Дело № 41-О12-29СП

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №41-О12-29СП

от 30 мая 2012 года

председательствующего Степалина В.П.,

при секретаре Кочкине Я.В., рассмотрела в судебном заседании дело по кассационному представлению заместителя прокурора Ростовской области Клименко А.Д., кассационной жалобе осуждённого Ибрагимова М.А. на приговор Ростовского областного суда с участием присяжных заседателей от 17 февраля 2012 года, которым

ИБРАГИМОВ [скрыто]

осужден к лишению свободы по п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ с применением ст. 62 УК РФ на 10 лет, по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ст. 62 УК РФ на 15 лет с ограничением свободы на 1 год, с возложением конкретных обязанностей, по ч. 3 ст. 162 УК РФ на 8 лет, по ч. 3 ст.30 и ч. 2 ст. 322 УК РФ с применением ст. 62 УК РФ на 2 года, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, определено 18 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год и возложением конкретных обязанностей;

ШТЕПА [скрыто]

I ранее не судимый,

оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, за непричастностью, а также в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. п. «ж,з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, за отсутствием состава преступления; за ним же признано право на реабилитацию;

он же, Штепа С.Н., осужден по ч. 3 ст. 30 и ч. 2 ст. 322 УК РФ с применением ст. 65 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении.

Постановлено взыскать с Ибрагимова М.А. в пользу [скрыто] в

возмещение материального ущерба - [скрыто] рублей, в счет компенсации морального вреда - [скрыто] рублей, а также процессуальные издержки в доход государства в размере [скрыто] рубля [скрыто] копеек, и со Штепы С.Н. -( [скрыто] рублей.

Заслушав доклад судьи Климова А.Н., объяснения по доводам жалоб адвоката Пермяковой Т.Н., мнение прокурора Щукиной Л.В., поддержавшей представление, полагавшей приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, возражения адвоката Алавердова Г.Н. на доводы представления, судебная коллегия

установила:

Вердиктом коллегии присяжных заседателей от 24 января 2012 года Ибрагимов М.А. признан виновным в том, что 05 августа 2010 года в период времени с 04 часов 00 минут до 05 часов 00 минут, Ибрагимов М.А

и неустановленное следствием лицо подошли к домовладению А_

расположенному по адресу: [скрыто]

[скрыто] после чего Ибрагимов М.А

указанное выше лицо через незапертую дверь без согласия на то [скрыто] проникли в её дом, где указанное выше лицо осталось на веранде наблюдать за окружающей обстановкой, а Ибрагимов М.А., напав на [скрыто] стал угрожать ей применением пневматического пистолета, а

затем, реализуя с неустановленным следствием лицом общее намерение о

и

завладении имуществом

забрал пару золотых серег

стоимостью сотовый телефон <<

рублей, золотую цепочку стоимостью

рублей,

стоимостью

сумме [скрыто] рублей, а всего имущество на общую сумму

(рублей, наличные деньги в

рублей, с

которым скрылись.

Эти действия Ибрагимова М.А. по эпизоду разбойного нападения на

[скрыто] суд квалифицировал по ч. 3 ст. 162 УК РФ.

Этим же вердиктом коллегии присяжных заседателей Штепа СИ. признан невиновным по эпизоду нападения на ?4

и в указанной

части в отношении него был постановлен оправдательный приговор.

Этим же вердиктом коллегии присяжных заседателей от 24 января 2012 года Ибрагимов М.А. признан виновным в том, что 09 октября 2010 года, в период времени с 00 часов 00 минут до 05 часов 00 минут он прибыл на автомобиле [скрыто] под

управлением [скрыто] не осведомленного о его намерениях, по

месту жительства потерпевшего [скрыто] д расположенному по адресу:

_откуда обманным путем, под надуманным предлогом, вывел

на участок местности, расположенный в 500 м. от южной окраины х. где напал на него для завладения чужим имуществом, в ходе которого нанес [скрыто] не менее 8 ударов руками по голове и

конечностям, в том числе металлическим «баллонным» автомобильным ключом. Когда [скрыто] попытался убежать, Ибрагимов М.А. догнал

его, повалил на землю, после чего обвязал вокруг шеи [скрыто] бельевую веревку, концы которой затягивал на шее потерпевшего до тех пор, пока [скрыто] не перестал подавать признаки жизни. В результате

чего Ибрагимов М.А. причинил >Я [скрыто] телесные повреждения в виде кровоподтеков, ссадин лица, задней поверхности груди, в поясничной области, на задней наружной поверхности бедер, ушибленных ран головы, закрытый перелом основной фаланги третьего пальца левой кисти, а также: комплекс повреждений, включающий в себя нетипичную прижизненную странгуляционную борозду в верхней трети шеи, кровоизлияния шеи, в межмышечной строме, в жировой клетчатке, в подслизистом слое глотки, множественные внутрикожные кровоизлияния лица, обоих глаз, перелом правого большого рожка подъязычной кости, вдавленный перелом правой пластинки щитовидного хряща, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани шеи и легких, острое вздутие легких, составляющий механическую асфиксию от удавления органов шеи петлей и твердыми тупыми предметами. Убедившись в наступлении смерти [скрыто] 1 Ибрагимов

М.А. для того, чтобы скрыть труп, перенёс его в багажник автомобиля

под управлением Б ' 1

который не догадывался о его намерениях, после чего перевёз к домовладению "Л 1 где Ибрагимов М.А. перенёс труп в подвал

сарая и забросал его бытовым мусором.

Эти действия Ибрагимова М.А. по эпизоду разбойного нападения и

суд квалифицировал по п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2

убийства "V ст. 105 УК РФ.

Этим же вердиктом коллегии присяжных заседателей Штепа С.Н. был

признан невиновным в нападении и убийстве Ц

при

отягчающих обстоятельствах.

Кроме того,вердиктом коллегии присяжных заседателей от 24 января 2012 года Ибрагимов М.А. и Штепа С.Н. признаны виновными в том, что они, заранее договорившись между собой пересечь Государственную границу Российской Федерации в нарушение установленного порядка, не имея действительных документов либо надлежащего разрешения на право выезда из Российской Федерации, 20 октября 2010 года примерно в 19 часов 00 минут прибыли из [скрыто] области в с. [скрыто]

района Республики [скрыто] Российской Федерации. Реализуя задуманное,

21 октября 2010 года Ибрагимов М.А. и Штепа С.Н. совместно пешком направились в глубь пограничной зоны в направлении сопредельного государства Республики [скрыто] однако по независящим от них

обстоятельствам, не смогли довести до конца свои действия, так как в этот же день, 21 октября 2010 года в 14 часов 35 минут были задержаны пограничным нарядом ПУ ФСБ РФ по Республике [скрыто] 1 на участке

местности в районе с. [скрыто], являющейся пограничной зоной на расстоянии около 500 м от знака пограничной зоны.

Эти действия Ибрагимова М.А. и Штепы С.Н. суд квалифицировал по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 322 УК РФ.

В кассационном представлении утверждается, что представители защиты неоднократно оказывали незаконное воздействие на коллегию присяжных заседателей, ставя под сомнение законность допущенных к исследованию доказательств и ссылаясь на неисследованные обстоятельства. Вердикт коллегии присяжных заседателей в части ответа на вопрос № 8 является неясным и противоречивым. В качестве обстоятельств, смягчающих ответственность Ибрагимова М.А., суд признал его явку с повинной, активное способствование раскрытию преступления, наличие на иждивении малолетних детей и применил к нему ст. 62 УК РФ за преступление, предусмотренное п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. При этом суд не учел положение ч. 3 ст. 62 УК РФ, согласно которому к таким преступлениям ч. 2 ст. 62 УК РФ не применяется. Кроме того, Ибрагимов М.А. не является гражданином Российской Федерации и в соответствии с ч. 6 ст. 53 УК РФ суд не мог назначить ему ограничение

свободы. Просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе осуждённый Ибрагимов М.А. указывает, что он недостаточно хорошо владеет русским языком и в суде его лишили возможности пользоваться услугами переводчика. Он не ознакомлен с протоколом судебного заседания за январь и февраль месяцы и по этой причине не смог принести свои замечания. В ответах № № 8 и 9 присяжные заседатели не признали его виновным в разбое. Дело рассмотрено с обвинительным уклоном, и председательствующий судья незаконно отказала в удовлетворении ходатайств его защитника об исследовании дополнительных доказательств. Просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение.

В возражении адвокат Алавердов Г.Н. не согласен с доводами представления и просит оставить оправдательный приговор в отношении Штепа С.Н. без изменения.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы представления и жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что приговор в отношении Штепы С.Н. и Ибрагимова М.А. по эпизоду нападения и убийства [скрыто] подлежит отмене, а в остальной части -

постановлен правильно.

По смыслу ст. ст. 379, 385 УПК РФ обвинительный или оправдательный приговоры, постановленные с участием присяжных заседателей, в случае вынесения присяжными заседателями противоречивого вердикта является незаконным и подлежит отмене.

Ибрагимов М.А. и Штепа С.Н. обвинялись органами предварительного следствия в том, что они 9 октября 2010 года совместно

совершили нападение на [скрыто] в целях завладения чужим

имуществом, в ходе которого убили [скрыто] и его труп спрятали в

домовладении потерпевшего, завладев его имуществом.

Отвечая на вопрос № 8, коллегия присяжных заседателей признала доказанным событие преступления, исключив из обвинения похищенное имущество, но признала доказанным факт совершения нападения на именно с целью завладения чужим имуществом.

В ответе на вопрос № 9, поставленный в отношении Ибрагимова М.А., присяжные заседатели исключили из его обвинения нападение на

У I с целью завладения чужим имуществом и факт похищения

имущества, перечисленного в обвинительном заключении.

Вердикт в этой части, как это обоснованно утверждается в кассационном представлении и в кассационной жалобе, действительно является неясным и противоречивым.

Согласно ч. 2 ст. 345 УПК РФ, найдя вердикт неясным или противоречивым, председательствующий судья обязан указать об этом присяжным заседателям и предложить им возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.

Однако в данном случае это требование закона не было выполнено, и по этой причине судебная коллегия считает необходимым согласиться с доводом представления и о том, что отмеченная выше неопределенность могла повлиять и на решение присяжных заседателей о невиновности Штепы С.Н. во вменённом ему по данному эпизоду деянии.

В частности, в ответе на вопрос № 12 присяжные заседатели признали доказанным, что Штепа С.Н. и Ибрагимов М.А. совместно напали на [скрыто] нанесли ему не менее 8 ударов по голове и

конечностям, повалили на землю, после чего Штепа С.Н., обхватив руками шею потерпевшего, стал душить его, а Ибрагимов М.А., обвязав вокруг шеи [скрыто] бельевую веревку, концы которой Штепа С.Н. и

Ибрагимов М.А. стали совместно затягивать на шее потерпевшего до тех пор, пока [скрыто] перестал подавать признаки жизни. Труп [скрыто]

[скрыто]. перевезли в его домовладение, где перенесли в подвал и забросали бытовым мусором (т. 10 л.д.183). Однако, несмотря на доказанность этих фактов, в ответе на вопрос № 13 присяжные заседатели признали Штепу С.Н. невиновным в совершении перечисленных выше действий.

Неясность и противоречивость вердикта в этой части была вызвана еще и тем, что председательствующий судья проигнорировал позицию Штепы С.Н. в суде и в порядке ч. 3 ст. 339 УПК РФ не поставил перед присяжными заседателями вопрос, сформулированный защитником Алавердова H.H. о виновности Штепы С.Н. в совершении менее тяжкого преступления (т.9 л.д.93).

О неясности и противоречивости вердикта свидетельствует также и то, что в ходе судебного разбирательства подсудимые Ибрагимов М.А. и Штепа С.Н. не оспаривали вмененное им обстоятельство - наступление смерти [скрыто] на месте, где было совершено на него нападение.

Однако в ответах на вопросы № № 8, 9, 12 присяжные заседатели данное

обстоятельство признали недоказанным вопреки позиции как стороны обвинения, так и защиты (т. 10 л.д.183).

Такой вердикт присяжных заседателей в части вмененных Ибрагимову М.А. и Штепе С.Н. действий, связанных с нападением и убийством [скрыто] судебная коллегия не может признать ясным и

непротиворечивым, и по этой причине считает необходимым по данному эпизоду отменить как обвинительный приговор в отношении Ибрагимова М.А., так и оправдательный приговор в отношении Штепы С.Н., и дело в этой части направить на новое рассмотрение.

Что касается приговора в части признания Штепы С.Н невиновным в разбойном нападении на А ~~1 признания его и Ибрагимова М.А. виновными в покушении на незаконное пересечение Государственной границы Российской Федерации, а также в части признания Ибрагимова М.А. виновным в разбойном нападении на /Щ ~~I то судебная

коллегия считает необходимым его оставить без изменения.

Так, доводы Ибрагимова М.А. о том, что в ходе судебного разбирательства его лишили права пользоваться родным языком, являются несостоятельными. На предварительном слушании и в подготовительной части судебного разбирательства Ибрагимову М.А. разъяснялось его право давать показания на родном языке и воспользоваться услугами переводчика, однако он такого ходатайства не заявлял (т.9 л.д.4-5, т. 10 л.д.10-12). Его интересы как на предварительном следствии, так и в ходе судебного разбирательства защищал профессиональный адвокат, который также не заявлял ходатайств о предоставлении Ибрагимову М.А. переводчика.