Дело № 11-О10-41

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 11-О10-41

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

рассмотрела в судебном заседании 29 апреля 2010 г. кассационные жалобы осужденного Шафигуллина Р.М. и адвоката Чубаренко В.Н. на приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 28 декабря 2009 г., которым Шафигуллин Р М , осужден к лишению свободы: - по пп. «а, е, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 17 лет, - по ч.З ст. 30, пп. «а, е, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет, - по ч. 3 ст. 222 УК РФ на 5 лет и, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений на 20 лет в исправительной колонии строгого режима. 2 Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Пейсиковой Е В . , изложившей обстоятельства дела и доводы кассационных жалоб, объяснения осужденного Шафигуллина Р.М. с использованием видеоконференц-связи, выступление адвоката Чубаренко В.Н., поддержавших доводы кассационных жалоб, выслушав мнение прокурора Копалиной П.Л., полагавшей приговор суда оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения, Судебная коллегия

установила:

осужденный Шафигуллин Р.М. признан виновным в убийстве В и А , совершенном общеопасным способом, организованной группой, по найму.

Он же признан виновным в покушении на убийство двух или более лиц, совершенном общеопасным способом, организованной группой, по найму.

Он же признан виновным в незаконном приобретении, хранении, перевозке и ношении огнестрельного оружия, боеприпасов, совершенных организованной группой.

Преступления совершены в период с января 2003 г. по 20 мая 2003 г. в при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В судебном заседании осужденный Шафигуллин Р.М. вину не признал.

В кассационных жалобах (основных и дополнительных) адвокат Чубаренко В.Н. и осужденный Шафигуллин Р.М. выражают свое несогласие с приговором суда, считают, что судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда о виновности Шафигуллина, не опровергнуты все доводы в защиту обвиняемого, приговор является излишне суровым и несправедливым.

Авторы жалоб утверждают, что вывод суда о том, что примерно в январе 2003 г. Шафигуллин Р.М. предложил М и А организовать совместное совершение убийства М , никакими доказательствами не подтверждается. Ссылаясь на оглашенные в судебном заседании показания А и М утверждают, что указанные свидетели ездили в г. перед 8 марта 2003 г., что подтверждается проездными документами. Таким образом, в приговоре неправильно указана дата встречи Шафигуллина, М и А в г. . Адвокат и осужденный утверждают, что суд не учел показания ряда свидетелей о нахождении Шафигуллина в другом регионе Российской Федерации в период с 6 по 8 марта 2003 г. и не дал им надлежащую оценку. По показаниям З ., З А Х ., С с 5 по 9 марта 2003 г. 3 Шафигуллин находился в г. . Показания этих свидетелей ничем не опровергнуты. Согласно показаниям свидетелей Р ., Р ., Р З . Шафигуллин в апреле-мае 2003г. проживал в г. и никуда оттуда не выезжал. Не подтверждается никакими доказательствами также вывод суда о том, что 19 мая 2003 г. Е сообщил А , М , другим лицам и Л , окончательный, согласованный с Шафигуллиным план преступления. Каких- либо доказательств того, что Е связывался с Шафигуллиным 18-19 мая 2003 г., в материалах дела не имеется. Суд не учел показания свидетеля Ф ., пояснившего, что перед опознанием оперативники показали ему фотографию Шафигуллина, в суде же Ф пояснил, что ранее Шафигуллина не видел и не знает.

Авторы жалоб полагают, что суд нарушил права Шафигуллина, посчитав недопустимыми показания А , М , Л данные в судебном заседании, как не согласующиеся со вступившим в законную силу приговором суда в отношении них. Суд не огласил заявления А , Л Л , М об оговоре ими Шафигуллина, не дал оценку показаниям данных свидетелей о том, что организатором покушения на М является С , а не Шафигуллин. Суд не учел показания Е о том, что Шафигуллин, узнав о гибели В и А был недоволен и ругался, что погибли невинные люди. Данные обстоятельства свидетельствует об эксцессе исполнителя. Принятые судом показания А являются необъективными, поскольку он пояснял, что в 1999 г. ему представили Шафигуллина, как «вора в законе», однако данный статус Шафигуллин получил только в 2000 г.

Авторы жалоб считают, что протоколе судебного заседания показания свидетелей сильно искажены в сторону обвинения, не соответствуют аудиозаписи, сделанной стороной защиты в ходе всех судебных заседаний, что позволило суду вынести несправедливый приговор. Замечания на протокол судебного заседания были рассмотрены без участия осужденного и защитника.

При назначении наказания суду надлежало учесть сведения о семейном положении обвиняемого, состояние его здоровья, наличие несовершеннолетних детей. Просят приговор суда отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение.

В кассационной жалобе осужденный Шафигуллин Р.М. просит об истребовании из Верховного Суда Республики Татарстан оригинала аудиозаписи хода судебного заседания для проверки правильности отражения хода судебного заседания в протоколе.

В дополнении к кассационной жалобе адвокат Чубаренко В.Н. указывает, что мотив преступления, указанные в приговоре не подкреплен какими-либо доказательствами. Судом не дана оценка показаниям 4 О , данным в судебном заседании, в той части, что в ходе предварительного следствия к нему применялось физическое насилие.

Утверждает, что действия Шафигуллина квалифицированы неправильно, ему не должны вменяться квалифицирующие признаки убийства двух и более лиц. Показания свидетеля Н . являются недопустимыми.

В возражениях на доводы осужденного и адвоката государственный обвинитель Ахметшин А.М. просит оставить их без удовлетворения, а приговор - без изменения.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия находит вывод суда о виновности Шафигуллина в совершении инкриминируемых ему преступлений основанным на совокупности доказательств, исследованных надлежащим образом в судебном заседании.

Вина Шафигуллина установлена показаниями потерпевшего М , оглашенными в судебном заседании, согласно которым 20 мая 2003 г. в момент обстрела вместе с ним в автомашине находились В и А , а ему самому удалось убежать; - показаниями свидетелей П . и Д ., пояснивших, что, находясь неподалеку от места происшествия, они видели, как из автомашины вышли двое парней с сумкой в теплой одежде не по сезону, которые ушли за дом. Спустя несколько минут услышали необычные звуки, похожие на выстрелы; - показаниями свидетеля К , согласно которым весной 2003 г. он увидел, как из машины « » вышли трое парней, затем прозвучал хлопок и машина загорелась, после того как пожар был потушен, в машине нашли два автомата Калашникова; - показаниями свидетеля Е , согласно которым он был знаком с Шафигуллиным с 1992 г., в 2003 г. он, Шафигуллин, А встречались с А и М , имевшими отношение к группировке « » . В ходе встречи А и Шафигуллин договорились обстрелять, т.е. «убрать» М - одного из криминальных лидеров . По просьбе Шафигуллина он встречал Ц и еще одного парня из , которых отвез на дачу к А . А подготовил автомашину, куда поместили автоматы и боеприпасы. Машину поставили во дворе дома, где жил М . На одной из встреч А показал приехавшим из ребятам М . Он (Е ) должен был проехать по всему маршруту обстрела и проконтролировать исполнение. Потом обстреляли машину М , два человека погибли, а М остался в живых.

Указанные сведения согласуются с показаниями А данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном 5 заседании, о том, как зимой 2003 г. Р - «Ч » (Шафигуллин) предложил ему и М участвовать в убийстве М . Все вместе они встречались в апреле 2003 г. в , обговаривали роли каждого участника преступления. Организацией убийства занимался Е Квартиру «киллерам» предоставил Л Им показали М . Оружие «киллерам» передал У из «общака» группировки « ». 20 мая 2003 г. он и М привезли «киллеров» к месту совершения преступления, а потом забрали их в условленном месте. Те рассказали, что обстреляли машину, но кто-то один убежал.

Данные показания А в последующем подтвердил в ходе их проверки на месте. Во время предварительного следствия он опознал по фотографиям Л и Ц как лиц, совершивших покушение на М и убийство В и А Аналогичные обстоятельства сообщил в ходе допроса на предварительном следствии М показания которого были оглашены в судебном заседании в связи с наличием существенных противоречий.

Вышеуказанные сведения согласуются с показаниями Х данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании, который рассказал, что весной 2003 г. он вместе с М и А ездили в , где А встречался с «Ч » (Шафигуллиным). Ему (Х известно, что покушение на М организовал А «киллеров» которому предоставил «вор в законе» по прозвищу «Ч » (Шафигуллин).

Данные сведения также подтверждаются показаниями Л данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании, о том, как А общался с Р по прозвищу «Т » (Шафигуллин). 17 мая 2003 г. Ц говорил ему, что нужно съездить в , «поставить на место» одного авторитета, за что обещали отблагодарить. Он согласился. В двое мужчин привезли их к какому-то дому, где они пересели в автомашину , стоявшую во дворе. Он был за рулем, а Ц стрелял из автомата по автомашине . Затем они уехали, остановились у одного из домов, где Ц поджог автомашину. Потом те же двое мужчин увезли их на какую-то базу.

Ц сказал, что один человек из обстрелянной автомашины убежал.

Свидетель Ф . в ходе предварительного расследования подтвердил, что криминальный авторитет - А поддерживал тесные отношения с «вором в законе» Р по прозвищу «Ч » (Шафигуллиным). Рядом с Р (Шафигуллиным) всегда был Е . Близкими А людьми были Ц и Л . 6 Ф опознал по фотографии Шафигуллина, как «вора в законе» Р по прозвищу «Т ». Вопреки доводам кассационных жалоб опознание Шафигуллина по фотографии произведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Свидетель О подтвердил факт тесного знакомства А и Ш , последнего он знает как лицо по прозвищу «Р ». Ему известно, что до 20 мая 2003 г. Ц и Л куда-то выезжали из и возвратились только в конце месяца.

Что касается довода в дополнении к кассационной жалобе адвоката о том, что данные показания свидетель О давал под давлением со стороны сотрудников правоохранительных органов, то данный довод является необоснованным. Как следует из протокола судебного заседания допрошенный в судебном заседании О подтвердил свои показания, данные им в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании в связи с существенными противоречиями (т. 12 л.д. 94-97).

Показания вышеуказанных свидетелей на предварительном следствии и в судебном заседании, а также показания свидетеля Н допрошенного в условиях, исключающих визуальное наблюдение, тщательно проанализированы судом в совокупности со всеми добытыми по делу доказательствами, оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Так, вышеуказанные показания согласуются со сведениями, содержащимися в протоколах осмотров мест происшествия, в ходе которых была обнаружена автомашина с множественными повреждениями от пуль, в салоне которой находился труп В с множественными огнестрельными ранениями, изъято множество гильз, фрагментов пуль, а в салоне автомашины изъято множество гильз, два автомата Калашникова, один из них - с патронами. Из изъята 1 пуля.

Согласно акту судебной баллистической экспертизы, оба изъятых с места происшествия автомата являются нарезным автоматическим ручным огнестрельным оружием, первый - модели «АКМ», калибра 7,62 мм, второй - «АК-74», калибра 5, 45 мм, пригодные для стрельбы. Изъятые патроны являются боеприпасами.

Согласно актам судебно-медицинских экспертиз смерть В наступила от открытой черепно-мозговой травмы, обусловленной множественными пулевыми ранениями головы и повреждением костей черепа и вещества мозга, из трупа изъяты 5 пуль, смерть А наступила в результате острой кровопотери, обусловленной слепыми проникающими огнестрельными пулевыми ранениями живота, из трупа изъята 1 пуля. 7 У М имелась ссадина на проекции левой лопатки.

Факт совершения организованной группой убийства А и В , покушения на убийство М подтверждается вступившим в законную силу приговором Верховного Суда Республики Татарстан от 31 января 2007 г.

Выводы суда о том, почему суд принял одни доказательства и отверг другие, в приговоре мотивированы должным образом, и оснований не согласиться с ними не имеется.

Не являются таким основанием доводы жалоб осужденного и его защитника в части противоречивости показаний А и М относительно периода времени их поездки в для встречи с Шафигуллиным. Суд в приговоре указал, какие именно показания и в какой части приняты в качестве доказательств по делу, мотивировав свое решение.

Совокупностью оцененных судом доказательств с достоверностью установлено, что совместный умысел на убийство М у Шафигуллина, М и А возник примерно в январе 2003 г. Не согласиться с выводом суда в этой части у Судебной коллегии нет оснований.

Утверждение стороны защиты о том, что М и А выезжали в в марте 2003 г., когда Шафигуллин в отсутствовал, что свидетельствует о непричастности его к совершению преступлений, не основано на материалах дела.

Как правильно отражено в приговоре, Шафигуллину не инкриминировалось совершение каких-либо преступных деяний в период с 5 по 9 марта 2003 г., а дело рассмотрено судом в объеме предъявленного Шафигуллину обвинения.

Вопреки доводам жалоб, судом в приговоре дана надлежащая оценка показаниям свидетеля Р о том, что Р (Шафигуллин) в апреле-мае 2003 г. никуда из не выезжал. Судебная коллегия считает, что показания указанного свидетеля обоснованно расценены судом как недостоверные, поскольку они противоречат ее же первоначальным показаниям и показаниям других свидетелей, исследованным в судебном заседании.

Несостоятелен довод осужденного и его адвоката в части недоказанности вывода суда о согласовании 19 мая 2003 г. окончательного плана преступления с Шафигуллиным, доведенного до других участников преступлений Е . О роли Е в организации убийства сообщил в своих показаниях свидетель А Факт встречи, состоявшейся 19 мая 8 2003 г., накануне совершения преступлений, подтвержден показаниями свидетеля М .

Судебная коллегия не может принять утверждение стороны защиты об имевшем место эксцессе исполнителя, в части убийства В и А Как правильно указал суд, Шафигуллин знал обо всех деталях предстоящего преступления. Это следует, в частности, из показаний А , признанных судом достоверными, согласно которым он (А ) обсудил с Шафигуллиным роль каждого из участников в совершении преступления в отношении М . Именно во исполнение этого плана была обстреляна автомашина, в которой находились М , В и А Таким образом, организуя покушение на убийство М , избрав для этого автоматическое огнестрельное оружие, действуя в составе организованной группы, Шафигуллин допускал возможность присутствия в автомашине в момент покушения других лиц, предвидел неизбежность наступление их смерти, ввиду избранного им общеопасного способа совершения преступления, что свидетельствует о наличии у него умысла на совершение убийства, в том числе и других лиц. Согласно показаниям Е , Шафигуллин беспокоился лишь о том, что М остался жив, и безразлично относился к количеству убитых.

Обстоятельства, связанные с определением момента получения Шафигуллиным статуса «вора в законе», на которые ссылаются в жалобах, Судебная коллегия находит несущественными, поскольку данные обстоятельства не могут поставить под сомнение показания свидетеля А принятые судом в качестве доказательства.

Указание стороны защиты на необоснованность ссылки суда при оценке доказательств на вступивший в законную силу приговор в отношении А М и Л не может быть принято Судебной коллегией, поскольку в соответствии со ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором суда, признаются судом без дополнительной проверки. Именно на такие обстоятельства и сослался суд в приговоре.

Доводы осужденного и защитника об искажении судом в приговоре и протоколе судебного заседания показаний ряда свидетелей, о наличии обвинительного уклона при рассмотрении дела, Судебная коллегия считает необоснованными.

Так, судом в установленном законом порядке рассмотрены поданные осужденным и его адвокатом замечания на протокол судебного заседания. На основании ст. 260 УПК РФ в удовлетворении указанных замечаний отказано 9 мотивированным постановлением от 4 февраля 2010 г. (т. 13 л.д. 94). Участие сторон при рассмотрении судом замечаний на протокол судебного заседания уголовно-процессуальным законом не предусматривается. Постановление о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания стороной защиты не обжаловано.

Уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрен также порядок проверки правильности фиксации хода судебного разбирательства с использованием аудиозаписи, о чем просит осужденный в своей кассационной жалобе.

Кроме того, каких-либо сведений, указывающих на то, что суд утратил объективность и беспристрастность при рассмотрении данного уголовного дела, в материалах дела не имеется. Из протокола судебного заседания и содержания приговора видно, что судом были полно, всесторонне исследованы и надлежащим образом оценены все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты.

Судом достаточно полно мотивировано решение о непринятии в качестве доказательств заявлений, написанных рядом свидетелей о якобы имевшем место оговоре Шафигуллина, причастности к организации убийства М не Шафигуллина, а других лиц.

Совершенные осужденным деяния правильно квалифицированы судом по пп. «а, е, ж, з» ч.2 ст. 105 УК РФ как убийство, совершенное в отношении двух лиц, общеопасным способом, организованной группой, по найму, по ч. 3 ст. 30, пп. «а, е, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ как покушение на убийство, совершенное в отношении двух и более лиц, общеопасным способом, организованной группой, по найму.

Суд обоснованно квалифицировал действия Шафигуллина по квалифицирующим признакам убийства «по найму» и «общеопасным способом». Как следует из установленных судом обстоятельств, организуя убийство с использованием автоматического огнестрельного оружия в жилом квартале, в присутствии иных лиц, находящихся в зоне обстрела, Шафигуллин не мог не осознавать, что данными действиями создается угроза жизни и здоровью неопределенному кругу лиц, что подтверждается обнаружением пули в окне жилой квартиры. Согласно показаниям А М и Л , Шафигуллин обещал «отблагодарить» и возместить все расходы, связанные с организацией покушения на М транспортом и оружием.

Вывод суда в части установленного у Шафигуллина, являвшегося «вором в законе», мотива преступления - с целью распространения своего криминального влияния в и действующие на его территории криминальные группировки, соответствует установленным судом обстоятельствам, подтверждается полно и всесторонне исследованными 10 доказательствами, положенными в основу приговора, и не противоречит вступившему в законную силу приговору Верховного Суда Республики Татарстан от 31 января 2007 года.

Так, согласно оглашенным в судебном заседании показаниям М , данным на предварительном следствии, А рассказал ему, что «Ч » (Шафигуллин) попросил его помочь в устранении М поскольку их интересы по «Х » пересекаются с интересами М Поскольку огнестрельное оружие и боеприпасы к ним были приобретены по указанию Шафигуллина, которые соучастники преступлений незаконно перевозили в автомашине, носили и хранили до их непосредственного применения 20 мая 2003 г., то осуждение Шафигуллина по ч. 3 ст. 222 УК РФ как незаконное приобретение, хранение, перевозка и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенное организованной группой, является правильным.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Все значимые обстоятельства, на которые ссылаются в своей жалобе осужденный и его адвокат учтены судом при постановлении приговора и назначении наказания.

Так, наказание Шафигуллину назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, состояния его здоровья, смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ - наличие малолетних детей у виновного.

Назначенное наказание осужденному, является справедливым и соразмерным содеянному. Оснований для смягчения наказания, учитывая обстоятельства дела и личность виновного, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 28 декабря 2009 г.

в отношении Шафигуллина Р М оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.