Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Дело № 5-О13-22

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 21 марта 2013 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Шалумов Михаил Славович
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №5-О13-22

от 21 марта 2013 года

 

председательствующего Скрябина К.Е., судей Хомицкой Т.П. и Шалумова М.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осужденного Харитонова И.А., его защитника Мякоткина Н.С., и защитника Бирюковой И.А. в интересах осужденного Азарсанова A.B., на приговор Московского городского суда от 18 декабря 2012 года, которым

Азарсанов [скрыто]

не судимый, [скрыто]

осужден по пп. «в», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года

и установлением осужденному конкретных ограничений и обязанностей, перечисленных в приговоре;

Харитонов [скрыто]

не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 33, пп. «в», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 15 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года и установлением осужденному конкретных ограничений и обязанностей, перечисленных в приговоре, на основании ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 3 года, и на основании ст. 48 УК РФ с лишением специального звания «майор милиции».

Срок наказания каждому из осужденных постановлено исчислять с 28 апреля 2011 г. с зачетом времени содержания под стражей.

Взыскано в пользу К

в счет компенсации морального

вреда с Азарсанова A.B. и Харитонова И.А. по [скрыто]

руб. с каждого.

Заслушав доклад судьи Шалумова М.С., объяснения осужденного Харитонова И.А. в режиме видеоконференцсвязи, и его защитника Мякоткина Н.С., а также защитника Бирюковой И.А. в интересах осужденного Азарсанова A.B., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнения потерпевшего [скрыто] и прокурора Кривоноговой Е.А.,

полагавших оставить приговор без изменения, Судебная коллегия

 

установила:

 

Харитонов И.А. и Азарсанов A.B. признаны виновными в том, что организовал убийство

первый организовал уЬийство [скрыто] заведомо для него

находящегося в беспомощном состоянии, по найму, и руководил его исполнением, а второй совершил убийство [скрыто] заведомо для него

находящегося в беспомощном состоянии, по найму.

Преступление совершено ими в апреле 2011 года в гЩ [скрыто] при

обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Харитонов И.А. высказывает несогласие с приговором как незаконным, необоснованным и несправедливым, ссылаясь на то, что его вина в преступлении не доказана, а осуждение основано на недостоверных и недопустимых доказательствах. Несмотря на его показания о том, что в ходе осмотра трупа [скрыто] проводившегося им в присутствии сына умершего - [скрыто] и

понятых Б I и [скрыто], он обращал внимание присутствующих на

наличие на трупе телесных повреждений, выяснял у [скрыто] возможные обстоятельства причинения этих повреждений, суд не вызвал в судебное заседание и не допросил свидетеля [скрыто] ограничившись допросом

П щ, которому были предъявлены фотографии трупа, сделанные

через сутки после осмотра, и допросом [скрыто] и [скрыто],

являющихся лицами, заинтересованными в исходе дела. По его мнению, последние непосредственно причастны к совершенному убийству, о чем его

адвокату сообщил ГЩ _впоследствии уехавший из России, однако его

заявления в отношении [скрыто] были проигнорированы следователем.

Согласно показаниям свидетелей в судебном заседании, преимущественно сотрудников ОСБ, они располагали оперативной информацией о готовящемся похищении документов из квартиры [скрыто], а не об убийстве. Показания в судебном заседании свидетеля Кожухова о добровольном характере заявления Азарсанова о явке с повинной, по мнению осужденного, не соответствовали действительности и были обусловлены его (Харитонова) отказом признать свою вину и давлением на свидетеля со стороны гособвинителя.

Полагает, что видеозапись с камеры наблюдения, расположенной на входной двери подъезда дома, в котором расположена квартира

[скрыто]., имеет признаки монтажа, на что указывает отсутствие отдельных фрагментов событий, которые происходили перед подъездом, в том числе фрагмент задержания Азарсанова. По мнению осужденного, данные фрагменты были умышленно удалены из записи, поскольку она подтверждает факт задержания Азарсанова около 16 часов, тогда как смерть потерпевшего согласно выводам судмедэксперта наступила в период с 17.30 до 19.30. В удовлетворении его ходатайства о назначении экспертизы видеозаписи следователем было отказано, а в суде запись не исследовалась. Приводит аналогичные доводы о наличии признаков монтажа видеозаписи его опроса в помещении ОСБ, отсутствии ряда фрагментов, в том числе записи угроз и других незаконных действий сотрудников ОСБ в отношении него, необоснованном отказе следователя в назначении экспертизы данной видеозаписи, которую суд, тем не менее, принял в качестве доказательства. Обращает внимание, что суду представлена копия видеозаписи, а не оригинал, который был уничтожен, чтобы исключить возможность ее экспертизы.

Полагает, что судья проявляла необъективность к нему и обвинительный уклон, о чем свидетельствует то, что она неоднократно снимала вопросы защитников свидетелям, высказывала свою уверенность в

том, что подсудимые совершили преступление, задолго до признания его виновным наложила арест на его счета в банке, с которых судебными приставами были сняты денежные средства на погашение иска потерпевшего. Назначенное ему наказание считает явно несправедливым, оказавшим влияние и на условия жизни его семьи, так как вследствие лишения специального звания он лишился не только пенсии по выслуге лет, но и права проживать вместе с семьей в служебной квартире.

С учетом приведенных доводов просит отменить приговор.

В кассационной жалобе и дополнении к ней в интересах осужденного Харитонова защитник Мякоткин Н.С. приводит аналогичные доводы о недоказанности вины Харитонова, недопустимости положенных в основу приговора доказательств и несправедливости назначенного наказания. Кроме того, указывает, что отсутствие договоренности между Харитоновым и Азарсановым на убийство [скрыто] подтверждается как показаниями самого

Азарсанова в судебном заседании о том, что Харитонов просил его только забрать из квартиры документы, так и показаниями свидетелей [скрыто] Б В сам Харитонов при этом действовал как частное лицо и не

выполнял служебные обязанности. Подробно анализируя содержание всех доказательств и обстоятельства, при которых они были получены, делает выводы о том, что на момент задержания Азарсанова [скрыто] был еще жив; первоначальные признания Азарсанова и Харитонова о совершении убийства [скрыто] по предварительной договоренности получены с нарушением норм

УПК РФ, с применением физического насилия к Азарсанову, в отсутствие переводчика и защитников, в последующем Харитонов свое признание не подтвердил; наблюдение за Харитоновым с применением видео- и аудиозаписи проводилось вопреки нормам Федерального закона об оперативно-розыскной деятельности, при отсутствии оснований, что указывает на недопустимость доказательств обвинения.

Не согласен с выводом суда об умышленном неотражении Харитоновым в протоколе осмотра места происшествия признаков насильственной смерти [скрыто] поскольку такие признаки не были

выявлены и сотрудниками скорой помощи. Перечисленные в приговоре свидетели не являлись очевидцами событий, при которых умер [скрыто]. Судебно-медицинская экспертиза проводилась по акту исследования трупа, проводившегося ранее тем же экспертом, ее вывод об отсутствии алкоголя в крови умершего противоречит обстановке места происшествия, однако заявленное на предварительном следствии ходатайство защиты о назначении повторной экспертизы было необоснованно отклонено. По этим причинам высказывает сомнения в доказанности того, что асфиксия, вызвавшая смерть [скрыто] наступила от действий Азарсанова, и в установленном судом

времени наступления смерти потерпевшего.

С учетом приведенных доводов полагает, что приговор основан на недопустимых доказательствах, материалами дела подтверждается лишь умысел Харитонова на незаконное изъятие документов, а сговор между ним

и Азарсановым на убийство КИ I не установлен, по этим причинам просит приговор в отношении Харитонова отменить и дело прекратить.

В кассационной жалобе и дополнении к ней в интересах осужденного Азарсанова A.B. защитник Бирюкова И.А. также высказывает несогласие с приговором как незаконным, необоснованным и несправедливым, ссылаясь на то, что вина Азарсанова в убийстве [скрыто] не доказана, а его осуждение

основано на недостоверных и недопустимых доказательствах. Приводя показания [скрыто] о том, что Азарсанов по пути следования в отдел

неожиданно признался в совершении убийства [скрыто] за вознаграждение и

по поручению участкового по имени [скрыто], обращает внимание на то, что рапорт об этом к!"" [скрыто] не подавал, а протокол явки с повинной и заявление Азарсанова о совершении убийства были зарегистрированы в ОВД только на следующий день, что, по мнению защитника, подтверждает версию Азарсанова о вынужденном характере его признания.

Полагает, что беспрепятственное проникновение ее подзащитного с предварительно надетыми на руки перчатками в квартиру потерпевшего не может являться доказательством наличия умысла на лишение потерпевшего жизни, и подтверждает лишь показания Азарсанова о его договоренности с Харитоновым на кражу из квартиры документов на земельный участок и жилой дом потерпевшего. Об отсутствии умысла на убийство свидетельствуют и показания Азарсанова, подтвержденные свидетелем

[скрыто] о том, что [скрыто]

в которой предположительно находились документы, и только когда не смог это сделать, решил украсть телевизор с кухни и был вынужден совершить в отношении проснувшегося в это время [скрыто] действия, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего.

Анализируя обстоятельства задержания Азарсанова при выходе из подъезда дома, защитник делает вывод о том, что с этого момента Азарсанов фактически являлся подозреваемым в совершении преступления, по поводу которого за подъездом велось наблюдение, а, следовательно, при составлении протокола явки с повинной и получении от него заявлений о совершении убийства [скрыто] ему должно было разъясняться право на

защиту и обеспечиваться возможность участия адвоката. Однако вопреки нормам Конституции РФ, УПК РФ, правовым позициям ЕСПЧ и Конституционного Суда РФ все его первоначальные заявления были получены в отсутствие адвоката, что влечет их недопустимость как доказательств вины в преступлении. Также полагает, что вывод суда об отсутствии доказательств применения сотрудниками полиции к Азарсанову физического насилия опровергаются показаниями работников ОВД по району [скрыто] об отсутствии у Азарсанова при задержании каких-либо

телесных повреждений, и имеющимися в деле ответом начальника изолятора, справкой больницы и выпиской из медкарты о наличии у Азарсанова при поступлении в изолятор 29 апреля 2011 г. телесных повреждений, которые, таким образом, могли быть им получены только в период нахождения в ОВД.

В этой связи по мнению защитника недопустимыми доказательствами являются и признательные показания Азарсанова, полученные в результате применения к нему незаконных методов обращения.

На основании изложенного просит приговор в отношении Азарсанова изменить, переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 109 УК РФ, по которой назначить соразмерное наказание, снизить размер взыскания по гражданскому иску.

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Смирнов А.Б. и потерпевший [скрыто] указывают на несостоятельность

приведенных в них доводов и просят оставить жалобы без удовлетворения.

Изучив уголовное дело, проверив и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым, а кассационные жалобы осужденного Харитонова и защитников не подлежащими удовлетворению.

Как видно из материалов дела, Харитонов в судебном заседании свою вину в соучастии в убийстве К I не признал, показав, что просил

Азарсанова только выкрасть из квартиры [скрыто] документы на

недвижимость, для чего сообщил тому код подъезда, а также оказал Азарсанову содействие в заселении сожительницы, [скрыто] в квартиру

I, но при этом никаких разговоров об убийстве не вел и действий,

направленных на убийство [скрыто] не предпринимал. При осмотре трупа, проводившегося по поручению дежурного по ОВД, он не обнаружил признаков насильственной смерти, что и отразил в протоколе осмотра.

Азарсанов в судебном заседании признал свою вину частично и показал, что согласился выполнить просьбу Харитонова похитить документы из квартиры К Щ, в которую тот помог ему поселить

сожительницу [скрыто], также Харитонов сообщил ему код для входа в подъезд. 27 апреля 2011 г., после того, как к [скрыто] сообщила ему о том, что [скрыто] и [скрыто] ушли из квартиры, он, зная код подъезда, вошел в

подъезд, поднялся и вошел в квартиру, дверь которой ему открыла [скрыто], однако не смог вскрыть дверь комнаты, где должны были

находиться требуемые Харитоновым документы. Чтобы компенсировать неудачу, решил украсть из кухни телевизор, однако спавший на кухне незнакомый пожилой мужчина открыл глаза и хотел закричать, поэтому он руками закрыл мужчине рот и нос, а когда тот затих, ушел из квартиры, но был задержан у подъезда сотрудниками полиции. Умысла на убийство [скрыто] он не имел, но не исключает, что смерть потерпевшего могла

наступить от его неосторожных действий.

Несмотря на занятую подсудимыми позицию, суд, тщательно исследовав сведения о подготовке и совершении убийства [скрыто] сообщенные Азарсановым в письменном заявлении руководителю следственного органа и протоколе явки с повинной, и Харитоновым в письменном заявлении прокурору, чистосердечном признании и протоколе принятия устного заявления о преступлении, а также исследовав обстоятельства получения от подсудимых данных сведений сотрудниками полиции и проверив доводы защиты о нарушении процессуальных прав подсудимых и об оказании на подсудимых сотрудниками полиции физического и психического воздействия, сделал обоснованный вывод о том, что признание Азарсанова и Харитонова в подготовке и совершении ими убийства [скрыто] является добровольным, получено от них в установленной УПК РФ процедуре, и подтверждается достаточной совокупностью достоверных и допустимых доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, и подробно изложенных в приговоре.

Все доказательства надлежащим образом проверены и оценены судом.

При этом по результатам проверки доводов защиты, аналогичных приведенным в кассационных жалобах, относительно незаконности получения сведений, содержащихся в вышеуказанных заявлениях и протоколах, применения к подсудимым физического и психического воздействия с целью получения от них признаний в убийстве, судом приняты мотивированные решения, с которыми Судебная коллегия не находит оснований не согласиться.

Так, из показаний допрошенных в качестве свидетелей сотрудников полиции [скрыто] В., [скрыто]

осуществлявших оперативную проверку информации о готовящемся участковым инспектором Харитоновым и его знакомым Азарсановым преступлении имущественного характера, следует, что Азарсанов подъехал к дому, в котором проживали [скрыто] около 16.30, переговорил по

мобильному телефону с [скрыто] стоявшей на балконе 2-го этажа, после

чего, надев на руки черные перчатки, натянув бейсболку и куртку так, чтобы максимально скрыть лицо, что показалось им подозрительным, зашел в подъезд и вышел оттуда примерно через 10-15 минут. Поскольку Азарсанов мог быть причастен к краже из квартиры данного подъезда, они задержали его и передали сотрудникам ОВД по району

Свидетель [скрыто] показала, что 24 апреля 2011 г. она и

Азарсанов встретились с участковым Харитоновым, который предложил поселить ее в квартиру [скрыто] для того, чтобы в отсутствие

проживающих там людей она открыла Азарсанову дверь в общий коридор и квартиру, откуда тот должен забрать какие-то документы. На следующий

день Харитонов передал ей I I рублей для оплаты комнаты и ключи от

квартиры, принесенные [скрыто] а затем отправил ее вместе с

сотрудником полиции вселяться в эту квартиру, что подтвердила и свидетель

К 27 апреля в 16-17 часов после ухода из квартиры К

и ИМ I она позвонила Азарсанову, затем открыла ему дверь, а сама, как ей сказал Харитонов, вышла на балкон смотреть, не возвращаются ли КИ I и [скрыто] Азарсанов находился в квартире около 4 минут, при

этом она слышала, что он пытался открыть дверь комнаты кш [скрыто] и

Из этих показаний следует, что сами действия Азарсанова в квартире и

их последовательность К I не наблюдала.

Допрошенный в качестве свидетеля сотрудник полиции показал, что во время доставления им в ОВД Азарсанова для проверки оперативной информации о квартирной краже тот сам сообщил ему, что за денежное вознаграждение по поручению участкового по имени Игорь задушил какого-то деда. На тот момент какими-либо сведениями об убийстве сотрудники ОВД не располагали. Данные показания свидетеля суд обоснованно признал допустимыми и достоверными, поскольку они были получены судом в установленном порядке, каких-либо данных об оказании на свидетеля незаконного давления со стороны представителей обвинения не установлено.

Статьи законов по Делу № 5-О13-22

УК РФ Статья 47. Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью
УК РФ Статья 48. Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград
УК РФ Статья 105. Убийство
УК РФ Статья 109. Причинение смерти по неосторожности

Производство по делу

Загрузка
Наверх