальную поддержку; адвокат Горошенкина считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, утверждает, что умысел Нестерова был направлен не на лишение жизни, а на причинение телесных повреждений, о чем свидетельствует просьба Нестерова к прохожим вызвать скорую помощь; полагает, что нанесение им ударов ногами по голове М в помещении «такси» выводы суда об умысле на убийство не подтверждают и согласуются с признанием вины в преступлении, предусмотренном ч.4 ст. 111 УК РФ; при оценке доказательств, являющихся противоречивыми, суд не указал мотивы, по которым отдал предпочтение одним доказательствам перед другими, в своих выводах суд не учел требования презумпции невиновности, сомнения в виновности Нестерова истолковал не в его пользу, сделал ошибочный вывод о правомерности действий М в отношении Нестерова, при назначении наказания учел не все смягчающие обстоятельства, в том числе неправомерные действия М начавшего драку первым, просит переквалифицировать действия осужденного Нестерова на ч.4 ст. 111 УК РФ, назначив наказание с применением ст.64 УК РФ; осужденный Кашин считает необоснованными выводы суда о его виновности; ссылается на оговор со стороны Иванова, Калашникова, Нестерова, показания которых являются противоречивыми; усматривает противоречия в показаниях Нестерова, который пострадал от действий М и при этом ограничился лишь нанесением двух ударов битой по ногам; ссылается на противоречия в показаниях Нестерова, которые тот давал на разных этапах предварительного расследования; не упоминая о Кашине как участнике преступления до своего заключения под стражу; анализируя показания Иванова, считает их недостоверными, излагает причины, по которым не следует доверять показаниям свидетелей К Т , Ш , А в доказательство своей непричастности к преступлению ссылается на обнаружение лишь трех видов следов обуви на месте происшествия около магазина « »; полагает необоснованным отказ суда в назначении трасологической экспертизы по следам обуви; не согласен с оценкой судом показаний Р , как не подтверждающих его алиби; очевидцы преступления Д М , К З Г не смогли подтвердить, что он выводил М из помещения такси; просит о вынесении в отношении него оправдательного приговора; адвокат Попов утверждает, что Кашин стал жертвой оговора со стороны Иванова, Калашникова, Нестерова, а также их родственников и близких друзей, не согласен с оценкой доказательств, которая дана судом, в том числе доказательств, подтверждающих алиби осужденного на момент избиения М около магазина « »; приводит собственный анализ доказательств, на основании которого считает неустановленной причастность Кашина к совершенному преступлению; у его подзащитного не было причин для избиения М в отличие от Нестерова, Иванова и Калашникова; полагает, что мотив Кашина для убийства М не установлен; приводит сведения о содержании видеозаписи драки в помещении такси, утверждает, что Кашин не участвовал в избиении М , а защищал его; после приезда сотрудников полиции Кашин уехал на автомобиле вместе с Х и в избиении М около магазина « » участия не принимал; ссылается при этом на показания свидетелей Т К , Г согласно которым М избивали трое лиц, протокол осмотра места происшествия об обнаружении следов обуви трех лиц; на отсутствие свидетелей, помимо заинтересованных в деле Ф а и Ш , которые бы видели, как Кашин уводил М в сторону магазина « »; на противоречия их показаний показаниям других свидетелей, не видевших автомобиля Ф ; на причину оговора Кашина, которой является участие последнего в защите М в помещении такси; на отсутствие свидетелей, которые бы видели Кашина уходящим от магазина « », после того как Нестеров, Калашников, Иванов уехали на автомобиле последнего; ссылается на необоснованность отказа стороне защиты в удовлетворении ходатайств; просит вынести в отношении Кашина оправдательный приговор (т. 14 л.д. 51-62); осужденный Иванов не отрицает, что наносил удары М в помещении такси, но удары по лицу не достигли цели, объясняет свое участие в нанесение телесных повреждений М тем, что тот вступился за Нестерова, которому М причинил повреждения на лице; ссылается на отсутствие у него умысла на причинение смерти М излагает обстоятельства дела и приводит анализ доказательств, которые, по его мнению, опровергают выводы суда о его виновности в убийстве; суд в своих выводах не учел, что Нестеров принял меры к оказанию медицинской помощи потерпевшему, что его смерть наступила не на месте происшествия, а спустя 6 дней в больнице; считает неправильной квалификацию его действий; не согласен с судебной оценкой доказательств по делу; утверждает, что показания свидетелей З К , Х , Т , Ф в период предварительного следствия были получены с нарушением норм уголовно-процессуального закона, поскольку свидетелям демонстрировалась видеозапись драки в помещении такси и показывались фотографии подозреваемых, задавались наводящие вопросы, сообщенные сведения записывались избирательно; показания свидетелей К считает недостоверными, поскольку они не могли видеть обстоятельств нанесения повреждений М вследствие плохой освещенности места происшествия около магазина « »; приводит предположения о возможном давлении, которое могло быть оказано на сестер К через Ф ; утверждает, что показания свидетелей Ш и С об услышанном со слов К являются недостоверными; кроме его показаний и показаний Нестерова с Калашниковым других достоверных доказательств по делу нет; утверждает, что удары битой наносились Кашиным и неустановленным лицом; при этом использовалась бита, которую те принесли с собой; ссылается на некачественную медицинскую помощь, оказанную М ; просит о переквалификации его действий на иную статью УК РФ (т. 15 л.д. 2-10); адвокат Пахомов считает выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, основанными на предположениях; сомнения в виновности Иванова суд истолковал не в его пользу; умысел Иванова на лишение жизни М считает недоказанным; оспаривает причинную связь между действиями осужденного и смертью М ссылаясь на заключение судебно-медицинской экспертизы и отсутствие доказательств нанесения Ивановым ударов в голову М на некачественное оказание М медицинской помощи, на сомнительность показаний эксперта С который не имеет опыта врачебной работы, в том числе в области нейрохирургии, на необоснованный отказ суда в вызове для допроса заведующего нейрохирургическим отделением ГКБ № г. ; не согласен с судебной оценкой показаний свидетелей защиты И , П , П , К Ш об отсутствии умысла на убийство, по мнению защитника, свидетельствует поведение Иванова после совершения преступления, который с места происшествия уехал раньше Кашина и неустановленного лица, от следствия не скрывался, добровольно явился в правоохранительные органы и сделал сообщение о совершенном преступлении; на основании результатов проведенного им эксперимента утверждает, что свидетели К , К , Т не могли видеть обстоятельств, о которых дали показания; при этом считает необоснованным и незаконным отказ суда 1 инстанции в ходатайстве о признании вещественным доказательством и приобщении к делу СО-диска с видеозаписью указанного эксперимента, проведенного им 9 марта 2013 года с 21.05 до 22 часов в поселке с целью установления условий видимости и возможности для указанных свидетелей видеть действия осужденных, о которых они дали показания; показания свидетелей Ф , П , Ш , Л по обстоятельствам видеосъемки, в которой они участвовали, объективной оценки суда не получили; просит суд апелляционной инстанции об удовлетворении данного ходатайства; ссылается также на необоснованность отказа в проведении судом следственного эксперимента; показания свидетелей К Г Ш К Д и др. считает полученными с нарушением порядка проведения допроса; приводит предположения о возможном давлении, которое могло быть оказано на сестер К при назначении наказания суд не учел в полной мере данные о личности осужденного и смягчающие обстоятельства, менее активную роль Иванова; просит переквалифицировать действия Иванова на ст. 116 УК РФ либо направить дело на новое рассмотрение в суд 1 инстанции (т. 14 л.д. 71-75); адвокат Федоровцев оспаривает вывод суда о наличии у Калашникова умысла на причинение смерти М показания Калашникова, Нестерова, Иванова выводы суда в этой части не подтверждают; Калашников, по мнению защитника, не совершал действий, свидетельствующих о его умысле на лишение жизни М не согласен с выводом суда о правомерности действий М , который первым начал драку, ударив Калашникова; обращает внимание на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, на противоречия в свидетельских показаниях, положенных в основу приговора; на ошибочную в целом оценку показаний свидетелей и других доказательств обвинения, которые противоречат доказательствам защиты и друг другу, не подтверждая выводы суда; приводит собственный анализ доказательств применительно к каждому из трех эпизодов преступления; на его основании утверждает, что после причинения ранения Нестерову, М избивали иные лица, присутствовавшие на площади перед автовокзалом, а не только осужденные; избиение М в помещении такси осужденными, включая Калашникова, по мнению адвоката, не свидетельствует о наличии у него умысла на убийство; согласно видеозаписи Калашников сначала удерживал Нестерова и Иванова и стал проявлять агрессию лишь после того, как М взял в руки нож, что не согласуется с выводом о его умысле на убийство; при этом удары ногами наносил не по голове Меркулова, а по другим частям тела; в избиении М около магазина « » участие Калашникова вообще не установлено, и доказательства по делу данный вывод суда не подтверждают; очевидцы преступления не конкретизировали, кто из осужденных и какие действия совершил; просит о вынесении в отношении Калашникова оправдательного приговора (т. 14 л.д.82-90); осужденный Калашников считает приговор основанным на предположениях, ссылается на отсутствие у него умысла на причинение смерти М излагает обстоятельства дела и приводит анализ доказательств, применительно к каждому из трех эпизодов преступления, на основании которого оспаривает выводы суда о его виновности; на улице перед автовокзалом потерпевшего не бил, в помещении такси оттаскивал от М Иванова и Нестерова, пока М не достал нож; в этот момент ударил его три раза по руке, а также ногой в область таза и ног; перед магазином « » удары битой наносили Кашин и неустановленное лицо; здесь ударов Меркулову он не наносил; не предполагал наступление смерти М так как Нестеров сообщил, что попросил прохожих вызвать скорую помощь; оспаривает также причинную связь с наступлением смерти, поскольку она последовала не на месте происшествия, а спустя 5 дней в больнице; высказывает предположение о ненадлежаще оказанной медицинской помощи; считает необъективным судебное разбирательство, поскольку судом взяты за основу лишь доказательства, полученные в период предварительного следствия, с оценкой которых не согласен; ссылается на нарушение норм УПК РФ; доводы о признании недопустимым протокола проверки показаний на месте не были рассмотрены судом; приводит основания, по которым считает данное доказательство недопустимым; показания свидетелей в период предварительного следствия были получены с нарушением норм уголовно-процессуального закона, поскольку им демонстрировалась видеозапись драки в помещении такси и показывались фотографии подозреваемых, задавались наводящие вопросы, сообщенные сведения записывались избирательно; критикует показания эксперта С , которые даны по вопросам, выходящим за пределы его компетенции; свидетели К являются, по его мнению, заинтересованными свидетелями, а их показания противоречат показаниям свидетеля Т считает, что его вина в причинении М телесных повреждений, которые повлекли его смерть, не доказана; просит о вынесении оправдательного приговора (т. 15 л.д. 16-23), в апелляционных жалобах на постановление о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания: осужденный Калашников ссылается на отсутствие в деле аудиозаписи судебного разбирательства, которая фактически осуществлялась секретарем судебного заседания; указывает, что в протоколе неполно отражены существенные моменты судебного разбирательства; при рассмотрении его замечаний он в судебное заседание не вызывался, хотя мог предоставить точные записи допроса всех свидетелей, которые вел самостоятельно; замечания рассматривались при участии другого секретаря судебного заседания, что, по его мнению, повлияло на результат их рассмотрения; осужденный Иванов не согласен с постановлением в той части, в которой были отклонены его замечания; утверждает, что все его замечания правильные, так как он вел стенограмму судебного заседания; некоторые его замечания аналогичны замечаниям Калашникова; в протоколе от 28.08.2013 года вопросы защитника Федоровцева и ответы свидетеля Д полностью не соответствуют сказанному ими в судебном заседании; в протоколе судебного заседания от 12 марта 2013 года вопросы свидетелям и их показания искажены либо не отражены в протоколе, что, по его мнению, повлияло на выводы суда при постановлении приговора; по делу поступили возражения на апелляционные жалобы от государственного обвинителя Леус и потерпевшего М в которых они просят приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Постановление о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания является судебным актом неотделимым от приговора, поэтому доводы апелляционных жалоб на данное постановление Судебная коллегия рассматривает как часть доводов осужденных о несогласии с приговором.

Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб на указанное постановление не усматривается.

Замечания правильно рассмотрены председательствующим в соответствии с требованиями ст.260 УПК РФ. Процедура рассмотрения замечаний соблюдена. Вызов лиц, подавших замечания осуществляется по усмотрению председательствующего в необходимых случаях для уточнения их содержания (ч.2 ст.260 УПК РФ).

Об объективном рассмотрении замечаний свидетельствует их частичное удостоверение.

Сопоставление замечаний с содержанием протокола судебного заседания не свидетельствует о необоснованном отклонении замечаний председательствующим.

Доводы апелляционных жалоб в отношении постановления не свидетельствуют о необоснованности постановленного приговора.

Процедура судебного разбирательства судом была соблюдена, что нашло отражение в протоколе судебного заседания.

Суд, сохраняя беспристрастность, обеспечил проведение судебного разбирательства, всестороннее и полное исследование обстоятельств дела на основе принципов состязательности сторон, их равноправия перед судом, создав необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно- процессуального закона к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствие со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку, с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ вопросы, имеющие отношение к настоящему делу.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст.273-291 УПК РФ. Все представленные суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке. Несогласие осужденного с решениями суда по ходатайствам не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, влекущем отмену приговора. Обоснованность принятых судом решений подтверждается уголовно - процессуальными основаниями, которые усматриваются в материалах дела.

Нарушений УПК РФ, влекущих отмену приговора, Судебная коллегия не усматривает.

Приговор постановлен на основании доказательств, свидетельствующих о виновности осужденных в умышленном убийстве Меркулова.

Судом проанализированы показания осужденных и свидетелей как в судебном заседании, так и в период предварительного следствия, другие доказательства, им дана всесторонняя оценка с приведением мотивов, по которым признаны достоверными одни доказательства и отвергнуты другие.

По выводам суда свидетели наблюдали разные эпизоды избиения М (около автовокзала, в помещении такси, около магазина « »). При этом восприятие свидетелей отличалось по его непрерывности, продолжительности и целостности, осуществлялось в условиях динамичного события и большого числа людей, что суд отметил в приговоре. Было также разным отношение свидетелей к исследуемому событию и обусловленное этим субъективное значение воспринимаемой информации для каждого из свидетелей. В судебном следствии выяснялись причины изменения показаний, в том числе влияние времени, истекшего с момента восприятия, на степень достоверности воспроизводимой информации на момент допросов с учетом пояснений самих свидетелей об указанном влиянии и точности тех или иных показаний; показания оценивались с учетом всей совокупности факторов, влияющих на их достоверность.

Вопреки доводам жалоб оценка доказательств соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, а несогласие с ней осужденных и защитников основанием для отмены приговора не является.

Судом сделаны правильные выводы, что осужденные Иванов, Нестеров и Калашников вместе прибыли к автовокзалу п. для разрешения конфликта, возникшего в связи с исполнением их заказа службой доставки блюд японской кухни « ». В разговор владельца службы доставки Д с Ивановым, Нестеровым и Калашниковым, содержащий взаимные претензии, был вовлечен сотрудник службы доставки - повар М обвиненный осужденными в том, что не положил соевый соус. Указанный конфликт перерос в драку между ним и осужденными, в ходе которой М отверткой причинил повреждения Нестерову в области лица. Как установлено судом М был избит осужденными около автовокзала и в помещении для водителей такси, а затем возле магазина », где к нанесению повреждений М присоединились также Кашин и неустановленное лицо в камуфляжной одежде.

Выводы суда об избиении М около автовокзала и в помещении для водителей такси Ивановым, Нестеровым и Калашниковым подтверждаются показаниями многочисленных свидетелей Б Д , К З , М Г Л , П Ф , Х и Х присутствовавших при указанном событии, видеозаписью драки в помещении такси.

Незначительные отличия в показаниях свидетелей относительно отдельных деталей происшедшего объясняются указанными особенностями восприятия, которые отражены в показаниях свидетелей. Эти отличия не являются существенными противоречиями, не касаются обстоятельств, имеющих значение для вывода о виновности осужденных.

Установленные судом обстоятельства дела подтверждаются также показаниями осужденных Иванова, Нестерова, Калашникова о действиях друг друга перед автовокзалом и в помещении такси, в которых также нет существенных противоречий. Иванов, Калашников и Нестеров признали нанесение ударов М в помещении такси, а Иванов и Нестеров также перед автовокзалом. При этом Калашников и Иванов отрицали причинение телесных повреждений, которые причинили смерть М в то время как Нестеров последнее обстоятельство не оспаривал.

Из показаний вышеуказанных свидетелей и осужденных не следует, что около автовокзала и в помещении такси М избивал еще кто- либо кроме Иванова, Нестерова и Калашникова.

Показания Д и М не свидетельствуют об обратном. Д показал, что в момент когда около автовокзала М стали пинать, он не смог конкретизировать, кто наносил удары, кроме Иванова, так как все были одеты примерно одинаково и было темно.

М из осужденных знал Иванова, поэтому его показания о нескольких лицах, избивавших М около автовокзала, не противоречат показаниям других свидетелей. В частности свидетель Б , который на следствии также давал показания о нескольких лицах, избивавших М показал суду, что никто кроме Иванова, Калашникова и Нестерова в ссоре с М участия не принимал.

Показания вышеназванных свидетелей суд обоснованно признал достоверными, поскольку они соответствуют друг другу, подтверждая одни и те же обстоятельства, при отсутствии оснований сомневаться в их объективности. Является также правильным вывод суда об их допустимости, поскольку они получены с соблюдением порядка, предусмотренного уголовно-процессуальным законом. Доводы о том, что свидетелям задавались наводящие вопросы, сведения записывались избирательно, являются необоснованными, показания свидетелей на следствии проверялись и оценивались судом, причины несоответствий выяснялись. Доводы о том, что в ходе допросов свидетелям демонстрировалась видеозапись вместе с фотографиями, не свидетельствуют о нарушении уголовно-процессуального закона, повлиявшего на установление фактических обстоятельств дела.

Указанные доказательства, содержащие визуальную информацию, предъявлялись после изложения свидетелями известных им обстоятельств дела для уточнения их показаний. Утверждения о каких-либо фактических ошибках, допущенных в ходе допросов, недостоверности полученных показаний, вышеуказанные доводы не содержат, в связи с чем оснований для отмены приговора по данным доводам не усматривается.

Выводы суда об избиении М около магазина « » осужденными Ивановым, Калашниковым и Нестеровым, к которым присоединились Кашин и неустановленное следствием лицо, также подтверждаются совокупностью доказательств.

Из явки с повинной осужденного Иванова, его показаний на предварительном следствии, показаний Калашникова при проверке показаний на месте следует, что около магазина М избивали впятером - Иванов, Калашников, Нестеров, а также Кашин и неустановленное лицо в камуфляжном костюме.

Из показаний осужденных Иванова, Калашникова и Нестерова в судебном заседании, показаний Нестерова на следствии вытекает, что возле магазина М били втроем - Нестеров, Кашин и неустановленное лицо, которые привели потерпевшего; Иванов с Калашниковым при этом присутствовали, но участия в избиении не принимали, подъехали вдвоем на автомобиле к магазину, где уже шло избиение М а затем уехали.

В отношении Кашина осужденные Иванов и Калашников давали последовательные показания о его участии в избиении потерпевшего около магазина. Нестеров в первоначальных показаниях на следствии данное обстоятельство скрыл, но затем изменил свои показания на следствии и придерживался их в суде, приведя приемлемое объяснение причин такой позиции.

В обоснование непричастности Иванова и Калашникова к избиению М около магазина « » осужденные ссылались на показания свидетелей И , П П К , Ш на нарушение уголовно-процессуального закона при получении показаний осужденных на предварительном следствии и оформлении явок с повинной.

Осужденный Кашин вину в причастности к преступлению не признал, заявил, что около магазина « » не был, в избиении М участия не принимал, осужденные Иванов, Нестеров и Калашников его оговорили с целью уменьшения степени своей вины за содеянное.

Суд, оценивая показания осужденных Нестерова, Иванова и Калашникова о непричастности Иванова и Калашникова к избиению М около магазина, показания свидетелей И , П П , К , Ш пришел к обоснованному выводу, что они противоречат явке с повинной Иванова, показаниям Иванова и Калашникова на предварительном следствии о совершенных ими действиях около магазина, которые, вопреки доводам жалоб, получены в присутствии защитников, зафиксированы в протоколах, содержащих подписи осужденных и удостоверяющие записи о правильности отражения показаний, то есть, в условиях, исключающих постороннее воздействие на допрашиваемых и с соблюдением процедур, гарантирующих правильность фиксации показаний.

В связи с этим суд обоснованно не усмотрел оснований считать недопустимыми доказательствами явки с повинной и показания осужденных в период досудебного производства, в том числе протокол проверки показаний Калашникова, и признал их более достоверными, чем показания осужденных в суде, поскольку они подтверждаются показаниями свидетелей К , Т , К , видевших указный эпизод преступления, и другими доказательствами, связанными с этим эпизодом.

Суд при этом дал правильную оценку показаниям свидетелей И П , П К Ш , которые не являлись очевидцами преступления и получили сведения об обстоятельствах дела непосредственно от осужденного Иванова, который был заинтересован в преуменьшении своей роли в совершении преступления.

Показания Кашина о его непричастности и об оговоре со стороны остальных осужденных, показания Иванова, Калашникова, Нестерова на предварительном следствии и в суде о действиях Кашина получили правильную оценку в приговоре, поскольку вывод о виновности Кашина помимо показаний осужденных подтверждается совокупностью доказательств по делу.

Так по показаниям свидетеля К на предварительном следствии (оглашены в связи со смертью свидетеля), около магазина « М били три человека, которые пришли пешком и привели с собой потерпевшего. Затем к этому месту подъехал автомобиль цвета, соответствующий по описанию автомобилю Иванова. Вышедший из автомобиля водитель предметом похожим на бейсбольную биту, которую он взял в багажнике автомобиля, нанес не менее пяти ударов по голове потерпевшего, в то время как остальные продолжали избивать его ногами по телу и голове. Слышала, как парню, которого назвали «Д », предложили нанести удары, после чего один из избивавших, мужчина коренастого телосложения, нанес потерпевшему пять-десять ударов битой.

Из показаний свидетеля К в суде следует, что вместе с сестрой наблюдала вышеуказанное событие, но отлучалась для вызова скорой помощи. Видела, как потерпевшего избивали сначала трое лиц, которые его привели, а затем к ним присоединились один или два человека, приехавшие на автомобиле. Водитель достал из багажника биту и передал ее одному из соучастников, который нанес несколько ударов, большей частью по голове. Согласно ее показаниям на следствии в избиении участвовало 5 человек, два из которых приехали на автомобиле. В суде К эти показания подтвердила и объяснила, что обстоятельства преступления лучше помнила при допросе у следователя.

Свидетель Т при допросе в судебном заседании заявил, что плохо помнит обстоятельства преступления и не помнит, какие показания давал следователю, подтвердив свою подпись в протоколе допроса и присутствие при получении показаний его законного представителя.

В связи с этим суд признал достоверными и положил в основу приговора его показания на предварительном следствии, оглашенные по основаниям, предусмотренным ч.З ст.281 УПК РФ, согласно которым потерпевшего сначала избивали не менее трех человек, а затем к ним подошли еще двое приехавших на автомашине. Всего около потерпевшего находились не менее пяти человек, и в это время его продолжали избивать.

Видел, как один из парней нанес удары палкой, затем часть парней уехала на автомашине (т.5 л.д. 44).

Из показаний свидетеля К следует, что событие, о котором на следствии давал показания Т он также наблюдал вместе с ним, но эпизодами, поскольку уходил с балкона и отходил от окна коридора общежития. Тем не менее, он видел, как со стороны автовокзала два молодых человека в сопровождении третьего тащили потерпевшего, а к ним подъехал автомобиль модели; запомнил момент, когда один человек избивал сидящего на земле парня каким-то предметом, в присутствии еще двух или трех человек.

Таким образом показания свидетелей К К и Т подтверждают, что М било более трех человек, часть из которых приехали к месту избиения на автомобиле, что соответствует показаниям Иванова и Калашникова на следствии об их собственном участии в избиении М около магазина », а также показаниям Иванова, Калашникова, Нестерова об участии в указанном избиении осужденного Кашина и неустановленного лица.

Показания вышеназванных свидетелей не содержат существенных противоречий, в том числе с показаниями свидетеля Т , который видел около магазина « » автомобиль, к багажнику которого несколько человек толкали молодого человека, свидетеля Ш , согласно которым от площадки магазина отъезжал автомобиль с одной работающей фарой, а рядом ею был обнаружен лежащий молодой человек с разбитой головой, для которого она, зайдя в магазин, попросила вызвать скорую помощь.

Данное обстоятельство подтвердила свидетель С , работавшая продавцом магазина « ».

По показаниям Ш после этого к ней подошли две девушки и рассказали, что из окна общежития видели, как потерпевшего избили битой несколько человек, которые уехали на автомашине, что соответствует показаниям сестер К Этот разговор также слышала свидетель С Показания Ш соответствуют также показаниям К который после отъезда автомобиля видел женщину, подходившую к потерпевшему, а затем приехавшую скорую помощь, о которой дала показания Ш Показания Т о том, что потерпевшего пытались поместить в багажник автомобиля, соответствуют показаниям свидетелей К и К показаниям свидетеля С которой известно об этом со слов К Суд, оценивая вышеуказанные показания, пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований им не доверять, поскольку они взаимно подтверждают и дополняют друг друга. Между ними имеется взаимосвязь, которая свидетельствует о том, что указанные лица реально наблюдали события, о которых дали показания, в том числе сестры Корепановы.

В связи с этим доводы стороны защиты о возможной заинтересованности показаний свидетелей К , о предполагаемом давлении на них, не содержат достаточных фактических оснований для такого вывода. Оснований не доверять их показаниям суд обоснованно не усмотрел.

Судом допрошены также свидетели Г , которые показали, что 9 марта 2012 года с 22 до 23 часов, проходя мимо магазина « », примерно в течение одной минуты наблюдали, как рядом со стоявшей автомашиной три человека избивали ногами другого, лежащего на снегу. При оценке вышеуказанных показаний суд обоснованно отметил, что свидетели наблюдали события, о которых дали показания, в течение очень непродолжительного промежутка времени. Кроме того, свидетели не смогли описать, какой автомобиль видели рядом. В связи с этим из показаний свидетелей не следует, что они видели около магазина именно автомобиль Иванова. Из показаний Г также следует, что на предварительном следствии они не допрашивались, Г знакома с Кашиным, с которым вместе училась; инициатором их показаний в суде является его защитник, с которым они встретились по его просьбе, переданной мужу через его знакомого Х При таких обстоятельствах суд имел достаточные основания считать, что показания свидетелей Г не опровергают других доказательств об участии большего числа лиц в избиении М около магазина « ».

Доводы стороны защиты о том, что по условиям видимости очевидцы драки около магазина » не могли наблюдать вышеуказанные обстоятельства, Судебная коллегия считает безосновательными. Указанным доводам дана правильная оценка в приговоре. Суд справедливо отметил при этом, что показания свидетелей стороны защиты Л Ч Ф Ш К и П об их участии в действиях защитника подсудимого Иванова М.А. по воссозданию условий освещенности, видимости и обстановки на месте происшествия около магазина « 9 марта 2013 года сведений, имеющих значение для дела не содержат, и, следовательно, отношения к делу не имеют. С учётом этого эти показания не опровергают свидетельские показания К , К К и Т которые признаны судом достоверными.

По аналогичным основаниям суд правильно отказал в ходатайстве защитника о приобщении к материалам дела видеозаписи места происшествия, выполненной адвокатом. Судебная коллегия, отказывая в аналогичном ходатайстве защитника, также пришла к выводу, что указанная видеозапись не отвечает признаку относимости к событию преступления, поскольку не имеется оснований считать, что условия видимости и освещенности в момент выполнения видеозаписи соответствовали условиям, имевшим место во время совершения преступления.

Поскольку условия видимости на месте происшествия спустя значительный промежуток времени достоверно воспроизвести было невозможно у суда не было оснований и для проведения следственного эксперимента в рамках судебного разбирательства, в связи с чем доводы об отказе в таком эксперименте не свидетельствуют о необоснованности приговора.

Доводы о том, что на месте преступления были обнаружены только три следа обуви выводов суда о причастности к преступлению Кашина также не опровергают, поскольку его участие в преступлении подтверждается показаниями осужденных и свидетелей, а обстановка на месте происшествия до его осмотра была изменена действиями лиц, подходивших к М - свидетелей и сотрудников скорой медицинской помощи, что следует в том числе из показаний свидетеля С . При этом суд обоснованно отказал стороне защиты в назначении трасологической экспертизы на предмет принадлежности неустановленного третьего следа обуви Кашину, поскольку его обувь в ходе расследования не изымалась и к моменту судебного разбирательства установить, в какой обуви он находился, невозможно.

Во взаимосвязи с показаниями свидетелей, видевших на месте происшествия около магазина « » пятерых лиц, двое из которых привели М под руки (один из них был в камуфляже), один пришел за ними следом, а двое приехали на автомобиле, находятся показания свидетелей, видевших, чуть ранее, как два лица повели М от автовокзала в сторону указанного магазина. Показания об этом дали суду свидетели Д , К , З Г , Х при этом Д и З также отметили, что указанных лиц сопровождал Н что соответствует его собственным показаниям.

Названным доказательствам соответствуют показания свидетеля Ф который в присутствии Ш , подтвердившей данное обстоятельство, видел как Кашин вместе с лицом в камуфляжной одежде вели М в указанном направлении.

Поскольку показания Ф подтверждаются показаниями свидетеля Ш и соответствуют показаниям свидетелей Д К , З Х у суда не имелось оснований не доверять его показаниям в указанной части, несмотря на доводы о дружеских отношениях свидетеля с осужденными.

Ссылка в жалобах на то, что свидетели не видели автомашину Ф не является заслуживающим внимание доводом, так как по обстоятельствам дела Ф уезжал и возвращался, а его автомобиль ничем не выделялся из числа других, разъезжавших по поселку, чтобы он чем-то запомнился окружающим.

В опровержении указанных доказательств сторона защиты ссылалась на наличие у Кашина алиби, основанное на показаниях свидетелей Г В Р которые получили в приговоре надлежащую оценку. На основании анализа указанных доказательств и их сопоставления с другими вышеуказанными доказательствами, подтверждающими участие Кашина в избиении М около магазина « », суд обоснованно признал доводы об алиби опровергнутыми, с чем Судебная коллегия согласна по мотивам, изложенным в приговоре.

В обоснование непричастности Кашина сторона защиты ссылалась на отсутствие у Кашина мотива преступления.

Суд в своих выводах учитывал указанные доводы. Тот факт, что Кашин оказался на месте происшествия случайно и не был участником конфликта с М , нашел отражение в выводах суда, который отметил, что осужденные другого и не утверждали.

Тот факт, что Кашин, став очевидцем конфликта около автовокзала, проявил определенный интерес к указанному событию, подтверждается тем, что он присутствовал в помещении такси при избиении М другими осужденными, а до этого по показаниям Иванова и Калашникова, которые соответствуют показаниям свидетелей Х Б , Т вместе с лицом в камуфляжном костюме задерживал М пытавшегося уехать на такси, после чего завел М в помещение такси, где его избили другие осужденные. Эта же линия поведения Кашина нашла продолжение в его действиях, связанных с доставлением М к магазину « ».

Осужденный Кашин не отрицает, что присутствовал при избиении М в помещении такси, оставался с ним, когда драка закончилась и все вышли, выходил вместе М на улицу, что зафиксировано частично на видеозаписи. Доводы Кашина о том, что он активно защищал М в указном помещении, являются преувеличением, содержанием видеозаписи не подтверждаются.

Причины, по которым Кашин присоединился к действиям осужденных, нашли объяснение в показаниях осужденного Иванова, согласно которым Нестеров предложил Кашину и лицу в камуфляже продолжить избиение М в другом месте, после того как его вывели из помещения такси, на что указанные лица согласились (т.1 л.д. 141-149, т.З л.д. 55-61).

В определенной степени об указанных обстоятельствах свидетельствуют показания М , которая утверждала, что водители такси неодобрительно отнеслись к тому, что М причинил Н вышеуказанные повреждения лица, а по показаниям Ф знакомый М которого он называл «Л », отказался ему помочь, заявив, что он сам виноват.

Поскольку Кашин не признавал своего участия в преступлении и не давал объяснений о побуждениях, которые им двигали, его мотивы не были установлены в ходе предварительного расследования, что однако не может опровергнуть других доказательств, подтверждающих его виновность.

Доводы о том, что показания осужденных Иванова, Калашникова и Нестерова являются оговором Кашина, не имеют под собой убедительных оснований.

Из показаний Кашина и остальных осужденных следует, что они между собой знакомы не были, у Иванова, Калашникова и Нестерова отсутствуют причины для ложного обвинения Кашина.

Согласно указанным показаниям осужденные Иванов, Нестеров и Калашников не знали фамилию Кашина, не имели сведений о его личности и ссылались на него лишь как на одного из лиц, присутствовавших на месте драки.

Личность Кашина была установлена в ходе расследования уголовного дела.

Версия стороны защиты о том, что Кашина целенаправленно оговорили, не содержит объяснения, почему выбор пал именно на Кашина, а не на другое лицо.

При этом, указывая на причастность Кашина и неустановленного лица, Иванов, Калашников и Нестеров на предварительном следствии давали показания и против себя.

При таких обстоятельствах, учитывая соответствие показаний Иванова, Калашникова и Нестерова другим доказательствам, подтверждающим участие Кашина в доставлении М к магазину « », участие в избиение потерпевшего пяти лиц, оснований считать показания других осужденных оговором не имеется.

Доводы о недостоверности показаний свидетеля А на предварительном следствии не свидетельствует о необоснованности выводов суда, который данные показания не оглашал и в приговоре на них не ссылался. В суде установлено, что в период предварительного следствия А дал ложные показания в пользу Иванова и Нестерова, которые якобы не участвовали в избиении у магазина « ». От данных показаний уже на следствии свидетель отказался, так как очевидцем преступления не являлся.

На основании вышеизложенных доказательств суд пришел к правильному выводу о том, что в результате совместного избиения М осужденными Ивановым, Калашниковым, Нестеровым, Кашиным и неустановленным лицом, М были причинены телесные повреждения, которые повлекли наступление его смерти.

Доводы о том, что смерть М наступила не на месте происшествия, не является доказательством того, что действиям осужденных дана неверная правовая оценка либо отсутствует причинная связь между совместным избиением и наступлением смерти.

Версия стороны защиты об отсутствии прямой причинной связи, в том числе в связи с неоказанием квалифицированной медицинской помощи, не нашла подтверждения в судебном заседании.

При исследовании заключения судебно-медицинской экспертизы, при допросе эксперта Сивкова судом было установлено, что наступление смерти М является закономерным последствием причиненных ему повреждений.

Согласно заключению эксперта смерть М наступила в результате причиненной ему открытой черепно-мозговой травмы с переломами костей черепа и внутричерепными кровоизлияниями, сопровождавшейся дислокацией (смещением) головного мозга, повлекшей за собой патологические изменения структур продолговатого и верхних отделов спинного мозга (на уровне 1-2 шейных позвонков), при явлениях нарастающей полиорганной недостаточности, которая по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Данная травма образовалась в результате многочисленных (не менее 13) прямых и тангенциальных ударных воздействий твёрдых тупых предметов в область лица и волосистой части головы. Ударные воздействия на голову как каждое в отдельности, так и накладываясь друг на друга, сопровождались травматизацией мозговых структур той или иной степени, и, сочетаясь между собой, привели к формированию черепно-мозговой травмы с исходом в смерть.

При оценке доводов стороны защиты суд правильно учел, что в развитии указанной причинно-следственной связи медицинская помощь, ее своевременность и качество представляют собой случайные факторы, которые не являются существенными при оценке действий осужденных как причины наступивших последствий.

Оснований для допроса в судебном заседании заведующего нейрохирургическим отделением ПГБ № П не имелось, в связи с чем данное ходатайство разрешено правильно.

Вся совокупность обнаруженных на трупе М телесных повреждений согласно экспертному заключению образовалась за несколько часов до момента его поступления в стационар больницы 9 марта 2012 года в результате многочисленных (не менее 50) прямых и тангенциальных ударных и/или сдавливающих воздействий твёрдых тупых предметов с ограниченной действующей поверхностью. Возможность образования этих телесных повреждений в результате ударов кулаками и ногами, а также деревянной битой не исключается.

Указанные судебно-медицинские данные о локализации и характере телесных повреждений, причиненных М в совокупности с доказательствами, свидетельствующими о нанесении осужденными сильных ударов в жизненно важные органы, как в область головы, которые повлекли причинение смерти, так и в другие жизненно важные органы, которые не повлекли, но могли повлечь причинение смерти М (неоднократные прыжки на него в помещении такси, нанесение множественных ударов ногами по туловищу) свидетельствуют о том, что осужденные осознавали возможность наступления смерти М то есть действовали с умыслом на лишение жизни.

Вопреки доводам осужденных об отсутствии у них умысла на убийство М фактические обстоятельства совершенного преступления свидетельствуют об обратном.

Каждый из осужденных, наносивших удары, видел действия других соучастников, наносивших удары в одно и тоже время, и с учетом характера указанного насилия не мог не оценивать связь между избиением М группой лиц и возможными последствиями в виде наступления смерти М Поскольку М осужденные избивали группой лиц с умыслом на убийство, то для вывода о виновности каждого из участников преступления в умышленном убийстве не имеет значения, от чьих конкретно действий наступила смерть потерпевшего.

Действия осужденных правильно квалифицированы в соответствии с уголовным законом как убийство, совершенное группой лиц.

Каких-либо доказательств, подтверждающих доводы о том, что после избиения потерпевшего Нестеровым принимались меры по оказанию медицинской помощи М суду не представлено.

Напротив, из показаний свидетелей Ш и С (продавец) следует, что именно они принимали меры для вызова скорой помощи лежащему на снегу М При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность осужденных, обстоятельства, смягчающие наказание осужденных - явки с повинной Иванова и Калашникова, активное способствование Иванова, Нестерова и Калашникова изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, наличие у Нестерова и Калашникова малолетних детей, отсутствие отягчающих обстоятельств у Иванова, Нестерова и Калашникова, отсутствие смягчающих обстоятельств у Кашина и наличие у него отягчающего обстоятельства - рецидива преступлений.

Доводы о том, что М совершил противоправные действия, что явилось поводом для его убийства, обоснованно не взяты во внимание судом.

Как установлено в приговоре, М совершил насильственные действия в конфликтной ситуации, созданной осужденными, которые численно превосходя потерпевшего, проявляли в отношении него агрессию, что сопровождалось публичным оскорблением в неприличной форме.

Поэтому Судебная коллегия не усматривает оснований для вывода, что действия М являлись неправомерными, как это утверждается в жалобах.

При назначении наказания суд правильно учел роль каждого из осужденных, в том числе Иванова.

Является также правильным вывод суда об отсутствии оснований для применения ст. 64 УК РФ. Назначенные наказания являются справедливыми.

Оснований для их изменения Судебная коллегия не усматривает.

Гражданские иски потерпевших Б М о компенсации морального вреда, М о возмещении имущественного вреда, обоснованно удовлетворены судом на основании ст. 151, 1064, 1080, 1094, 1099, 1101 ГК РФ. Судом была учтена позиция осужденных по предъявленным исковым требованиям.

Размер компенсации с учетом характера и степени нравственных страданий потерпевших определен справедливо и в разумных пределах.

Оснований для уменьшения компенсации морального вреда, для изменения решения по иску о взыскании имущественного вреда Судебная коллегия не усматривает.

20 28 На основании изложенного, руководствуясь ст.389 , ст.389 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Пермского краевого суда от 1 августа 2013 года в отношении Иванова М А Калашникова С О Нестерова Д Ю Кашина С Н оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных Иванова, Кашина, Нестерова, Калашникова, адвокатов Попова, Пахомова, Горошенкиной, Федоровцева - без удовлетворения.

Председательствующий

Статьи законов по Делу № 44-АПУ13-46

ГК РФ Статья 151. Компенсация морального вреда
ГК РФ Статья 1064. Общие основания ответственности за причинение вреда
ГК РФ Статья 1080. Ответственность за совместно причиненный вред
ГК РФ Статья 1094. Возмещение расходов на погребение
ГК РФ Статья 1099. Общие положения
ГК РФ Статья 1101. Способ и размер компенсации морального вреда
УК РФ Статья 105. Убийство
УК РФ Статья 111. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью
УК РФ Статья 116. Побои
УК РФ Статья 158. Кража
УК РФ Статья 161. Грабеж
УК РФ Статья 166. Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения
УК РФ Статья 306. Заведомо ложный донос
УПК РФ Статья 73. Обстоятельства, подлежащие доказыванию
УПК РФ Статья 260. Замечания на протокол судебного заседания
УПК РФ Статья 281. Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля
УПК РФ Статья 299. Вопросы, разрешаемые судом при постановлении приговора
УК РФ Статья 53. Ограничение свободы
УК РФ Статья 64. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление
УК РФ Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений
УК РФ Статья 70. Назначение наказания по совокупности приговоров
УК РФ Статья 71. Порядок определения сроков наказаний при сложении наказаний
УК РФ Статья 73. Условное осуждение

Производство по делу

Загрузка
Наверх