Дело № 53-О07-103

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 19 февраля 2008 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Глазунова Лидия Ивановна
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №53-О07-103

от 19 февраля 2008 года

 

председательствующего Глазуновой Л.И.

рассмотрела в судебном заседании дело по кассационным жалобам осужденного Бурмаги Э.А., адвоката Щербакова И.П. и защитника Филипенко Л.А. на приговор Красноярского краевого суда от 21 мая 2007 года, которым

БУРМАГА [скрыто]

осуждён по ст.ст.30 ч.З, 105 ч.2 п. «а, е, з» УК РФ к 10 годам 6 месяцам лишения свободы,

по ст. 111 ч.З п. «а» УК РФ к 7 годам лишения свободы,

по ст.209 ч.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы.

На основании ст.69 ч.З УК РФ путем частичного сложения окончательно назначено 11 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Принято решение о взыскании с него процессуальных издержек в сумме [скрыто] руб. [скрыто] коп.

Заслушав доклад судьи Глазуновой Л.И., выступление прокурора Соломоновой В.А., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия,

 

установила:

 

Бурмага Э.А осуждён за руководство организованной устойчивой вооруженной группой, созданной в целях нападения на граждан, за покушение на убийство [скрыто], К ^и [скрыто],

совершенное общеопасным способом, сопряженное с бандитизмом, которые не были доведены до конца по причинам, не зависящим от его воли, и за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью [скрыто] совершенное

организованной группой.

Как установил суд, преступления совершены в период с 1998 по октябрь 1999 года в г.г. [скрыто] при обстоятельствах,

изложенных в приговоре.

В судебном заседании Бурмага Э.А. свою вину не признал.

В кассационной жалобе адвокат Щербаков И.П. просит приговор изменить, исключить осуждение Бурмаги по ст. 111 ч.З п. «а» УК РФ и снизить наказание.

Основанием к этому указывает, что суд, квалифицировав действия Бурмаги по факту причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей [скрыто] отдельной статьей уголовного кодекса, ухудшил процессуальное

положение осужденного, поскольку квалификация действий осужденного дополнительно еще по одной статье УК РФ повлекла назначение более строгого наказания.

Кроме того, как полагает адвокат, Бурмаге назначено чрезмерно суровое наказание. При наличии по делу смягчающих наказание обстоятельств, у суда, по мнению адвоката, имелись основания к назначению наказания с применением правил ст.64 УК РФ.

Филипенко Л.А., допущенная к производству по делу в качестве защитника, просит об отмене приговора.

По ее мнению, приговор является незаконным и необоснованным в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, а именно, во вводной части приговора не указано, что она являлась защитником Бурмаги, что судом нарушались права осужденного на защиту (не указывает какие), что не уважались честь и достоинство осужденного (не приводит, в чем выражалось неуважение), что нарушено право Бурмаги на справедливое судебное

разбирательство и разумный срок (ссылается на статьи Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

В дополнениях к кассационной жалобе она указывает, что судом неоднократно не соблюдалась процедура судопроизводства, что повлияло на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

Она считает нарушением принципа «равенства сил» допрос в судебном заседании лиц, не включенных в список к обвинительному заключению, поскольку другая сторона лишена возможности ознакомиться с этими доказательствами заранее и высказать свои комментарии об их наличии.

Находя приговор незаконным и несправедливым, она указывает, что председательствующий по делу должен был устраниться от рассмотрения данного дела, поскольку одна из потерпевших является дочерью должностного лица краевого суда.

Осужденный Бурмага Э.А. в кассационной жалобе, находя приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, просит об его отмене.

По его мнению, в ходе судебного разбирательства неоднократно нарушались его права и принцип уголовного судопроизводства, а сам приговор не отвечает требованиям закона по содержанию и по форме.

При изложении доказательств, как считает Бурмага, суд не дал им надлежащую правовую оценку, не были учтены обстоятельства, имеющие существенное значение для решения вопроса о виновности, правильности применения уголовного закона и определения меры наказания, при этом приводит подробные обоснования своего мнения.

В качестве одного из таких нарушений уголовно-процессуального закона он приводит осуждение его за преступление при наличии неотмененного (оно отменено не уполномоченным, по его мнению, на то должностным лицом) постановления о прекращении в этой части уголовного преследования.

Кроме того, он указывает, что при постановлении обвинительного приговора судом использованы недопустимые доказательства, полученные с нарушением закона, в судебном заседании не были допрошены лица, показания которых могли существенно повлиять на принятое судом решение.

Наряду с этим он считает, что судом неправильно применен уголовный закон при квалификации его действий, суд пришел к ошибочному выводу о наличии между ним и [скрыто] дружеских и партнерских отношений, что

привело к неправильному установлению мотива совершения преступления.

Ссылаясь на иные нарушения уголовно-процессуального закона и норм международного права (приводит эти нарушения), он просит об отмене приговора.

В дополнениях к кассационной жалобе указывает, что он был лишён права на рассмотрение дела судом с участием присяжных заседателей, несвоевременно был извещен о дне судебного разбирательства, судом было нарушено его право на защиту, выразившееся в том, что он вынужден был отказаться от услуг адвоката Ляховенко Е.С., администрацией СИЗОЙ ему было отказано получать корреспонденцию на французском языке, а суд оставил данное нарушение без внимания, что при его экстрадиции не были соблюдены нормы Российского и международного законодательства.

Кроме того, он считает, что судом не могли быть использованы в качестве доказательств показания лиц, ранее осужденных за данные преступления, что не соблюдались требования закона об избрании меры пресечения, о продлении ее сроков, экстрадиции и экстрадиционного транзита.

В одних из дополнений к кассационной жалобе он указывает, что к числу нарушений, допущенных судом, следует отнести неправильное разрешение вопросов, связанных с видом и размером наказания. При этом он приводит доводы, по которым считает приговор несправедливым вследствие назначения чрезмерно сурового наказания. Также просит признать недопустимым доказательством показания свидетеля [скрыто],

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Кладкина СВ., приводя мотивы, по которым считает приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия оснований к их удовлетворению не усматривает.

Выводы суда о виновности Бурмаги в совершении преступлений при указанных в приговоре обстоятельствах основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, которые приведены в приговоре.

По эпизодам преступлений его виновность подтверждается следующими доказательствами.

По факту совершения преступления в отношении [скрыто].

Потерпевший [скрыто] пояснил, что он занимался коммерческой

деятельностью. Бурмагу знал, как лицо близкое [скрыто], которому он платил

«деньги за крышу», когда [скрыто] увеличил сумму платежа в несколько раз, он

отказался платить вообще. После этого на него было совершено покушение. Опасаясь за свою жизнь, он вооружился карабином и стал носить бронежилет. 1 марта 1999 года он возвращался домой, на пустыре обогнал парня с девушкой и услышал выстрелы. Одной пулей он был ранен в шею, остальные застряли в бронежилете.

Его показания подтверждаются показаниями жены потерпевшего [скрыто], свидетеля [скрыто], данными, зафиксированными в

протоколе осмотра места происшествия, протоколом изъятия у [скрыто] бронежилета, выводами судебно-медицинского эксперта о наличии телесных повреждений у [скрыто].

[скрыто] (осужден за данное преступление ранее) на предварительном следствии пояснял, что убить А ^ предложил Бурмага в связи с тем, что

тот отказался платить деньги за «крышевание». Оба покушения не увенчались успехом, так как первый раз оружие дало осечку, и потерпевший стал их преследовать, а второй раз выстрелы не достигли цели, так как потерпевший был в бронежилете, кроме того, стал отстреливаться, они испугались и убежали. Также [скрыто] пояснил, что при покушении на [скрыто] второй

раз, он [скрыто]) был одет в одежду своей жены.

Такие же показания дал свидетель [скрыто] (осужден за данное

преступление ранее), пояснивший, что первый раз он участия в покушении на [скрыто] не принимал, второй раз был вместе с [скрыто], который был

одет в женскую одежду.

Свидетель [скрыто] пояснил, что после того, как сын уехал в

[скрыто], пришел Бурмага и предложил позвонить в милицию и выдать оружие,

которое хранилось в гараже, сообщив, что об этом оружии сотрудники

милиции знают. Он сделал всё так, как сказал Бурмага.

В указанном месте был обнаружен и изъят склад оружия, в том числе «наган» [скрыто], обрез ружья ИЖ-18Е1 [скрыто]

Свидетель [скрыто] пояснил, выполняя поручения Бурмаги,

перепрятывал сумки с оружием, закопав их впоследствии в подвале дома.

В названном месте тоже был обнаружен склад оружия, в том числе пистолет «Смит-Вессон» и пистолет-пулемет «Боре».

Согласно выводам баллистической экспертизы гильзы, изъятые на месте происшествия (на пустыре при покушении на [скрыто] отстреляны из указанных пистолетов.

[скрыто] подтвердил, что при покушении на [скрыто] в марте 1999

года у него был пистолет «Боре», а у [скрыто] пистолет «Смит-Вессон».

По факту покушения на [скрыто]

Потерпевший [скрыто] пояснил, что 19 июня 1999 года на него было

совершено покушение, была взорвана машина, на которой он прибыл в спортзал, а затем прозвучали выстрелы. В совершении данного покушения он заподозрил людей [скрыто], в число которых входил Бурмага.

О том, что возле спортзала бала подорвана автомашина [скрыто]

гремели выстрелы, подтвердили свидетели [скрыто], [скрыто], [скрыто] Ш I.

и и

Свидетель [скрыто] пояснил, что он случайно оказался вблизи места происшествия и видел, как мужчина в черных джинсах, олимпийке и шапке-

маске стрелял в сторону [скрыто]», находившегося возле спортзала.

Свидетель [скрыто] пояснила, что она видела мужчину, спрыгнувшего из окна заброшенного дома с оружием в руках, который был одет в кофту, джинсы, с маской на голове. Она опознала этого мужчину, это был Бурмага.

Такие же показания дала свидетель Ч III' находившаяся

рядом с [скрыто]. В суде она не опознала мужчину (Бурмагу), спрыгнувшего

с заброшенного здания, заявив, что после случившегося прошло много времени, она не может утверждать, что это был подсудимый, но на предварительном следствии она опознала этого мужчину.

Согласно протоколу опознания, имеющемуся в материалах дела,

[скрыто] опознала Бурмагу, как лицо, спрыгнувшее с заброшенного здания с

оружием в руках.

Свидетель [скрыто]. пояснил, что он видел ранее незнакомого

человека (указав в зале суда на Бурмагу), который убегал после взрыва машины с места происшествия. Одет Бурмага был в джинсы черного цвета и олимпийку. В руках у него был пакет.

Свидетель [скрыто]. пояснил, что после взрыва, прогремевшего возле спортзала, он видел иномарку белого цвета, проехавшую на большой скорости мимо гаражей.

[скрыто] пояснил, что на указанной машине он увозил Бурмагу с

места происшествия. Бурмага был одет в олимпийку и черные джинсы.

При осмотре места происшествия обнаружены гильзы и пули, которые, согласно выводам баллистической экспертизы, отстрелены из пистолета Стечкина, выданного (в числе другого оружия), Бурмагой.

Кроме того, вина Бурмаги подтверждается данными, зафиксированными в протоколе осмотра места происшествия, выводами судебно-медицинского эксперта о механизме образования телесных повреждений у [скрыто] (минно-взрывная травма), протоколом выдачи оружия, выводами судебно-баллистической экспертизы, и другими, приведенными в приговоре доказательствами.

По факту покушения на [скрыто] и других

Потерпевший [скрыто] пояснил, что с [скрыто] у него были

дружеские отношения, а затем испортились из-за разногласий в сфере бизнеса. В один из вечеров октября 1999 года они с [скрыто] и [скрыто] находились

Статьи законов по Делу № 53-О07-103

УК РФ Статья 209. Бандитизм
УК РФ Статья 64. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры





Загрузка
Наверх