Дело № 41-АПУ16-5СП

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 11 мая 2016 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция
Категория Уголовные дела
Докладчик Романова Татьяна Анатольевна
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 41-АПУ16-5СП

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 11 мая 2016 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующегосудьи Лаврова Н.Г.,
судейРомановой Т.А., Пейсиковой Е.В.
при секретареМамейчике М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя - прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Ростовской области Даниелян Д.П., апелляционным жалобам представителей - адвокатов Маркиной Е.В. и Маркиной Л.Ф. в интересах потерпевшей Г и её законного представителя О на приговор Ростовского областного суда с участием присяжных заседателей от 10 февраля 2016 г., по которому Михайлов А В ранее не судимый, оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ, на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей в соответствии с пп. 2, 4 ч.2 ст.302 УК РФ ввиду непричастности к совершению преступления, с признанием за ним права на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовой ТА. о содержании приговора, существе апелляционных жалоб и представления, поступивших возражений оправданного и его защитников, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Титова Н.П., поддержавшего доводы жалоб и представления и полагавшего приговор подлежащим отмене по указанным в них основаниям, выступление адвокатов Ковалёва В А. и Борисенко Ю.В. в интересах оправданного Михайлова А.В., считавших приговор законным и обоснованным, Судебная коллегия

установила:

на основании вынесенного коллегией присяжных заседателей вердикта Михайлов А.В. оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении 9 октября 2014 г. убийства двух лиц - Г и М Обстоятельства преступления, в совершении которого обвинялся Михайлов А.В., изложены в приговоре.

В апелляционном представлении и дополнении к нему государственный обвинитель Даниелян Д.П. просит отменить состоявшийся приговор, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство. По мнению автора, основанием для такого решения является вхождение в состав коллегии присяжных заседателей присяжного №8 Ф который при формировании скамьи присяжных скрыл факт его привлечения к уголовной ответственности, и хотя в дальнейшем был отведён от участия в деле, тем не менее мог оказывать влияние на мнение присяжных при вынесении вердикта. Кроме того, государственный обвинитель отмечает ряд иных нарушений, которые были допущены стороной защиты в ходе судебного разбирательства, что могло привести к утрате коллегией присяжных заседателей объективности и беспристрастности. В качестве таковых обстоятельств приводит допущенное адвокатом высказывание, например, во вступительном слове о том, что три опытных следователя и прокурор не смогли найти истину в деле, а также выяснение им вопросов о дате и основаниях задержания Михайлова, о наличии у него травмы руки, демонстрацию в ходе прений предмета, не признанного вещественным доказательством. При этом, как полагает государственный обвинитель, председательствующий судья недолжным образом реагировал на изложенные защитником в прениях сомнения относительно законности действий по обнаружению ножа, затронутый тем вопрос о наличии у потерпевшей недостатков зрения, на заявление подсудимого о вынужденном характере своих признательных показаний, его голословное утверждение в последнем слове о возможности с помощью высоких технологий установить точное местонахождение человека, предположения о том, что на его месте мог оказаться каждый, а также выдвинутую им версию о маршруте возможного передвижения от места убийства к месту уничтожения улик, которая не была предметом исследования.

В апелляционных жалобах представители несовершеннолетней потерпевшей Г и её законного представителя О - адвокаты Маркина Е.В. и Маркина Л.Ф. также ставят вопрос об отмене приговора направлении уголовного и дела на новое рассмотрение.

Представитель потерпевшей - адвокат Маркина Е.В. считает, что председательствующий несвоевременно делал замечание стороне защиты, не соблюдавшей особенности рассмотрения дела с участием присяжных заседателей. Отмечает, что такие факты имели место, когда защитник говорил о деятельности следователей и прокуроров, которые не смогли установить истину по делу, а подсудимый заявил о даче им под принуждением со стороны сотрудников полиции явки с повинной и показаний. Причём, обращаясь в связи с данным заявлением подсудимого с разъяснениями к присяжным заседателям, председательствующий использовал юридический термин «допустимость», которому присяжные заседатели могли дать различное толкование. Без достаточных оснований председательствующий не снял вопрос защитника о семейном положении потерпевшей, не прервал его выступление в прениях при демонстрации макета орудия преступления, а также при приведении примера о профессиональных навыках спортсменов. В напутственном слове председательствующий не уделил внимания обстоятельствам, которые не должны были учитываться присяжными заседателями при вынесении вердикта, и допустил сам высказывание о том, что присяжные посвятили значительную часть жизни судебному процессу, отложив все дела, которое, как полагает адвокат, могло оказать влияние на их решение при вынесении вердикта. В своей отдельной жалобе адвокат Маркина Е.В. оспаривает правомерность действий судьи, который, рассмотрев доводы апелляционной жалобы как замечания на протокол судебного заседания, тем самым вышел за пределы своих полномочий.

Представитель потерпевшей и её законного представителя - адвокат Маркина Л.Ф. утверждает, что в напутственном слове председательствующий неполно и нечётко изложил позицию стороны обвинения, ограничившись лишь перечислением доказательств; в нарушение закона пояснил, что позиции стороны защиты и обвинения противоречат друг другу, хотя во время прений они ссылались на одни и те же доказательства по делу.

В своих возражениях на апелляционные жалобы и представление государственного обвинителя оправданный Михайлов А.В. и его защитники Ковалев В.А. и Борисенко Ю.В. указывают на несостоятельность изложенных доводов, считают апелляционные жалобы и представление необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, представления и возражений на них, Судебная коллегия находит оправдательный приговор суда законным и обоснованным, постановленным в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о непричастности Михайлова А.В., а апелляционные представления и жалобы не подлежащими удовлетворению.

Согласно ст.389 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменён по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право указанных участников процесса на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов. Оправдательный приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, подлежит отмене, если при неясном и противоречивом вердикте председательствующий не указал присяжным заседателям на неясность и противоречивость и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист. Таких нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда с участием присяжных заседателей, при рассмотрении судом данного дела допущено не было.

Формирование коллегии присяжных заседателей проведено в судебном заседании с соблюдением требований ст.328 УПК РФ. Никто из участников судебного разбирательства не заявлял о её тенденциозности и необъективности. Оснований ставить под сомнение способность присяжных заседателей в объективном рассмотрении дела, в том числе в связи с участием в исследовании доказательств присяжного заседателя, привлекавшегося к уголовной ответственности, но не участвовавшего в вынесении вердикта, у суда не имелось.

Так, из протокола судебного заседания от 19 января 2016 г.

усматривается, что после поступления в суд информации о том, что в 2004 г.

в отношении присяжного заседателя №8 Ф возбуждалось уголовное дело, которое было прекращено по основаниям, предусмотренным ст.25 УПК РФ, сторона обвинения, будучи поддержанной другими участниками процесса, заявила ходатайство об отводе указанного присяжного заседателя.

При этом сам присяжный заседатель №8 дал исчерпывающие объяснения относительно причин, по которым не откликнулся на заданный в ходе отбора коллегии присяжных заседателей вопрос, считая себя лицом не привлекавшимся к уголовной ответственности. С соблюдением установленной процедуры данный присяжный заседатель был отведён председательствующим судьёй от дальнейшего участия в рассмотрении дела.

Данных о том, что до момента отвода от участия в рассмотрении дела указанный присяжный заседатель нарушал обязанности, предусмотренные п.2 ч.2 ст.ЗЗЗ УПК РФ, высказывал какие-либо свои мнения и суждения относительно обстоятельств дела и оказывал тем самым на коллегию присяжных заседателей влияние в целях принятия того либо иного решения, в материалах дела не имеется и в жалобах и представлении их авторами не приводится.

После отвода присяжного заседателя №8 судебное следствие по делу ещё продолжалось и стороны представляли присяжным заседателям имеющиеся доказательства.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона и с учётом особенностей, предусмотренных в суде присяжных. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на вынесение вердикта коллегии присяжных заседателей, по делу не допущено.

Заявление защитника Борисенко о том, что три опытных следователя и прокурор не смогли найти истину по делу, сделано в рамках высказывания его позиции о невиновности подсудимого, и его нельзя рассматривать существенным нарушением требований ч.З ст.335 УПК РФ, тем более, что из содержания речи, в контексте которой эта фраза была произнесена, она не несла в себе цели, порочащей деятельность правоохранительных органов, и к тому же до того, как адвокат придал этому высказыванию какой-то иной смысл, его выступление было прервано председательствующим судьёй, который дал коллегии присяжных заседателей необходимые разъяснения о том, что деятельность органов следствия не является предметом судебного разбирательства и призвал их не принимать во внимание сказанное защитником в этой части.

Утверждения государственного обвинителя и представителей потерпевших о доведении до сведения присяжных заседателей информации о применении к Михайлову А.В. незаконных методов воздействия при получении признательных показаний не соответствует протоколу судебного заседания.

Вопрос адвоката Ковалёва относительно причин дачи подсудимым иных показаний в ходе следствия был снят председательствующим. А та форма, в которой подсудимый сообщил о том, что в этих показаниях оговорил себя, не противоречит закону, поскольку он не упоминал о совершённом самооговоре как следствии воздействия на него сотрудников правоохранительных органов. К тому же уголовно-процессуальный закон не содержит запрета для подсудимого по изложению оценки собственных показаний в ходе предварительного следствия как неправдивых. После высказывания им в последнем слове доводов о том, что он дал показания, «чтобы не остаться инвалидом», председательствующий незамедлительно прервал подсудимого и, обратившись к присяжным заседателям, разъяснил, чтобы эти доводы подсудимого были оставлены ими без внимания. Более того, в напутственном слове председательствующий судья дополнительно им напомнил об этом.

Из протокола судебного заседания не усматривается фактов систематического нарушения стороной защиты требований ч.7 ст.335 УПК РФ, регламентирующих особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей, либо такого бездействия председательствующего судьи, которые позволяли бы Судебной коллегии прийти к выводу, что вердикт, вынесенный коллегией присяжных заседателей, явился по своему содержанию результатом оказанного на неё незаконного воздействия.

Те вопросы, которые не были направлены на установление фактических обстоятельств дела, своевременно председательствующим судьёй отклонялись, что исключало их выяснение, а само содержание вопросов не несло в себе заранее обусловленного ответа, на основе которого могло формироваться мнение присяжных заседателей по делу.

Так председательствующий судья действовал при поступлении вопроса об основаниях и времени задержания подсудимого и других вопросов процедурного характера. Не была допущена председательствующим к исследованию также версия стороны защиты о наличии у Михайлова травмированной руки, хотя данное обстоятельство связывалось адвокатом с проверкой возможности совершения его подзащитным инкриминируемых ему действий при таком состоянии. Кроме того, следует отметить, что самим государственным обвинителем в присутствии присяжных заседателей был оглашён содержащийся в т.2, л.д. 101 - 109 протокол допроса подозреваемого Михайлова, где тот, рассказывая о преступных событиях, связывал физическое преимущество перед ним потерпевших именно с имевшейся у него травмой руки, что, по его признанию, наложило определённый отпечаток на его поведение в сложившейся ситуации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы доведение до присяжных заседателей сведений об отсутствии брака между потерпевшими не могло свидетельствовать о формировании у присяжных заседателей предвзятого отношения к ним, тем более, что выяснение характера отношений Г и М имело место скорее в свете установления обстоятельств их совместного нахождения в квартире, где они были вместе убиты, а не выяснения каких-либо не относящихся к делу характеризующих их данных.

Несостоятельны доводы жалоб и представления о том, что использование защитником в прениях предмета, имитирующего орудие преступления, оказало незаконное воздействие на присяжных заседателей, поскольку, как следует из протокола судебного заседания, защитник не ссылался при этом на доказательственное значение этого предмета, по своим свойствам явно не подходящего под описание настоящего орудия убийства.

Кроме того, напутствуя присяжных заседателей, председательствующий указал, что аргументы сторон в прениях не являются доказательствами.

Ошибочной является и оценка государственным обвинителем ссылки защитника в прениях на отсутствие у подсудимого физической возможности выбросить орудие преступления в месте его обнаружения как попытки поставить под сомнение законность получения доказательства. Такое утверждение защитника было направлено в поддержку версии Михайлова о непричастности к убийству и имело место в рамках спора о достоверности доказательства, а не его допустимости, как на то ссылается государственный обвинитель.

Также не имелось у председательствующего судьи оснований останавливать выступление защитника в прениях при ссылках на состояние зрения потерпевшей М о чём при её допросе сообщала присяжным заседателям участник судопроизводства со стороны обвинения - потерпевшая М (т.9, л.д. 40), при этом сторона обвинения не была ограничена в праве поставить под сомнение данное обстоятельство путём представления иных доказательств.

Не имеется оснований считать, что присяжные заседатели подверглись незаконному воздействию в связи с утверждением подсудимого в последнем слове о возможности с помощью высоких технологий установить точное местонахождение человека, поскольку в данном случае таким способом им оспаривалась достоверность показаний специалиста Д пояснявшего в судебном заседании в присутствии присяжных заседателей об особенностях функционирования системы сотовой связи и фиксации координат абонента, каковым являлся подсудимый.

Высказывание подсудимого о том, что на его месте может оказаться любой, не содержало указаний на конкретные нарушения закона, не увязывалось с процедурой получения доказательств, в связи с чем председательствующий не прервал его выступление, однако предусмотрительно обратил внимание присяжных заседателей в напутственном слове, что им не стоит представлять ни себя, ни близких на месте участников процесса.

Как видно из материалов дела, сведения о прибытии Михайлова к месту уничтожения улик ранее сообщались им при допросе на предварительном следствии, изложены в обвинительном заключении, и в последнем слове подсудимый лишь дал им критическую оценку с точки зрения достоверности, вследствие чего у председательствующего не было предусмотренных ст.294 УПК РФ оснований для возобновления судебного следствия. Не ходатайствовала об этом и сторона обвинения, хотя опровержение выдвинутых версий относится именно к её прерогативе, если такая необходимость возникает. К тому же председательствующий счёл возможным в этом случае обратить внимание присяжных заседателей на то, что маршрут движения, о котором пытался вести речь Михайлов, не относится к обстоятельству, которое надлежало устанавливать присяжным заседателям при вынесении вердикта.

Исходя из характера тех нарушений, о которых идёт речь в апелляционном представлении и жалобе, не усматривается, что Михайловым и его защитой целенаправленно и акцентированно допускались какие бы то ни было высказывания, направленные на формирование неправильного восприятия присяжными сути происходящего, а принятых председательствующим судьёй мер было недостаточно для ограждения коллегии присяжных заседателей от незаконного воздействия.

Никаких иных действий и высказываний в ходе судебного следствия либо проведения прений, которые ставили бы под сомнение законность процедуры судебного разбирательства, свидетельствовали о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, которые ограничили право участников процесса на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов, Судебной коллегией не установлено.

В присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст.334 УПК РФ.

Таким образом, действия председательствующего судьи в полной мере обеспечивали соблюдение сторонами требований об особенностях судопроизводства в суде с участием присяжных заседателей, а отступления от этих требований, на которые обращается внимание в апелляционных жалобах и представлении, устранялись путём принятия председательствующим надлежащих мер, заключающихся в отклонении не отвечающих закону вопросов, прерывании выступающего либо отвечающего на вопросы участника с вынесением замечания, обращении к коллегии присяжных с указаниями и разъяснениями относительно информации, не имеющей для них значения. Указанные сторонами и зафиксированные в протоколе судебного заседания нарушения нельзя признать носящими системный характер и столь существенными, что требовало бы иных мер процессуального реагирования со стороны председательствующего, свидетельствовало бы о предубеждённости в результате их присяжных заседателей относительно невиновности Михайлова.

Вопросный лист сформулирован судьёй в соответствии с требованиями ст. 338, 339 УПК РФ, с учётом предъявленного и поддержанного государственным обвинителем обвинения, результатов судебного следствия и прений сторон. Вопросы поставлены в понятных присяжным заседателям формулировках.

Неясностей по вопросам у присяжных заседателей не возникало.

Напутственное слово председательствующего судьи соответствует положениям ст.340 УПК РФ, в нём приведены только те доказательства, которые были предметом судебного разбирательства и исследовались в присутствии присяжных заседателей.

Из текста напутственного слова не усматривается, что председательствующий судья каким-либо образом выразил в нём своё мнение, свидетельствующее об оправдательном уклоне, либо не уделил внимания обстоятельствам, которые не должны учитываться присяжными заседателями при вынесении вердикта, неполно или нечётко изложил позицию стороны обвинения, исказил позиции сторон. Сторонами не было заявлено возражений на напутственное слово председательствующего судьи по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности при обращении к присяжным заседателям.

Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и непротиворечивым.

Рассмотрение судьёй замечаний на протокол судебного заседания, содержащихся в тексте апелляционной жалобы, вопреки доводам представителя потерпевших Маркиной Е.В., не является нарушением уголовно-процессуального закона, так как в жалобе ею действительно не только были приведены доводы о незаконности и необоснованности судебного решения, но и имелись однозначные ссылки на несоответствие в некоторой части протокола судебного заседания фактическому ходу судебного разбирательства. Подобные действия председательствующего судьи не влекут за собою изменение процессуального статуса поданного адвокатом Маркиной Е.В. документа как апелляционной жалобы, которая в настоящем случае, наряду с жалобой Маркиной Л.Ф. и представлением государственного обвинителя, также является поводом для апелляционного рассмотрения дела.

Согласно ст. 348 УПК РФ оправдательный вердикт присяжных заседателей обязателен для председательствующего и влечёт за собой постановление им оправдательного приговора.

Как видно из материалов дела, приговор суда постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей и отвечает требованиям ст. 350, 351 УПК РФ.

При таких данных оснований для отмены приговора по доводам, изложенным в апелляционных представлении и жалобах, не имеется.

20 28 На основании изложенного и руководствуясь ст. 389, 389 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Ростовского областного суда с участием присяжных заседателей от 10 февраля 2016 г. в отношении Михайлова А В оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий судья Судьи

Статьи законов по Делу № 41-АПУ16-5СП

УК РФ Статья 105. Убийство
УК РФ Статья 302. Принуждение к даче показаний
УПК РФ Статья 328. Формирование коллегии присяжных заседателей
УПК РФ Статья 25. Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон
УПК РФ Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей
УПК РФ Статья 294. Возобновление судебного следствия
УПК РФ Статья 334. Полномочия судьи и присяжных заседателей
УПК РФ Статья 340. Напутственное слово председательствующего
УПК РФ Статья 348. Обязательность вердикта
УПК РФ Статья 350. Виды решений, принимаемых председательствующим
УПК РФ Статья 351. Постановление приговора

Производство по делу

Договор-Юрист
— это юристы, кодексы и бланки

Команда Договор-Юрист.Ру предлагает вашему вниманию набор актуальных юридических документов и договоров для работы с физическими и юридическими лицами.

Типовые договорыТиповые договоры

Активные юристыАктивные юристы

Телефон: +7 952 292-75-45
Телефон: +79060684949
Телефон: +7 (950) 783-58-69

Лучшие юристыЛучшие юристы

онлайн
Фото юриста
Степанова Татьяна
г. Санкт-Петербург
рейтинг: 90
Телефон: +79213445674
онлайн
Фото юриста
Коломиец Валерий Юрьевич
г. Анадырь, Санкт-Петербург
рейтинг: 0
Телефон: 89234395555

Ответы юристовОтветы юристов

Загрузка
Наверх