Дело № 209-О10-3СП

Дело №209-О10-3СП

20 мая 2010 года

г. Москва

в составе:

председательствующего Королева Л.А.

и судей Соловьева А.И.,

Шалякина АС. при секретаре Лупянниковой Л.В., с участием осужденного Борхонова СМ. с использованием видеоконференц-связи, его защитников - адвокатов Жданова В.В., Петрова Д.В., Играева Н.В., потерпевших Тарасовой И.И., Тарасова В.В., старшего военного прокурора управления Главной военной прокуратуры Порывкина А.В., рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осужденного Борхонова СМ. и его защитников -адвокатов Жданова В.В. и Петрова Д.В. на приговор 3 окружного военного суда с участием присяжных заседателей от 18 февраля 2010 года, которым военнослужащий войсковой части 17204 капитан медицинской службы

Борхонов Семен Михайлович, родившийся 15 января 1978 года в деревне Баянгазуй Эхирит-Булагатского района Иркутской области, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 8 лет, по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 13 лет и на основании ст. 48 УК РФ лишен воинского звания «капитан медицинской службы». По совокупности совершенных преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательное наказание Борхонову СМ. определено путем частичного сложения назначенных наказаний - лишение свободы в исправительной колонии строгого режима сроком на 18 лет с лишением воинского звания «капитан медицинской службы».

Удовлетворив частично гражданские иски потерпевших Тарасовой И.И. и Бабича ВВ., суд с участием присяжных заседателей постановил взыскать в их пользу с осужденного Борхонова СМ. в счет возмещения морального вреда 1000000 рублей и 100000 рублей, соответственно.

Также судом с участием присяжных заседателей с осужденного Борхонова СМ. по гражданскому иску потерпевшей Тарасовой И.И., в счет возмещения расходов на погребение, в пользу последней взыскано 102000 рублей.

Суд с участием присяжных заседателей признал за потерпевшим Бабичем право на удовлетворение иска к Борхонову о возмещении материального ущерба, а вопрос о его размерах передал на рассмотрение в порядке гражданского производства.

Кроме того судом с участием присяжных заседателей постановлено взыскать в доход федерального бюджета с Борхонова 32208 рублей -процессуальные издержки, слагающиеся из сумм, выплаченных в возмещение расходов потерпевшим, свидетелям и экспертам по их явке в суд.

Заслушав доклад судьи Королева Л. А., выступление осужденного Борхонова СМ. и его защитников - адвокатов Жданова В.В., Петрова Д.В., Играева Н.В., в поддержание кассационных жалоб, потерпевших Тарасовой И.И., Тарасова В.В., а также мнение старшего военного прокурора отдела Главной военной прокуратуры советника юстиции Порывкина А.В., возражавшего против кассационных жалоб осужденного и его защитников и полагавшего необходимым оставить приговор без изменения, Военная коллегия

установила:

Приговором на основании вердикта присяжных заседателей Борхонов признан виновным в убийстве из хулиганских побуждений, а также в покушении на убийство из хулиганских побуждений.

Согласно приговору эти преступления совершены им при следующих обстоятельствах.

Борхонов 22 сентября 2008 года около 20 часов 45 минут в помещении гаражного бокса, принадлежащего гражданину Бабичу ВВ., в г. Коломна-1 Московской области, находясь в состоянии алкогольного опьянения, противопоставляя себя окружающим и демонстрируя пренебрежительное отношение к человеческой жизни, беспричинно, т.е. без видимого повода, имея намерение лишить жизни потерпевшего, нанес гражданину Бабичу 3 удара ножом в грудь, живот и правое плечо, причинив потерпевшему колото-резаное сочетанное ранение грудной клетки и живота, проникающее в брюшную и плевральную полости, с повреждением правой доли печени и диафрагмы; колото-резаное ранение верхней трети правого плеча; рану правой подмышечной области, т.е. тяжкий вред здоровью, после чего Бабич в критическом для жизни состоянии был доставлен в лечебное учреждение, где ему была оказана медицинская помощь.

В тот же день, около 21 часа 10 минут, Борхонов, находясь в состоянии алкогольного опьянения, противопоставляя себя окружающим и демонстрируя пренебрежительное отношение к человеческой жизни, беспричинно, т.е. без видимого повода, с целью лишения жизни нанес потерпевшему Тарасову удар ножом в сердце, причинив ему проникающее колото-резаное ранение с повреждением сердца, т.е. тяжкий вред здоровью, повлекший смерть потерпевшего.

В кассационных жалобах, поданных в Верховный Суд Российской Федерации, осужденный Борхонов СМ., его защитники - адвокаты Петров Д.В. и Жданов В.В. выражают свое несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным, несправедливым и в связи с неправильным применением уголовного закона, нарушениями уголовно-процессуального закона и несправедливостью приговора просят его отменить, а осужденный Борхонов кроме того прекратить уголовное дело и оправдать его.

При этом Борхонов в своей кассационной жалобе указывает, что материалами дела не подтверждается его вина в преступлениях, за которые он осужден, а именно: на ноже отсутствуют его отпечатки пальцев, не обнаружено на нем и следов крови потерпевших, на одежде потерпевших отсутствуют следы металлизации ножа и волокна от одежды самого Борхонова, отсутствуют непосредственные свидетели убийства Тарасова и нанесения ножевых ранений потерпевшему Бабичу. Судом не дана оценка правдивости показаний Бабича, т.к. он являлся заинтересованным в исходе дела лицом, а также изменению показаний потерпевшей Низовой, свидетелями Бориной и Дубовенко. Судом при вынесении приговора в нарушение ст. 17 УПК РФ были учтены его явка с повинной и показания в Коломенском городском суде 25 сентября 2008 г., от которых он впоследствии отказался, т.к. это был самооговор. В нарушение ст. 73 УПК РФ в приговоре не указаны место, время и способы совершения преступлений, характер вины, мотив и цели, а также не указаны обстоятельства, характеризующие общественную опасность деяний. Вывод суда о его виновности в совершенных преступлениях в приговоре не мотивирован, т.к. основан на домыслах и предположениях. Не мотивирована судом и квалификация его действий по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ. В нарушение положений ст. 308 УПК РФ, суд в резолютивной части приговора не указал на снятие с него обвинений по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ. Кроме того, несмотря на отказ государственного обвинителя от обвинения в этой части, в ходе судебного следствия стороной обвинения представлялись и исследовались доказательства его причастности к совершению данного преступления, что могло сформировать у присяжных предубеждение о нем, как о лице, совершившем хулиганские действия. В нарушение ст. 335 УПК РФ обвинение в суде оглашало отрицательные характеристики на него и сведения о его прежней судимости. В нарушение ст. 343 УПК РФ вердикт присяжных заседателей был принят голосованием до истечения 3 часов. Необоснованно было отклонено его ходатайство о назначении генетической экспертизы по исследованию следов крови, обнаруженных на его одежде. Неправомерным является решение суда об уничтожении ряда вещественных доказательств. Незаконным считает Борхонов применение к нему дополнительного наказания, предусмотренного ст. 48 УК РФ, и лишение его воинского звания «капитан медицинской службы». По состоянию на 3 марта 2010 года он не был ознакомлен с протоколом судебного заседания.

Защитник-адвокат Жданов в своей кассационной жалобе приводит следующие доводы: протокол явки с повинной Борхонова (т. 1 л.д. 20-21), является недопустимым доказательством, поскольку последнему не были разъяснены положения ст. 51 Конституции Российской Федерации; также недопустимым доказательством является протокол явки с повинной Борхонова (т. 1 л.д. 166), т.к. на момент её получения Борхонов уже был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ и ему был предоставлен адвокат Вагин В.В., который при составлении протокола явки с повинной не присутствовал; государственный обвинитель при выступлении в прениях сторон был не вправе ссылаться на обстоятельства, которые инкриминировались Борхонову в части совершения им преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, т.к. в ходе судебного заседания государственный обвинитель от обвинения в этой части отказался; является недопустимым выступление в прениях потерпевших Мешалкиной и Низовой, поскольку они утратили статус потерпевших в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ; вопросы присяжным заседателям председательствующим по делу были сформулированы неполно и в форме, не позволяющей дать на них однозначный ответ; ни на предварительном следствии, ни в суде не выяснены мотивы и цель причинения смерти другому человеку, что повлекло неправильную правовую оценку; по делу не доказан хулиганский мотив в действиях Борхонова, в связи с чем его действия в отношении потерпевшего Бабича необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 111 УК РФ, а в отношении Тарасова по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Защитник-адвокат Петров Д.В. в своей кассационной жалобе указывает, что суд необоснованно пришел к выводу о наличии в действиях Борхонова квалифицирующего признака - из хулиганских побуждений, в связи с чем действия осужденного подлежат переквалификации на ч. 1 ст. 105 УК РФ. Кроме того, по мнению кассатора, с учетом смягчающих наказание обстоятельств, которые установлены судом в приговоре и отсутствии отягчающих обстоятельств, возможно смягчение назначенного осужденному наказания, с применением ст. 64 УК РФ.

Государственный обвинитель и потерпевшие Бабич, Тарасова, Низова, Мешалкина в возражениях на кассационные жалобы высказывают несогласие с доводами осужденного и его защитников-адвокатов, считают их несостоятельными и просят приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, возражения на них, Военная коллегия считает, что приговор постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности Борхонова в совершении преступлений, основанном на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела.

Настоящее уголовное дело было рассмотрено в суде первой инстанции в соответствии с требованиями, предусмотренными ст.ст. 324-353 УПК РФ, которые регламентируют особенности разбирательства в суде уголовных дел с участием присяжных заседателей, с соблюдением принципа состязательности и реального обеспечения равенства прав сторон обвинения и защиты.

Подсудимому в полной мере были разъяснены его процессуальные права, в том числе и права, связанные с особенностями рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, предоставлена безусловная возможность пользоваться помощью защитников-адвокатов.

Каких-либо нарушений закона при отборе присяжных и формировании коллегии присяжных допущено не было. Подсудимому и его защитникам была предоставлена возможность заявлять мотивированные и немотивированные отводы. Указанные процессуальные права подсудимым и его защитниками были реализованы.

Все ходатайства сторон, которые были заявлены в ходе судебного заседания, после их обсуждения с участниками судебного разбирательства были разрешены в соответствии с установленным уголовно-процессуальным порядком, с вынесением мотивированных постановлений. Ходатайства, не основанные на действующем законе, были судом обосновано отклонены.

Несоответствующим действительности является утверждение в кассационной жалобе Борхонова о том, что суд отказал ему в удовлетворении ходатайства о проведении генетической экспертизы по исследованию следов крови, обнаруженных на его одежде, поскольку такое ходатайство согласно материалам дела ни им, ни его защитниками-адвокатами не заявлялось.

В соответствии с требованиями ст. 291 УПК РФ у стороны обвинения и стороны защиты имелись равные возможности предоставления доказательств и дополнения судебного следствия.

При постановке вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, судом, вопреки доводам кассационной жалобы защитника-адвоката Жданова, были выполнены требования ст.ст. 338-339 УПК РФ, вопросы перед присяжными заседателями были поставлены в соответствии с деяниями, в совершении которых обвинялся Борхонов, а также с учетом результатов судебного следствия и прений сторон. Они поставлены в понятных присяжным заседателям формулировках, не требующих от присяжных заседателей собственно юридической оценки при вынесении ими своего вердикта. Присяжные заседатели не обращались к председательствующему судье с просьбой разъяснить им существо какого-либо из поставленных перед ними вопросов.

Напутственное слово соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ, в нем не выражено мнение председательствующего по вопросам, поставленным перед коллегией присяжных заседателей, а также не выражено его отношение к доказательствам, как стороны обвинения, так и стороны защиты.

Доводы Борхонова о нарушении присяжными заседателями норм уголовно-процессуального закона при вынесении вердикта, на которые он ссылается в кассационной жалобе, не основаны на материалах уголовного дела.

В соответствии со ст. 343 УПК РФ если присяжным заседателям при обсуждении поставленных перед ними вопросов в течение 3 часов не удалось достигнуть единодушия, то решение принимается голосованием.

Из вопросного листа следует, что только по 1 и 6 вопросам присяжные заседатели пришли к единодушному мнению.

Из протокола судебного заседания следует, что присяжные заседатели вышли из совещательной комнаты через 3 часа 25 мин. Таким образом, требования ч. 1 ст. 343 УПК РФ соблюдены.

Военная коллегия не усматривает по делу нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы отразиться на законности вердикта, вынесенного коллегией присяжных заседателей, повлиять на законность и обоснованность приговора.

Согласно части 4 статьи 347 УПК РФ сторонам запрещается ставить под сомнение правильность вердикта, вынесенного присяжными заседателями.

В соответствии с частью 2 статьи 379 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение закона и несправедливость приговора. Таким образом, приговор суда, постановленный с участием присяжных заседателей, не может быть обжалован по причине несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Следовательно, доводы кассационных жалоб о недоказанности вины Борхонова, его умысла на убийство потерпевших Бабича и Тарасова, а также доводы об оценке доказательств с точки зрения их достоверности и достаточности являются беспредметными, так как по этим основаниям данный приговор не может быть обжалован и отменен в кассационном порядке, согласно вышеприведенной норме закона.

Вопреки мнению кассаторов суд первой инстанции в соответствии с вердиктом присяжных заседателей правильно квалифицировал действия Борхонова по ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ и по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство из хулиганских побуждений и убийство из хулиганских побуждений.

Указанная квалификация полностью и объективно оценивает действительные мотивы совершенных Борхоновым преступлений, а также его конкретные действия.

Оснований для переквалификации действий осужденного, о чем ставится вопрос в кассационных жалобах, и что противоречит содержанию вердикта присяжных, не имеется.

Утверждения в кассационных жалобах о нарушении государственным обвинителем требований Уголовно-процессуального кодекса в связи с его отказом от части обвинения по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, по тому основанию, что такой отказ состоялся лишь после исследования всех доказательств по делу, являются несостоятельными.

В соответствии с положениями частей 7 и 8 статьи 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства возможен до удаления суда в совещательную комнату.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной им в постановлении от 8 декабря 2003 года N 18-П "По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан" полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения, как влекущий прекращение уголовного дела, равно как и изменение государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения, должны быть мотивированы со ссылкой на предусмотренные законом основания, а вынесение судом решения, обусловленного соответствующей позицией государственного обвинителя, допустимо лишь по завершении исследования значимых для этого материалов дела и заслушивания мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и защиты.

С учетом изложенного Военная коллегия приходит к выводу, что требования закона, связанные с отказом государственного обвинителя от части обвинения, а также действия суда по разрешению этого ходатайства, по настоящему делу выполнены.

Не соответствует действительности утверждение Борхонова в кассационной жалобе об оглашении государственным обвинителем в присутствии присяжных заседателей сведений о его прежней судимости и материалов отрицательно его характеризующих.

Из протокола судебного заседания усматривается, что все характеризующие Борхонова материалы, в том числе сведения о его судимости (т. 6 л.д. 237-238), оглашались в суде уже после вынесения вердикта присяжными заседателями, что полностью соответствует требованиям ст. 347 УПК РФ.

Являются несостоятельными и доводы кассационных жалоб осужденного и защитника-адвоката Жданова о недопустимости признания в качестве доказательств заявлений Борхонова о явке с повинной.

В соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 74, ч. 3 ст. 141 и ст. 142 УПК РФ заявление о явке с повинной может являться доказательством в случаях, когда отсутствуют обстоятельства, препятствующие признанию его допустимым доказательством (ст. 75 УПК РФ). Таких обстоятельств по делу не установлено и присяжным заседателям были представлены только допустимые доказательства. Кроме того, сам Борхонов и его защитники-адвокаты против исследования данных доказательств в судебном заседании не возражали и о признании указанных доказательств недопустимыми не заявляли.

Что же касается выступлений в прениях потерпевших Мешалкиной и Низовой, после отказа государственного обвинителя от обвинения по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, то указанные обстоятельства, вопреки мнению защитника-адвоката Жданова, не являются нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку данные лица не были на момент начала прений лишены статуса потерпевших и обладали правом, предусмотренным п. 15 ч. 2 ст. 42 УПК РФ.

При назначении осужденному наказания, суд первой инстанции в приговоре указал, что учел, предусмотренные ст. 60 УК РФ обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания - характер и степень общественной опасности совершенных осужденным преступлений, данные о его личности.

Принял во внимание суд при назначении наказания Борхонову смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ - явку с повинной, а также признал таковым - наличие у него на иждивении двух малолетних детей, о чем прямо указал в приговоре.

Именно с учетом этих обстоятельств суд назначил осужденному наказание, как за покушение, так и за оконченное преступление, предусмотренное п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ в соответствие с требованиями ст.ст. 62, 66 УК РФ УК РФ.

С учетом тяжести совершенного Борхоновым преступления, предусмотренного п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, данных о его личности и в соответствии с положениями статей 45, 48 УК РФ назначено ему и дополнительное наказание в виде лишения воинского звания «капитан медицинской службы».

Назначенное Борхонову наказание, как за каждое преступление, так и по совокупности, соответствует содеянному им и по своему виду и сроку является справедливым. Оснований для его смягчения, о чем просит осужденный и его защитники в кассационных жалобах, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 377, п. 1 ч. 1 ст. 378 и ст. 388 УПК РФ, Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации,

определила:

приговор 3 окружного военного суда с участием присяжных заседателей от 18 февраля 2010 года в отношении Борхонова Семена Михайловича оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Борхонова СМ. и его защитников - адвокатов Жданова В.В. и Петрова Д.В. - без удовлетворения.