Дело № 48-О07-24

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 23 августа 2007 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Коваль Владимир Сергеевич
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 48-О07-24

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 23 августа 2007 г.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Свиридова Ю.А.
судей Коваля В.С. Мезенцева А.К.

рассмотрев в судебном заседании кассационное представление государственного обвинителя Геринг Т.Е., кассационные жалобы осужденных Бусыгина В.Ю., Фрика Д.И., Сафина Р.Ш., Белоногова В.Н., Панфилова Ю.А., адвокатов Кашич М.В., Русских Д.Г., Брагиной А.П., Новикова А.М. на приговор Челябинского областного суда от 28 декабря 2006 года, по которому ПАНФИЛОВ Ю А , судимый 3 января 1991 года по ст. 102 п.п. «а, г», ст. 146 ч. 2 п.п. «б, в», ст. 218 ч. 1 УК РСФСР на тринадцать лет лишения свободы, освобожден 17.11.2000г. условно-досрочно на 2 года 28 дней, осужден по ст. 162 ч. 3 (в редакции ФЗ от 08.12.2003г.) на восемь лет лишения свободы; ст. 158 ч. 2 п. «в» УК РФ на четыре года лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено девять лет лишения свободы.

В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров назначено десять лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан по ст. 209 ч. 2, ст. 222 ч. 3 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступлений; по ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 105 ч. 2 п. «з», ст. 105 ч. 2 п. «з», ст. 159 ч. 4, ст. 327 ч. 2 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступлений.

БУСЫГИН В Ю осужден по ст. 162 ч. 2 УК РФ (в редакции ФЗ от 08.12.2003г.) на шесть лет лишения свободы; ст. 162 ч. 3 (в редакции ФЗ от 08.12.2003г.) на восемь лет лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено десять лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан по ст. 209 ч. 1, ст. 209 ч. 2, ст. 222 ч. 3 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступлений; по ст. 162 ч. 3 п. «а, в», ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 105 ч. 2 п. «з», ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступлений.

САФИН Р Ш , судимый: 1. 25 июня 1998 года по ст. 188 ч. 2, ст. 228 ч. 1, ст. 64 УК РФ на один год восемь месяцев лишения свободы, освобожден 27 июля 1999 года по отбытии срока наказания; 2. 29 марта 2002 года (с последующими изменениями) по ст. 162 ч. 3 УК РФ на девять лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, осужден по ст. 162 ч. 3 УК РФ (в редакции ФЗ от 08.12.2003г.) на восемь лет лишения свободы; ст. 158 ч. 2 п. «в» УК РФ на четыре года лишения свободы; ст. 111ч. 1 УК РФ на пять лет лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено десять лет лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений назначено двенадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФРИК Д И , судимый 21 апреля 2000 года по ст. 163 ч. 2 п.

«а» УК РФ на три года шесть месяцев лишения свободы, освобожден 15.11.2000г. на основании п. 7 постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ «Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов» от 26 мая 2000 года, осужден по ст. 159 ч. 4 УК РФ на пять лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Он же оправдан по ст. 209 ч. 2. ст. 222 ч. 3 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях составов преступлений; по ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 3 п.п. «а, б», ст. 162 ч. 3 п.п. «а, в», ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 105 ч. 2 п.

«з», ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступлений.

БЕЛОНОГОВ В Н , судимый 30 августа 1996 года по ст. 146 ч. 2 п. «а», ст. 145 ч. 2 ст. 15. ст. 145 ч. 2 УК РСФСР на три года шесть месяцев лишения свободы, освобожден 24 апреля 1999 года по отбытии срока наказания, осужден по ст. 161 ч. 2 п. «а» (в редакции ФЗ от 08.12.2003г.) на четыре года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

РУССКИХ И В , осужден по ст. 161 ч. 2 п. «а» УК РФ (в редакции ФЗ от 08.12.2003г.) на три года лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

ПАНЬКОВ П В , оправдан по ст. 209 ч. 1, ст. 222 ч. 1 УК РФ в связи с отсутствием состава преступлений в его действиях; по ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 3 п.п. «а, б», ст. 162 ч. 3 п.п. «а, б», ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 105 ч. 2 п.

«з», ст. 105 ч. 2 п. «з», ст. 159 ч. 4, ст. 327 ч. 2 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступлений.

ИЛЬЧЕНКО Н А , судимый 22 июня 1998 года по ст. 103 УК РСФСР на семь лет лишения свободы, освобожденный 13.11.2003г. по отбытии срока наказания, оправдан по ст. 209 ч. 2, ст. 222 ч. 3 УК РФ в связи с отсутствием состава преступлений в его действиях; по ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 162 ч. 3 п.п. «а, в», ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 105 ч. 2 п. «з», ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступлений.

НАЙШ В Г , судимый 30 января 1998 года по ст. 161 ч. 2 п. «а», ст. 132 ч. 1 УК РФ на шесть лет лишения свободы, освобожден 22.11.2001г. условно- досрочно на 1 год 7 месяцев 21 день, оправдан по ст. 159 ч. 4, ст. 327 ч. 2 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступлений.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Коваля В.С, объяснения осужденных Бусыгина В.Ю., Фрика Д.И., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Савинова Н.В., поддержавшего доводы кассационного представления, судебная коллегия

установила:

Бусыгин и Белоногов признаны виновными в разбойном нападении на потерпевшего Е , а Русских - в открытом хищении имущества потерпевшего; Бусыгин, Панфилов и Сафин - в совершении разбойного нападения на Г и У .

Фрик признан виновным в совершении мошеннических действий.

Кроме того, Сафин признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего Р , а также он и Панфилов - в краже имущества потерпевшего.

Преступления совершены ими с 21 ноября 2000 года по март 2005 года в при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Кроме того, судом оправданы: - Паньков и Бусыгин по ст. 209 ч. 1 УК РФ, а Бусыгин, Ильченко, Фрик, Панфилов по ст. 209 ч. 2 УК РФ, Паньков, Бусыгин, Фрик, ПанфиловИльченко по ст. 222 ч. 3 УК РФ в связи с отсутствием в их действиях составов преступлений; Также оправданы в связи с непричастностью к совершению преступлений: - Паньков, Фрик, Панфилов по ст. 162 ч. 3 п. «а» УК РФ (в совершении разбойного нападения на Е ); - Паньков, Фрик по ст. 162 ч. 3 п.п. «а, б» УК РФ (в совершении разбойного нападения на Г и У ); - Паньков, Фрик, Бусыгин по ст. 162 ч. 3 п.п. «а, б» УК РФ (в совершении разбойного нападения на Р ); - Паньков, Панфилов, Найш по ст. 159 ч. 4, ст. 327 ч. 2 УК РФ; - Паньков, Панфилов, Фрик, Бусыгин по ст. 162 ч. 3 п. «а» УК РФ (в совершении разбойного нападения на Д ); - Паньков, Панфилов, Фрик, Бусыгин, Ильченко по ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ (в совершении разбойного нападения на Д ); - Паньков, Панфилов, Фрик, Бусыгин, Ильченко по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ (в совершении убийства Б ); - Паньков, Панфилов, Фрик, Бусыгин, Ильченко по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ (в совершении убийства П ). • осужденный Бусыгин просит приговор отменить, дело прекратить, указывая, что преступлений не совершал, материалы дела фальсифицированы, а приговор основан на показаниях осужденных Русских, Белоногова и Сафина, которые его оговорили, противоречивых показаниях потерпевших Е , Г , ссылается на алиби на момент совершения преступления в отношении потерпевшего Е ; • адвокат Кашич М.В. в защиту интересов Бусыгина просит приговор отменить, дело прекратить в связи с непричастностью Бусыгина к совершенным преступлениям. В частности указывает, что приговор в части осуждения Бусыгина по ст. 162 ч. 2 УК РФ основан на противоречивых показаниях осужденных Русских и Белоногова, а протокол опознания потерпевшим Е Бусыгина является недопустимым доказательством, также ссылается на наличие у Бусыгина алиби. Кроме того, считает, что гражданский иск ООО не подтвержден доказательствами. Считает, что приговор в части осуждения Бусыгина по ст. 162 ч. 3 УК РФ основан на показаниях осужденного Сафина, свидетелей К и З , которые его оговорили; • осужденный Сафин просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство, указывая, что преступление в отношении Г и У было совершено без участия Бусыгина и без оружия, о применении которого отсутствовала договоренность. Указывает, что он не совершал преступлений в отношении потерпевшего Р , а приговор основан на недопустимых доказательствах, в том числе его показаниях в ходе предварительного расследования; • осужденный Белоногов просит смягчить ему наказание с применением правил ст. 64 УК РФ до пределов, не связанных с лишением свободы, указывая, что его мать является инвалидом, жена в период совершения им преступления находилась в отпуске по уходу за ребенком, а коллектив ООО где он работал, просил назначить ему мягкое наказание; • осужденный Панфилов просит приговор в части его осуждения по ст. 158 ч. 2 п. «в» УК РФ отменить, дело прекратить в связи с его непричастностью к совершению преступления, указывая, что выводы суда основаны на противоречивых показаниях осужденного Сафина, от которых он отказался. Кроме того, просит смягчить наказание по ст. 162 ч. 3 УК РФ, ссылаясь на оказание помощи органам следствия в раскрытии преступления; • адвокат Русских Д.Г. в защиту интересов осужденного Русских И.В. просит с применением правил ст. 64 УК РФ смягчить назначенное ему наказание до условного, ссылаясь на активное способствование осужденного в раскрытии двух преступлений, возмещение ущерба потерпевшему Е , наличие на иждивении двух малолетних детей, один из которых является инвалидом; • осужденный Фрик просит приговор в части его осуждения по ст. 159 ч. 4 УК РФ отменить, дело прекратить в связи с непричастностью его к преступлению, указывая, что выводы суда не соответствуют фактическим материалам дела, материалы дела фальсифицированы органами следствия, а приговор суда основан на противоречивых показаниях свидетеля П ; • адвокат Новиков А.М. в защиту интересов осужденного Фрика просит приговор в части осуждения Фрика по ст. 159 ч. 4 УК РФ отменить, дело направить на новое судебное разбирательство, приводя те же доводы.

Кроме того, полагая, что судимость Фрика по приговору от 21 апреля 2000 года погашена, считает, что суд необоснованно признал наличие в действиях Фрика опасного рецидива преступлений; • представитель потерпевшей П . адвокат Брагина А.П. просит приговор в части оправдания Панькова, Ильченко, Фрика, Панфилова и Бусыгина за совершение убийства П отменить, дело направить на новое судебное разбирательство. Не приводя конкретных доводов, указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом неправильно применен уголовный закон, нарушен уголовно-процессуальный закон.

В кассационном представлении государственный обвинитель Геринг Т.Е. просит приговор отменить, дело направить в суд на новое судебное разбирательство, указывая, что выводы суда не соответствуют материалам дела, суд нарушил требования уголовно-процессуального закона, неправильно применил уголовный закон, назначил несправедливое наказание осужденным.

В частности отмечает, что в качестве доказательств вины осужденных в организации банды и участии в ней органы следствия сослались на показания свидетелей, допрошенных под псевдонимами «С .», «Д », «С », «Н », «Ю », «Н », которые дали показания о преступной группировке под руководством Панькова, однако суд необоснованно отказался использовать эти доказательства, сославшись на наличие сомнений в их достоверности в виду противоречий их как между собой, так и с другими доказательствами, а также отсутствие оснований для засекречивания личных данных свидетелей. Кроме того, отмечает, что суд также не дал оценки показаниям свидетелей З , Х , С , П , Б , Р , К , Ш , Т , К , осужденного Белоногова о наличии преступной группировки Панькова и оружия у ее участников, организации Паньковым разбойных нападений и убийств Б и П .

Считает, что, оправдав Панькова, Бусыгина, Панфилова, Ильченко, Фрика в совершении разбойных нападений на потерпевшую Д , суд не только необоснованно отказался признать доказательствами показания свидетелей «Н », «С », «Н », допрошенных в условиях, исключающих их визуальное наблюдение, дал неправильную оценку показаниям свидетелей Ш , Ш , а также показаниям потерпевшей Д , полученным в ходе предварительного расследования 05.02.2003г., 18.02.2004г., 23.04.2005г., 24.08.2005г., не дал оценки показаниям свидетеля Ш , Ш , потерпевшей Б . Полагает, что выводы суда о наличии у Фрика алиби на 15 января 2004 года необоснованны, так как представленные стороной защиты сведения о нахождении Фрика в период совершения преступления за границей в судебном заседании не проверялись, а сторона обвинения была ограничена во времени для проведения такой проверки.

Отмечает, что, оправдав Панькова, Бусыгина, Панфилова, Ильченко и Фрика в совершении убийства Б , суд необоснованно признал недопустимыми показания свидетелей «Н », «С », «Н », «Д », допрошенных в условиях, исключающих их визуальное наблюдение, протокол опознания свидетелем «Н » Фрика, не дал оценку показаниям свидетеля П . о том, что со слов самого Фрика ему известно, что о совершении им убийства Б , а также показаниям потерпевшей Б о том, что муж говорил ей, что скоро его убьет Паньков из-за возникшего конфликта.

Указывает, что, оправдав Панькова, Бусыгина, Ильченко и Панфилова в совершении убийства П , суд необоснованно поставил под сомнение показания свидетелей «С », «Н », «Б », «Е », в то время как показания свидетеля «Б » подтверждаются показаниями свидетелей Ч , С , Д , Г , давших описание лица, совершившего убийство П , протокол опознания свидетелем «Б » Ильченко, на которого свидетель также указал и в зале судебного заседания. Считает ошибочными выводы суда о противоречиях в показаниях свидетеля Ч , явившегося непосредственным очевидцем совершения убийства П , о невозможности свидетеля видеть лицо Ильченко, о признании недопустимым протокола опознания Ильченко свидетелем, а также о наличии алиби Ильченко. Отмечает, что суд дал неправильную оценку показаниям свидетеля М , и не дал оценки показаниям свидетелей Х , С , П ., Г , К , Р .

Считает, что, оправдав Панфилова, Панькова и Найша по ст. 159 ч. 4 УК РФ, не сделал анализа предложенных органами следствия доказательств и не привел мотивы, по которым признал обвиняемых непричастными к совершению преступления. В частности, по мнению государственного обвинителя, суд необоснованно не признал доказательством показания свидетеля « С », дал неправильную оценку показаниям свидетелей Ш , Б , С , Б . Отмечает, что суд в своих выводах допустил противоречие: признав допустимыми показания свидетеля П о причастности к совершению преступления Фрика, в то же время поставил под сомнения его показания о причастности к преступлению Панфилова, Панькова и Найша.

Указывает, что, оправдав Панькова, Панфилова, Фрика в совершении разбойного нападения на потерпевшего Е , суд необоснованно указал на отсутствие доказательств о причастности указанных лиц к совершению преступления. В частности отмечает, что суд допустил противоречие, выразившееся в том, что, признав достоверными показания осужденных Русских и Белоногова в ходе предварительного расследования о причастности к преступлению Бусыгина, в то же время не признал в качестве доказательства их же показания о причастности к преступлению Панькова, Панфилова и Фрика, дал неправильную оценку показаниям свидетеля «Н ».

Полагает, что, оправдав Панькова и Фрика в совершении разбойного нападения на потерпевших Г и У , суд дал неправильную оценку показаниям свидетелей «С », «Н », «Ю », необоснованно признал недопустимым доказательством протокол опознания потерпевшим Г Панфилова. Также считает, что суд необоснованно исключил по данному эпизоду такие квалифицирующие признаки, как совершение преступления с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с применением оружия.

Отмечает, что, оправдав Панькова, Бусыгина, Фрика в совершении разбойного нападения на потерпевшего Р , суд необоснованно поставил под сомнения показания свидетелей «Н », «Ю ». Вопреки показаниям потерпевшего, свидетелей Р , В , заключению судебно-медицинской экспертизы не признал, что Сафин и Панфилов вдвоем избивали потерпевшего и заранее договорились в качестве вознаграждения за содеянное завладеть материальными ценностями, находившимися при потерпевшем.

Указывает, что суд допустил нарушения норм уголовно- процессуального закона, отказав стороне обвинения и защиты в принудительном приводе свидетеля А , уведомленной о явке в суд, но не явившейся в судебное заседание без уважительной причины. Кроме того, суд в нарушение ст. 56 УПК РФ допросил в качестве свидетеля по ходатайству стороны защиты адвоката Скребкова, и в то же время отказал стороне обвинения в допросе дополнительного свидетеля С , который просил допросить его в условиях, исключающих его визуальное наблюдение Считает, что суд назначил чрезмерно мягкое наказание осужденным Бусыгину, Панфилову, Сафину, Фрику без учета степени общественной опасности совершенных ими преступлений, тяжести содеянного, данных о личности.

В возражениях на кассационное представление осужденные Панфилов, Бусыгин, Сафин, Фрик, адвокат Сазанакова СЛ. просят доводы государственного обвинителя оставить без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, кассационных жалоб и возражений на них, судебная коллегия находит приговор в отношении Панфилова и Сафина подлежащим изменению по следующим основаниям.

Бусыгин, Русских и Белоногов обоснованно осуждены за совершение 21 ноября 2000 года разбойного нападения на потерпевшего Е . Доводы кассационных жалоб о непричастности Бусыгина к совершенному преступлению опровергаются не только показаниями осужденных Русских и Белоногова, допрошенных в ходе предварительного следствия с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, но и показаниями Русских в судебном заседании, которые соответствуют показаниям потерпевшего Е об обстоятельствах совершения преступления.

При таких обстоятельствах оснований считать, что Русских и Белоногов оговорили Бусыгина, оснований не имеется, а действиям последнего дана правильная юридическая оценка.

Доводы осужденного о наличии у него алиби проверялись в судебном заседании и получили соответствующую оценку суда.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления о необоснованном оправдании Панькова, Фрика и Панфилова в совершении указанного преступления.

В качестве доказательств вины Панькова обвинение ссылалось на: - показания свидетеля «Н .», из которых следует, что летом 2004 года Русских И рассказал ему о том, что по «наводке» Панькова он (Русских), Бусыгин и еще двое незнакомых ему парней где-то на трассе остановили , используя милицейскую форму, совершили нападение на водителя, похитили бензин, который продали З . Сумму денег, вырученную от продажи бензина, разделили на всех участников нападения, включая и Панькова (т.7, л.д. 150-155); - показания обвиняемого Белоногова от 24.10.2005г., из которых следует, что через два дня после нападения на водителя Бусыгин сообщил ему, что нападение организовал Паньков, сообщив, как и где можно похитить большое количество бензина и кому его сбыть, поручил Бусыгину самому организовать совершение этого преступления. Паньков договаривался сам, а расчет З производил с Паньковым и Бусыгиным (т. 4, л.д. 37-40).

Однако Белоногов в судебном заседании свои показания о причастности к преступлению Панькова со слов Бусыгина, не подтвердил. Более того, его показания об этом противоречат другим его показаниям в ходе предварительного следствия, в которых он организатором называл Бусыгина.

Показания Белоногова и свидетеля «Н », на которые ссылается государственный обвинитель, не подтвердили как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании осужденные Русских, Бусыгин, свидетель З . Не подтверждаются они и другими доказательствами.

Как следует из показаний осужденного Русских, данных в ходе предварительного расследования при допросе в качестве обвиняемого, организатором преступления был Бусыгин, а кто руководил им, он не знает, но предполагает, что это мог быть Паньков (т. 4, л.д. 3-6). Показания свидетеля «Н » о роли Панькова общи, неконкретны. Тем более органы следствия вообще не представили доказательств вины в совершении этого преступления подсудимых Фрика и Панфилова, которым также было предъявлено обвинение в совершении этого разбойного нападения в составе организованной группы с другими осужденными, в том числе и Паньковым.

Обнаружение в жилище Панькова блокнота с указанием фамилии и номера телефона З , который не отрицал своего знакомства с Паньковым, также не может свидетельствовать об участии последнего в совершении преступления.

Поэтому следует признать, что суд дал надлежащую оценку представленным доказательствам, в связи с чем обоснованно пришел к выводу о непричастности Панькова, Фрика и Панфилова к совершению этого разбойного нападения и признал, что другие осужденные совершили преступление в группе лиц по предварительному сговору, а не в составе организованной группы.

Вина Бусыгина, Панфилова и Сафина в совершении 25 апреля 2001 года в разбойного нападения на Г и У подтверждается: - показаниями потерпевшего Г об обстоятельствах разбойного нападения на него и У тремя мужчинами, в ходе которого было похищено большое количество имущества, в том числе и автомашина »; - многочисленными показаниями осужденного Сафина в ходе предварительного расследования, в ходе которых он дал подробные показания о своем участии, а также Панфилова и Бусыгина в совершении преступления; - показаниями свидетеля Русских о том, что весной 2000 или 2001 года к нему приехали Сафин, Панфилов и Бусыгин и попросили на два дня его автомашину, чтобы съездить в на незнакомой местным жителям автомашине. На следующий день ночью к нему вновь приехали Бусыгин и Панфилов и попросили поставить в его гараж одну автомашину на несколько дней. В это же время подъехал на автомашине Сафин и поставил ее в гараж. В автомашине он видел множество предметов бытовой техники, видеоаппаратуру. Через два дня Бусыгин и Сафин забрали эту автомашину; - показаниями свидетелей З и К о том, что Бусыгин обменял с К автомашину на автомашину а К впоследствии обменял на автомашину принадлежащую Н , у которого она впоследствии была изъята как находящаяся в розыске и принадлежащая У . Свидетель З также пояснил, что от Бусыгина ему стало известно, что он вместе со своими «подельниками» похитил при совершении разбойного нападения.

В суде доводы Бусыгина о его непричастности к преступлению проверялись, но не нашли своего подтверждения. Оснований считать, что осужденный Сафин, свидетели Р , К и З оговорили Бусыгина, не имеется.

Поэтому доводы кассационных жалоб о необоснованном осуждении Бусыгина по ст. 162 ч. 3 УК РФ нельзя признать состоятельными. Судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления государственного обвинителя о необоснованном оправдании Панькова и Фрика в связи с непричастностью к данному преступлению и неправильной квалификации действий Бусыгина, Панфилова, Сафина.

Каких-либо доказательств о причастности Панькова и Фрика к совершению разбойного нападения, совершенному осужденными Бусыгиным, Панфиловым и Сафиным на потерпевших Г и У , органы предварительного следствия не представили.

Не содержится таких данных и в показаниях свидетелей «Н », «Ю », «С ». Единственное упоминание о Панькове содержится в показаниях свидетеля под псевдонимом «Ю », из которых следует, что со слов Панфилова ему известно, что последний сблизился с криминальной группировкой, во главе которой находится Паньков. Со слов Панфилова свидетелю стало известно, что Панфилов, Бусыгин и Сафин совершили разбойное нападение на семью в похитили много имущества, в том числе автомашину джип Подробностей данного преступления Панфилов ему не рассказывал и не говорил, кто организовал это преступление. Но свидетель знает, что Панфилов без ведома Панькова никаких преступлений не совершал.

Между тем, высказанное свидетелем предположение о причастности Панькова к совершению конкретного преступления не может быть положено в основу обвинительного приговора. Поэтому суд обоснованно признал Панькова и Фрика непричастными к данному преступлению и постановил в отношении их оправдательный приговор.

Нельзя согласиться и с доводами кассационного представления о необоснованном исключении из обвинения осужденных таких квалифицирующих признаков, как совершение преступления с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия.

Как обоснованно указал суд (на это обстоятельство также имеется ссылка в кассационном представлении государственного обвинителя), осужденными не применялось к потерпевшим насилие, опасное для их жизни и здоровья, а высказывались угрозы убийством, приставлялся пистолет к голове.

Органами следствия осужденным вменялось совершение преступления с применением пистолета ПМ. Потерпевший Г в ходе предварительного следствия опознал среди предъявленных ему образцов пистолетов пистолет конструкции Макарова (ПМ), которым был вооружен один из нападавших.

Вместе с тем, суд правильно указал в приговоре, что лишь одного такого опознания недостаточно для признания преступления совершенным с применением оружия, поскольку оно в ходе предварительного расследования не изымалось, баллистическая экспертиза на предмет его пригодности не проводилась.

Поэтому суд обоснованно указал, что преступление осужденными было совершено с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Что касается признания судом недопустимым доказательством протокола опознания потерпевшим Г осужденного Панфилова по фотографиям, то само по себе это обстоятельство не влечет отмену либо изменение приговора, поскольку не влияет на объем предъявленного обвинения и квалификацию действий осужденных Панфилова, Бусыгина, Сафина.

При таких обстоятельствах действия Бусыгина, Панфилова и Сафина правильно квалифицированы по ст. 162 ч. 3 УК РФ (в редакции ФЗ от 08.12.2003г.) как разбойное нападение с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья,, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере.

Суд обоснованно признал Сафина виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Р , а также его и Панфилова в краже принадлежащей потерпевшему денежной суммы в размере рублей и другого имущества.

Их вина в содеянном подтверждается показаниями Сафина в ходе предварительного следствия, в том числе и явке с повинной о причинах, месте и обстоятельствах нанесения потерпевшему ударов заранее приобретенным металлическим предметом, совершения с Панфиловым кражи принадлежащей потерпевшему денежной суммы и другого имущества, которые соответствуют показаниям потерпевшего, свидетелей Р , В , протоколу осмотра места происшествия, и которые суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора.

Их действиям дана правильная юридическая оценка.

С учетом того, что Сафин и Панфилов осуждены по ст. 158 ч. 2 УК РФ за преступление, совершенное 25 июля 2001 года и относящееся к категории средней тяжести то в соответствии со ст. 78 ч. 1 п. «б» УК РФ они подлежат освобождению от наказания за указанное преступление в связи с истечением срока давности.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления о том, что в избиении потерпевшего принимал участие и Панфилов, а также причастны Паньков, Фрик и Бусыгин, являющиеся членами одной банды.

Выводы органов следствия о совместном избиении потерпевшего Сафиным и Панфиловым по указанию Панькова основаны на: - протоколе «явки с повинной» Сафина о том, что он и Панфилов совершили разбойное нападение Р по указанию Панькова и Б ; - показаниях свидетеля «Н », которому со слов Панфилова в 2003 году стало известно, что Панфилов совместно с Сафиным, избили коммерсанта по указанию Панькова, имитируя разбойное нападение, забрали у него пакет, в котором оказалось около рублей; - показаниях свидетеля «Ю а» которому со слов Панфилова известно, что он и Сафин по команде Панькова совершили разбойное нападение на коммерсанта, у которого забрали более рублей, при этом сами не ожидали, что у потерпевшего окажется такая сумма денег» заключении судебно-медицинской экспертизы о количестве телесных повреждений, причиненных потерпевшему.

Показания Сафина, полученные в ходе предварительного расследования и на которых основано обвинение, предъявленное не только ему, но и Панфилову, Панькову, Фрику, Бусыгину в части обстоятельств причинения телесных повреждений потерпевшему (вдвоем или одним им), а также по чьему указанию (Панькова или Б ) крайне противоречивы, чему суд и дал в приговоре правильную оценку.

Имеющаяся в кассационном представлении ссылка на заключение судебно-медицинской экспертизы о количестве обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений как доказательство того, что Р избивали двое лиц, являются лишь предположением.

Не уличают Панфилова в причинении телесных повреждений и показания потерпевшего Р .

Показаниям анонимных свидетелей «Н » и «Ю », которым о случившемся известно только со слов Панфилова, и который в свою очередь отрицал наличие разговоров с кем-либо по поводу совершенного, суд дал соответствующую оценку, поскольку в решающей степени обвинение основано на их утверждениях, не подтвержденных другими доказательствами.

Более того, в суде свидетель «Н » пояснил, что его показания о том, что преступление было совершено по указанию Панькова, это его догадки (т.31,л.д.79).

Не представлены органами следствия и доказательства предварительного сговора между Сафиным и Панфиловым на совершение именно разбойного нападения на потерпевшего.

Доказательства причастности Фрика и Бусыгина к совершению указанного преступления органами следствия вообще не представлены. Кроме того, от обвинения Бусыгина государственный обвинитель в прениях отказалась и просила его оправдать, ссылаясь на постановление об отказе в уголовном преследовании Бусыгина.

Вина Фрика в мошеннических действиях, совершенных группой лиц по предварительному сговору, подтверждается показаниями П , П ., Б , К а также совокупностью других доказательств, исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре.

Доводы кассационных жалоб о непричастности Фрика к совершению преступлений нельзя признать состоятельными.

Так из показания П следует, что по просьбе мужчины по имени А он неоднократно за вознаграждение подписывал какие-то бумаги у нотариуса. Сознавал, что своими подписями создавал фирмы однодневки, одной из которых была ООО . Именно по просьбе Фрика он на форматном листе бумаги с текстом, озаглавленный «Доверенность» от имени директора ООО написал: «от имени ООО П и расписался.

Суть доверенности заключалась в том, что он якобы уполномочил какого-то человека заключить любые сделки в отношении каких-то офисов от имени компании. При оформлении документов по имуществу компании именно Фрик заплатил ему рублей, которые ему в свою очередь передал у помещения регистрационной палаты мужчина, которого он опознал в ходе предварительного расследования (Ф - лицо, в отношении которого уголовное дело прекращено в связи со смертью).

Показания свидетеля подтверждаются протоколами опознания им как самого Фрика, так и Ф , а также имеющейся в материалах дела доверенностью, которой он уполномочил Найша представлять интересы компании на отчуждение принадлежащих ей четырех офисов.

Согласно заключениям экспертиз оттиск печати ООО и оттиск печати нотариуса А на доверенности нанесен не печатями компании и нотариуса, а подпись нотариуса выполнена не нотариусом А .

Найш в судебном заседании подтвердил, что по просьбе П . за вознаграждение он восстановил свидетельства оправе собственности компании на четыре офиса, а затем участвовал в продаже их П . О незаконности сделки он не догадывался.

Свидетель П . пояснил, что он участвовал в сделках по приобретению у Найша офисов указанной компании по предложению Фрика.

При этом Фрик передал ему устав фирмы доверенность на его имя, а также ксерокопию паспорта какой-то девушки, являвшейся директором фирмы, и, перезвонив В , сказал, чтобы он в регистрационной палате подошел к начальнику отдела, который в курсе сделки. После этого он и Найш оформили договор купли продажи четырех офисов. За оформление он платил деньги, которые со слов Фрика ему передал В . После получения свидетельств о государственной регистрации права собственности на эти офисы Фрик звонил В и сообщил, что документы получены. Затем по просьбе Фрика он от имени фирмы через регистрационную палату продал приобретенные офисы К После этого Фрик встречался с мужчиной, которого назвал Ф л, что именно он организовал схему купли- продажи офисов. Ф предупредил его, чтобы он о совершенных сделках никому не говорил. За участие в сделках Фрик расплатился с ним мебелью.

Из показаний свидетеля К следует, что он приобрел у ООО интересы которого представлял П ., четыре офиса, передав за них актами приема-передачи участвующему в сделке посреднику векселя на рублей.

Из показаний свидетеля Б следует, что она неоднократно по просьбе мужчины по имени А за разовые вознаграждения в рублей в присутствии нотариуса удостоверяла своей подписью документы, в суть которых она не вникала, но помнит, что от своего имени выписывала доверенности, организовывала фирмы, подписывала также чистые листы бумаги, сидя в автомашине. Опознала по фотографии Фрика, Найша. Пояснила, что первого видела в связи с оформлением документов какой-то фирмы на свое имя, а второго видела у нотариуса, где подписывала доверенность по просьбе А . Свидетель подтвердила наличие своей подписи в доверенности, которой она как директор фирмы ООО уполномочила П проводить любые финансово-юридические операции от имени общества, а также подписи в актах приема-передачи векселей.

Каких-либо оснований не доверять изложенным показаниям свидетелей П не имеется.

Согласно решению арбитражного суда Челябинской области записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о прекращении прав собственности ООО в отношении четырех нежилых офисов и о возникновении прав собственности на данные нежилые помещения у индивидуального предпринимателя К признаны недействительными.

Действиям Фрика судом дана правильная юридическая оценка.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления о необоснованном оправдании Найша, Панькова и Панфилова в совершении указанного преступления.

Предъявленное указанным лицам обвинение в совершении данного преступления основано на предположениях, о чем подробно изложено в приговоре с приведением мотивов.

В судебном заседании не опровергнуто утверждение Найша о незнании им незаконности сделки по продаже указанных офисов.

Не уличают Найша Панькова и Панфилова и показания свидетеля под псевдонимом «С », показания которого также сводятся лишь к предположениям. В частности, свидетель пояснил, что, не знает Панфилова, лишь дважды видел его с указанными лицами, роль Панфилова в предложенной ему сделке ему была неизвестна.

Не усматривает судебная коллегия и оснований для отмены оправдательного приговора в отношении Панькова, Панфилова, Фрика, Бусыгина в части оправдания их по ст. 162 ч. 3 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ, а также Ильченко в части оправдания по ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ в совершении разбойных нападений на потерпевшую Д .

Никто из оправданных, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании вину не признал.

По факту совершенного на нее 5 февраля 2003 года разбойного нападения потерпевшая Д в ходе предварительного расследования при принятии от нее заявления 5 февраля 2003 года примет напавшего на нее человека не описывала, при допросе 5 февраля 2003 года пояснила, что подробно описать напавшего не сможет, опознать также не сможет, при допросе 18 февраля 2004 года пояснила, что лица мужчины не рассмотрела.

Лишь спустя более двух лет при допросе 23 апреля 2005 года потерпевшая описала приметы напавшего на нее мужчины, а при опознании, проведенном 22 июня 2005 года, среди представленных ей лиц опознала Панфилова, пояснив, что он похож, у него такое же телосложение и внешность, как у напавшего на нее в феврале 2003 года мужчины. В судебном заседании потерпевшая пояснила, что внешность напавшего на нее мужчину она не запомнила, поскольку было темное время суток, видела только конфигурацию тела, силуэт убегавшего, лицо не видела, не рассматривала. Потерпевшая также пояснила, что Панфилова видит второй раз.

Первый раз видела его на опознании, когда она говорила, что Панфилов только похож напавшего на нее мужчину. Она не может утверждать, что напал на нее Панфилов.

Поэтому суд обоснованно указал на существенные противоречия в показаниях потерпевшей, которые не позволяют положить ее показания в основу обвинительного приговора.

Что касается лица, совершившего на нее разбойное нападение 15 января 2004 года, то потерпевшая Д как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании пояснила, что второй раз на нее напал совсем другой человек, которого она также не сможет опознать.

Показания свидетелей Ш , Ш , Ш , которые нападения на Д связывают с разделом собственности между Ф и Ш , у которого потерпевшая работала бухгалтером, являются лишь предположением о возможной мести со стороны Ф .

Сама Д в суде пояснила, что не связывает совершенные на нее нападения со своей работой, а именно на этой версии было основано предъявленное оправданным обвинение.

Показаниям свидетеля под псевдонимом «С », которому со слов Панфилова известно, что в 2004 году он по указанию Панькова напал на бухгалтера Д , которую ударил или пытался ударить, а также свидетеля под псевдонимом «Н », которому со слов Фрика известно, что первый раз в декабре 2003 года нападение совершил Панфилов, Фрик был за рулем, а от Б ему известно, что второй раз в феврале 2004 года исполнителем был Панфилов, но с кем ему неизвестно, суд дал соответствующую оценку.

Кроме того, после оглашения в судебном заседании показаний свидетеля «Н », полученных в ходе предварительного расследования, суд учел, что в этих показаниях он отказался сообщить источник, из которого узнал о втором нападении, а в судебном заседании уже сослался на Б (лицо уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью) как на источник информации о вторичном нападении.

Свидетель под псевдонимом «Н » в судебном заседании по преступлениям, совершенным в отношении Д , вообще не дал каких- либо показаний. Более того, пояснил, что с подсудимыми не сталкивался, а их знает весь . Фирма ему ни о чем не говорит (т. 31, л.д. 141-142).

Каких-либо доказательств о причастности Бусыгина и Ильченко к указанному преступлению органы следствия вообще не представили.

При таких обстоятельствах, проанализировав исследованные доказательства, суд обоснованно постановил в отношении Панькова, Панфилова, Фрика Бусыгина, Ильченко оправдательный приговор, поскольку лишь на показаниях анонимных свидетелей о причастности лиц к совершению преступлений в отношении потерпевшей Д , не подтвержденных другими доказательствами, не может быть вынесен обвинительный приговор.

В качестве доказательств, подтверждающих вину Фрика и Панькова в убийстве Б , органы следствия сослались на: - показания свидетеля под псевдонимом «Н », пояснившего, что когда он 10 августа 2004 года между 10 и 11 часами проходил мимо подъезда дома, в котором проживал Б , то услышал два хлопка, а через 3 секунды из подъезда вышел ранее ему знакомый Фрик, натягивая на голову капюшон или шапочку, при этом одну руку прятал в куртку; - показания свидетеля П , согласно которым он со слов Фрика знает, что совершение убийства Б Паньковым было поручено Фрику, что тот и сделал; - показания свидетеля пол псевдонимом «Н », который пояснил, что слышал, как Паньков сказал Фрику, чтобы он застрелил «Б » - показаниями свидетеля «С » о том, что со слов Б ему известно, что Б убил Фрик двумя выстрелами из пистолета с глушителем.

Между тем, свидетель П . в суде не подтвердил показания о своей осведомленности о совершении убийства Фриком, которому поручил совершить преступление Паньков. Свидетель заявил, что дал показания лишь о том, что со слов Фрика у Б был конфликт с Паньковым, а Фрик решил его.

Ссылка, содержащаяся в кассационном представлении государственного обвинителя на показания потерпевшей Б , о том, что муж ей говорил, что его скоро убьет Паньков, противоречит протоколам допроса потерпевшей как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании. В частности в суде потерпевшая пояснила, что убийцу мужа ей назвали в милиции.

Фактически вина Фрика и Панькова основана на показаниях анонимных свидетелей под псевдонимами «Н », «С », «Н ».

Все показания остальных свидетелей, допрошенных в судебном заседании, сводятся лишь к взаимоотношениям Панькова и Б , между которыми имел место конфликт.

При этом следует иметь в виду, что из показаний анонимного свидетеля «Н » следует, что он знал ранее Фрика, поэтому и дал показания, что видел его выходящим из подъезда дома, в котором проживал Б .

В материалах дела имеется протокол опознания свидетелем Фрика. Как следует из протокола опознания, проведенного в , свидетель среди предъявленных ему трех фотографий мужчин опознал фотографию Фрика (т. 8, л.д. 49-51).

Вместе с тем показания свидетеля, в том числе о том, что он ранее знал Фрика, вызывают сомнения.

Так в судебном заседании свидетель пояснил, что при опознании ему предъявлялись не три фотографии, а их было больше. Свидетель также пояснил, что перед этим опознанием было еще одно опознание, где ему показывали маленькие фотографии, среди которых он узнал фотографию человека, который выходил из подъезда Б .

Свидетель К , которая в протоколе опознания указана понятой, пояснила, что она не помнит процесса опознания и лиц, участвующих в нем, но при этом категорически заявила, что никогда не участвовала в качестве понятой при опознании, проводимом в .

Поэтому суд обоснованно признал указанный протокол опознания недопустимым доказательством.

Кроме того, в судебном заседании, при предъявлении подсудимых свидетелю «Н » он не узнал Фрика, а на Сафина сказал, что похож на Фрика (т. 31, л.д. 141). Также пояснил, что с подсудимыми не сталкивался, а их знает весь . Свои показания о том, что Паньков является лидером преступной группировки, объяснил тем, что «так говорили в народе», а показания о том, что Паньков и Фрик состояли в одной преступной группировке, тем, что «земля слухами полнится».

Не могут быть бесспорным доказательством вины Бусыгина и Фрика и показания свидетеля, допрошенного под псевдонимом «Д », из показаний которого следует, что он видел, как летом 2004 года Бусыгин передавал Фрику какой-то маленький пистолет. Ему известно о том, что Бусыгин интересовался у знакомых, где можно взять патроны к пистолету. После убийства Б Бусыгин сказал, что ему не нужны ни пистолет, ни патроны. Вместе с тем, на вопрос государственного обвинителя свидетель ответил, что он не может сказать, какие убийства совершали подсудимые.

В судебном заседании свидетель «Н » также пояснил, что в ходе предварительного следствия он не был уверен в причастности Фрика к совершению преступления. Сейчас он, скорее всего, уверен в этом, так как разговаривал со многими знакомыми Фрика и Панькова, но отказался назвать источник (т. 31. л.д. 92об.). С учетом изложенного суд обоснованно постановил в отношении Панькова, Панфилова, Фрика, Бусыгина, Ильченко оправдательный приговор по факту убийства Б .

Не усматривает судебная коллегия и оснований для отмены приговора в части оправдания Панькова, Панфилова, Фрика, Бусыгина, Ильченко по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ по факту убийства П , совершенного 12 марта 2005 года.

В качестве доказательств вины указанных лиц органы следствия сослались на: - показания свидетеля Ч , из которых следует, что он был очевидцем того, что человек, которого он впоследствии опознал как Ильченко, произвел около пяти выстрелов в молодого человека, проходящего около его автомашины; - показаниями свидетеля П ., из которых следует, что в начале 2005 года, когда он обратился к Фрику, который входит в криминальную группу, лидером в которой является Паньков по поводу работы, то Фрик ему сообщил, что у П и Панькова плохие отношения, и предложил ему совершить заказное убийство, за которое в качестве вознаграждения предложил долларов США. Позднее Фрик ему сказал, что необходимо совершить убийство мужчины, проживающего в частном секторе и ездящего на ». Для исполнения заказа он попросил автомат, но Фрик сказал, что у них есть пистолеты, в частности пистоле ТТ. Он сам пришел к выводу, что группа Панькова планирует совершить убийство П Об этом он сообщил Х , близкому к семье П . При одной из его встреч с Х их увидел Фрик и перестал готовить к убийству; - показания свидетеля Х , из которых следует, что после разговора с П он о рассказанном им сообщил П .. но последний не придал значение этой информации; - показания свидетеля Р , из которых следует, что в июне 2005 года он содержался в одной камере с К который ему сообщил, что знает многих ранее судимых лиц, среди которых есть Паньков, Фрик, «Б », «П », и что опасается брата погибшего П , так как его убийство совершил один из членов группировки Панькова; - показаниями анонимного свидетеля «Н », из которых следует, что со слов погибшего П ему известно, что у последнего возник конфликт с группой Панькова из-за автомобильного рынка в . Кроме того, свидетелю известно, что Паньков поручил разобраться с ним (П ) Фрику; - показаниями анонимного свидетеля «С », из которых следует, что в первых числах апреля 2005 года со слов Б ему стало известно, что убийство П - «дело рук» их группы, то есть группы Панькова, а непосредственным исполнителем был «смотрящий». Когда он переспросил: «Р ?», то есть Ильченко Н , то Б ответил утвердительно; - показания анонимного свидетеля «Б », из которых следует, что 12 марта 2005 года около 21 часа он заходил в дом к своей знакомой, которую дома не застал и которую называть не желает. Перед этим видел во дворе мужчину в очках, а когда вышел из подъезда во двор, то услышал несколько хлопков, а затем женский визг и того же бегущего мужчину. Он снова зашел в подъезд, а когда вышел, то понял, что произошло убийство. Позднее он опознал в указанном мужчине Ильченко; -показаниями анонимного свидетеля «Е », из которых следует, что 12-13 марта 2005 года в дневное время в он видел принадлежащую Фрику автомашину, около которой находились Фрик, Ильченко, Эмих Ю.

Видел, как Ильченко стал садиться в автомашину, и в это время у него из-за пазухи выпал пистолет, который он определил как пистолет ТТ с глушителем.

В судебном заседании суд тщательно исследовал представленные органами следствия доказательства и обоснованно пришел к выводу о непричастности Панькова, Панфилова, Фрика, Бусыгина, Ильченко к указанному преступлению. В частности суд правильно поставил под сомнения показания свидетеля Ч , якобы опознавшего в Ильченко человека, который стрелял в потерпевшего.

Как следует из первых показаний Ч от 13 марта 2005 года, когда он увидел через тонированное стекло своей автомашины человека, держащего в руках пистолет и одетого в куртку с капюшоном на голове, услышал громкий хлопок, то сразу же пригнул к сиденью свою девушку и спрятался сам, поэтому происходящее видел плохо.

Вместе с тем, спустя шесть месяцев свидетель в протоколе допроса от 26 сентября 2005 года уже подробно описал приметы стрелявшего и опознал Ильченко среди предъявленных ему лиц.

В судебном заседании свидетель Ч подтвердил свои первые показания и пояснил, что затрудняется сказать, каким его показаниям следует верить.

Показания анонимного свидетеля «Н », данные в ходе предварительного расследования противоречат его же показаниям в судебном заседании.

В частности в ходе следствия свидетель дал показания о том, что ему известно от окружения П , что к его убийству причастны Паньков и его группировка. При этом свидетель не назвал источник информации, от которого ему стало известно, что непосредственно разобраться с П было поручено Фрику.

В судебном заседании свидетель «Н » уже пояснил, что в своих показаниях в ходе следствия он «выдвинул свою версию», что у него сначала была информация от окружения Панькова, что убийство П поручено Фрику, но в группировке могли и переиграть, а теперь ему известно, что к убийству П причастен Ильченко, эту информацию он узнал сначала от следователя, а потом от Б (лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью), (т.З 1.л.д. 86, 91).

Свидетель в суде подтвердил показания о том, что Паньков обещал разобраться с П , но вместе с тем пояснил, что при этом разговоре не присутствовал, отказался назвать источник этой информации.

В судебном заседании анонимный свидетель «Б », который с его слов видел Ильченко во дворе дома при убийстве П , и который отказался назвать данные своей знакомой, при первом допросе в суде нарисовал ключ от подъезда своей знакомой, который, по его словам, он потерял. Спустя два месяца свидетель вновь был допрошен в суде по инициативе государственного обвинителя и представил ключ от двери подъезда своей знакомой, который он якобы нашел, но форма и цвет второго ключа не соответствует форме и цвету нарисованного им ранее ключа.

Показания свидетелей Г и С , видевших после выстрелов убегавшего по двору человека, не свидетельствуют о причастности кого-либо из оправданных к совершению преступления.

Не могут являться бесспорным доказательством вины Фрика и показания свидетеля П , которая, как следует из ее показаний, за несколько дней до убийства мужа видела около подъезда своего дома подозрительного мужчину, в котором позднее опознала Фрика.

Суд обоснованно поставил под сомнение показания свидетеля П , из показаний которого следует, что предложенное ему Фриком совершение убийства мужчины, проживающего в частном секторе и имеющего автомашину он связал с убийством П , поскольку показания свидетеля являются предположением, его догадками, в то время как П проживал в центре города.

Показания свидетелей Х и С являются производными от показаний П В судебном заседании не представилось возможности проверить показания свидетеля Р , которому со слов К , с которым он находился в одной камере следственного изолятора, стало известно, что убийство П совершил один из членов группировки Панькова. Кроме того, показания свидетеля не свидетельствуют о причастности к совершению преступления кого-либо конкретно из оправданных лиц.

Суд обоснованно не признал в качестве доказательства протокол допроса анонимного свидетеля под псевдонимом «Е ».

Как установлено в судебном заседании под псевдонимом «Е » был допрошен свидетель Э ., который сам в судебном заседании попросил раскрыть свое имя. Из показаний свидетеля в судебном заседании следует, что он совместно с Ильченко с 11 по 14 марта отсутствовал в . В ходе предварительного следствия он не дал показаний в отношении оправданных лиц, но в результате незаконного воздействия на него следователя и оперативных сотрудников был вынужден дать показания под псевдонимом и оговорить Ильченко в том, что видел у него пистолет ТТ.

Показания Э о том, что он был допрошен под псевдонимом и под своей фамилией, подтверждаются имеющимися в уголовном деле протоколами его допросов.

Сделанный на показаниях свидетеля М вывод органов следствия о том, что Ильченко в день убийства П находился в так как в автомастерской с 9 по 14 марта 2005 года на ремонте находилась его автомашина, также не свидетельствует о причастности Ильченко к совершению преступления.

Во-первых, из показаний свидетеля о том, что он видел в автомастерской автомобиль БМВ 5 модели, который со слов работника мастерской О принадлежит какому-то авторитету из , не следует, что указанный автомобиль принадлежит Ильченко.

Во-вторых, показания свидетеля М о наличии в указанное время в автомастерской автомашины опровергается показаниями свидетелей Т и В , работников автомастерской.

При таких обстоятельствах суд обоснованно указал, что приговор не может быть основан преимущественно на показаниях анонимных свидетелей, а также на предположениях, и в соответствии с законом оправдал Панькова, Панфилова, Фрика, Бусыгина, Ильченко в связи с непричастностью к совершению убийства П .

Суд также обоснованно постановил оправдательный приговор в отношении Панькова и Бусыгина по ст. 209 ч. 1 УК РФ, в отношении Бусыгина, Панфилова, Фрика, Ильченко по ст. 209 ч. 2 УК РФ.

Обвинение указанных лиц в создании банды и участии в ней основано на показаниях анонимных свидетелей, а также показаниях других свидетелей о совершении оправданными лицами преступлений, наличии у них оружия, которое они видели сами, либо о котором им стало известно со слов самих оправданных или лица, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью.

Вместе с тем, Фрик, Панфилов, Бусыгин, оправданы в большей части преступлений, в совершении которых они обвинялись, а Паньков и Ильченко - по всему предъявленному им обвинению.

Судом первой инстанции дана подробная оценка показаниям свидетелей, на которые ссылаются органы следствия в подтверждение вины оправданных, в том числе и в создании и участии в банде, приведены мотивы, по которым суд не согласился с представленными доказательствами.

При этом судом учтены показания в суде свидетелей К , Э , допрошенного под псевдонимом «Е », которые отказались от своих показаний в ходе предварительного расследования о наличии у оправданных оружия, показания свидетелей Т , «Н », «С », объяснивших в суде свои предыдущие показания о наличии группировки Панькова своими догадками, предположениями.

Судебная коллегия также дала оценку представленным доказательствам и выводам суда по ним при описании конкретных преступлений.

В ходе предварительного расследования органы следствия не изъяли ни одного экземпляра оружия или боеприпасов, которые подтверждали бы виновность оправданных в создании банды и в применении ими оружия при совершении конкретных преступлений.

Признание виновными лишь Бусыгина в разбойном нападении на Е ; Бусыгина, Панфилова в разбойном нападении на Г и У ; Панфилова в краже имущества Р ; Фрика в совершении мошеннических действий, то есть в совершении разрозненных конкретных преступлений без применения огнестрельного оружия не свидетельствует о том, что они являлись членами банды.

В судебном заседании тщательно были исследованы показания анонимных свидетелей.

Действительно, возможность анонимного допроса свидетелей в ходе предварительного расследования и в судебном заседании предусмотрена УПК РФ.

В соответствии со ст. 166 ч. 9 УПК РФ при необходимости обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц следователь вправе в протоколе следственного действия, в котором участвуют потерпевший, его представитель или свидетель, не приводить данные об их личности. В этом случае следователь с согласия прокурора выносит постановление, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне этих данных, указывается псевдоним участника следственного действия и приводится образец его подписи, которые он будет использовать в протоколах следственных действий, произведенных с его участием. Постановление помещается в конверт, который после этого опечатывается и приобщается к уголовному делу. Также и при проведении опознания в соответствии со ст. 193 ч. 8 УПК РФ в целях обеспечения безопасности опознающего предъявление лица для опознания по решению следователя может быть проведено в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым.

В этом случае понятые находятся в месте нахождения опознающего.

Наконец и в судебном заседании в соответствии со ст. 278 ч. 5 УПК РФ при необходимости обеспечения безопасности свидетеля, его близких родственников, родственников и близких лиц суд без оглашения подлинных данных о личности свидетеля вправе провести его допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства, о чем суд выносит определение или постановление.

Право допрашивать показывающих против него свидетелей - необходимое условие обеспечения состязательности уголовного судопроизводства, признанное международным правом.

Не исключает возможность анонимного допроса свидетелей и Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (ст. 6 п. 1, п.

За)/ Вместе с тем, следует признать, что в случае использования показаний анонимных свидетелей, обвинительный приговор не должен основываться единственно или в решающей степени на анонимных утверждениях.

Между тем, при предъявлении обвинения Панькову, Фрику, Бусыгину, Панфилову, Найшу, Ильченко в совершении преступлений, в совершении которых обвиняемые оправданы, органы следствия основывались единственно или в решающей степени на показаниях анонимных свидетелей.

Согласно ст. 14 ч. 3 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

При таких обстоятельствах доводы кассационного представления и кассационной жалобы адвоката Брагиной А.П. об отмене оправдательного приговора не подлежат удовлетворению.

Нельзя признать состоятельным довод кассационного представления о необоснованном отказе стороне обвинения допросить в судебном заседании свидетеля С в условиях, исключающих его визуальное наблюдение.

Как следует из протокола судебного заседания, судом было удовлетворено ходатайство государственного обвинителя о допросе в качестве свидетеля С , двоюродного брата подсудимого Сафина, этапированного из исправительного учреждения.

После установления его анкетных данных С . заявил, что он будет давать показания только в отсутствии подсудимых, причину такой просьбы объяснить отказался. Поскольку суд такое ходатайство свидетеля признал необоснованным, то отказал в удовлетворении просьбы С ., который после этого отказался дать показания в качестве свидетеля.

Позднее государственный обвинитель вновь заявила ходатайство о допросе С , но уже в условиях, исключающих его визуальное наблюдение, однако в его удовлетворении по тем же основаниям суд также отказал.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влияющих на отмену либо изменение приговора в ходе судебного разбирательства не допущено.

Нельзя согласиться с доводом кассационной жалобы о погашении судимости Фрика.

Как следует из материалов дела, Фрик осужден по приговору от 21 апреля 2000 года по ст. 163 ч. 2 п. «а» УК РФ на три года шесть месяцев лишения свободы с исчислением срока наказания с 16 декабря 1997 года.

Освобожден он из мест лишения свободы 15 ноября 2000 года на основании п.

7 постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ «Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов» от 26 мая 2000 года, предусматривавшего освобождение от наказания осужденных, неотбытая часть срока наказания которых на день окончания исполнения настоящего Постановления составляет менее одного года.

Согласно ст. 86 ч. 4 УК РФ если осужденный в установленном законом порядке был досрочно освобожден от отбывания наказания, то срок погашения судимости исчисляется исходя из фактического отбытого срока наказания с момента освобождения от отбывания основного и дополнительного видов наказаний.

Поскольку Фрик был осужден за совершение тяжкого преступления, судимость за которое погашается по истечении шести лет после отбытия наказания, то указанный шестилетний срок у него исчисляется со дня освобождения - с 15 ноября 2000 года.

Новое тяжкое преступление, за которое он осужден по ст. 159 ч. 4 УК РФ, совершено им в январе-марте 2005 года, то есть до истечения шестилетнего срока.

Поэтому в силу ст. 18 ч. 2 п. «б» УК РФ суд обоснованно признал наличие в действиях осужденного опасного рецидива преступлений.

В связи с освобождением осужденных Сафина и Панфилова от назначенного по ст. 158 ч. 2 п. «а» УК РФ наказания, подлежит снижению назначенное Сафину наказание по совокупности преступлений, а также исключение указания о назначении Панфилову наказания по правилам ст. 69 ч.

3 УК РФ.

Что касается Бусыгина, Русских, Белоногова, Фрика, то наказание им назначено с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, обстоятельств дела, данных о личности.

Оснований для его снижения судебная коллегия не усматривает.

Судом обоснованно удовлетворен гражданский иск ООО о взыскании с осужденных Белоногова, Русских, Бусыгина в солидарном порядке рублей коп, поскольку сумма иска подтверждена представленными документами о марке, количестве и стоимости похищенного бензина.

Руководствуясь ст., ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Челябинского областного суда от 28 декабря 2006 года в отношении ПАНФИЛОВА Ю А , САФИНА Р Ш изменить.

Освободить их от наказания, назначенного по ст. 158 ч. 2 п. «в» УК РФ в связи с истечение срока давности со дня совершения преступления.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 111 ч. 1, ст. 162 ч. 3 УК РФ, назначить Сафину Р.Ш. девять лет лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений назначить Сафину Р.Ш. одиннадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров назначить Панфилову девять лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор в отношении Панфилова Ю.А., Сафина Р.Ш., а также этот же приговор в отношении ПАНЬКОВА П В , БУСЫГИНА В Ю , ФРИКА Д И , ИЛЬЧЕНКО Н А , НАЙША В Г , РУССКИХ И В , БЕЛОНОГОВА В Н оставить без изменения, кассационное представление государственного обвинителя Геринг Т.Е., кассационные жалобы осужденных Бусыгина В.Ю., Фрика Д.И., Сафина Р.Ш., Белоногова В.Н., Панфилова Ю.А., адвокатов Кашич М.В., Русских Д.Г., Брагиной А.П., Новикова А.М. - без удовлетворения.

Статьи законов по Делу № 48-О07-24

УК РФ Статья 86. Судимость
УК РФ Статья 111. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью
УК РФ Статья 132. Насильственные действия сексуального характера
УК РФ Статья 158. Кража
УК РФ Статья 159. Мошенничество
УК РФ Статья 162. Разбой
УК РФ Статья 209. Бандитизм
УК РФ Статья 222. Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов
УК РФ Статья 327. Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков
УПК РФ Статья 14. Презумпция невиновности
УПК РФ Статья 56. Свидетель
УПК РФ Статья 166. Протокол следственного действия
УПК РФ Статья 193. Предъявление для опознания
УПК РФ Статья 278. Допрос свидетелей
УК РФ Статья 64. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление
УК РФ Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений
УК РФ Статья 70. Назначение наказания по совокупности приговоров

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры





Ответы юристовОтветы юристов

Загрузка
Наверх