Дело № 84-О09-30

Суд Верховный Суд Российской Федерации
Дата решения 14 мая 2009 г., Определение
Инстанция Судебная коллегия по уголовным делам, кассация
Категория Уголовные дела
Докладчик Старков Андрей Владимирович
Электронная копия решения Скачать
Решение

Текст итогового документа

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 84-О09-30

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 14 мая 2009 г.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Магомедова М.М.,
судей Старкова А.В., Истоминой Г.Н.

рассмотрела в судебном заседании от 14 мая 2009 года кассационное представление государственных обвинителей Дохиной Т.Н. и Михайлова А.Г. на приговор Новгородского областного суда от 11 марта 2009 года, которым Тихомиров А.В , осужден по ст. ст. 33 ч. 3 и 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 60 000 рублей с отбыванием наказания в колонии-поселении; оправдан в совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 33 ч. 3 и 174.1 ч. 1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

ТКАЧЁВ С А , осужден по ст. 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ к 4 годам 2 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 60 000 рублей с отбыванием наказания в колонии- поселении; 2 оправдан в совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 33 ч. 5 и 174.1 ч. 1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

БОРОЗНА А А , осужден по ст. 165 ч. 1 УК РФ к 1 году лишения свободы в колонии-поселении, по ст. 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 60 000 рублей с отбыванием наказания в колонии- поселении; на основании ст. 78 ч. 1 п. «а» УК РФ от наказания, назначенного по ст. 165 ч. 1 УК РФ в виде 1 года лишения свободы, освобожден в связи с истечением сроков давности; оправдан в совершении преступления, предусмотренного ст. 174.1 ч. 1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

БЕЛОКУДРОВ Н А , осужден по ст. 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 50 000 рублей с отбыванием наказания в колонии- поселении.

МАКАРОВ Д В , осужден по ст. 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ к 2 годам лишения свободы со штрафом в размере 40 000 рублей; в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев.

ЛАРИОНОВ И В оправдан в совершении сорока одного преступления, предусмотренного ст. ст. 33 ч. 3 и 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, пяти преступлений, предусмотренных ст. ст. 33 ч. 3 и 290 ч. 4 п. «а» УК РФ, двух преступлений, предусмотренных ст. ст. 30 ч. 3, 33 ч. 3 и 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, одного преступления, предусмотренного ст. ст. 30 ч. 3, 33 ч. 3 и 290 ч. 4 п. «а» УК РФ, сорока девяти 3 преступлений, предусмотренных ст. 286 ч. 1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деяниях состава указанных преступлений, и в совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 33 ч. 3 и 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления.

ПЛАХОТИН И В , оправдан в совершении трех преступлений, предусмотренных ст. 290 ч. 4 п. «а» УК РФ, сорока двух преступлений, предусмотренных ст. 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, двух преступлений, предусмотренных ст. ст. 30 ч. 3 и 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, сорока восьми преступлений, предусмотренных ст. 286 ч. 1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деяниях состава указанных преступлений, и в совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 33 ч. 5 и 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления.

ЗАСТАВЕНКО Л В оправдан в совершении трех преступлений, предусмотренных ст. 290 ч. 4 п. «а» УК РФ, сорока двух преступлений, предусмотренных ст. 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, одного преступления, предусмотренного ст. ст. 30 ч. 3 и 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, сорока шести преступлений, предусмотренных ст. 286 ч. 1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деяниях состава указанных преступлений, и в совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 33 ч. 5 и 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления.

НАЗАРОВ А В оправдан в совершении двух преступлений, предусмотренных ст. 290 ч. 4 п. «а» УК РФ, двух преступлений, предусмотренных ст. 286 ч. 1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деяниях состава указанных преступлений.

Заслушав доклад судьи Старкова А.В., объяснения осужденного Макарова Д.А. и адвоката Ефимова О.Г., возражавших против удовлетворения кассационного представления, мнение прокурора Митюшова В.П., поддержавшего доводы кассационного представления, судебная коллегия 4

установила:

В кассационном представлении государственных обвинителей Дохиной Т.Н. и Михайлова А.Г поставлен вопрос об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное рассмотрение в связи с нарушением судом уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона.

Указывают, что выводы суда о том, что сотрудники ГИБДД не состояли в преступном сговоре с работниками поста весового контроля, а также исключение судом из состава организованной преступной группы работников ГИБДД Ларионова, Плахотина, Заставенко и Назарова и указание в приговоре на тот факт, что данные лица действовали в рамках своих должностных полномочий, являются необоснованными, поскольку не соответствуют исследованным в ходе судебного заседания доказательствам.

Утверждают, что принимая данное решение, суд не дал надлежащей оценки показаниям свидетеля М , из которых следует, что с приходом на должность начальника поста весового контроля Тихомирова появилось тесное взаимодействие между постами ГИБДД и СПВК и фактически работники ГИБДД обеспечивали возможность «весовщикам» осуществлять незаконное получение денежных средств с водителей без составления актов и административных протоколов за перегруз, за что получали от работников СПВК половину денег, полученных от водителей за смену, о чем он неоднократно слышал, однако был факт, что он видел, как Плахотину передали деньги в здании поста СПВК.

Полагают, что суд необоснованно признал показания свидетеля М в этой части недостоверными, поскольку они в полном объеме согласуются с показаниями допрошенных в качестве свидетелей водителей и руководителей организаций, занимающихся перевозками грузов, и результатами оперативных экспериментов.

Так, свидетель О подтвердил факты получения денег от водителей работниками СПВК, наличие «черной кассы» и условия участия работников поста ГИБДД в этой схеме, свидетель В в ходе предварительного следствия пояснял, что работники СПВК в смене Ткачева получали от водителей деньги за не составление протоколов о перегрузе и половина денег предавалась на пост ГИБДД за обеспечение этой деятельности, а из показаний свидетеля Т , данных в ходе следствия, следует, что работники СПВК собирали с водителей деньги и делили их с работниками ГИБДД, причем часть из них передавалась Ларионову.

Считают, что суд необоснованно оценил приведенные выше показания свидетеля Т критически и принял его доводы о том, что эти показания он 5 дал под воздействием со стороны начальника ОСБ УВД области Щ , поскольку по данному факту проведена проверка и в возбуждении уголовного дела в отношении Щ отказано.

Несостоятельными считают и доводы суда о недостоверности показаний свидетеля Т в связи с незначительным периодом его работы на данном посту, так как срок трудовой деятельности не может влиять на осведомленность свидетеля.

Таким образом, как полагают государственные обвинители, выводы суда о том, что факт вхождения в состав организованной преступной группы работников поста ГИБДД и получения ими части денег от работников СПВК помимо показаний свидетеля М ничем не подтверждается, противоречат изложенным выше показаниям свидетелей.

Считают, что суд необоснованно не относя критически к показаниям свидетеля И об отрицании им фактов незаконной деятельности работников СПВК и разговоров об этом с М , поскольку они опровергаются материалами дела и направлены на избежание уголовной ответственности, в то время как показания М нашли свое полное подтверждение.

Утверждают, что факт передачи денег в конце смены работниками СПВК сотрудникам поста ГИБДД подтверждается также результатами обыска на посту ГИБДД, в ходе которого была обнаружена крупная сумма денег, в том числе и купюры, задействованные в оперативном эксперименте.

Полагают, что указав в приговоре на то, что в связи со значительным разрывом во времени между проведением оперативных мероприятий и обыском механизм попадания денег на пост ГИБДД мог быть различным и приняв во внимание показания подсудимых о том, что обыск на посту ГИБДД проводили после того, как там некоторое время находилась группа захвата в отсутствие кого-либо из работников ГИБДД, суд не дал оценки показаниям свидетелей В , Е , Н , В , которыми опровергаются указанные доводы подсудимых, а также тому обстоятельству, что кроме помеченных денежных купюр при обыске были обнаружены и другие деньги.

Кроме того, как считают государственные обвинители, суд необоснованно привел при этом в приговоре данные в ходе предварительного следствия показания Макарова о том, что полученные от водителя деньги он возможно отдал работникам ГИБДД при размене, так как в судебном заседании Макаров эти показания не подтвердил и кроме того на посту обнаружена денежная купюра с оперативного эксперимента, проведенного с участием водителя П , от которого Макаров денег не получал. 6 Одним из доказательств участия работников ГИБДД в организованной преступной группе, по мнению государственных обвинителей, являлись факты передачи «бумажек» с надписями от работников СПВК сотрудникам ГИБДД в случае уплаты водителями денежных средств, что подтверждается показаниями свидетелей У , Ф , Х , К , Л и других, а то обстоятельство, что данные бумажки не обнаружены и не приобщены к материалам дела, не является основанием не доверять показаниям указанных выше свидетелей, поскольку они согласуются с показаниями свидетеля М и в соответствии со ст. 17 УПК РФ ни одно доказательство не имеет заранее установленной силы.

Утверждают, что суд необоснованно указал в приговоре, что действия работников ГИБДД по остановке транспортных средств по просьбе работников СПВК находились в рамках их полномочий и регламентированы совместным письмом Генерального директора Российского дорожного агентства и Главного инспектора безопасности дорожного движения РФ от 5.05.2000 года, поскольку из показаний свидетеля М и водителей большегрузного транспорта следует, что слаженность в действиях работников постов СПВК и ГИБДД появилась в конце 2002 года, с приходом на должность начальника поста СПВК Тихомирова.

Считают, что о согласованности действий работников СПВК и ГИБДД свидетельствуют исследованные в судебном заседании записи телефонных переговоров Тихомирова и М 29 апреля 2005 года (т. 8 л.д. 229), при которых Тихомиров сообщает о том, что у них «очень сложный механизм», что он «все сращивал», «гаишники просто так ничего делать не будут и чтоб они работали, надо для них тоже определенные вещи делать». Однако данное обстоятельство не получило никакой оценки суда.

Об изменении характера работы постов с этого времени и о появлении слаженности в их работе пояснили также свидетели Ф , З (т. 63 л.д. 214) и А (т. 63 л.д. 27-35). Кроме того, из телефонных разговоров Тихомирова и Заставенко следует, что в связи с проводимыми проверками работники ГИБДД убрали рации, а начальник областного ГИБДД запретил взаимодействовать с «весовой» (т. 9 л.д. 226-227, 131).

Указывают, что показания свидетеля М о согласованности смен и их стабильности подтверждаются сопоставлением журналов учета рабочего времени СПВК и постовых ведомостей и графиков несения службы сотрудниками ДПС ГИБДД, из которых следует, что в большинстве случаев графики работы подсудимых совпадают.

Об участии в составе организованной преступной группе работников ГИБДД свидетельствует также тот факт, что на ряде встреч работников СПВК с руководителями организаций-грузоперевозчиков присутствовали и работники 7 ГИБДД, что подтверждается показаниями свидетелей Г (т. 68 л.д. 33) и Ц (т. 29 л.д. 12-29), которые вообще не отражены в приговоре.

Утверждают, что из телефонных переговоров также можно сделать вывод о существовании схемы контроля за полученными денежными средствами путем записей в тетрадях, из которых «весовщики» в ряде случаев вырывают листы для того, чтобы большая часть денег оставалась у них. По этому поводу, как видно из телефонных переговоров Тихомирова, Ткачева, Борозны, С и Заставенко, между работниками СПВК и ГИБДД имел место конфликт, поскольку последние подозревали Ткачева в обмане при дележке денег, что также согласуется с показаниями свидетелей М и О и подтверждает факт существования единой преступной группы и участия в ней лиц, которым предъявлено обвинение. Однако, содержание указанных телефонных переговоров не получило никакой оценки.

Кроме того, авторы кассационного представления указывают, что факт участия работников ГИБДД в организованной преступной группе подтверждается записью телефонного разговора Ткачева с Д 18 апреля 2005 года, в ходе которого Ткачев на вопрос Д о том, по сколько у них получилось в субботу, поясняет, что у них по 28, а у «гаишников» больше, так как их трое (т. 8 л.д. 37). Обращают при этом внимание на то, что, согласно графиков несения службы, график работы Ткачева в апреле 2005 года полностью совпадает с графиком работы Плахотина и Заставенко. В связи с этим делается вывод, что речь в данном разговоре идет именно о них, однако данному факту судом также оценка не дана.

Просят обратить внимание на то, что в телефонных переговорах имеют место случаи, когда речь идет о том, что если какая-либо организация «привезет конверт», то его необходимо делить пополам (т.8 л.д. 99, 155), что также подтверждает показания свидетеля М о том, что половина денежных средств передавалась на пост ГИБДД.

Указывают в представлении, что об участии Ларионова и Заставенко в осуществлении «поборов» с организаций, об их осведомленности и заинтересованности по данному вопросу свидетельствуют их многочисленные переговоры с Тихомировым по поводу проезда автомашин организации «М », в том числе и разговор Ларионова с Тихомировым от 9 сентября 2004 года, при котором Тихомиров говорит, что составит разговор так «часть официальная, часть на пост и часть отдельно тебе», с чем собеседник соглашается. Считают, что вывод суда о том, что доказательств того, что данный разговор состоялся именно с Ларионовым, не имеется, сделан без оценки в совокупности всех фонограмм состоявшихся в этот день переговоров Тихомирова с Плахотиным, Ткачевым, Заставенко и Ларионовым. Кроме того, полагают, что указав в приговоре, что голос неустановленного лица на данной фонограмме отличается от голоса Ларионова, суд вышел за пределы своей 8 компетенции, поскольку определение принадлежности голоса входит в компетенцию эксперта.

Полагают, что о руководящей роли Ларионова свидетельствует фонограмма телефонных переговоров, в ходе которых Тихомиров сообщает Ларионову о желании «работать с ними «В », согласовывают данный вопрос 17.11 2004 года (т. 9 л.д. 190-191).

Утверждают, что большинство приведенных фонограмм не получили оценки суда, не приведены в приговоре и не учтены при принятии решения.

Несостоятельными считают и доводы суда о предположительности выводов следствия о том, что «В », упоминающийся в ряде телефонных разговоров, это Ларионов, поскольку согласно телефонных переговоров, на просьбу Заставенко и Плахотина о необходимости перезвонить В , Тихомиров перезванивает именно Ларионову (т. 9 л.д. 110, 178), а переговорив с ним, зачастую перезванивает Ткачеву, Борозне, Заставенко и передает им содержание данных разговоров, называя Ларионова «В ». Кроме того, в разговоре с Заставенко упоминается о том, что «В » получил подполковника, и Тихомиров не смог назвать ни одного знакомого с отчеством В .

Факт участия Назарова в преступной деятельности, как указывается в кассационном представлении, подтверждается результатами проведенных оперативных экспериментов, в ходе которых именно Назаров осуществлял остановку транспортных средств, идущих с перегрузом, и результатами обысков на посту ГИБДД, в ходе которых были обнаружены деньги, в том числе рублей в сумке, принадлежащей Назарову, что свидетельствует о том, что деньги были поделены между работниками ГИБДД Заставенко, Плахотиным и Назаровым.

Указывают, что из установленных обстоятельств дела очевидны признаки организованной группы: устойчивость группы, относительная стабильность и сплоченность членов группы, устойчивая схема совершения преступлений, система вымогательства и сбора денег, наличие иерархии, устойчивость связей, системы оповещения и общий сленг. В связи с этим считают, что все участники организованной преступной группы должны нести ответственность за весь объем преступной деятельности данной группы.

В кассационном представлении оспаривается также приговор суда в части оправдания Тихомирова, Ткачева и Борозны по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ по предъявленному им обвинению в легализации части приобретенных в результате совершения преступлений денежных средств путем совершения сделок купли-продажи катера с тележкой и лодочного мотора к нему. 9 Утверждают при этом, что выводы суда о том, что в судебном заседании не установлено доказательств, подтверждающих приобретение Борозной катера и лодочного мотора на денежные средства, полученные преступным путем, сделан без учета записи телефонных переговоров от 26.04. 2005 года между Борозной, Ткачевым и Тихомировым (т. 8 л.д. 179, 219), а также показаний свидетелей М и В (т. 63 л.д. 106, 109), из которых следует, что катер приобретался на деньги из «черной кассы» для совместного использования членами преступной группы, в которую входил и сотрудник ГИБДД Заставенко.

Кроме того, указывают, что решая вопрос о наличии в действиях Тихомирова, Ткачева и Борозны состава преступления, суд ошибочно ориентировался и воспроизвел диспозицию ст. 174 УК РФ вместо вмененной подсудимым ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, тем самым неправильно применил уголовный закон, что также является основанием для отмены приговора.

Государственные обвинители выражают несогласие с приговором и в части оправдания по ст. ст. 30 ч. 3 и 290 ч. 4 п.п. «а,в», 286 ч. 1 УК РФ Заставенко по эпизоду в отношении водителя Е , а Плахотина по эпизоду в отношении водителей А и Е , в связи с тем, что данное решение, по их мнению, принято судом на основе противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда и суд не указал в приговоре, по каким основаниям он отверг показания свидетелей Е , Ф и А , из которых следует, что и Заставенко и Плахотин требовали от водителей передачи взятки, и принял во внимание показания Заставенко и Плахотина, при этом исказив их в пользу стороны защиты.

Считают необоснованными также выводы суда в части оправдания Ларионова по эпизоду получения взятки за организацию сопровождения перевозки сваебойной установки автомашиной в ноябре 2004 года.

Утверждают, что принимая данное решение, суд не привел полностью в приговоре и не принял во внимание содержание телефонных переговоров Тихомирова с Ларионовым и Колесовым, а также показания свидетеля К и З , из которых следует, что Ларионов присутствовал на встрече с К по поводу сопровождения автомашины и решение о сопровождении и выплате за это вознаграждения в размере долларов США принималось в его присутствии и с его согласия, и что в последствии указанная сумма согласно договоренности была передана сотруднику ГИБДД на посту через водителя З Кроме того в представлении указывается, что судом нарушены требования закона, в соответствии с которыми приговор должен содержать анализ доказательств в отношении каждого подсудимого и по каждому 10 обвинению. Фактически же ряд доказательств судом изложены не в полном объеме или не приведены вообще и не получили оценку в совокупности с другими доказательствами, что повлияло на законность и обоснованность приговора.

В возражениях на кассационное представление государственных обвинителей Дохиной Т.Н. и Михайлова А.Г. осужденный Макаров Д.В., оправданные Ларионов И.В., Плахотин И.В., Заставенко Л.В., адвокаты Зотов Ю.А., Григорьев Б.Н. и Ревбо З.В. просят оставить представление без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и возражений на него, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Как видно из материалов дела, органами предварительного следствия Ларионову было предъявлено обвинение в том, что он, состоя на государственной службе с 27.02.2002 года в должности командира роты ГИБДД УВД области и с 17.05.2004 года в должности заместителя командира ГИБДД УВД области, постоянно осуществляя функции представителя власти, обладая организационно-распорядительными полномочиями, то есть являясь должностным лицом, совместно с Тихомировым - начальником стационарного пункта весового контроля федерального государственного предприятия « » , в ноябре 2002 года создал и в последующем контролировал деятельность организованной преступной группы, с четким распределением ролей её соучастников, отличающуюся устойчивостью и сплоченностью состава, сформированную из лиц, заранее объединившихся для совершения нескольких преступлений, сотрудников СПВК Борозны, Макарова, Белокудрова, Ткачева, а также сотрудников ГИБДД УВД области, несущих службу на стационарном посту ГИБДД УВД области, расположенном на Плахотина, Назарова, Заставенко, до 12 мая 2005 года занимавшуюся получением денег от водителей большегрузного транспорта, следующих по федеральной автодороге с превышением разрешенной массы, за несоставление актов о превышении установленных ограничений по общей массе или нагрузки на ось, а также протоколов об административных правонарушениях по ст. 12.21 КоАП РФ, распределял роли участников группы, давал им указания по применению незаконных мер воздействия на водителей и других лиц с целью вымогательства и получения взяток.

Для координации преступной деятельности Ларионов совместно с Тихомировым приобрел для всех членов преступной группы портативные радиостанции, при помощи которых соучастники имели возможность оперативно общаться друг с другом при совершении преступлений. Кроме того, 11 Ларионов обеспечивал возможность сотрудников ГИБДД из состава преступной группы работать в одно время, в том числе с сотрудниками СПВК входящими в её состав.

Согласно распределению ролей в преступной группе, Ларионов постоянно согласовывал проведение совместных незаконных действий сотрудников ГИБДД с работниками СПВК в том числе, совместно с Тихомировым определял размер вымогаемых денежных средств у водителей большегрузного транспорта, проходящего через стационарный пост ГИБДД и СПВК определял размер денежных средств, распределяемых между участниками преступной группы, а также цели, на которые использовалась часть незаконно полученных денежных средств.

Кроме того, Ларионов совместно с Тихомировым разработали план действий преступной группы, согласно которому сотрудники СПВК при помощи дорожных весов выявляя автомашины, следовавшие с перегрузом, сообщали об этом по рации сотрудникам ГИБДД, которые в свою очередь останавливали данные автомашины и направляли водителей на СПВК для разбирательства. Там сотрудники СПВК предлагали водителям вместо составления актов о превышении установленных ограничений по общей массе или нагрузки на ось передать им лично денежные средства в сумме от до рублей, в зависимости от веса автомашины, пункта назначения и принадлежности автомашины, то есть за заведомо неправомерные действия.

Получив денежные средства от водителей, сотрудники СПВК № действуя вопреки установленному законом порядку, не составляя актов о превышении установленных ограничений по общей массе или нагрузки на ось, по рации сообщали сотрудникам ГИБДД о необходимости пропустить автомашины, которые в свою очередь пропускали автомашины, не составляя протоколов об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.21 КоАП РФ, таким образом, совершая незаконные действия, явно выходящие за пределы своих должностных полномочий. Составление актов о превышении установленных ограничений по общей массе или нагрузки на ось влекло бы за собой привлечение к административной ответственности и обязанность по возмещению ущерба, причиненного автодороге, в гораздо более крупном размере, чем переданные в качестве взятки денежные средства.

В конце дежурной смены, соответственно около 9 часов или 21 часа, собранные от водителей в качестве взяток денежные средства распределялись между сотрудниками СПВК и ГИБДД. Часть незаконно полученных денежных средств откладывалась и передавалась в последующем Ларионову.

Таким образом, сотрудники СПВК , не являясь должностными лицами, выступали посредниками при получении сотрудниками 12 ГИБДД УВД области и лично Ларионовым взяток за их заведомо незаконные действия в пользу взяткодателей.

Вместе с этим Ларионову предъявлено обвинение в совершении в указанный выше период времени конкретных преступлений при обстоятельствах, которые подробно изложены в приговоре, в том числе: сорока одного преступления, предусмотренного ст. 33 ч. 3 и ст. 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, выразившихся в организации получения должностным лицом через посредников взяток в виде денег за действия (бездействие) в пользу взяткодателей, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, за незаконные действия, с вымогательством взятки, организованной группой; пяти преступлений, предусмотренных ст. 33 ч.

3 и ст. 290 ч. 4 п. «а» УК РФ, выразившихся в организации получения должностным лицом через посредников взяток в виде денег за действия (бездействие) в пользу взяткодателей, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, за незаконные действия, организованной группой; двух преступлений, предусмотренных ст. 30 ч. 3, ст. 33 ч. 3 и ст. 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, выразившихся в покушениях на организацию получения должностным лицом через посредников взяток в виде денег за действия (бездействие) в пользу взяткодателей, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, за незаконные действия, с вымогательством взятки, организованной группой; одного преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3, ст. 33 ч. 3 и ст. 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, выразившегося в покушении на организацию получения должностным лицом через посредников взятки в виде денег за действия (бездействие) в пользу взяткодателя, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, за незаконные действия, организованной группой; сорока девяти преступлений, предусмотренных ст. 286 ч. 1 УК РФ, выразившихся в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства; одного преступления, предусмотренного ст. 33 ч. 3 и 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ, выразившегося в организации причинения имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения, совершенного организованной группой и причинившего крупный размер.

Плахотину, Заставенко и Назарову органами предварительного следствия было предъявлено обвинение в том, что они, состоя на государственной службе в должностях инспекторов ДПС ГИБДД УВД области, постоянно осуществляя функции представителей власти, то есть являясь должностными лицами, с ноября 2002 года, а Назаров с 4 мая 2005 года, до 12 мая 2005 года, действуя в составе организованной преступной группы, созданной и контролируемой начальником стационарного 13 пункта весового контроля (СПВК Тихомировым и заместителем командира ГИБДД УВД области Ларионовым, с четким распределением ролей её соучастников, отличающейся устойчивостью и сплоченностью состава, сформированной из лиц, заранее объединившихся для совершения нескольких преступлений, в том числе сотрудников СПВК Борозны, Макарова, Белокудрова, Ткачева, а также сотрудников ГИБДД УВД области, несущих службу на стационарном посту ГИБДД УВД области, расположенном на , Плахотина, Назарова, Заставенко, занимались получением взяток в виде денег через посредников от водителей большегрузного транспорта, следующих по федеральной автодороге с превышением разрешенной массы, за обеспечение деятельности сотрудников СПВК по несоставлению актов о превышении установленных ограничений по общей массе или нагрузки на ось, а также за несоставление протоколов об административных правонарушениях по ст. 12.21 КоАП РФ.

Для обеспечения и координации преступной деятельности группой были приобретены портативные радиостанции, при помощи которых соучастники имели возможность оперативно общаться друг с другом при совершении преступлений.

Согласно распределению ролей в преступной группе, Плахотин, Заставенко и Назаров, находясь на стационарном посту ГИБДД УВД области, расположенном на , после того как сотрудники СПВК расположенного там же, при помощи дорожных весов выявляли автомашины, следовавшие с перегрузом, и сообщали им об этом по рации, принимали меры к остановке этих автомашин и направляли водителей на СПВК для разбирательства.

Там сотрудники СПВК предлагали водителям вместо составления актов о превышении установленных ограничений по общей массе или нагрузки на ось передать им деньги в сумме от до рублей, в зависимости от веса автомашины, пункта назначения и принадлежности автомашины, то есть за заведомо неправомерные действия.

Получив денежные средства от водителей, сотрудники СПВК не составляя актов о превышении установленных ограничений по общей массе или нагрузки на ось, по рации сообщали Плахотину, Заставенко и Назарову о необходимости пропустить автомашины, что последние и выполняли, а кроме того, в соответствии с распределением ролей в преступной группе, не составляли в отношении водителей протоколов об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.21 КоАП РФ, таким образом, совершая незаконные действия, явно выходящие за пределы своих должностных полномочий. Составление актов о превышении установленных ограничений по общей массе или нагрузки на ось влекло бы за собой привлечение к административной ответственности и обязанность по 14 возмещению ущерба, причиненного автодороге, в гораздо более крупном размере, чем переданные в качестве взятки денежные средства.

В конце дежурной смены, соответственно около 9 часов или 21 часа, собранные от водителей в качестве взяток денежные средства распределялись между сотрудниками СПВК и ГИБДД. Часть незаконно полученных денежных средств откладывалась для Ларионова и Тихомирова, которые забирали её через определенные промежутки времени. Эти действия полностью охватывались умыслом Плахотина, Заставенко, Назарова и других участников организованной преступной группы и являлись целью их деятельности.

Таким образом, сотрудники СПВК не являясь должностными лицами, выступали в качестве посредников в получении взяток сотрудниками ГИБДД УВД области и лично Плахотиным, Заставенко и Назаровым за заведомо незаконные действия в пользу взяткодателей.

Кроме того, органами предварительного следствия было предъявлено обвинение в совершении в указанный выше период времени конкретных преступлений, при обстоятельствах, подробно приведенных в приговоре, в том числе: Плахотиным и Заставенко трех, а Назаровым двух преступлений, предусмотренных ст. 290 ч. 4 п. «а» УК РФ, выразившихся в получении должностным лицом через посредников взяток в виде денег за действия (бездействие) в пользу взяткодателей, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, за незаконные действия, организованной группой; Плахотиным и Заставенко сорока двух преступлений, предусмотренных ст. 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, выразившихся в получении должностным лицом через посредников взяток в виде денег за действия (бездействие) в пользу взяткодателей, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, за незаконные действия, с вымогательством взятки, организованной группой; Плахотиным двух и Заставенко одного преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3 и ст. 290 ч. 4 п.п. «а,в» УК РФ, выразившихся в покушениях на получение должностным лицом через посредников взяток в виде денег за действия (бездействие) в пользу взяткодателей, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, за незаконные действия, с вымогательством взятки, организованной группой; Плахотиным сорока восьми, Заставенко сорока шести и Назаровым двух преступлений, предусмотренных ст. 286 ч. 1 УК РФ, выразившихся в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства; Плахотиным и Заставенко одного преступления, предусмотренного ст. 33 ч. 5 и ст. 165 ч. 3 п.п. «а,в» УК РФ, выразившегося в пособничестве в причинении имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или 15 злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения, совершенного организованной группой и причинившего крупный размер.

Исследовав в судебном заседании представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии по делу достоверных доказательств участия подсудимых Ларионова, Плахотина, Заставенко и Назарова в организованной преступной группе и совершения ими преступлений в виде получения должностными лицами через посредников взяток, превышения должностных полномочий и причинения имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения.

При этом суд исходил из того, что в ходе судебного разбирательства не установлено ни одного факта передачи денег работниками СПВК сотрудникам ГИБДД, а также размера передаваемых сумм, полученных в результате незаконного взимания денег от водителей большегрузного транспорта, следующего с перегрузом по общей массе или на ось, за несоставление актов и административных протоколов.

Действия работников ГИБДД по остановке транспортных средств на стационарном посту по сообщению работника весового контроля о следовании автомашины с перегрузом, использование при этом для связи переносных раций, а также изъятие сотрудников ГИБДД у водителя документов для проверки его и автомашины по централизованной базе розыска, как указал суд в приговоре, не образуют состава преступления и находятся в рамках исполнения ими своих должностных обязанностей.

Кроме того, суд пришел к выводу, что в отношении подсудимого Ларионова также не установлено доказательств о создании им и контроле за деятельностью организованной группы, о распределении ролей участников группы, о даче указаний по применению незаконных мер воздействия на водителей и других лиц с целью вымогательства и получения взяток, а также об обеспечении возможности сотрудников ГИБДД и СПВК из состава преступной группы работать вместе, и о разработке плана действий преступной группы.

Данные выводы суда судебная коллегия находит правильными, поскольку они соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам и подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, анализ и оценка которых с надлежащей полнотой приведены в приговоре.

Как видно из обвинительного заключения, предъявленное Ларионову, Плахотину, Заставенко и Назарову обвинение в совершении в составе организованной преступной группы преступлений в виде получения 16 должностными лицами через посредников взяток, превышения должностных полномочий и причинения имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения было основано: на показаниях свидетелей М В и Т о том, ч оловина денег, незаконно получаемых от водителей работниками СПВК передавалась сотрудникам ГИБДД; показаниях водителей бол рузных автомашин о том, что в случае уплаты денег работникам СПВК , последние передавали через них для сотрудников ГИБДД «бумажки» с надписями; протоколами обыска на посту ГИБДД, в ходе которого были обнаружены крупные суммы денег, в том числе и купюры, задействованные в оперативном эксперименте, а также протоколами прослушивания фонограмм телефонных разговоров подсудимых между собой и с другими лицами.

Как видно из материалов дела, всем этим и другим исследованным в судебном заседании доказательствам суд, вопреки доводам кассационного представления, дал надлежащую оценку и пришел к обоснованному выводу, что представленные стороной обвинения доказательства не подтверждают ни одного факта передачи работниками СПВК полученных от водителей денег сотрудникам ГИБДД.

При этом суд правильно указал в приговоре, что из показаний свидетеля М следует, что о согласованных действиях работников СПВК и ГИБДД по получению денег от водителей и распределении между ними полученных средств ему известно со слов и только один раз он видел, как Плахотин получал деньги у Ткачева. Вместе с тем, точную дату и сумму, которую Плахотин получил от Ткачева, в судебном заседании М уточнить не смог, подсудимый Ткачев данный факт отрицает, свидетель И в судебном заседании также не подтвердил данные обстоятельства и вообще отрицал какие-либо разговоры между ними на эту тему.

С учетом указанных выше и других приведенных в приговоре обстоятельств суд пришел к правильному выводу о том, что показания свидетеля М о получении сотрудниками ГИБДД части денег от работников СПВК, в том числе подсудимым Плахотиным от Ткачева, другими доказательствами не подтверждаются.

Правильными судебная коллегия находит и выводы суда о том, что показания свидетеля М о согласованных действиях работников СПВК и сотрудников ГИБДД по остановке транспортных средств, следующих с перегрузом, и использование ими при этом переносных раций, также не могут являться доказательством участия сотрудников ГИБДД в совершении преступлений в составе организованной группе, поскольку указанные действия сотрудниками ГИБДД выполнялись в рамках исполнения ими своих должностных обязанностей по выявлению и пресечению административных 17 правонарушений, а также исполнению исследованных в судебном заседании нормативных документов по взаимодействию постов весового контроля и ГИБДД и должностных инструкций сотрудников ДПС.

Судебная коллегия не может согласиться и с доводами кассационного представления о том, что признавая показания свидетеля М о передаче работниками СПВК половины полученных от водителей денег сотрудникам ГИБДД недостоверными, суд не дал оценки тому обстоятельству, что его показания в этой части полностью согласуются с показаниями свидетелей Т О В и результатами оперативного эксперимента.

Как видно из материалов дела приведенным выше доказательствам суд также дал надлежащую оценку, правильно указав в приговоре, что показаниями данных свидетелей, в том числе и их показаниями, данными в ходе предварительного следствия, не подтверждается ни одного конкретного факта передачи работниками СПВК денег сотрудникам ГИБДД и их показания в этой части носят предположительный характер.

Кроме того, суд правильно указал в приговоре, что факт обнаружения на посту ГИБДД денежных купюр, переданных работникам СПВК Белокудрову и Макарову в ходе следственного эксперимента, не является доказательством причастности сотрудников ГИБДД Плахотина, Заставенко и Назарова к совершению инкриминируемых им преступлений, поскольку обстоятельства перемещения этих купюр из помещений СПВК на пост ГИБДД и передачи их подсудимым достоверно не установлены, а с учетом промежутка времени между передачей денег в ходе оперативного эксперимента и начала обыска, предшествующих производству обыска обстоятельств задержания подсудимых, обнаружения купюр лежащими отдельно от других на полу и отсутствия объективных данных, подтверждающих нахождение ранее указанных купюр в руках подсудимых, появление этих купюр на посту ГИБДД не исключается и при иных обстоятельствах.

Что касается доводов кассационного представления о том, что суд при постановлении оправдательного приговора в отношении Ларионова, Плахотина, Заставенко и Назарова не учел, что их виновность в совершении инкриминируемых им преступлений подтверждается также и другими доказательствами, в том числе показаниями допрошенных в качестве свидетелей водителей и руководителей организаций, занимающихся перевозкой грузов через указанные выше посты СПВК и ГИБДД, фактами передачи работниками СПВК сотрудникам ГИБДД через водителей «бумажек» с надписями, совмещенными графиками несения службы подсудимыми, протоколами прослушивания фонограмм телефонных разговоров подсудимых между собой и с другими лицами, то они не содержат достаточных обоснований, основаны лишь на предположениях, материалами дела не подтверждаются и по существу сводятся к перечислению показаний свидетелей 18 и документов, которым суд дал в приговоре надлежащую оценку, правильно указав при этом, что все они также не подтверждают ни одного конкретного факта получения или покушения на получение подсудимыми Ларионовым, Плахотиным, Заставенко и Назаровым взяток как лично, так и через других подсудимых, и поэтому не могут быть признаны достаточными доказательствами их виновности в предъявленном им обвинении.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что надлежащим образом оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что предъявленное Ларионову, Плахотину, Заставенко и Назарову органами предварительного следствия обвинение не нашло своего подтверждения в судебном заседании и правильно в соответствии с п.п. 2 и 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ постановил в отношении них оправдательный приговор, а в связи с этим действия осужденных Тихомирова, Ткачева, Борозны, Беклокудрова и Макарова, выразившиеся в незаконном получении денежных средств и нашедшие свое подтверждение в судебном заседании, квалифицированные органами предварительного следствия соответственно как организация и пособничество в получении должностными лицами взяток, квалифицировал по ст. 165 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления и в части необоснованного оправдания Тихомирова, Ткачева и Борозны по обвинению в легализации части денежных средств, приобретенных в результате совершения преступлений путем совершения сделок купли- продажи катера с тележкой и лодочного мотора к нему.

Как видно из материалов дела, выводы суда об отсутствии в действиях указанных подсудимых данного состава преступления основаны на показаниях подсудимого Борозны о том, что катер он приобрел на деньги, которые у него были от продажи первого катера, часть денег ему дала его мать и часть он занял, на показаниях свидетеля Б подтвердившей указанные показания подсудимого, а также на исследованных в судебном заседании справках-счетах, товарной накладной и договоре купли - продажи катера и тележки под катер.

Каких-либо доказательств, ставящих под сомнение приведенные выше доказательства и выводы суда, государственными обвинителями в представлении не приведено, не опровергаются они и протоколами прослушивания записей телефонных переговоров между Борозной, Ткачевым и Тихомировым и показаниями свидетелей М и В на которые имеется ссылка в представлении, поскольку из содержания указанных записей телефонных разговоров и показаний свидетелей нельзя сделать достоверный вывод о том, что данные катер и мотор были приобретены Борозной на деньги, полученные преступным путем. 19 То обстоятельство, что обосновывая свои выводы о невиновности подсудимых в совершении данного преступления, суд фактически сослался на диспозицию ч. 1 ст. 174 УК РФ, а не на ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, на указанные выводы суда не влияет и не является нарушением уголовного закона, влекущим отмену приговора.

Доказательства, на которых основаны выводы суда о невиновности Ларионова, Плахотина, Заставенко и Назарова в предъявленном им обвинении, а Тихомирова, Ткачева и Борозны в обвинении по легализации денежных средств, приобретенных в результате совершенных ими преступлений, получены с соблюдением требований УПК РФ, нарушений уголовно- процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе и при составлении приговора, судом не допущено, поэтому доводы кассационного представления в этой части также являются несостоятельными.

Таким образом, судебная коллегия считает, что оснований для удовлетворения доводов кассационного представления и отмены приговора не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Новгородского областного суда от 11 марта 2009 года в отношении Тихомирова А.В, Ткачёва С.А, Борозны А.А, Белокудрова Н.А, Макарова Д.В, Ларионова И.В, Плахотина И.В, Заставенко Л.В, и Назарова А.В, оставить без изменения, а кассационное представление государственных обвинителей Дохиной Т.Н. и Михайлова А.Г. - без удовлетворения.

Статьи законов по Делу № 84-О09-30

КоАП РФ Статья 12.21. Нарушение правил перевозки грузов, правил буксировки
УК РФ Статья 165. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием
УК РФ Статья 174. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем
УК РФ Статья 286. Превышение должностных полномочий
УПК РФ Статья 17. Свобода оценки доказательств
УПК РФ Статья 24. Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела
УПК РФ Статья 27. Основания прекращения уголовного преследования
УПК РФ Статья 302. Виды приговоров
УК РФ Статья 73. Условное осуждение
УК РФ Статья 174.1. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления

Производство по делу



Типовые договорыТиповые договоры




Лучшие юристыЛучшие юристы

онлайн
Фото юриста
Дунькова Элла
г. Владикавказ
рейтинг: 875
Телефон: WhatsApp: +79627437356
онлайн
Фото юриста
Степанова Татьяна
г. Санкт-Петербург
рейтинг: 15
Телефон: +79213445674

Ответы юристовОтветы юристов

Загрузка
Наверх