Дело № 66-О11-29

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №66-О11-29

от 6 апреля 2011 года

председательствующего Боровикова В.П.,

при секретаре Ереминой Ю.В.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе осуждённого Фатфулина Д.М. на приговор Иркутского областного суда от 20 января 2011 года, которым

Фатфулин [скрыто]

не судимый [скрыто]

- осуждён по п.«в» ч.2 ст. 105 УК РФ на 13 (тринадцать) лет лишения свободы.

В соответствии со ст.53 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год, в течение которого на Фатфулина Д.М. возложено исполнение указанных в приговоре обязанностей.

Постановлением от 25 января 2011 года отбывание наказания Фатфулину Д.М. назначено в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Фетисова СМ., выступление осуждённого Фатфулина Д.М. и адвоката Волобоевой Л.Ю., поддержавших кассационную жалобу, мнение прокурора Модестовой A.A. об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия

установила:

приговором Фатфулин Д.М. признан виновным и осуждён за убийство

установленных в приговоре.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней Фатфулин Д.М. не соглашается с приговором, полагает его необоснованным, незаконным и несправедливым. Указывает на незаконность постановления от 19 января 2011г. об отказе в удовлетворении ходатайства о проведении ему повторной судебно-психиатрической экспертизы в ФГУ «ГНЦ им. В.П. Сербского». Считает, что его действия должны быть квалифицированы по ч.1 ст. 107 УК РФ, поскольку преступление он совершил в состоянии физиологического аффекта, так как был в сложной психотравмирующей ситуации, о чем подтвердили в суде свидетели. Стационарная судебно-психиатрическая экспертиза в областном диспансере гор.Иркутска проведена формально, с нарушением ст.29 закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». При этом суд не взял во внимание, что постановлением от 5 августа 2011г. назначалось стационарное обследование, во время которого он содержался в учреждении [скрыто], а не в стационаре. Согласно справке, он выезжал в Иркутский психоневрологический диспансер 15 и 29 сентября 2010 года и в эти же дни был возвращен в учреждение [скрыто]. Указание в заключении экспертизы о помещении в стационар, проведении исследований, наблюдения, клинической беседы не соответствует фактическим обстоятельствам, поэтому выводы экспертов вызывают сомнение. Ссылка экспертов на его состояние опьянения в момент совершения преступления в судебном разбирательстве не доказана. Показания свидетеля [скрыто] о его трезвом состоянии при допросе

противоречат показаниям свидетеля [скрыто] и протоколу медицинского освидетельствования [скрыто] от 29 июля 2010г. Показания свидетеля

[скрыто] являются недопустимыми доказательствами и не соответствуют

постановлению Конституционного Суда РФ от 6 февраля 2004г. №44, поскольку он является заинтересованным лицом. Показания в качестве подозреваемого он давал в пьяном виде под психологическим воздействием следователя, без предварительной консультации с защитником, что является нарушением УПК РФ. В удовлетворении ходатайства о вызове и допросе свидетеля [скрыто] суд отказал незаконно. В заявлении (т.1 л.д.47) его

подпись подделана. Протокол проверки показаний на месте (т.1 л.д.52, 53) составлен с нарушениями УПК РФ, в нём отсутствуют подписи понятых и других участников, в связи с чем является недопустимым доказательством. В приговоре даты рождения его детей указаны неправильно. Их наличие на его

заведомо для него находящейся в

при обстоятельствах,

иждивении судом не учтено при назначении наказания - не применён п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ. Отказ суда в применении ст.64 УК РФ является необоснованным: не учтены его явка с повинной, его признательные показания, содействие следствию. В протоколе судебного заседания имеются неполнота показаний либо их искажение. Показания свидетелей во время предварительного следствия, подтверждающих ситуацию, в которой он находился в момент совершения преступления, судом не исследовались. В содеянном он раскаивается.

Просит приговор отменить, назначить повторную судебно-психиатрическую экспертизу в ГНЦ им. В.П.Сербского.

В возражениях государственный обвинитель Кремзуков A.A. просит приговор оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Обстоятельства, при которых совершено преступление и которые в силу ст.73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Вопреки доводам жалоб, виновность осуждённого в совершении преступления подтверждается собранными доказательствами, полно, всесторонне, объективно исследованными судом и приведёнными в приговоре.

Так, в судебном заседании Фатфулин подтвердил, что обнаруженные у [скрыто] повреждения были причинены им.

Из протокола явки с повинной Фатфулина Д.М. видно, что он нанес удар ножом [скрыто] в область шеи, от чего она скончалась (т.1

л.д.17).

Во время предварительного следствия Фатфулин показал, что 28 июля 2010 года около 20 часов его разозлили претензии [скрыто] связанные с

едой, и он махнул рукой с ножом в её сторону, после чего нож оставил на кровати (т.1 л.д.33-38, 43-46).

Эти же сведения Фатфулин подтвердил при проверке показаний на месте (т.1 л.д.50-62).

Свидетель [скрыто] показал, что [скрыто] после травмы и в связи

с преклонным возрастом находилась на постельном режиме, передвигаться и обслуживать себя не могла.

Как видно из протокола осмотра места происшествия, в [скрыто]

[скрыто] в комнате на кровати

обнаружен труп [скрыто] с резанными ранениями области шеи. В

ногах трупа обнаружен нож со следами вещества, похожего на кровь (т.1 л.д.6-15).

Из заключений судебно-медицинских экспертиз следует, что смерть [скрыто] наступила от двух резаных ран шеи с повреждением её

органов, вызвавших острую кровопотерю. Образование указанных телесных повреждений не исключается при обстоятельствах, вменяемых Фатфулину, ножом, изъятым при осмотре места происшествия (т.1 л.д.74-77, 106-107).

Указанные доказательства согласуются между собой, объективно подтверждаются показаниями потерпевшей [скрыто] свидетелей

[скрыто] протоколами: осмотра

вещественных доказательств (т.1 л.д.83-87), опознания (т.1 л.д.177-180), выемки образцов крови (т.1 л.д.89-92, 94-96), заключением судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств (т.1 л.д.99-102) и другими доказательствами.

С учётом причинения смерти потерпевшей, имевшей преклонный возраст (около 87 лет) и лишенной возможности самостоятельного передвижения, суд правильно квалифицировал действия Фатфулина по п.«в» ч.2 ст. 105 УК РФ.

Доводы Фатфулина о необходимости квалификации его действий по ч.1 ст. 107 УК РФ судом первой инстанции тщательно исследовались и обоснованно отвергнуты.

Объективных данных о нахождении Фатфулина в состоянии аффекта в материалах дела не имеется.

Как следует из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы Фатфулин не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение (т.1 л.д. 112-114). Данное заключение судом надлежащим образом исследовано.

Выводы экспертов сомнений не вызывают.

Вопреки доводам осуждённого судебная психолого-психиатрическая экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона: УПК РФ, федерального закона от 31.05.2001 года №73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», а также инструкции об организации производства судебно-психиатрических экспертиз в отделениях судебно-психиатрической экспертизы государственных психиатрических учреждений, утверждённой приказом Министерства здравоохранения и

социального развития РФ от 30 мая 2005 г. N 370, в силу которой проведение такой экспертизы возможно в условиях стационарного отделения.

Судом не отрицается заключение эксперта - психолога о том, что жизненную ситуацию Фатфулина вследствие касающихся его личной жизни обстоятельств можно считать психотравмирующей, поэтому доводы осуждённого о том, что суд не исследовал показания свидетелей, подтверждающих указанную обстановку, признаются несостоятельными.

Оснований к признанию незаконным постановления от 19 января 2011г. об отказе в удовлетворении ходатайства Фатфулина о проведении ему повторной судебно-психиатрической экспертизы в ФГУ «ГНЦ им. В.П. Сербского» коллегия не усматривает.

Ссылки осуждённого на то, что во время убийства он не находился в состоянии алкогольного опьянения, не могут быть приняты во внимание, поскольку не влияют на оценку судебно-психологической экспертизы, как не связанные с её выводами в этой части.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Оснований сомневаться в них у коллегии не имеется.

С доводами Фатфулина о недопустимости показаний свидетеля [скрыто] вследствие нарушения определения Конституционного Суда РФ

от 6 февраля 2004г. №44-0 судебная коллегия согласиться не может, поскольку в указанном определении указывается о запрете восстановления в ходе судебного разбирательства содержания показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденных им в суде, путем допроса в качестве свидетеля дознавателя или следователя, производившего дознание или предварительное следствие. В то же время определение не исключает возможность допроса дознавателя или следователя в качестве свидетеля, в том числе об обстоятельствах производства процессуальных действий, по

поводу чего допрашивался свидетель

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не имеется.

Из протокола освидетельствования Фатфулина (т.2 л.д.25) следует, что 29 июля 2010 года в 2 часа 05 минут он действительно находился в состоянии алкогольного опьянения, но был в сознании и верно ориентирован. Из протоколов следственных действий: допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, проверки показаний на месте, выполненных после 12 часов 29

июля 2010 года, видно, что каких - либо препятствий к их проведению не имелось.

Протокол проверки показаний Фатфулина на месте, вопреки его доводам, оформлен надлежащим образом, заверен подписями понятых, защитника и самого обвиняемого (т.1 л.д.50-62). Содержание протокола подтверждается фототаблицами, из которых видно, как он показывает обстоятельства совершения преступления. Поэтому ссылки Фатфулина на недопустимость данного протокола и подделку его заявления о желании показать на месте обстоятельства преступления не могут быть признаны состоятельными.

Как видно из протоколов следственных действий, свои показания, принятые судом в качестве доказательств, Фатфулин давал в присутствии защитника, а проверка показаний на месте производилась и с участием понятых. Правильность сведений, изложенных в протоколах, участники следственных действий удостоверили собственноручными записями. При этом Фатфулин указывал, что протокол записан с его слов, им прочитан. Фатфулину разъяснялись процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против себя. Он предупреждался о том, что в случае последующего отказа от них, его показания могут быть использованы в качестве доказательств. Каких - либо заявлений, замечаний, ходатайств Фатфулин, его защитник и другие участники следственных действий не подавали.

При таких обстоятельствах доводы кассационной жалобы о недопустимости доказательств - протоколов его допроса в качестве подозреваемого и проверки показаний на месте, незаконности отказа в вызове и допросе свидетеля [скрыто] нельзя признать

соответствующими фактическим обстоятельствам.

В соответствии со ст.38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий. Поэтому утверждение осуждённого о том, что не была проведена очная ставка с С( [скрыто], признается несостоятельным.

После допроса свидетеля в судебном заседании вопросов к

[скрыто] Фатфулин не имел.

Как видно из протокола, в судебном заседании сторона защиты, в том числе подсудимый, незаконных ограничений в исполнении процессуальных обязанностей и осуществлении предоставленных им прав не имела, активно ими пользуясь, исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. В связи с этим ссылки осуждённого на то, что ему не дали возможности высказаться, являются необоснованными.

Наказание Фатфулину назначено справедливое, в соответствии с требованиями ст.ст.60, 61 ч.1 п.«и», 62, 88 УК РФ УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им деяния, обстоятельств, смягчающих наказание: совершения преступления впервые в сложной жизненной ситуации, положительных характеристик, наличия двух малолетних детей, явки с повинной, признания вины, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, данных о личности осуждённого. Оснований к применению ст.64 УК РФ и смягчению наказания не имеется. Ссылки осуждённого на неправильное указание даты рождения детей не влекут снижение назначенного наказания.

Имевшиеся замечания на протокол на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим судьёй в соответствии со ст.260 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

определила:

приговор Иркутского областного суда от 20 января 2011 года в отношении Фатфулина [скрыто] оставить без изменения, его

кассационную жалобу - без удовлетворения.