Дело № 5-Г07-77

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 17 октября 2007 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по административным делам, кассация
Категория Административные дела
Докладчик Хаменков Владимир Борисович
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело №5-Г07-77

г.Москва

председательствующего        В.Б. Хаменкова,

судей                                     В.П. Меркулова и Г.В. Макарова

рассмотрела в судебном заседании дело по кассационной жалобе Сафонова Алексея Вениаминовича на решение Московского городского суда от 15 мая 2007 года, которым отказано в удовлетворении его заявления о признании недействующими отдельных положений Закона города Москвы № 15 от 19 апреля 2006 года «Об организации и деятельности нотариата в городе Москве».

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Хаменкова В.Б., объяснения Сафонова А.В. и его представителя адвоката Тихомировой И.Г., поддержавших доводы кассационной жалобы, возражения против жалобы представителей Московской городской Думы, мэра Москвы Коданевой СИ. и Расторгуева А.Е., заключение прокурора Генеральной прокуратуры РФ Селяниной Н.Я., полагавшей, что решение суда подлежит частичной отмене, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила :

19 апреля 2006 года Московской городской Думой был принят Закон города Москвы № 15 «Об организации и деятельности нотариата в городе Москве», в соответствии с частью 4 статьи 13 которого в случае если нотариус отсутствует в нотариальной конторе в течение недели и более, он либо помощник нотариуса направляет в Главное управление Федеральной регистрационной службы по Москве и Московскую городскую нотариальную палату соответствующее письменное уведомление.

Частью 3 статьи 18 этого же Закона предусмотрено, что размер членских взносов устанавливается в фиксированной денежной сумме и должен обеспечивать надлежащее выполнение функций Московской городской нотариальной палаты, установленных настоящим Законом.

Согласно частям 1, 2 и 3 статьи 23 прекращение полномочий нотариуса производится Главным управлением Федеральной регистрационной службы по Москве по одному из следующих оснований:

1) заявление нотариуса об освобождении от полномочий по собственному желанию;

2) смерть нотариуса либо объявление его умершим или безвестно отсутствующим в установленном законом порядке;

3) признание нотариуса в установленном законом порядке недееспособным либо ограниченно дееспособным;

4) утрата нотариусом гражданства Российской Федерации;

5) осуждение нотариуса за совершение умышленного преступления -после вступления приговора суда в законную силу;

6) вынесение судом наказания в виде лишения права занимать должность нотариуса;

7) вступление в законную силу решения суда о лишении нотариуса полномочий;

8) выход нотариуса из Московской городской нотариальной палаты. Московская городская нотариальная палата вправе обратиться в суд с ходатайством (исковым заявлением) о прекращении полномочий нотариуса при наличии следующих оснований:

1) нарушение нотариусом законодательства при осуществлении им нотариальной деятельности;

2) нарушение присяги и неоднократное совершение нотариусом проступков, порочащих честь и достоинство профессии нотариуса, нарушение требований, установленных профессиональным Кодексом нотариусов Москвы;

3) в случае наделения нотариуса полномочиями в нарушение требований законодательства Российской Федерации и настоящего Закона;

4) систематическое и грубое несоблюдение нотариусом установленного графика работы нотариальной конторы;

5) отсутствие договора о страховании риска профессиональной ответственности ;

6) неуплата без уважительных причин членских взносов в течение трех месяцев подряд;

7) в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

При наличии судебного решения или приговора суда о прекращении полномочий нотариуса полномочия нотариуса прекращаются с момента вступления в законную силу решения или приговора суда. Он исключается из реестра нотариусов города Москвы и числа членов Московской городской нотариальной палаты и обязан сдать печать в Главное управление Федеральной регистрационной службы по Москве, а нотариальный архив - в Московскую городскую нотариальную палату.

Нотариус города Москвы Сафонов А.В. обратился в суд с заявлением о признании недействующими:

части 4 статьи 13 в части слов «либо помощник нотариуса» и «в Главное управление Федеральной регистрационной службы по Москве и...»;

части 3 статьи 18 — в части слов «устанавливается в фиксированной денежной сумме»;

пунктов 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8 части 1 статьи 23;

пункта 2 части 2 статьи 23— в части слов «нарушение присяги»;

пунктов 3, 4, 6 части 2 статьи 23;

части 3 статьи 23 — в части слов «или приговора»; «в Московскую городскую нотариальную палату»,

указывая на их противоречие Основам законодательства Российской Федерации о нотариате.

Решением Московского городского суда в удовлетворении требований Сафонову А.В. отказано.

В кассационной жалобе заявитель просит об отмене решения суда, ссылаясь на его незаконность.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что решение суда подлежит частичной отмене.

Отказывая Сафонову А.В. в признании недействующими оспариваемых положений части 4 статьи 13 Закона города Москвы «Об организации и деятельности нотариата в городе Москве» (далее - Закон города Москвы), суд посчитал, что они дополняют положения статьи 20 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 года № 4462-1 и последним не противоречат.

Учитывая требования частей 2 и 5 статьи 76 Конституции Российской Федерации о недопустимости противоречия законов субъектов Российской Федерации федеральным законам, принятым по вопросам совместного ведения Российской Федерации и её субъектов, с данным выводом суда можно согласиться при условии, если подобное дополнение не изменяет осуществлённого федеральным законодателем правового регулироваания.

Так, в соответствии с частью 4 статьи 20 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате в случае, если нотариус отсутствует более недели, он обязан известить об этом соответствующую нотариальную палату.

Эта норма федерального закона, действительно, не содержит указаний на возможность извещения соответствующей нотариальной палаты помощником нотариуса.

Однако, принимая во внимание положения статьи 19 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате о том, что права и обязанности помощника нотариуса определяются трудовым договором с нотариусом, возможность уведомления Московской городской нотариальной палаты об отсутствии нотариуса его помщником (если такое право предусмотрено трудовым договором), правильно расценено в качестве дополнительной гарантии деятельности нотариуса, что не может рассматриваться как противоречие федеральному закону.

Выражение в части 4 статьи 13 Закона города Москвы «в течение недели и более» употреблено в одном значении с выражением «более недели», содержащееся в части 4 статьи 20 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате. Поэтому оснований для признания оспариваемой нормы недействующей и в этой части у суда не имелось.

Изложенные в кассационной жалобе доводы заявителя о незаконности приведённых выше положений основаны на неправильном толковании норм материального права.

Согласно той же части 4 статьи 20 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус обязан известить о своём отсутствии более недели только соответствующую нотариальную палату.

В этой связи суд ошибочно посчитал соответствующим федеральному правовому регулированию возложение на нотариуса частью 4 статьи 13 Закона города Москвы не предусмотренной федеральным законом обязанности известить о своём отсутствии, кроме Московской городской нотариальной палаты, Главное управление Федеральной регистрационной службы по Москве.

В соответствии со статьёй 27 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате размер членских взносов и других платежей членов нотариальной палаты, необходимых для выполнения ее функций, определяет собрание членов нотариальной палаты.

Оспариваемой же заявителем частью 3 статьи 18 Закона города Москвы собранию членов Московской городской нотариальной палаты предписано устанавливать размер членских взносов исключительно в фиксированной денежной сумме, что представляется вторжением в право собрания членов нотариальной палаты самостоятельно определять размер членских взносов, установленное федеральным законом без каких-либо условий или ограничений.

Поэтому вывод суда о конкретизации законодателем Москвы положений федерального закона является ошибочным.

Нельзя согласиться с подобной позицией суда и в отношении части 1 статьи 23 Закона города Москвы.

В силу части 5 статьи 12 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус, занимающийся частной практикой, слагает полномочия по собственному желанию либо освобождается от полномочий на основании решения суда о лишении его права нотариальной деятельности в случаях:

1) осуждения его за совершение умышленного преступления - после вступления приговора в законную силу;

2) ограничения дееспособности или признания недееспособным в установленном законом порядке;

3) по ходатайству нотариальной палаты за неоднократное совершение дисциплинарных проступков, нарушение законодательства, а также в случае невозможности исполнять профессиональные обязанности по состоянию здоровья (при наличии медицинского заключения) и в других случаях, предусмотренных законодательными актами Российской Федерации.

Как следует из содержания приведённых правовых положений, одним из способов освобождения нотариуса от полномочий является решение суда о лишении его права нотариальной деятельности в случаях осуждения его за совершение умышленного преступления, ограничения дееспособности или признания недееспособным или по ходатайству нотариальной палаты.

Из осуществлённого в части 1 статьи 23 Закона города Москвы правового регулирования неясно, при наступлении каких обстоятельств, предусмотренных пунктами 2-8 данной нормы необходимо принятие вышеуказанного решения суда о лишении нотариуса права нотариальной деятельности.

В заседании суда кассационной инстанции представители заинтересованных лиц пояснили, что ни по одному из указанных в пунктах 2 -8 части 1 статьи 23 Закона города Москвы оснований такого решения не требуется.

Однако подобное толкование, в частности, пунктов 3 (признание нотариуса недееспособным либо ограниченно дееспособным) и 5 (осуждение нотариуса за совершение умышленного преступления) не согласуется с положениями части 5 статьи 12 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

При этом решение суда о лишении нотариуса права нотариальной деятельности, как способ освобождения нотариуса от полномочий, указан в пункте 7 оспариваемой нормы в качестве основания для прекращения полномочий нотариуса, что исключает её однозначное восприятие и толкование правоприменителями.

Между тем, как неоднократно указывал в своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации, именно нарушения требований определённости, ясности и недвусмысленности законодательного регулирования не обеспечивают единообразного понимания и толкования правовых норм правоприменителями, что приводит к нарушению принципа равенства всех перед законом и верховенства закона (например, Постановление от 17 июня 2004 г. № 12-П).

По этой причине, в связи с несоблюдением законодателем города Москвы общеправовых требований непротиворечивости, ясности и определённости правового регулирования, с выводом суда о соответствии федеральному закону положений пунктов 2-8 части 1 статьи 23 Закона города Москвы согласиться нельзя.

Отказывая заявителю в признании недействующими оспариваемых положений части 2 статьи 23 Закона города Москвы, суд посчитал, что расширение перечня оснований для обращения нотариальной палаты в суд с ходатайством о прекращении полномочий нотариуса осуществлено законодателем города Москвы в силу совместного с Российской Федерацией регулирования вопросов нотариата и в соответствии со статьёй 12 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

Данная позиция суда представляется необоснованной.

Как следует из положений пункта 3 части 5 статьи 12 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, другие случаи, при которых нотариальная палата вправе ходатайствовать об освобождении нотариуса от полномочий, могут быть предусмотрены исключительно законодательными актами Российской Федерации.

Учитывая, что закон города Москвы к законодательным актам Российской Федерации не относится, суд ошибочно посчитал оспариваемые положения части 2 статьи 23 Закона города Москвы соответствующими федеральному закону.

Признавая таковыми положения части 3 статьи 23 этого же Закона об обязанности нотариуса сдать в случае прекращения его полномочий нотариальный архив в Московскую городскую нотариальную палату, суд указал на то, что законодатель города Москвы был вправе определить порядок передачи нотариального архива.

Между тем, данные доводы суда прямо противоречат требованиям части 6 статьи 12 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, в соответствии с которыми определение такого порядка возложено на Министерство юстиции Российской Федерации совместно с Федеральной нотариальной палатой. Указаний на то, что до принятия названными федеральными органами порядка передачи хранящихся у нотариуса документов другому нотариусу данный вопрос может быть урегулирован субъектом Российской Федерации, федеральный закон не содержит.

В силу статьи 47 Уголовного кодекса РФ лишение права заниматься определённой деятельностью, в том числе нотариальной, может назначаться приговором суда в качестве основного или дполнительного вида наказания.

Поэтому с выводом суда о соответствии федеральному закону оспоренных заявителем положений части 3 статьи 23 Закона города Москвы о том, что при наличии приговора суда о прекращении полномочий нотариуса полномочия нотариуса прекращаются с момента вступления в законную силу приговора суда, следует согласиться.

Доводов, опровергающих данный вывод суда, заявитель в кассационной жалобе не приводит.

На основании изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 360, 361 ГПК РФ,

 

определила:

решение Московского городского суда от 15 мая 2007 года об отказе в удовлетворении заявления Сафонова А.В. отменить частично и принять новое решение, которым признать недействующими:

часть 4 статьи 13 в части слов «Главное управление Федеральной регистрационной службы по Москве и...»;

часть 3 статьи 18 — в части слов «устанавливается в фиксированной денежной сумме и... »;

пункты 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8 части 1 статьи 23;

пункт 2 части 2 статьи 23 — в части слов «нарушение присяги и...»;

пункты 3, 4, 6 части 2 статьи 23;

часть 3 статьи 23 — в части слов «в Московскую городскую нотариальную палату» Закона города Москвы № 15 от 19 апреля 2006 года «Об организации и деятельности нотариата в городе Москве».

В остальной части это же решение оставить без изменения, а кассационную жалобу Сафонова А.В. - без удовлетворения.

Статьи законов по Делу № 5-Г07-77

Статья 76. По предметам ведения Российской Федерации принимаются федеральные конституционные законы и федеральные
УК РФ Статья 47. Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры



Активные юристыАктивные юристы

не в сети
Фото юриста
Дунькова Элла
г. Владикавказ
ответов за неделю: 7
Телефон: WhatsApp: +79627437356
Телефон: 9060684949


Загрузка
Наверх