Дело № 93-О11-15СП

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №93-О11-15СП

от 15 ноября 2011 года

председательствующего Боровикова В.П.,

при секретаре Ереминой Ю.В.

рассмотрела в судебном заседании дело по кассационным жалобам осуждённого Булгарова A.M., адвокатов Плотникова Е.Ф. и Ежова И.Н. на приговор Магаданского областного суда от 8 июля 2011 года, постановленного с участием присяжных заседателей, которым

Булгаров [скрыто]

судимый, [скрыто]

- 11 февраля 2008 года по п. «в» ч.2 ст.163, ч.1 ст.ЗЗЗ УК РФ к 4 годам лишения свободы,

осуждён по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ к 13 годам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год.

На основании ст. 70 УК РФ окончательно назначено 13 лет 1 месяц лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 1 год.

Заслушав доклад судьи Глазуновой Л.И., выступление осуждённого Булгарова A.M., адвокатов Микаиловой З.Т. и Кротовой СВ., поддержавших доводы кассационных жалоб и просивших отменить приговор по изложенным в них основаниям, возражения прокурора Модестовой A.A., полагавшей исключить из приговора назначение дополнительного наказания в виде ограничения свободы, в остальной части приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

согласно приговору, постановленному на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, Булгаров A.M. признан виновным в убийстве [скрыто] совершенное на почве неприязненных отношений группой лиц

по предварительному сговору.

Преступление совершено в исправительной колонии Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по [скрыто] области 5

июля 2010 года при указанных в приговоре обстоятельствах.

В кассационной жалобе адвокат Плотников Е.Ф. просит приговор отменить. Он указывает, что потерпевшая [скрыто] выступая в прениях,

довела до сведения присяжных заседателей данные о личности его подзащитного, заявив, что все свидетели стороны обвинения запуганы им4 что он занимался спортивным единоборством и именно он применил прием, который привел сына в бессознательное состояние, после чего его повесили.

Кроме того председательствующим судьёй не был соблюден принцип состязательности сторон, стороне защиты не было позволено выполнить возложенные на неё обязанности, предоставлять и исследовать допустимые доказательства, тогда как стороне обвинения было позволено сообщать присяжным заседателям информацию, выходящую за рамки предъявленного обвинения и способную вызвать у присяжных заседателей предубеждение в отношении его подзащитного, при этом каких-либо данных не приводит.

В дополнениях к кассационной жалобе он указывает, что судебное следствие проведено с нарушением закона, в судебном заседании до сведения присяжных заседателей были доведены данные о том, что [скрыто] и

[скрыто] осуждены за это же преступление и приговор вступил в

законную силу. Наряду с этим судьей необоснованно было отказано стороне защиты в предоставлении присяжным заседателям доказательств, свидетельствующих о том, что оперативно-розыскные службы колонии раскрыли убийство в предельно короткие сроки, установили мотивы убийства и лиц, совершивших его, в связи с чем, по мнению адвоката, следовало в присутствии присяжных заседателей допросить начальника колонии, начальника оперативно-розыскной службы и оперативного сотрудника,

которые могли пояснить, по каким причинам они не смогли предотвратить преступление.

Кроме того в присутствии присяжных заседателей государственный обвинитель заявил, что в перерывах судебного заседания Булгаров A.M. угрожал свидетелям, а председательствующий судья, вместо того, чтобы предотвратить такое высказывание, добавил от себя, что удалит подсудимого из зала суда.

Не остановил председательствующий свидетелей и не сделал им замечание, хотя они в нарушение ст.335 ч.8 УПК РФ характеризовали Булгарова A.M., как нарушителя режима содержания, имеющего взыскания, что он относится к блатным и т.д.

В дополнениях к кассационной жалобе от 3 августа 2011 года он вновь обращает внимание на то, что в присутствии присяжных заседателей были исследованы доказательства, признанные недопустимыми (речь ведёт о показаниях [скрыто] и [скрыто] полученных с использованием

полиграфа). Утверждает, что государственный обвинитель задавал свидетелям вопросы, явно выходящие за рамки предъявленного Булгарову A.M. обвинения, судья объявлял защитникам несправедливые замечания, в связи с чем у них пропало желание активно защищать интересы подсудимого, что отразилось на результатах голосования.

Указывает, что свидетель [скрыто] в присутствии присяжных

заседателей сообщил, что явку с повинной и признательные показания он вынужден был написать, так как на него «давили оперативные сотрудники».

Заявляет, что председательствующий судья не только предупреждал свидетелей об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, но и откровенно запугивал их, прерывал выступления стороны защиты, вопросный лист составил таким образом, что иного ответа, как утвердительный, ожидать не следовало.

Очевидна, по мнению адвоката, заинтересованность судьи в исходе дела и при назначении наказания. При наличии смягчающих обстоятельств и решения присяжных заседателей о снисхождении, наказание Булгарову A.M. назначено явно несправедливое вследствие суровости.

Просит отменить приговор и дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда.

В дополнениях к кассационной жалобе под №3 в качестве оснований к отмене приговора указывает на некорректное поведение в судебном заседании председательствующего по делу, который допускал высказывания в адрес

подсудимого и адвокатов, унижающие их честь и достоинство. Утверждает, что судья прерывал выступления стороны защиты, спорил с защитниками, сообщил присяжным заседателям, что защитники их обманывают, вводят в заблуждение.

Считает, что не был соблюден принцип состязательности сторон, судья не руководствовался презумпцией невиновности, убеждал присяжных заседателей, что на предположениях можно признать подсудимого виновным. Судья перебивал выступление защитников, спорил с ними, сообщал присяжным заседателям, что некоторые свидетели видели потерпевшего живым в то время, когда по заключению судебно-медицинского эксперта он был уже мертв. Угрожая защитникам, что в случае, если они и далее будут так активны, судья заявил, что удалит их из зала суда, а присяжным заседателям он сообщил, что защитники оказывают на них незаконное воздействие, тем самым нарушил право Булгарова A.M. на защиту. Незаконно, по мнению адвоката, судья запретил в присутствии присяжных заседателей касаться неформальных правил поведения осужденных в местах лишения свободы.

Адвокат считает, что замечания на протокол судебного разбирательства отклонены необоснованно, он может доказать достоверность принесённых замечаний путём прослушивания аудиозаписи, которая велась стороной защиты.

В кассационной жалобе адвокат Ежов И.Н. также просит об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Как полагает адвокат, вердикт присяжных и постановленный на его основе приговор подлежит отмене из-за нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливость приговора.

По мнению адвоката, приговор подлежит как минимум изменению вследствие несправедливости наказания, которое является чрезмерно суровым, не соответствующим тяжести преступления.

Оспаривая законность приговора, он указывает, что в присутствии присяжных заседателей были исследованы недопустимые доказательства -показания «свидетелей» [скрыто] и [скрыто] приговор в

отношении которых за данное преступление вступил в законную силу. В судебном заседании они не предупреждались об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, поэтому их показания являются недопустимым доказательством, поскольку получены с нарушением норм УПК РФ. Эти лица, по утверждению автора жалобы, оговорили Булгарова A.M. в «противовес объективным доказательствам обвинения, исследованным в судебном заседании, как с присяжными, так и без них».

Кроме того адвокат считает, что потерпевшей нарушены положения ст.252 УПК РФ, выступая в прениях, она довела до сведения присяжных заседателей сведения, которые вызвали у них предубеждение относительно виновности его подзащитного. В частности, она заявила, что Булгаров A.M. заслуживает пожизненного лишения свободы, что он запугал всех свидетелей по делу, что именно он явился активным участником лишения жизни её сына. Эти обстоятельства не отражены в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в присутствии присяжных заседателей не исследовались.

Адвокат считает, что после провозглашения вердикта судья должен был «отменить его и распустить коллегию присяжных заседателей», поскольку вердикт вынесен в отношении невиновного лица. В подтверждение своих доводов приводит, что время наступления смерти потерпевшего, указанное в приговоре, не соответствует времени, установленном экспертом, 12 свидетелей подтверждают алиби Булгарова A.M., ссылается на другие доказательства, исследованные в присутствии присяжных заседателей, которые, по мнению адвоката, подтверждают непричастность его подзащитного к убийству потерпевшего.

В кассационной жалобе осуждённый Булгаров A.M. просит об отмене приговора. Он утверждает, что уголовное дело в отношении его сфабриковано, [скрыто] и [скрыто] оговорили его с целью облегчения своей

участи и смягчения наказания.

Считает, что судебное следствие проведено с обвинительным уклоном, судья не давал стороне защиты задавать вопросы лицам, которые осуждены за данное преступление, сам задавал наводящие вопросы в пользу обвинения, потерпевшая [скрыто] выступая в прениях, допускала высказывания,

которые сформировали у присяжных мнение о его виновности, а государственный обвинитель в присутствии присяжных заседателей охарактеризовал его, как лицо отрицательной направленности, склонное к нарушениям режима содержания. Все эти высказывания не могли не сказаться на принятом присяжными заседателями решении.

По его мнению, показаниям [скрыто] и [скрыто] нельзя

доверять, поскольку они являются противоречивыми, не подтверждаются другими доказательствами по делу, в судебном заседании допрошены ряд свидетелей, которые подтвердили, что в момент совершения инкриминируемых ему деяний он находился в другом месте.

Отрицая свою причастность к убийству потерпевшего, просит отменить приговор.

В дополнениях к кассационной жалобе он поддерживает доводы, изложенные в кассационных жалоба адвокатов Плотникова Е.Ф. и Ежова И.Н.

в защиту его интересов. Вместе с тем указывает, что не согласен с адвокатом Ежовым И.Н. в той части, что приговор подлежит изменению. Он просит об отмене приговора.

В дополнениях к кассационной жалобе от 19.08.11 г. он высказывает мнение, что свидетели, о допросе которых ходатайствовала сторона обвинения, необоснованно были допрошены в судебном заседании, они не были очевидцами преступления, их показания производны от показаний [скрыто]

[скрыто] и Гщ [скрыто] Когда защитники заявили ходатайство о допросе

свидетелей со стороны защиты (приводит фамилии), то судья отказал в удовлетворении ходатайства, сославшись на то, что они не были свидетелями преступления и находились за пределами исправительного учреждения. Такое поведение судьи он расценивает, как заинтересованность в исходе дела.

В возражениях на кассационные жалобы потерпевшая [скрыто] высказывает мнение, что приговор является законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, вместе с тем считает, что наказания за убийство сына Булгаров A.M. заслуживает более сурового.

Об оставлении приговора без изменения просит в возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Рычков Ю.Г.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и возражения на них, судебная коллегия оснований отмене приговора не усматривает.

Согласно требованиям ч.2 ст.379 УПК РФ «Основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются основания, предусмотренные пунктами 2-4 части первой настоящей статьи», где речь идет о нарушении уголовно-процессуального закона, неправильном применении уголовного закона, несправедливости приговора.

Таких оснований отмены или изменения приговора в кассационных жалобах не приведено.

Выводы коллегии присяжных заседателей, изложенные в вердикте, не могут быть предметом кассационного рассмотрения в силу положений ч.2 ст.379 УПК РФ.

Уголовное дело рассмотрено судом присяжных заседателей по ходатайству Булгарова A.M.

При выполнении требований ч.5 ст.217 УПК РФ и в ходе предварительного слушания, как это установлено из материалов уголовного дела, ему были разъяснены особенности и юридические последствия

рассмотрения дела судом присяжных заседателей, в том числе порядок и основания обжалования судебного решения, вынесенного на основании вердикта коллегии присяжных заседателей.

До вынесения судом решения о рассмотрении дела судом присяжных заседателей он понимал, что приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей (и соответствующий ему), не может быть обжалован по основанию, указанному в п.1 чЛ ст.379 УПК РФ.

Поэтому доводы жалоб, связанные с отрицанием причастности осуждённого к убийству потерпевшего, судебной коллегией не обсуждаются, поскольку приговор постановлен на основании вердикта присяжных заседателей, признавших, что смерть потерпевшего была насильственной, и Булгаров A.M. принимал в убийстве непосредственное участие.

Данных о том, что с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства или сторонам было отказано в исследовании допустимых доказательств, в материалах дела не имеется.

Вопреки доводам кассационных жалоб, в судебном заседании при проведении предварительного слушания были признаны недопустимым

доказательством протоколы допроса Г и [скрыто]

использованием полиграфа, которые не были исследованы в присутствии присяжных заседателей. Протоколы допроса их в качестве подозреваемых и обвиняемых были признаны допустимым доказательством и исследованы в присутствии присяжных заседателей.

Утверждения стороны защиты в той части, что эти лица перед допросом должны быть предупреждены об ответственности по ст.ст. 307, 308 УПК РФ, противоречат требованиям ст.56 УПК РФ.

Вместе с тем перед началом допроса они обоснованно предупреждены о последствиях, предусмотренных ст.3178 УПК РФ, которые могут наступить в случае, если будет обнаружено, что они умышленно сообщили ложные сведения или умышленно скрыли от следствия какие-либо существенные сведения.

Из протокола судебного заседания следует, что перед допросом указанных свидетелей в присутствии присяжных заседателей председательствующий сообщил, что данные лица признаны виновными в совершении тех действий, за которые привлекается к ответственности Булгаров A.M. (осуждённый по настоящему уголовному делу).

Далее председательствующий разъяснил присяжным заседателям о том, чтобы данное обстоятельство они не расценивали как доказательство вины Булгарова A.M.

Судебная коллегия признаёт, что действия председательствующего не в полной мере соответствуют положениям ст.334 УПК РФ. Не было необходимости доводить до сведения присяжных заседателей информацию об осуждении этих свидетелей за действия, вменённые в вину подсудимому Булгарову А.М, так как это не относится к компетенции присяжных заседателей.

Однако последующие разъяснения председательствующего необходимо расценивать как достаточное действенное предостережение для присяжных заседателей, чтобы они не принимали доведённую до них в начале допроса указанных свидетелей информацию в отрицательном для подсудимого Булгарова A.M. смысле при вынесении вердикта.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для того, чтобы делать вывод, что председательствующий допустил такое нарушение норм уголовно-процессуального закона, о котором речь идёт в ст.381 УПК РФ, ставящее под сомнение законность, обоснованность и справедливость оспариваемого приговора ввиду незаконного воздействия на присяжных заседателей.

Ходатайства о признании доказательств допустимыми, либо недопустимыми председательствующим разрешены с соблюдением уголовно-процессуального закона, выводы судьи об этом подробно мотивированы в постановлениях.

Из протокола судебного заседания следует (т.14 л.д. 144), что сторона защиты заявила ходатайство о вызове в судебное заседание и допросе в присутствии присяжных заседателей в качестве свидетелей [скрыто] и [скрыто] (на указанных лиц имеется ссылка в кассационной

жалобе осуждённого). Необходимость допроса их в судебном заседании по данному уголовному делу, по мнению адвокатов, обусловлена тем, чтобы опровергнуть показания некоторых свидетелей, что именно эти лица «дали указание убить [скрыто]

Разрешая данное ходатайство, судья указал, что эти лица не отбывали наказание в исправительном учреждении, где было совершено преступление, они не были очевидцами его совершения. Кроме того, Булгарову A.M. не предъявлялось обвинение, что убийство [скрыто] было совершено по

указанию данных лиц. По этим основаниям в удовлетворении ходатайства было отказано (т. 13 л.д. 1-2)

Судебная коллегия считает это решение председательствующего правильным, отказ в удовлетворении необоснованно заявленного ходатайства не является свидетельством явной заинтересованности судьи при рассмотрении уголовного дела, как об этом утверждается в кассационных жалобах.

Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствует требованиям ст.ст.252, 338, 339, 341-345 УПК РФ. Все вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, сформулированы с соблюдением закона.

Замечания и предложения сторон по сформулированным вопросам председательствующим были рассмотрены, после чего все вопросы были сформулированы в окончательном варианте в соответствии с предъявленным обвинением, с учётом результатов судебного следствия, прений сторон.

Данных о том, что в вопросы не были включены какие-либо действия, либо указаны какие-либо обстоятельства, которые выходили бы за пределы предъявленного обвинения, либо, что вопросы были громоздкими и сложными для присяжных заседателей, нет. Время, мотивы, место и обстоятельства совершения преступления указаны в соответствии с предъявленным обвинением и роли осуждённого.

Ответы на поставленные перед присяжными заседателями вопросы, не содержат неясностей и противоречий, вопросный лист подписан старшиной, в нем отражены результаты голосования.

Судебная коллегия не может согласиться с заявлением стороны защиты о том, что при составлении вопросного листа председательствующим необоснованно не поставлен на разрешение присяжных заседателей вопрос о наличии у подсудимого алиби.

Из протокола судебного заседания видно, что в присутствии присяжных заседателей сторона защиты заявляла о наличии у подсудимого алиби, некоторые свидетели подтвердили, что в момент совершения преступления Булгаров A.M. находился в жилом помещении исправительного учреждения.

До удаления в совещательную комнату присяжным заседателям было известно, что сторона защиты считает, что доводы Булгарова A.M. о нахождении его в момент совершения инкриминируемых ему деяний в другом месте, не опровергнуты. Однако в совещательной комнате большинством голосов они пришли к выводу, что Булгаров A.M. находился на месте совершения убийства и принимал непосредственное участие в нём.

Поданные стороной защиты замечания на протокол судебного заседания рассмотрены с соблюдением уголовно-процессуального закона. Процедура рассмотрения замечаний судьёй соблюдена.

Находит необоснованными судебная коллегия доводы кассационных жалоб и в той части, что приговор подлежит отмене из-за нарушения потерпевшей положений ч.8 ст.338 УПК РФ.